Свобода Кондора

      Дежурство выдалось на редкость унылым.       Рон сидел в рубке в кресле пилота и пялился на мониторы внешнего обзора, на которых уже шесть часов ничего не происходило. На всех экранах – только черный космос с россыпью звезд, ни единого движения, глазу не за что зацепиться. Так же, как и предыдущие шесть часов, и все предыдущие пять дней. На звезды за два года патрулирования он уже насмотрелся.       Собственно, никак по-другому и быть не могло — их сюда сослали со словами «подумайте о дисциплине». Патрулирование вдали от оживленных трасс и обитаемых планет. Заняться нечем, времени думать о дисциплине — море. Ну ничего, осталось перетерпеть еще два дня, и можно будет вернуться на станцию. А там, глядишь, бригадный решит, что они заслуживают прощение и даст какую-нибудь стоящую задачу, а не вот это вот все.       Когда Рон учился в академии Легиона, он представлял себе жизнь не так. В его мечтах были приключения, драки, романтика и красотки, которых он спасал от пиратов, чудовищ и из жерла вулкана. Хотел заглянуть в самые дальние уголки Вселенной. Открыть новую планету и назвать ее именем любимой женщины. Он даже подавал рапорт с прошением о назначении в какую-нибудь команду, участвующую в проекте «Исход». Но... 102-й номер пригвоздил его к патрульному крейсеру Легиона, и самое интересное, что случалось - погоня за мелкими контрабандистами. А в основном они занимались патрулированием, эскортом помпезных кортежей с важными шишками из разных структур и доставкой легионеров из пункта А в пункт Б. Иногда – конвой транспортника Легиона с каким-нибудь ценным грузом. Эх, мечты…       Нет, патрульная крейсерская бригада, конечно, не самый худший из вариантов. Легион - богатая контора, и даже на такие простые задачи у него были поставлены дорогие высококлассные корабли, оборудованные по последнему слову науки и техники. Крейсер класса «Кондор» - превосходный во всех отношениях корабль. Красавец – черный с серебристыми обводами, хищной формы, длина 250 метров, вооружение - 20 лазерных пушек и активная система самонаведения на 12 торпед, силовой щит, мощный движок, команда до 50 человек, и дополнительно может взять на борт до 100 десантников. Полный фарш для результативной атаки и эффективной обороны, годный даже к участию в боевых действиях, и отлично экипирован для длительных автономных рейдов. А благодаря установленному ИИ всей этой мощью при необходимости способен управлять один пилот.       Сейчас команда состояла из 20 членов экипажа – два стандартных минимальных комплекта солдат спецкорпуса (телепат, телекинетик, хилер), два легионера и 12 человек без особых способностей. Обязанности капитана корабля исполнял Рон, как солдат с самым высоким номером в команде. Полноценного генетически измененного капитана патрульному крейсеру не полагалось, их было всего сто во всем космическом флоте, и назначали их только на корабли «Исхода».       Внезапно ожил канал внешней связи: — Кондор-27, на связи диспетчерская, прием.       Ну хоть какое-то разнообразие. Рон лениво ткнул в клавишу: — Диспетчерская, Кондор-27 на связи, прием. — Привет, Рон. Как вы там? Со скуки не сдохли еще?       Рон оживился. В диспетчерской сегодня дежурил Поль Майло - нормальный парень, с ним можно было перекинуться парой слов и узнать последние новости. Не то что эти бюрократы из третьей смены, разговаривают всегда как роботы. Он довольно осклабился: — Вот прямо сейчас собирался этим заняться, да ты помешал. Чего хотел? — Дело есть! Нужно кое-куда прыгнуть, кое-кого там забрать и доставить на станцию научного отдела Легиона. Сделаете?       Рон сейчас был готов прыгать хоть в преисподнюю, чтобы доставить оттуда самого дьявола куда угодно, лишь бы не патрулировать пустой космос. Умеет все-таки командующий бригадой выбирать наказания. Но вот прямо так взять и сходу радостно согласиться - это не в его характере. Нужно поддерживать репутацию бунтаря, а то потом на шею сядут. Поэтому он сделал недовольный тон и поинтересовался: — Ну и куда прыгнуть и кого забрать?       Легионер понимал, что всё это игра, просто растягивал приятный трёп. За это, вообще-то, по головке не погладят – пустое засорение эфира на служебной частоте, как-никак. Если бы сейчас в диспетчерской дежурил кто-то другой, или было бы действительно что-то срочное, ему бы просто скинули задание и координаты, и никуда бы он не делся — прыгнул, забрал, доставил, отрапортовал, разрешите идти? свободен! И Майло это тоже понимал, и тоже рисковал, но игру поддержал: — У научников подопытная псина сбежала, нужно вернуть. Недалеко от вас ее чип определился, вам на один прыжок. Животное крупное, но, говорят, неагрессивное, так что справитесь.       Рон присвистнул: — У научников? Сбежала? Это какая умная должна быть псина, если сумела сбежать со станции? Научный отдел вывел зверюгу, которая умеет пилотировать космический корабль? Этак нам вообще скоро работы не останется! — Да нет, там какой-то дебил лаборант что-то перепутал, по ошибке загрузил клетку с животным на корабль с глючным автопилотом. Автопилот возьми да и включись сам по себе. Куда только техники смотрят... Ну так что, берешь?       Рон решил, что повыпендривался достаточно, чтобы сохранить лицо: — Да без проблем! — Тогда лови координаты и полетное задание. С тебя пиво, — по голосу Рон понял, что Поль ему подмигнул, — конец связи, Кондор-27. — Конец связи, диспетчерская.       Да хоть два пива, лишь бы тут не куковать без дела.       На панели управления моргнул зеленым диод, подтверждая прием пакета данных. Вычислитель корабля рассчитал параметры прыжка и обозначил готовность, ожидая команду к запуску.       Рон мысленно потер руки и активировал внутреннюю связь: — Внимание экипажу. Срочное задание. Прыжок через две минуты, отсчет пошел. Всем занять места согласно расписанию. После выхода из прыжка в заданных координатах дежурной смене прибыть в рубку для получения инструкций по заданию. Остальным членам экипажа - готовность по желтому коду. Конец связи.       Легионер пристегнулся в кресле пилота и дал команду на прыжок.       Во время прыжка Рон рассуждал о том, что судьба, в принципе, не так уж и не справедлива к нему, и сегодня ему повезло и с дежурным диспетчером, и с дежурной сменой.       Сразу после того, как корабль вынырнул в заданной точке, в рубку вошли телекинетик Ноян Маккерди и хилер Раф Паре. По инструкции, в случае нештатной ситуации при патрулировании телекинетик должен был обеспечивать силовое поле в случае термического воздействия, а хилер – оказывать помощь пострадавшим. Такое ощущение, что этот регламент Легион для прикола взял из какой-то древней книжки – из тех, которые еще печатались на бумаге. В реальной жизни в нештатных ситуациях работа была обычно для легионера и телепата – телепат выявлял проблемы еще до их появления, легионер их устранял по его наводке. В случае крушения корабля в космосе огонь в вакууме не распространялся, и оказывать помощь обычно было некому – человек или погибал сразу, или спасался в эвакуационной капсуле и его оставалось просто подобрать.       Присутствие телепата сейчас по инструкции не требовалось, но она тоже заглянула в рубку: — Мальчики, я не помешаю? Или у вас тут мужской разговор?       Рон приветливо махнул рукой: — Заходи, Лиз.       С телепаткой, Лиз Рикарро, он уже давно сработался, и доверял ей полностью. Между ними установился тот особый тип дружеских отношений мужчины и женщины, который большинство считают мифом – уважительный, взаимно заботливый, но лишённый романтического влечения друг к другу.       Рон скинул Лиз задание в виде мысленного пакета информации, она поделилась им с Рафом и Нояном. В таком составе они работали вместе больше года и научились обходиться без слов.       На обзорных экранах перед ними висел конгломерат, достаточно крупный, гигантский даже. Причем - разломленный на несколько фрагментов, изолированных друг от друга силовыми полями. Что-то тут только что явно случилось, но в задании на этот счет указаний не было. Значит – не забиваем голову лишней информацией, пристыковываемся, находим животное, ловим, обездвиживаем, грузим, везем на станцию научного отдела Легиона. Чип зверюги моргал на системном мониторе около одного из доков. Это что, псина догадалась, что нужно к доку подойти, чтобы ее забрали? Может, и ловить не придётся, сама в клетку зайдёт? Затейники они там, в научном отделе.       А еще рядом с конгломератом висел корабль спецкорпуса. Неожиданно. Тоже за зверюгой? Как они успели сюда раньше них?       Рон возмутился: — А это корыто что тут делает? Псину не отдам! Я за нее Майло пиво должен.       Лиз подмигнула ему: — Лучше спроси, что тут делает то самое корыто! Не из-за них ли мы загремели на нынешнее дежурство? — Слушай, а ты права. Это с ними мы причал в доке на станции Легиона не поделили. Совсем оборзел спецкорпус. Я же им четко сказал – не суйтесь, это место наше. Нам от него до базы удобнее всего.       Рон нахмурился, вспоминая глупый конфликт. Зря он полез на рожон. Еще и диспетчер тогда на сторону спецкорпуса встал: «места для пристыковки к станции распределяются в соответствии с очерёдностью прибытия судна и бла-бла-бла». Как будто сложно было своих поддержать и дать чужому кораблю другое место. А Рону в итоге – выговор с занесением и неделя патрулирования в жопе мира. Ну ничего, еще посмотрим, кто кого. — Лиз, дотянешься до них? Проверь, кто они и чего им тут нужно.       Телепатка чуть помедлила и ответила: — Это научный отдел спецкорпуса. Они хотят снять с конгломерата какую-то девицу. И, судя по всему, ее после этого ждут большие проблемы. Похоже, они ее почему-то до смерти боятся и собираются ликвидировать. Ей сейчас как раз ультиматум диктуют, она в панике. Про нашего подопечного у них информации нет.       Что там будет с какой-то неизвестной девицей, Рона не касалось, всех котят не спасёшь. Его задача – вернуть научникам Легиона их потеряшку. Но зудело непреодолимое желание вставить спецкорпусу палку в колеса, что бы это двусмысленное выражение ни значило. Поэтому он перевёл связь на общую частоту и послал запрос в сторону висящего рядом корабля: — Я патрульный крейсер Легиона, позывной Кондор-27, говорит капитан Рон Ален. Неопознанный корабль, назовите себя и причину присутствия в данном районе.       «Неопознанный корабль» - это он, конечно, для красного словца. ИИ «Кондора» сразу определил класс, регистрационный код висящего рядом корабля, и станцию приписки. Рон был уверен, что Лиз уже всех на борту прощупала и точно знает, сколько на нем человек, что они из себя представляют, как их всех зовут и что они сегодня ели на завтрак, и даст ему эту информацию по первому требованию. Но он хотел позлить их. А если удастся – то и напугать. Стандартная тактика патрульного при обнаружении нарушителя.       С корабля спецкорпуса ответили: — Кондор-27, мы научный отдел специального корпуса. У нас приказ – поймать опасную преступницу, скрывающуюся на конгломерате. Требуем не создавать препятствий к выполнению приказа.       Рон скривился. Похоже, сегодня дать пинка спецкорпусу не получится. Препятствовать выполнению приказа – это серьёзный проступок, за такое выговором не отделаешься, можно и под трибунал загреметь. Как минимум – служебное несоответствие обеспечено.       Неожиданно в эфир ворвался еще один голос – хриплый, напряжённый, уставший, принадлежащий очень молодой девушке: — Мое имя Альда Мазарин, я - телепат корабля «Северная корона», работаю в одной команде с номером семь Легиона, была удостоена благодарности Легиона за миссию на планете Ферония. Недавно меня приговорили к судебному разбирательству из-за непредсказуемого прогресса моих способностей, никаких преступлений я не совершала. Я прошу Легион конвоировать меня на суд. Присланной за мной команде я не доверяю, считаю ее коррумпированной.       Она явно находилась на грани отчаяния, раз предпочла обратиться за помощью к Легиону, чем сдаться своим.       На корабле спецкорпуса ее тоже услышали, и тут же завопили: — Мазарин, вы что творите?! Вы думаете, это сойдет вам с рук?       Лиз в это время мысленно обратилась к легионеру: «Рон, девочка не врет. Это действительно Мазарин с «Северной короны», и она действительно работает с легионером номер семь. Знаешь про гибель «Махаллара»? Ее на нем везли на судебное разбирательство. У меня даже предположений нет, как ей удалось спастись, и как она оказалась здесь. Нам нужно ее вытащить, хотя бы ради того, чтобы узнать, что случилось с «Махалларом», она единственная на нем выжила».       А вслух для всех присутствующих она тихо добавила: — Кстати, животное, которое нам нужно поймать, стоит рядом с ней. Оно опасно, и сейчас ведет себя спокойно только благодаря ее способности.       Рон мгновенно принял решение. — Ваше сообщение получено, Мазарин. Легион готов принять вас на борт, — это в эфир, на общей частоте. — Ноян, возьми челнок, слетай за пассажиркой. И животное прихвати, мы все-таки за ним сюда приперлись, — а это телекинетику, прикрыв микрофон ладонью. — Ни в коем случае! — возмутился спецкорпус, — Изучите ее дело получше! Это потенциальная преступница, а у вас нет соответствующего оборудования, чтобы ее блокировать! — Я ранена, — опять голос Мазарин, — Я еще долго никому не смогу причинить вреда! — Это всего лишь слова! Не смейте забирать ее! Мы этого не допустим, мы не разрешаем!       Рон кровожадно ухмыльнулся. А вот это они очень зря. Легионер подчиняется только Легиону, и больше никому. — А ведь мы и шмальнуть можем, — нарочито лениво выдал он в эфир. И в подтверждение его слов одна из лазерных пушек на борту «Кондора» чуть шевельнулась на турели, хищно нацелившись в сторону чужого корабля. — Что-о?! — судя по тону, представитель спецкорпуса уже мысленно составлял жалобу.       Рона это нисколько не смутило: — Что слышали. Девушку мы на суд доставим, гарантирую. Вопросы есть?       Вопросов нет. Корабль спецкорпуса показательно сдвинулся в сторону, освобождая путь к конгломерату. — Вот и молодцы, — легионер был доволен результатом переговоров, — Ну что, Альда Мазарин, челнок за вами уже вылетел. Добро пожаловать на борт!       И переключил внешнюю связь на внутреннюю: — Экипажу отбой. Готовность по зелёному коду.       В ожидании возвращения челнока Рон остался в рубке. Хилер ушёл встречать Мазарин, похоже девушке все-таки нужна помощь. А телепатка задержалась. Она знала, что у легионера к ней были вопросы. — Лиз, с чего ты вдруг вступилась за эту малолетку? О том, что случилось на «Махалларе», ты могла вытянуть из нее и дистанционно. Знаешь её?       Она молчала, внимательно глядя на полуразрушенный конгломерат на экранах, и о чем-то размышляла. Потом повернулась к Рону: — Нет, но я про нее слышала. — Это настолько важно, что оправдывает наши возможные проблемы из-за тёрок со спецкорпусом? — Помнишь, мы везли Третьего и Седьмого с «Северной короны» на станцию Легиона? Как раз перед той самой миссией на Феронии. Еще бы не помнить. Не каждый день берёшь на борт сразу двух высших. — Помню. Ну и? — Седьмой тогда про нее думал. — Эй! Ты не должна была читать его мысли! — Сам виноват. По инструкции, легионер из первой десятки в присутствии телепата не из его команды должен поставить блок. Но Седьмой не поставил, и вряд ли он по рассеянности забыл это сделать. — И все равно, ты не должна была лезть к нему в голову, это уже твоя инструкция запрещает. Мне плевать на правила, но мне не плевать на твою безопасность, Лиз. Мы же обсуждали это – не лезь в сознание легионеров! — Поверь мне, это невозможно было не услышать, да и глубоко лезть не надо было. Он очень громко думал. Любой, кто рискнет причинить этой Альде Мазарин вред, потом будет долго жалеть об этом. Если, конечно, останется жив.       Рон задумался. — Похоже, у Седьмого теперь перед нами должок, — угрюмо усмехнулся он наконец, — вот только стоит ли этому радоваться – это большой вопрос.