***
С начала игры прошло три минуты, а Наруми уже хочется закончить. Он, как человек не сильно разбирающийся в мире взрослых извращений, сначала ожидал немного другого эффекта. Сами таблетки не возбуждают, ведь он спокойно сидел и включал музыку на телевизоре, пока Хошина переоделся в домашнее. Совсем никаких изменений не было… пока второй игрок не присоединился к игре, зайдя в комнату. Кажется, в комнате становится душно, аж дышать сложнее. Теперь то он понял смысл этих таблеток, ведь их суть не просто возбудить, а усилить возбуждение. Чем он только думал, когда закинул две таблетки. Низ живота сводит, вот-вот - и точно стояк будет. Обняв подушку, Гену остаётся лишь ткнутся в свою же ладонь и держаться. Хошина, по-видимому, реагирует не так остро. Ну да, он то взял всего одну таблетку, понимая, что не уточнял, сколько именно надо. Иногда кажется, что его парень - чёртов гений. Настолько гениальный, что хочется прибить… или вдолбить, желательно, в кровать. Чтобы не сидел с такой довольной улыбкой напротив, а лежал под Нару, краснел и лепетал его имя, как он это умеет… Ген утыкается лицом в подушку, понимая, что от собственной фантазии возбуждается ещё сильнее. Как тут победить, если сам себе враг? Сколько он там должен продержаться? Может быть, Соширо зачтёт и пять минут? — Знаешь, будет нечестно, если ты даже смотреть на меня не будешь. Ладно, если он заговорит ещё раз, то Наруми не продержится и четырёх минут. Голову приходится поднять, и тогда понимает, что всё же, таблетки подействовали не только на него. Парень напротив сидит в позе лотоса, совершенно не скрывая свой стояк. Красные щёки, влажная чёлка и азарт, который захватил красные глаза. А ведь, если задуматься, это первая игра, в которой у Хошины есть настоящий шанс на победу. Сколько бы они ни играли, ему никогда не удавалось превзойти и занять первое место. Но в этот раз у Наруми нет и шанса. Последним ударом стало то, что Соширо снял глупую майку с арбузом. Непобедимый Капитан Наруми проиграл.***
— Хошина, ты зачем им рассказал?! Они же теперь сидят и заткнуться не могут — Цена проигрыша, милый.