Астрология.

Да уж, никогда бы не подумала, что мы с тобой дойдём до того, что я буду учить тебя чему-то, Саске. Жизнь странная штука, но чтобы вот такой поворот на сто восемьдесят градусов… Этого не ожидала ни я, ни уж тем более ты, но иногда судьба преподносит забавные сюрпризы. Всё началось с того момента, когда тебя выпустили из тюрьмы и сняли все обвинения. Спустя месяц нас собрал у себя Какаши-сенсей и завел странный разговор о нашем будущем как команды и каждого из нас по отдельности. Я хорошо помню тот вечер. Конец мая, духота как в онсэнах, не меньше. На мне плавилась одежда, как и плавился мозг после тяжелого рабочего дня. Ты работой себя пока не утруждал. Весь месяц ты вроде как был у себя в доме и тихо приводил свою новую жизнь в порядок. Я пару раз встречала тебя в магазинах, где ты покупал бытовую химию, еду, какие-то мелочи вроде бритвенного станка. Сейчас сидел на расстоянии вытянутой руки, одетый с иголочки, наглаженный, с идеально прямой спиной. Наруто на твоем фоне выглядел откровенно помято и неопрятно, но так было всегда, просто я успела забыть об этом вашем различии и поэтому неосознанно пялилась и сравнивала. Ты, естественно, это замечал, но никак не реагировал и вроде бы даже не злился. После твоего извинения мы зарыли топор войны и теперь между нами вроде бы снова дружба. Да, наша дружба означает сейчас, что я все еще люблю тебя, а ты позволяешь себя любить. Не пытаешься убить и слава богу, такой формат наших взаимоотношений мне сейчас вполне подходит. И на большее я не напрашиваюсь. Какаши-сенсей что-то там говорил о том, что мы вполне еще можем работать вместе, что война показала, насколько мы слаженная и сильная команда. Сказать по правде, эта долгая подводка к основному смыслу собрания затянулась и я заметила, как Наруто со скукой подпер лицо руками, а ты вообще едва ли слушал. Мысли твои были далеко и, очевидно, не с нами. – Собственно, к чему я веду,– мы заметно оживились и сосредоточились,– вам троим стоит подучиться,– у Наруто даже челюсть отвисла. – Что?! Какаши-сенсей, мы герои войны и снова сядем за парту?!– я, если честно говоря, тоже была шокирована подобным заявлением. Все эти годы я батрачила как проклятая у госпожи Цунаде, училась столько, что тошнило только от одного воспоминания, а теперь меня приравняли к Наруто, который ни разу за всю жизнь не открыл ни одного учебника. – Не хотелось бы напоминать героям войны, но вы оба всё еще генины и только Сакура чуунин, хотя и это звание тоже не лучший показатель,– я обреченно опустила голову, снова я была принижена до статуса бестолковой и ничего не добившейся куноичи,– и хотя, Сакура, очевидно, самая образованная из вас и ей есть чему поучиться. – Какаши-сенсей, я может и чуунин, но я лучший ниндзя-медик Конохи,– с обидой в голосе отстаиваю свои права и ловлю на себе твой любопытный взгляд. Ты удивлен, как возросла моя самооценка? – Никто не принижает твои заслуги, напротив, я уверен, что это не твой потолок и ты добьешься гораздо большего, если не остановишься сейчас,– наш учитель улыбнулся мне и перевел взгляд на вас двоих. – Чушь какая-то!– причитал наш друг. – Мне это не интересно,– отстраненно ответил ты и отвел от меня свой взгляд к Какаши-сенсею. – Вы с Наруто может и сильнейшие сейчас шиноби, но значительно проседаете в знаниях, я хочу подтянуть ваш уровень,– шестой между делом перелистывал карточки других наших одноклассников, как бы недвусмысленно намекая, что все вокруг уже давно джонины. – Значительно проседаем?– ты вдруг саркастично ухмыльнулся,– я сильно сомневаюсь, что кто-то здесь знает столько, сколько прочел и изучил я, находясь у Орочимару. Начиная от ядов и заканчивая анатомией,– я пусто вздыхаю, тебе никогда нельзя говорить, что ты в чем-то отстаешь, подобные вещи вызывают у тебя полнейшее отрицание. Хотя, справедливости ради, я и вправду верю, что ты многое изучал, находясь там. – Значит тебе будет несложно подтвердить это на деле,– мягко заключил Какаши-сенсей,– подобная практика тебе нужнее всех остальных. Социальная адаптация, повышение статуса и развитие своего безграничного потенциала,– вижу, что ты с трудом держишь себя в руках. Не хочу больше здесь присутствовать, потому что уже понимаю, что мне точно не хватит моральных сил спорить с шестым Хокаге и теперь я буду вынуждена ходить не только на работу, но еще и на учёбу,– к тому же, сейчас, при вашем нынешнем статусе я не могу давать вам миссии с самым опасным рангом, для этого требуется повышение квалификации. Бедный Наруто даже покрылся пятнами от бессильной злости, он ненавидел учебу хлеще всех остальных. – Если споры окончены, то расскажу об условиях. Учёба будет проходить всё лето, в конце августа вы сдадите письменный экзамен и по его итогам мы будем принимать решение. Боевого экзамена не будет, горы трупов нам не требуются,– учитель захлопнул папку,– вопросы? – Какие предметы мы будем изучать?– проклинаю всех и вся за подобное издевательство. Мне бы просто работать и личную жизнь наладить, ничего никому доказывать я уже давно не собиралась… – Помимо основных предметов по типу основ гендзюцу,– на этом ты издал едва слышный смешок, еще бы, преподавать гендзюцу гению гендзюцу было и вправду смешно,– ниндзюцу, тайдзюцу, ирьё ниндзюцу и кендзюцу, вы будете изучать много факультативных предметов, с которыми раньше не сталкивались,– я обреченно отвожу лицо к окну, мне и вправду не нравится эта идея и то, что я не могу ничего с этим сделать,– обучение начинаете с понедельника. Вас поделят на несколько небольших групп, чтобы был максимально качественный подход к героям войны. На этом всё, свободны,– Наруто в гневе первым выскочил из кабинета, мы с тобой почти шаг в шаг следуем за ним. – Это просто издевательство какое-то, даттебайо!– вопил во всё горло наш друг, пока мы на одной волне обреченности плыли следом за ним. – Поддерживаю, я совершенно не настроена на это, у меня были другие планы,– выдаю вслух свои мысли и ты вдруг мне отвечаешь: – У меня тоже, я не буду никуда ходить,– отрезал так холодно, что я не решилась спросить какие именно. Да и смысл, разве ты мне ответишь? После распределения на маленькие подгруппы по десять человек, мы с тобой попадаем в одну, а Наруто в другую. Думаю, это было сделано для того, чтобы вы не переубивали друг друга как в старые добрые и не превратили эту учебу в глупое соревнование. На занятия ты всю неделю не ходил и я знаю, что тебе уже вынесли предупреждение. Еще несколько пропусков и тебе отстранят, а значит прощай твоя будущая карьера и нормальные взаимоотношения с руководством деревни. Проходит еще несколько дней. До меня доходят весточки, что Наруто постоянно опаздывает и просыпает на занятия, но он хотя бы приходит и досыпает на задней парте, ты же не приходишь вообще. Узнаю, что тебя вызывал к себе Какаши-сенсей и разговор у вас выдался не из приятных. Кажется, тебе дали последний шанс и боюсь даже представить, как ты отреагировал на подобный ультиматум. Не знаю, что он тебе пообещал или как еще он тебя смог уговорить, но уже следующим днём ты, пусть и с небольшим опозданием, появляешься на пороге нашей аудитории. Милейшая юная преподавательница потеряла дар речи, ну ты тоже додумался, надеть на первое занятие белоснежную рубашку с почти целиком обнаженным торсом, чего ты ожидал? Она поклонилась тебе, чем удивила еще сильнее, и смущенно затарабанила. Я с усмешкой украдкой наблюдала с задней парты, мне уже удалось привыкнуть к твоей неземной красоте и даже научиться держать себя в руках, а посмотреть на то, как о тебе мечтают другие дурочки было как в кино сходить. – Саске-сама, добрый день,– у неё даже щеки покрылись румянцем,– прошу вас, выбирайте любое место, мы уже начали занятие. Ты с тенью прохладцы осмотрел аудиторию. Я предполагала, что ты сядешь один в самом углу, у окна, как любил делать в академии. Но ты неожиданно посмотрел на меня в упор и сел рядом. Скорее всего, я просто была единственным островком стабильность и спокойствия для тебя среди незнакомых людей. Ханако-сан продолжила читать лекцию. – Привет,– нейтрально вежливо начинаю я, изучая на твоем лице крайнюю степень раздражительности. На нас косятся одноклассники, но тебе явно наплевать. К повышенному вниманию у тебя давно иммунитет. – Ну и как называется этот предмет, который мне так понадобится в будущем?– меня распирает от смеха, ты сейчас умрешь. – Астрология,– в яблочко, ты даже не смог удержать на лице непробиваемую маску равнодушия. – Ты что, шутишь?– рукой загребаешь к себе мою тетрадку и быстро пробегаешься глазами по строчкам. – На первой лекции нам объясняли введение этого факультатива тем, что познания в психологии, астрологии и прочих довольно спорных науках могут быть полезны для работы в качестве шпионов,– ты пролистываешь страницу за страницей. – Ты уже половину тетради исписала,– чувствую праведный гнев в твоем голосе, мне еще смешнее,– почему здесь моё имя? – У нас уже было первое домашнее задание,– спокойно объясняю я, пока ты с удивлением смотришь в мои глаза,– мы вытягивали знак зодиака и по нему составляли психологические портреты людей, которых знаем. Мне достался лев,– ты вскинул бровь,– не обольщайся сильно, тут еще и про Госпожу Цунаде,– указываю пальцем на соседнюю строчку. – Недостатки,– вдруг вслух зачитываешь ты выдержки из моей работы,– эгоизм, ранимость, которая скрывается за эмоциональной холодностью и отчужденностью, неумение признавать ошибки и поражения, ревнивость, собственничество,– на этой строчке ты прерываешься и переводишь свой взгляд на меня, я невинно вскидываю руки. – Я предположила, не могу быть уверена на сто процентов,– едва сдерживаю улыбку. – Склонность к переоцениванию себя, боязнь привязанностей, нарциссизм, гордыня, у меня что, вообще достоинств нет?– вдруг вспылил ты и дочитал,– вспыльчивость, быстро выходят из равновесия. Я рада, что ты прочитал всё, что я давно хотела бы сказать о тебе вслух, но никогда не решалась. Даже полегчало. – Достоинства на следующей странице, просто здесь не уместились,– ты в гневе переворачиваешь страницу. – Ярковыраженные лидеры, харизматичные, обаятельные, амбициозные, преданные своим убеждениям и людям, которых любят, страстные,– ты снова оторвался от чтива и обжег меня заинтригованным взглядом. – Я предположила на основе своих ощущений, я ошиблась?– дразню тебя и мне совсем не стыдно. Эта пара приобретала интересный поворот. – С добрым сердцем, любят помогать людям, высокое либидо,– я облокотилась локтем на парту и подперла висок, наблюдая за твоей неоднозначной реакцией на мои лестные характеристики тебя в сексуальном плане. – Значит, вот каким ты меня видишь?– ты вдруг закрыл глаза и едва заметно ухмыльнулся,– страстным, с высоким либидо? – Ну не только тебя, еще Госпожу Цунаде,– наш разговор вроде бы был совсем невинным, но я ощущаю его совсем иначе. Мы, не произнося никаких лишних слов, говорим о сексе и признаться, мне очень нравится. – Вывод: эти люди располагают меня к себе, оценка пять,– жду твоего вердикта, но ты не реагируешь, я даже слегка раздосадована,– полная бессмыслица, я не буду это делать. – Попробуй договориться с ней, вдруг получится,– я кивнула в сторону нашей преподавательницы,– воспользуйся этим,– указываю тебе в строчку про обаяние, в открытую дразню тебя. Ты лишь снова вздернул бровь. – И что мы изучаем сейчас? – Первая лекция была вводная, после начали изучать знаки по порядку. Овен, телец, сегодня близнецы. Можешь попросить написать по ним рецензию, это знак никому не достался. Знаешь кого-нибудь из близнецов?– только гораздо позже я поняла, почему ты так резко помрачнел и отвел глаза к доске. Твой брат… – Знаю,– безлико ответил ты и дальше мы молча слушаем, настроение твоё, очевидно, было испорчено. По окончанию пары, мы идем на выход из аудитории, как наша перепуганная преподавательница окликнула тебя. Я слегка замедлилась сзади, сгорая от любопытства. – Саске-сама, вы немного отстали от нас, поэтому ознакомьтесь с этими материалами, пожалуйста,– она протянула тебе стопку листов,– и еще, подготовьте домашнее задание. Характеристика на человека на основе его знака зодиака, вытяните вариант,– вижу как ты хочешь убить её, отказываясь подчиняться. Спасаю несчастную от погибели и тяну за тебя. – Дева, отлично, напишет про Какаши-сенсея, спасибо, Ханако-сан,– беру за рукав рубашки и веду за собой на выход. – Напишешь за меня, раз вытянула?– иронично уточняешь ты, освобождая руку. – Писать за тебя не буду, могу написать с тобой,– присесть на мою шею тебе не удастся, как бы я тебя не любила. – Так и знал,– раздосадовано цокнул ты и мы идем на следующую лекцию. За все пять пар ты насобирал кучу заданий, что мы уже успели выполнить. Не сильно сложные, по мне так даже занимательные, но для тебя это была та еще каторга. Как ни странно, ты везде без разрешения садился рядом со мной. Все еще списываю это на то, что я была единственная, кто тебя не боялся и не избегал, а также на то, что я была тебе в какой-то степени полезна, потому что знала всё обо всем. Забыла указать в твои плюсы расчетливость, она у тебя очевидно присутствовала в избытке. После занятий мы пошли в чайную, чтобы ты мог переписать мои лекции и сделать это злосчастное домашнее задание по астрологии. По правде говоря, не смотря на то, что я была счастлива посидеть с тобой в кафе вдвоем, я прекрасно ощущала твою истинную цель нашего присутствия здесь и от этого моё настроение быстро перешло из относительно позитивного в целиком и полностью негативное. Ты это прекрасно ощущал, эмпатия у тебя всегда была на должном уровне, но обычно ты умело игнорировал чувства окружающих, если тебе требовалось добиться своей цели. И вот сейчас ты сидел как ни в чем не бывало, а я медленно закипала. Ты еще как назло долго читал мои две написанные лекции и даже не начинал писать. – Может я просто отдам тебе тетрадь, а ты вернёшь завтра?– я уже без энтузиазма крутила трубочку в чае со льдом, что ты любезно купил мне в благодарность за помощь. – А ты куда-то сильно торопишься?– не поднимая глаз, ты приложил два пальца к виску и продолжал читать. Признаться, я опешила от подобного хамства с твоей стороны. – У меня тоже есть личные дела или у меня их не может быть?– я закипела не на шутку. Мне от тебя ничего не было нужно, но выглядело так, будто ты делаешь мне вселенское одолжение. – Не так уж много, насколько мне известно,– я теряю дар речи. То есть я никому не нужная и ты тут меня еще развлекаешь, позволяя посидеть с тобой кафе?– мне не нужно много времени. Как только я дочитаю, выпишу тезисы и заканчиваем с этим предметом,– как амбициозно, моя лекция была на десять страниц. – И всё остальное запомнишь?– я даже прищурила глаза. – Уже,– спокойно отвечаешь ты. – Кто идет следующим после скорпиона?– ты поднимаешь на меня усталый взгляд. – Стрелец, даты с 22 ноября по 21 декабря, стихия огонь,– закатываю глаза и отпиваю из трубочки. – Спрошу через недельку, там и посмотрим,– ты вдруг ухмыльнулся и продолжил читать. – Сакура, твой долг помогать отстающим ученикам,– я едва не подавилась чаем. – Ты отстающий? Гений гендзюцу и герой войны, боюсь моя помощь тебе не требуется,– ты закрываешь мою тетрадь и придвигаешь ко мне. – Не хочу писать про деву, буду про овна. Если мне не изменяет память 28 марта?– я окончательно опешила. Твое игривое настроение – это что-то абсолютно новое. – Правда боюсь, что плюсов тоже мало наберется, посмотрим…– ты приложил ручку к губам и начал делать вид, что думаешь. На деле, уверена, ты просто не знал, что обо мне сказать. – Недостатки. Ты вспыльчивая,– я неохотно кивнула,– грубая, безрассудная, любишь спорить, бесчувственная, ветреная,– я была готова согласиться на любое качество, но ветреная? – Я ветреная?– моему возмущению нет предела, ты дразнишь меня специально? – А разве нет? Сначала я, после Наруто в любви признавалась, теперь с другими на свидания ходишь,– ты настоящий провокатор, Саске. – Откуда ты знаешь про Наруто?– я выдохнула и отставила бокал. Наше с тобой псевдо свидание прогорело до тла и я хочу уйти. – Просто знаю и всё,– незатейливо продолжил ты ковыряться во мне,– из плюсов… умная, настырная, хотя возможно это минус, верная, возможно не в любви, но друзьям,– с иронией продолжаешь ты,– целеустремленная… – Видимо у меня тоже достоинств не много,– ты хорошенько по мне прошелся, я очень расстроена и хочу уйти домой. – Внешние данные относятся к гороскопу?– конечно не относятся и ты знал это. – Нет,– я с трудом натягиваю улыбку. – Жаль, я бы поставил тебе пару плюсов,– мне кажется, что я уже побледнела, молчу, растеряла остатки слов,– внесем в недостатки отсутствие чувства юмора и неумение принимать комплименты,– ты на полном серьезе вписал эти два пункта и кивнул,– готово, еще домашнее задание по четырем предметам и мы расходимся. Так мы просидели еще два добрых часа. Искренне не понимаю, зачем тебе было нужно моё присутствие, но ты продержал меня рядом с собой весь вечер и я, кажется, не могу припомнить, когда мы за весь день проводили столько времени вместе, наедине. Ты впервые вел себя со мной как обычный парень, угостил чаем, позволял себе шутить, заводил ничего не значащие разговоры. Я была бы готова поверить, что ты еще способен измениться, но вот наступает следующий день и ты снова прибываешь в необычайно паршивом настроении и я с облегчением выдыхаю. Ты не сошел с ума и не заболел, просто вчера был аномальный день, вот и всё. На пару ты уже не опоздал, я пришла даже позже тебя в окружении своих друзей-ухажеров. Не знаю, почему так сложилось, но за годы твоего отсутствия вокруг меня появилось много хороших парней и сейчас они всячески проявляли ко мне свою симпатию. Этим утром один из них подарил мне кофе за то, что я помогла ему с домашним заданием по медицине, другой подарил редкое издание справочника по ядам, который я никак не могла достать. В конечном счете, без тебя мне жилось совсем неплохо, я могла бы с легкостью поманить любого из них и получить любовь, которую ты не желал дарить мне. Но любовь зла и я просто улыбаюсь каждому и принимаю подарки. Ничего не обещаю и ничего не даю, но они упрямо продолжают надеяться. Ты встретил меня свойственной тебе утренней хмуростью, помню еще со времен академии, трогать тебя по утрам гиблое дело, а потому, тихо сажусь рядом и тепло улыбаюсь. – Доброе утро,– ты слегка повел носом в мою сторону. Да, я давным-давно пользуюсь парфюмом, но ты не привык к этому. Затем ты без спроса взял мою новую книгу в подарочной обложке и вскинул бровь. – У нас в расписании есть токсикология?– да, если бы у нас был подобный предмет, то ты был бы профессором. – Нет, просто долго пыталась найти это издание, а сегодня с утра мне…– я резко осеклась, неуверенная в том, что тебе нужна эта информация. Закусываю губу, ощущая странный флер раздражения от тебя. Мне некомфортно и даже хочется отсесть. – Забыла как произносится слово подарили?– ну почему ты такой? Ядовитый и холодный! – Не забыла, а не захотела,– забираю у тебя книжку и бережно убираю её на край парты. Ты облокотился локтем на парту и подпер голову. Твоя любимая скучающая поза, продолжаешь изучать меня взглядом. Мы сидим на самой задней парте, но мне здесь очень комфортно. Здесь будто бы наш маленький мирок, который я так и не познала с тобой в академии. Если бы ты еще вести себя научился. – Какой у нас сейчас предмет?– поражаюсь твоему равнодушию к происходящему вокруг. Ты смотришься противоестественно даже в самой естественной обстановке. Люди вокруг смеялись, шутили, болтали ни о чем, но между нами стена из долгих лет разлуки. Я вроде бы знаю тебя, а вроде бы ты совсем чужой. Молча протягиваю тебе лист с расписанием на неделю. – Искусство переговоров, как увлекательно,– слышу в твоем голосе неприкрытую иронию. – Тебе как раз очень полезно,– я вдруг с чего-то решила, что больше не хочу сглаживать углы. Раз ты позволяешь себе издевки, почему я не могу отвечать тебе тем же? Делаю глоток кофе и вижу, как мне приветливо улыбается наш одногруппник, что угостил меня им. Улыбаюсь ему и одними губами шепчу спасибо и он почему-то воспринимает это как приглашение подойти ко мне и поболтать. Мамору был славный малый. Высокий шатен с голубыми глазами и задорным нравом, мне нравились его шутки, нравилась его непосредственность. С ним всегда было легко, с тобой же всегда было сложно. Он прислонился бедром к углу нашей парты и, будто бы не замечая тебя, заговорил: – Вкусно?– я кивнула. – Вкусно,– улыбаюсь ему в ответ. – Что делаешь вечером?– он уже не первый раз пытался вытащить меня на свидание, но я ввиду своей занятости и глупой любви к тебе постоянно искала причины для отказа. – Думаю, что буду готовиться к семинарам на завтра,– снова выдумываю на ходу. – Подготовимся вместе?– но Мамору был не из простых, ему нравилось добиваться меня и мои отказы лишь подстегивали интерес. – Я подумаю,– а почему бы и нет? Тебе моя помощь, видимо, больше уже не нужна. – Договорились,– он легко ткнул меня указательным пальцем по кончику носа и ушел за свою парту. Я даже на краткий миг забыла о твоем присутствии. Улыбаюсь как дура и чувствую прилив румянца к щекам, до чего же приятно быть интересной кому-то. Поворачиваюсь к тебе и вижу, что тетрадь твоя открыта на задании по астрологии, а слово ветреная подчеркнуто дважды. Ты все сказал без единого слова, я для тебя ветреная пигалица. Ну и пусть. За все пары мы больше не произносим и слова. Последнее занятие заканчивается и ты неожиданно задерживаешь меня за запястье, не давая встать из-за парты. В полном непонимании жду от тебя хоть что-то в дальнейшем, но ты долго смотришь на моё лицо и молчишь. – В чем дело?– я не знаю, что и думать. – Он хочет тобой воспользоваться,– прямо заявляешь ты и изучаешь мою реакцию. – С чего ты так решил?– всезнающий Саске Учиха. – Интуиция,– ты держишь крепче, чем я думала. Попытка освободить руку не привела к результату. – Ну и пусть, может я тоже этого хочу,– я девочка взрослая и давно не боюсь лишиться такой незначительной мелочи как девственность. – Хочешь, чтобы доказать что-то мне или действительно хочешь?– я полностью опешила. Да что на тебя нашло?! – Саске, я не понимаю. Если тебе есть что сказать – говори, а если нечего, то отпусти, меня ждут,– но тебе проще умереть, чем сознаться в чем бы то ни было. Спустя несколько секунд ты отпускаешь мою руку. Всю среду и четверг наше общение скатилось на нет. Ты хоть и садился рядом, больше не разговаривал со мной, а все мои попытки пробить твою броню оказались тщетными. В пятницу я окончательно устала от этой эмоциональной пытки и, когда ты сел рядом со мной, я не выдержала и начала собирать свои вещи, чтобы отсесть. Ты в непонимании осмотрел меня и ты будто бы против моего ухода. – Какой смысл мне сидеть с тобой? Мы не разговариваем,– я разгневана и злюсь на тебя. – А обязательно разговаривать?– что сказать, я была обескуражена твоим нахальством. – В целом не обязательно, но приветствуется,– я уже начинаю вставать, как ты будто бы придумал предлог и заговорил. – У меня есть несколько вопросов к паре по медицине, объяснишь?– ты мучитель, Саске. Губитель душ и разбиватель женских сердец. Пусто выдыхаю и остаюсь, как всегда давая тебе второй шанс… Мы с Мамору стали общаться теснее и ты явно поспособствовал этому. Чем холоднее ты себя вел, тем больше я искала утешения в других и он был как нельзя кстати рядом. И он действительно нравился мне. Каждое утро прихожу со стаканчиком кофе от него и ловлю твой оценивающий взгляд. Ты, к слову, будто не ел и не пил. Никогда не обедаешь и не пьешь ничего кроме воды, была сильная жара. Иногда мне кажется, что ты неживой, но может попытаться хоть как-то растопить твой лед? – Доброе утро,– сегодня я решила очень постараться и не начинать конфликтовать с тобой с утра пораньше. Улыбнулась и протянула тебе стаканчик кофе, ты удивился. – Твой жених уже и обо мне заботится?– ох, ну почему ты такой? – Мамору не будет пару дней, он на миссии, эти я купила сама,– тебя будто бы передернуло от его имени. Почему? Что у тебя с настроением?– не примешь? Ты молча берёшь стакан и вежливо ставишь на свою половину парты. – Ты сегодня очень красивый,– еще вежливее стараюсь я, тренируя на практике искусство переговоров, которое мы начали изучать. Улыбаюсь и в целом не лгу, ты и вправду небесно красивый. – Только осталась одна и сразу вспомнила о моем существовании?– комплимент мой совершенно не действует, ты даже не приподнял уголки губ из вежливости. – Ну почему ты такой?– у меня пропало всё настроение. – Какой?– ты уловил моё духовное падение и стал заметно воодушевленнее. – Грубый. Я же сказала тебе приятную вещь, хоть бы из вежливости поблагодарил,– глаза твои выражали вселенскую скуку. – Что приятного в очевидном? Вот если бы ты сказала что-то действительно интересное,– притворно тоскливо ответил ты и покрутил в руках стаканчик. – Что же ты хочешь услышать?– ты вдруг приблизился и так тесно между нами еще не было. От тебе веет сладким запахом и терпкой страстью, богом могу поклясться, что я никогда не чувствовала подобного с другими. – Что любишь меня,– едва слышно прошептал ты мне на ухо,– что жить без меня не можешь…– ты даже брал театральные паузы,– и что все эти игры только для того, чтобы я сходил с ума от ревности,– я глубоко вбираю воздух грудью и мне дурно от подобной близости с тобой. Я и вправду люблю тебя так сильно, что дышать больно. Но вот ты уже отстраняешься и с наслаждением наблюдаешь, как я потерялась в пространстве и времени. Все вокруг перестало существовать, лишь ты и твое вселенское притяжение. Магнетизм и харизма сравнимая с богом, ненавижу тебя всем сердцем за это. Только пытаюсь собраться с мыслями и хоть что-то ответить тебе, как входит преподаватель и начинается занятие. Тебе все очевидно и без слов, одно моё замешательство дает тебе понять, что между нами ничего не изменилось: я люблю тебя, а ты позволяешь себя любить. Дни идут, Мамору вернулся, и мы с ним всё чаще уходим после пар вдвоем. Он звал меня в кафе, приглашал на прогулки, не стеснялся покупать мне маленькие подарки и вручать прямо при тебе, будто бы испытывая твое терпение на прочность. Мне было хорошо от его присутствия рядом и было хорошо от твоего присутствия тоже, жаль, что нельзя выбирать двоих. Ты устраивал мне эмоциональные качели, порционно выдавая то хорошее, то плохое настроение. Я очень старалась быть терпеливой к твоим перепадам, но даже моему терпению может прийти конец. У меня тоже бывали трудные дни. Мамору был в отличии от нас джонином и старше на два года, поэтому он переодически пропадал на пару дней из-за миссий. Когда его не было, с тобой становилось проще общаться, потому что в его присутствии у меня даже мерзла правая рука, настолько от тебя веяло холодом. В этот день ничто не предвещало беды. Я не сделала домашнее задание, но заранее предупредила об этом преподавателя, потому что накануне у меня была сложная операция, и теперь я после всех пар осталась сделать тест и сдать его, чтобы добрать баллы. Ты же собрался уходить домой, как преподаватель окликнула тебя и заставила остановиться. – Господин Учиха, а вы не собираетесь ничего сдавать?– знаю, что ты усиленно игнорировал домашнее задание, в этом плане вы с Наруто были как две капли воды. Только один не делал его, потому что был балбес, а ты же напротив, считал себя слишком умным, чтобы заниматься подобной ерундой. – А должен?– прохладно уточняешь ты, считая, что уже оказываешь всем вселенскую милость, приходя на их занятия. – Пишите тест вместе с Харуно,– тебе всучили задания и бланки,– у вас час двадцать, пока я буду на паре у других студентов. Если закончите раньше, оставьте листы на моем столе и можете закрыть аудиторию,– она оставила на краю стола ключи и ушла. Ты был шокирован, что тебе не оказали должных почестей. Раньше в академии с тебя сдували пылинки, да как она посмела так с тобой говорить? Мне было смешно от твоего лица и еще смешнее от того, что с этим предметом у тебя было не все так гладко. Ты в гневе сел рядом и еще больше разозлился, когда увидел, что у нас разные варианты. Для меня же этот тест был сущей ерундой, пятнадцать минут работы. Я невозмутимо решала задачки, нахально ожидая, что ты попросишь меня о помощи, сама же предлагать ничего не стану. Ты упрямствовал и настырно пытался решить все сам, вижу, что часть ты действительно сделал правильно. Я заканчиваю и самодовольно смотрю на твои мучения, как бальзам на душу. Быть умнее тебя хоть в чем-то несравненное чувство. Но дальше уже сложнее и ты застреваешь, пропускаешь одно, второе, но всё еще не просишь о помощи. Я любуюсь твоим профилем и попытками не ударить в грязь лицом. Ты же Учиха, для тебя не бывает не разрешимых задач. Спустя десять минут ты бросаешь это недостойное тебя занятие и собираешься сдавать работу. Я аккуратно перехватываю листик. – Ох, тебе попросить о помощи, наверное, сложнее, чем горы свернуть,– ты позволяешь мне изучить задания. – Также как и тебе признать, что любишь меня,– ты приблизился ко мне вплотную, делая вид, что читаешь задания вместе со мной. Но я чувствую, что ты действуешь странно, твоя рука легла на спинку моего стула, вторая будто невзначай коснулась моего правого запястья. Мы находимся слишком близко для подобной ситуации и я уже не могу думать ни о каком задании, бесцельно скольжу глазами по строчкам и сердце вылетает из груди. Что же ты делаешь со мной? – Ты меня отвлекаешь,– шепчу я и усиленно всматриваюсь в расплывающиеся буквы. – Намеренно,– ты убрал ладонь с моего запястья, проскользнул до плеча и откинул на другое мои длинные волосы. Ты так уверенно вторгся в моё пространство, а я не могла пошевелиться и застыла как статуя. От твоего дыхания побежали мурашки. – Мы здесь совсем одни,– томно прошептал ты мне на ухо, губами прикасаясь к горящей коже щеки. – Да, одни,– мое дыхание уже сбилось. – И есть ключи от двери,– ты уже спустился к шее и едва ощутимо целовал. Если бы мне сказали, что я попала в гендзюцу, я бы поверила гораздо охотнее, чем во что-либо другое,– как ты пахнешь… – Саске, что ты делаешь…– я уже в бреду, между реальностью и размытым сознанием. Между тем, что правильно и тем, чего я хочу на самом деле. А ведь у меня уже практически был парень! Боже, ты намеренно делаешь так, что я о нем забыла… не замечаю как сама подставляю тебе шею для поцелуев. Два твоих холодных пальца касаются моего подбородка, поворачивая к себе. Ты ухмыляешься, видя как я абсолютно потерялась в пространстве, у меня затуманен разум и пелена на глазах. Я тяжело дышу, мне страшно и до боли приятно. Через секунду ты медленно целуешь меня в губы. Господи, сколько лет я мечтала об этом, а теперь меня изнутри терзает чувство, что я предаю человека, которому уже дала надежду на будущее со мной! И я хотела этого будущего! Твой поцелуй высасывает душу, он был таким медленным, плавным, изматывающим. Ты всегда казался мне страстным и несдержанным, но сейчас ты кажешься ласковым и даже осторожным. Я забываю обо всем. Я не могу думать ни о ком, кроме тебя. Ты целуешь меня так, что я в бесконтрольном порыве запускаю ладонь тебе на шею. Касаюсь твоих гладких как шелк волос, проскальзываю ногтями по оголенной коже, готовая отдаться тебе даже на этой чертовой парте, что свела нас вместе. Мы целуемся так долго, что у меня даже губы болят. Твои руки уже нахальным образом блуждают по моему телу, а после ты вдруг становишься совсем другим. В одно мгновение, рывком ты усаживаешь меня на парту и устраиваешься между моих бедер, уже не давая и дернуться. Если бы я только могла и хотела… – Мне запереть дверь?– игриво интересуешься ты, наблюдая как я ничего не соображаю. – Не надо, пожалуйста, ведь я уже не свободна,– я закрываю глаза и пытаюсь отдышаться. – Забудь о нем,– качаю головой, не хочу быть предателем. Я не такая. – Что ты там обо мне писала? Страстный, с высоким либидо?– шепчешь ты мне прямо в губы,– ты даже не представляешь насколько, Сакура,– от услышанного меня берет в дрожь и я покрываюсь мурашками. Если ты не замолчишь, я отдамся тебе прямо на этой парте и пусть нас выгонят из этой долбанной академии. И пусть меня лишат всех званий и заслуг, я мечтаю только об одном – о тебе, здесь и сейчас. Я все еще плыву по течению твоих непрекращающихся поцелуев, но всё заходит слишком далеко. Стоило тебе расстегнуть мою молнию на топе, как я резко прихожу в себя. Так не должно быть! Не здесь и не так, не в спешке на парте. Не при свете гудящих ламп, не в опасности быть пойманными. Хотя уверена, что именно это тебя и заводит, ты всегда любишь рисковать. Тебе нравился адреналин бурлящий в крови и тебе хотелось острых ощущений. Я выставляю ладони тебе в грудь и недвусмысленно отталкиваю. А ты уже завелся ни на шутку, тормозить не хотел и, глаза твои, пылающие шаринганом, говорят об этом громче любых слов. Твоя грудная клетка ходит ходуном от глубоких вздохов, тебе хочется продолжения, но я не хочу. Я должна всё обдумать, я должна разобраться в себе. И тебе бы тоже не помешало это сделать. – Не здесь и не сейчас,– твёрдо заявляю я, правда сама не верю ни единому своему слову, даже голос сел. Ты долго смотришь выматывающим взглядом, а после небрежно поправляешь съехавшую с плеча рубаху, выдираешь из-под моего покрасневшего от твоей хватки бедра, листок и идешь на выход. Тебе наплевать на результаты этого бестолкового теста, вижу как ты пренебрежительно швырнул его на преподавательский стол и ушел. Обреченно выдыхаю, это был мой единственный шанс заполучить тебя и я его благополучно упустила. На следующее утро Мамору возвращается с миссии и делает то, что вбивает последний гвоздь в крышку гроба наших с тобой находящихся в зародыше отношений. Он дарит мне цветы. Я хотела провалиться сквозь землю, так плохо мне было от этого букета. Так не вовремя и так не кстати, я больше не чувствую к нему ничего, кроме жутких мучений совести за обман и надежду, которую я ему подарила. Он наклоняется ко мне и целует в щеку, но щека моя словно онемела, я чувствую лишь касание, а внутри пустота. А от тебя веяло такой немой агрессией, что я боялась повернуться. – Здравствуй, Саске-кун,– Мамору из раза в раз пытался быть с тобой дружелюбным. Я гадала, знал ли он о моих прошлых чувствах к тебе или просто пытается наладить контакт, потому что мы дружили и были раньше в одной команде? Но сейчас ты прожег его таким взглядом, что я поежилась и испуганно отвернулась. – Твой сосед снова не в духе,– весело подмигнул мне он,– я пожалуй пойду,– благодарно киваю. Он был слишком хорошим для такой дряни как я. – Жалкий веник,– небрежно бросаешь ты, попутно продолжая читать параграф по еще одному новому для тебя предмету под названием психология. – Подарил бы лучше,– в ярости упрекаю тебя, ты то ни разу ничего не дарил мне, но при этом смел критиковать других. – Я могу подарить тебе гораздо большее,– во мне кипит неуемная злоба, зачем ты мучаешь меня? – И что же? Себя любимого?– вся моя характеристика на тебя была точным попаданием в десятку. Ты ревнивец и собственник, хотя я совершенно тебе не принадлежу. В гневе хватаю свой учебник и открываю оглавление, ищу нужный параграф. – Вот, ознакомься,– указываю тебе на название «Психология взаимоотношений между мужчиной и женщиной». Но ты поворачиваешь ко мне свой учебник и показываешь совсем другой параграф «Женские психотипы». От возмущения теряю дар речи и молча утыкаюсь в книгу. Ну и дурак же ты, Саске Учиха! – Он жалок, неужели ты не видишь?– уже на паре заявляешь ты с таким самоуверенным лицом, что захотелось дать тебе знатную оплеуху, лишь бы сбить твою спесь. – И чем же он жалок? Красивый, умный, добрый, успешный,– демонстративно загибаю пальцы на его плюсы. – Он знает, что ты любишь меня и позволяет тебе сидеть рядом со мной,– ты отложил книгу и посмотрел в упор. – Я возможно сейчас разрушу твой эгоцентричный мир, но с чего ты вообще взял, что я до сих пор люблю тебя?– ты вышел из себя окончательно и уже без церемоний схватил меня за предплечье, притягивая к себе. – Тогда скажи мне это сейчас,– мы видимо говорили так громко, что привлекли внимание преподавателя. – Задняя парта, мы вам не мешаем?– я как ошпаренная отодвигаюсь от тебя. Мои щеки горят пламенем и я ловлю на себе взгляд Мамору, который очевидно понял, что между нами происходило. Ты снова разрушил мою жизнь. Я хотела быть честной и поговорила со своим потенциальным парнем на чистоту. Объяснилась, что мне действительно трудно забыть все старые чувства к тебе, но я хочу их забыть и изо всех сил пытаюсь сделать это. Просила простить меня за то, что скрывала всё так долго и умоляла дать мне время. Помочь выйти из этой зависимости, отвлечься, дать мне шанс. И он дает. Он слишком святой и я не хочу разменивать того, кто любит меня, на того, кто лишь позволяет себя любить. И мы начинаем официально встречаться. Не знаю, что творилось у тебя внутри, но когда ты узнал об этом, то пропал на неделю с занятий. Не знаю, что творилось со мной, но я продолжала хранить идиотскую верность нашей последней парте и сидела одна, не пересаживаясь к Мамору. Ему я объяснила это тем, что не хочу вести себя по-детски глупо. Мы с тобой просто соседи по парте и всё. Если бы ты нашел в себе смелость сказать мне о том, что ты думаешь на самом деле, то возможно я никогда бы не решилась сделать шаг навстречу другому. Но ты молчал и я больше не хочу ждать. По вечерам, когда я остаюсь дома одна, я плачу. Мне очень больно, но выработанный за годы характер не позволяет мне плакать на людях и я тихо изливаюсь слезами в подушку перед сном. Не могу забыть наш поцелуй, сколько бы Мамору не целовал меня. Страстно или нежно, ласково или игриво, я каждый раз сравнивала эти поцелуи с твоими и слёзы комом вставали в горле. Внутри меня что-то оборвалось, ты проник так глубоко в меня, что все попытки забыть обречены на провал. Ну зачем ты вторгся в мою жизнь, Саске? В следующий понедельник я прихожу припозднившись и застаю тебя за нашей партой. – Привет,– я тихо сажусь рядом и ты вдыхаешь мой парфюм, но никак не реагируешь,– мы больше не разговариваем? Мамору был на задании и я пользуюсь моментом, пытаюсь установить с тобой хотя бы мнимое перемирие. Как дурочка надеюсь на твое благоразумие, но ты же лев по гороскопу, о каком благоразумии вообще может идти речь? Ты окатил меня ледяным взглядом словно ушатом ледяной воды и ответил: – Знаешь кто ты? Ты хуже проститутки, Харуно. Она хотя бы продаётся за деньги, а ты за кофе и жалкий веник,– я в изумлении раскрываю рот. Глаза мгновенно намокают от слез. – А если бы тебе за поцелуй продалась, не была бы проституткой?– у меня дрожат губы, но я еще держусь. Гордость не позволяет разрыдаться при всех. Ответа так и не дожидаюсь, что ж… собираю свои вещи и ухожу с занятий. Проплакала в туалете целый час, проклиная тот день, когда ты пришел на эту чертову астрологию. Нашим знакам зодиака никогда не было по пути. Впадаю в полную стагнацию и сижу в четырех стенах. Игнорирую занятия, друзей и Мамору. Никого не желаю видеть и играть влюбленную девушку мне сейчас не под силу. Еда не лезла в глотку, сон не шел и все мои мысли крутились лишь вокруг тебя. Лежу подолгу в кровати и бесцельно смотрю в потолок, ища причину твоих столь грубых слов в мой адрес. Ты ревновал или просто издевался? Может ты прав и я правда хуже проститутки? В одну из таких ночей круговорот моих ночных страданий прервал звонок в дверь. Никого не ждала, но в испуге подрываюсь с постели и открываю входную. А за ней стоишь ты, пьяный. Уткнулся рукой в косяк и держался, чтобы сохранить равновесие. Как ты умудрился дойти до меня в таком состоянии? – Саске, что ты здесь делаешь?– впускать тебя я не собиралась, но когда ты спрашивал чего я хочу? Нахально делаешь шаг в мою квартиру и хлопаешь дверью. Боже, ты пугаешь меня так сильно, я впервые вижу, чтобы ты позволил себе настолько распуститься. – Долбанные твои гороскопы,– выплюнул ты и посмотрел тяжелым выматывающим взглядом из-под своих длинных черных ресниц,– ведь ты всю правду написала. Я ревнивец и собственник,– ох, ну надо же, алкоголь помог тебе стать откровеннее и позволил признать очевидное. – Давай я помогу тебе сесть,– хоть алкоголь и подкосил твое физическое состояние, с рассудком у тебя, кажется, всё было в порядке и ты без помощи дошел до дивана и рухнул на него всей своей тяжестью,– тебе нужно выпить абсорбент, я сейчас. Но ты схватил меня за руку и не отпускал ни на шаг от себя. Я так и застыла на полушаге и ждала хоть чего-то, но ты молчал и лишь твое тяжелое дыхание раздавалось по мертвой тишине моей комнаты. Придумывать себе твои мысли за тебя не хочу, скажи мне, если есть что сказать, Саске. А если нет, то пусти и покончим уже с этим раз и навсегда. – Ты могла бы не создавать всех этих проблем,– наконец, спустя долгую паузу заявляешь ты,– если бы просто сказала, что любишь меня. Снова эти беспочвенные обвинения. Почему я должна быть первой, раз ты пришел ко мне? Почему я должна рушить свою жизнь и идти на риск, если ты ничего не говорил мне? – Я люблю тебя,– обреченно сознаюсь в очевидном и поворачиваюсь к тебе, а рука уже горит от жесткой хватки,– ну как, стало легче?– надеюсь, ты просто не вспомнишь об этом завтра утром. Взгляд твой будто бы прояснился, может ты и не был так сильно пьян? С силой тянешь меня на себя и через мгновенье я уже оказываюсь прижата к твоему телу. Рубашка обнажила живот и ты такой горячий словно температуришь. – Я оскорбил тебя, прости,– уткнувшись мне в шею, шепчешь ты. И я прощаю, даже если завтра ты сделаешь вид, что не говорил этого,– останься со мной, хотя бы на эту ночь…– просишь еще тише, скользя влажными губами по коже. Твоя боязнь привязанности мучала меня больше месяца, а до этого долгие годы. Эта просьба остаться с тобой далась сейчас, наверное, тяжелее, чем признаться Наруто, что он победил. Но сейчас очевидно победил ты и я остаюсь. Лежу на твоей груди и не хочу никуда уходить, потому умираю от любви к тебе. В этом мире не существует других людей, есть только я и ты, есть только мы и все остальное забыто. Руки твои вольно гуляют по моему телу, будто исследуя каждый незнакомый изгиб. – Саске, ты пьян, тебе нужно поспать,– во мне просыпается медик и даже если я тоже хочу тебя, больше всего я переживаю за твое самочувствие. Мы незаметно друг для друга меняемся местами и я оказываюсь под тобой. Ты смотришь диким незнакомым мне взглядом, мучаешь меня касаниями и не собираешься отпускать. От тебя веет чем-то сладким в перемешку с алкоголем и я пьянею от одного вида твоего крепкого тела. – Я хочу тебя, всю, целиком,– я уже ничего не соображаю, пока ты сдернул мой шелковый топ с плеч и с жадностью осмотрел. Я должна сгорать от стыда, а я сгораю лишь от желания. Ты начинаешь целовать мои нежные губы, твой горький привкус для меня слаще, чем карамель. Назад пути нет, а я и не пытаюсь дать по тормозам. Мамору забыт и ты добиваешься своего, я вся твоя и без остатка. Утром боюсь открывать глаза. Мы так и уснули в ворохе нашего сорванного белья, перемятого пледа и тонких диванных подушек. Знаю, что в каком бы настроении ты не проснулся, разговор предстоит тяжелый и мне тоже есть что сказать. Начиная с вопроса, как ты докатился до того, чтобы напиваться и заканчивая тем, как ты вторгся в мою квартиру и взял меня на этом диване. Я жду от тебя объяснений. Чувствую, что ты еще спишь и неосознанно прижимаешь меня к себе, да так, что больно ребрам. Твое тихое дыхание слышится у моего уха. Я бы слушала это вечность. Но даже лучшим моментам приходит конец и спустя двадцать минут ты просыпаешься. Я поняла это по тому, как руки твои проскользили по моему животу, перешли на бедра и снова вернулись к груди. – Ты спишь?– бархатным голосом спросил ты тихо-тихо. – Нет,– я боюсь повернуться. – Злишься?– ты тоже не торопился повернуть меня к себе, видимо чувствуя себя комфортнее, когда я не вижу твоего лица. – Немного,– сухо признаюсь я, губы твои пробегаются по моей шее. – Сакура, на меня нельзя злиться, у меня знак зодиака дурной,– я вдруг не выдержала и засмеялась. – Что?– настроение снова игривое? – Ты же сама писала этот доклад. У меня одни недостатки, представь как мне тяжело оставаться хорошим человеком,– я даже не могу сдержаться, ну до чего же ты прелесть. Сама невинность. – О, да, теперь мне всё ясно. Ну у меня тоже много минусов. Я теперь еще хуже проститутки? Тебе то я отдалась вообще бесплатно,– обида на это оскорбление еще сидела во мне. – Я уже извинился,– холодно отрезал ты. – Помнишь об этом? Я думала, вдруг забыл. А как в любви мне признавался, помнишь?– дразнюсь и не могу уняться, так весело мне от чего-то стало. – Я помню всё, что я говорил,– ты придавливаешь меня животом в диван и навалился сверху,– прекрати меня дразнить, я не переношу этого,– тихо посмеиваюсь в подушку. – А мне нравится,– взгляд мой падаёт на часы напротив,– мы на пары опаздываем,– я пытаюсь выбраться из-под тебя, но ты даже не пошевелился. Переворачиваюсь и мы оказываемся лицом к лицу. – Какая же у нас сегодня?– равнодушно и со скукой уточняешь ты. – Астрология, львов изучать будем. Идем, тебе полезно будет послушать,– ты несдержанно целуешь меня в губы. – Мы идем туда только при одном условии,– я внимательно слушаю,– ты сегодня же заканчиваешь свои игры с этим недалеким,– какой же ты грубиян, Саске. Но я подчиняюсь. Когда мы вошли в аудиторию вдвоем, для Мамору уже все стало понятно. Я подошла к нему и когда он потянулся, чтобы поцеловать меня после долгой разлуки, я отодвинулась на шаг назад и на лице его отразилась вымученная тоскливая улыбка. – У меня больше нет шанса?– мягко спросил он, заправляя прядь моих розовых волос за ухо. Бросаю на тебя испуганный взгляд, но ты благоразумно отвел глаза на доску, лишь бы не видеть этого. – Прости, я так виновата перед тобой,– мои изумрудные глаза защипало от слез. – Не надо, Сакура. Твои слёзы делают мне больно,– он протянул руку и вытер мои намокшие глаза. – Если бы я могла объясниться,– не при людях… – Это ни к чему, Сакура. Я не дурак, ведь я тоже знаю, что такое любовь,– он улыбнулся снова и сел за парту, разговор наш очевидно больше не имел смысла. Я вышла в туалет, чтобы дать волю чувствам и вернулась спустя пять минут к тебе за парту. – Ты плакала?– твой зоркий глаз моментально заметил мои круги под глазами и красный нос. – Я чувствую себя виноватой перед ним,– но ты явно себя таковым не чувствовал, ты чувствовал себя победителем. – Винить себя за то, на что ты не можешь повлиять – глупо, Сакура,– и ты как всегда прав, я действительно не виновата, что люблю тебя больше жизни. Так прошла наша учёба, лето подходило к концу. Мы с тобой встречались уже открыто, не скрывая ни от кого свои отношения. Между нами было столько эмоций, что порой меня саму удивляет, как мы выдерживаем это. Страсть, ревность, нежность, романтика. Нас бросало из стороны в сторону, но от того и интереснее, правда же, Саске? Нашу команду вызвали к Какаши-сенсею за объявлением результатов. Я чувствовала лёгкое волнение, но в целом была готова не стать великим джонином и просто быть с тобой рядом. Какаши-сенсей как раз изучал наши результаты, когда мы вошли, Наруто уже ждал нас там. – Итак, подведем итоги ваших трудов,– тон был его не оптимистичным, но тебе кажется нет до этого никакого дела. Ты отрешенно смотришь на мой профиль, а я плавлюсь, вспоминая, что ты делал со мной этой ночью. – Звание джонина будет присвоено только Сакуре,– я в изумлении таращу глаза,– за лучшие результаты на экзаменах и за то идеальные рецензии от всех преподавателей,– ты мягко ухмыльнулся и закрыл глаза. Ты пророчил мне это и твои слова подтвердились. – Наруто, результаты плохие, как и рецензии преподавателей. Ты проспал половину занятий и нигде не проявлял активности. Но за то, что ты честно отходил все три месяца я даю тебе допуск к миссиям любого ранга,– Наруто захлопал в ладоши и громко засмеялся, для него это абсолютная победа. – Саске, твои результаты значительно выше среднего, но все преподаватели как один заверили меня в твоем абсолютном отсутствии интереса к учебе и повышенном внимании к Сакуре,– я краснею на глазах, боже, мы уже у всех на слуху,– твой максимум как и у Наруто, я даю тебе возможность брать любые миссии без нужного ранга. Плюсом с тебя снят статус нукенина,– я улыбаюсь и смотрю на тебя, этого более чем достаточно. Если бы приложил хотя бы каплю стараний, то уверена, что твои оценки были бы лучше всех, как когда-то в академии. Но ты больше не нуждался в этом и уступил первое место своей девушке. Мы выходим в прохладу августовского вечера и решаем с тобой прогуляться. – Поздравляю,– мягко говоришь ты, рубашка твоя развевается на ветру, я хочу тебя больше всего на свете. – Ты мог бы стать лучшим, просто ты не любишь подчиняться приказам,– мы вдруг останавливаемся в парке, где вокруг ни души. В нос бьет пьянящий аромат зелени, слышу треск сверчков. Когда еще между нами была такая идиллия? – Это правда, зато я тебя люблю,– твоя рука касается моих волос, ты совсем не смущен, когда впервые в жизни признаешься мне в этом. Тот самым момент, которого я ждала столько лет и столько месяцев, теряю дар речи. – Но и от пар этих был плюс,– я все еще шокировано молчу и ты пытаешься заполнить возникшую паузу, улыбаешься,– я теперь настоящий специалист в астрологии,– не выдерживаю и смеюсь, кто бы мог подумать, что ты вообще способен шутить? Тянусь к тебе на носочках и целую, ох, если бы я знала, что астрология способна свести нас вместе, то давно бы поверила во все эти знаки зодиака, натальные карты и прочие несусветные глупости. Может и вправду есть над нами что-то такое и мы с тобой были предначертаны друг друг звездами? Ответа не было, как и не было сил думать о чем либо, кроме как о тебе и твоем признании. – Может прямо здесь?– игриво предлагаешь ты, замирая рукой на моем замке короткого платья. – Ну уж нет, потерпи до дома,– ловко перехватываю твою ладонь у замка. – Зануда же ты, Харуно,– со смешком отвечаешь ты, делаешь короткий чмок в губы и тянешь меня в сторону твоего квартала, где мы всю ночь будем изучать новые созвездия…