Персонажи "39 ключей" узнают будущее

Дэн сидел за третьей партой у окна и со скуки стучал ручкой по столу. До конца учебного дня было еще около пяти часов, а он уже хотел домой. Математику парень считал самым скучным предметом во всей школьной программе, хотя неплохо в ней сек. Прозвенел звонок, он быстро собрал портфель и выбежал из класса. На дворе стоял май, и скоро должны были начаться летние каникулы. Он сможет провести их вместе с сестрой Эми и своей любимой бабушкой — Грейс Кэхилл. Он все еще обижался на нее, потому что она не взяла их под опеку после смерти родителей, но когда они проводили время вместе, все его переживания просто растворялись. Грейс была клевой бабушкой. Это, пожалуй, было то, в чем они с сестрой никогда не сомневались. И, хотя бабуля часто пропадала, когда уезжала в свои путешествия, возвращаясь обратно, она всегда рассказывала о них и привозила сувениры. Улыбнувшись приятным мыслям, мальчик хотел забежать в туалет, чтобы умыться после душного кабинета, но случайно столкнулся со старшеклассницей. Она выронила портфель. Ручки и тетради рассыпались по полу. — Ой, прости, давай я подниму. Мальчик наклонился, чтобы поднять вещи, но девушка опередила его, раздраженно бурча под нос. Схватила все вещи в охапку и, развернувшись, направилась в противоположную сторону. Дэн перевел взгляд вниз и увидел книгу, оставшуюся лежать на полу. Дэн поднял ее, но когда он разогнулся, девушки уже не было видно. Какая шустрая! Это показалось мальчику странным. Оглядев непримечательную синюю обложку, и еще раз оглядевшись, он открыл книгу. Раздался громкий хлопок.

***

Эми Кэхилл ненавидела толпы людей. И выступления. А публичные выступления и вовсе вызывали у нее паническую атаку. Но сегодня надо было рассказывать сочинение по английской литературе вслух, стоя возле доски, и девочка, как могла, пыталась отсрочить свой выход. Учитель медленно скользил карандашом по списку, и это не на шутку тревожило класс. Он поднял взгляд на учеников. Парень, сидящий с Эми, дернулся. Ручка девушки закатилась под парту. С тихим обреченным вздохом она наклонилась вниз. Внезапно ей стало плохо. Она не успела ничего предпринять, как потеряла сознание.

***

Иана Кабра раздражала его младшая сестра, Натали. Прямо сейчас они вместе с Ириной Спасской находились в частном самолете их отца и летели с Багам, где у их родителей была шикарная вилла, обратно в Лондон. Весь полет Натали ныла, что из-за морского воздуха она испортила себе волосы. А брат раздраженно шипел на нее, говорил ей заткнуться и перестать пытать его нервы. В салоне появился стюард. Он неторопливо приближался, будто стараясь остаться незамеченным. Иан почувствовал затылком, как напряглась сидящая сзади него Ирина. Он тоже почувствовал что-то неладное. Он никогда раньше не видел этого стюарда. Ирина встала. Предупреждающе сверкая глазами-льдинками, она медленно подошла к молодому человеку. Тот резко достал из-под жилета пистолет. Ирина сгруппировалась и коротким прямым ударом выбила у нападающего оружие, отправив его в нокаут. Но, к сожалению, она не успела вовремя обезвредить мужчину. Стюард успел нажать на курок газового пистолета. По самолету поползло сероватое облачко перечного газа.

***

Уильям Макентайер с тяжелым вздохом откинулся на спинку своего рабочего кресла, потирая уставшие глаза. Уже перевалило за полдень, а он до сих пор не лёг. В последнее время он очень много работал над документами разной важности. Иногда доходило до того, что он даже пообедать не успевал. Нотариус сделал гудок своей секретарше, чтобы она сделала ему кофе. «В последнее время только на кофе и держусь,» — мысленно покорил себя мистер Макентайер. — «Хотя это еще громко сказано.» Он покрутил затекшей шеей. Ему не хватило буквально нескольких миллиметров поворота головы, чтобы заметить, как его секретарша подмешивала ему в кофе снотворное. После этого она уже четко отработанным движением открыла дверь в его кабинет и, придерживая ее ногой, поставила чашку перед нотариусом. Тот благодарно кивнул и улыбнулся девушке. Но от его взгляда не могло не укрыться, что кофе был чуть более мутным, чем обычно… *** Тройняшки Старлинги сами не помнили, как оказались в небольшой уютной библиотеке. Интерьер был достаточно красивым, но слегка старомодным. Тед сразу заприметил над дверью фамильный герб Кэхиллов, но промолчал. Тут было пусто и абсолютно тихо, если не считать огромного серебристого египетского мау, который вальяжно раскинулся на пухлом кресле. Шинейд уже где-то видела этого кота. Кот медленно оглядел ее с ног до головы и прикрыл глаза. Эта нотка презрения в глазах животного всегда с головой выдавала наглого кота старухи Грейс Кэхилл, Саладина. Этот кот действительно был чересчур избалованным и таким же раздражающим, но хозяйка в нем души не чаяла. Всегда утверждала, что это умнейший на свете кот. На что тот лишь мурчал, одобряя слова Грейс. Ну и где же они могли находиться вместе с Саладином и фамильным гербом, как не в особняке старушки Кэхилл? *** Йона очень устал после очередного концерта. После очередной ссоры у него были проблемы с мамой, поэтому он решил отдаться на растерзание фанатам, чтобы не осталось сил ни на какие эмоции. Поэтому сейчас подросток неторопливо брел за сценой, чувствуя себя абсолютно выжатым. Отец должен был ждать в машине, поэтому звезда проскочила несколько рядов телохранителей, стараясь не показываться на глаза фанатам, и села в машину. Они тронулись. Йона потянулся, развалившись на заднем сиденье черного джипа. Тело болело. — Йоу, пап, я так устал. Но концерт — пушка. Ваще. Но вместо Бродерика Уизарда с переднего сидения на него повернулся мужчина в маске. У него был пистолет. Всю усталость Йоны как рукой сняло. Черт! Кажется, он перепутал автомобиль…

***      

                                                 Гамильтон и его сестры уверенно крутили педали. Ветер свистел в ушах, а кочки на тропинке давно вывернули бы руль из рук велосипедистов, если бы этими велосипедистами не являлись Холты. Заезд по высоким холмам на велосипедах всегда помогал избавиться от навязчивых мыслей, которые Холты, чаще всего, переварить не могли. Поэтому родители оставили его с сестрами, а сами пошли в театр. После заезда троица отправилась к ближайшему кафе, чтобы выпить воды и отдохнуть. Когда они подъехали, стало прохладно. Слегка продрогшая Медисон забежала в помещение. Раздался глухой удар. Зашедших после сестры Холтов ждало тоже самое. *** Алистер Оу, пригнувшись, быстро несся по пустому парку. Ох, давно он так не волновался! От стресса сразу начинали ныть мышцы под коленями. Конечно, сразу возникает много вопросов, почему этот некий элегантный представитель богемы, уже достаточно в солидном возрасте, шатается по лесу в таком непристойном виде. А причина может уместиться всего в одно слово — коллекторы. Он заработал несколько миллионов на своем изобретении. Но было множество провальных попыток, из-за которых Алистер снова и снова влезал в долги. А после того, как по его вине сорок человек попали в больницу, пришлось урезать производство. После и вовсе отдать оставшиеся деньги, чтобы закрыть долги, но даже этого не хватило. Алистер Оу стал банкротом и единственное, что у него оставалось, это вилла в Южной Корее. Также Алистер много путешествовал. На это тоже требовались деньги, и не малые. Именно поэтому сейчас господин Оу, согнувшись в три погибели, безуспешно пытался протиснуться через кусты. Предприняв еще несколько попыток, которые, впрочем, тоже не увенчались успехом, он быстро обошел их и вышел за пределы парка. Спустя пару минут, кряхтя и отряхиваясь, Алистер вышел на дорогу. Когда сзади на него напали, накинув на голову пакет, Алистер не мог не оценить действия врагов. Застали его врасплох! Все попытки сопротивления с треском провалились. Воздуха хватило всего на пару коротких, резких вздохов. После все погрузилось во тьму.

***

Эми очнулась от того, что кровать под ней пошевелилась. Она, все еще не понимая, где находится, открыла глаза. Она лежала на собственном младшем брате! Девушка резко подскочила, но потом схватилась за лоб. Голова раскалывалась. Эми оглядела помещение, рассматривая предметы мебели. От удивления она на секунду даже забыла о дискомфорте. Это же библиотека в бабушкином особняке! Но они с Дэном были здесь не одни. Иан и Натали с презрением наблюдали за ними с диванчиков, а рядом, как молчаливый стражник, стояла Ирина. Алистер Оу сидел в кресле напротив, а противные близнецы-Холты и их старший брат чем-то занимались возле выхода. Судя по всему, дверь была заперта. Внезапно дверь распахнулась внутрь, чуть не ударив Гамильтона по лбу, и впустила внутрь молодую девушку. Она была очень красива: рыже-каштановые волосы лежали на плечах, зеленые глаза сверкали умом и решительностью. Плечи развернуты и сама она подавалась чуть вперед, будто бросая вызов тому, что ждет ее дальше. Вся ее фигура выражала уверенность в себе и даже легкую властность. Она проявлялась во взгляде и в том, как сама девушка передвигалась. Что-то было в ней неуловимо знакомое для некоторых людей, сидящих в зале. — Мама? От удивления Алистер привстал с кресла. Эта девушка была вылитая Хоуп Кэхилл! Но присмотревшись, он понял, что лицом девушка лишь издали похожа на Хоуп. Но эти глаза… Девушка подошла к Дэну и помогла ему встать, ведь во всей этой суматохе Эми совершенно про него забыла. После того, как она легким движением отряхнула с его кофты частички пыли, Эми поняла, что девушка, которая перед ней стоит, никто иная, как она сама! Заикаясь от волнения и шока, девочка решила удостовериться в своей догадке: — Ты… Я? Девушка улыбнулась и кивнула. В библиотеке все застыли в шоке, даже вечно холодная Ирина позволила себе удивленное выражение лица. — Но… Это не возможно! — пораженно выдохнул Алистер. — Дядя, для Кэхиллов нет ничего невозможного, — Эми терпеливо улыбнулась. — Не делайте вид, что вы об этом не знали. Алистеру стало неуютно. — Ну и зачем вы нас здесь собрали? Этот голос с британским акцентом прозвучал с диванчиков. Надо же, под впечатлением Эми успела забыть, что здесь находятся еще и Кабра. Новоприбывшая обернулась на звуки голоса и подняла руки в примирительном жесте. И куда только делась старая, вечно заикающаяся Эми?! Дэн в какой-то момент даже подумал, что его сестру подменили. — Вы здесь для того, чтобы узнать свое будущее! — сказала она, кивнув на книгу, лежащую на журнальном столике. Ту самую, которую Дэн поднял после того, как врезался в ученицу. Сзади кто-то фыркнул. Было видно, что ей вообще никто из присутствующих не поверил. Эми взяла книгу и со знанием дела повертела ее в руках. Все таки она обожала читать. Но после слов себя из будущего, эта книга заставляла слегка благоговеть перед неизведанным. Девочка сама не понимала, почему, но она верила. Верила, что все, что происходит сейчас — реально. Возможно, ей передалось настроение Дэна, который обожал статьи про пришельцев, привидений и машины времени, и сейчас его заметно потряхивало от предвкушения. Заметив, что все настроены скептически, гостья из будущего пожала плечами. В свои шестнадцать ей не раз удавалось уговорить строптивых родственников. Все таки, как глава клана, она должна это уметь наравне с остальными качествами. — Вы можете прочитать одну главу, и, если вы поймете, что я не вру, можете остаться дочитывать. Если же нет, вас никто не держит. «Да кто посмеет удерживать стольких людей, да еще и насильно?» Все еще настроенные слегка недоверчиво, Кэхиллы переглядывались друг с другом. — Йоу, меня нет на это времени! У меня очень плотный график, улавливаешь? — раздался очень знакомый голос. Ну кто еще мог использовать такие словечки?! Дэн повернулся к Йоне Уизарду. Он даже понятия не имел, что приходится знаменитой звезде кузеном. — Я вас уверяю, вы никуда не опаздаете, — Эми заложила руки за спину, собираясь с мыслями. — Вы находитесь в моем времени. Как только вы захотите уйти, мы вернем вас в тот момент, когда забрали. — То есть, я не пропущу парикмахера? Тогда хорошо! — практически промурчала Натали. Иан закатил глаза. Эми села на диванчик, стоящий напротив массивного шкафа и открыла книгу, рукой показав Холтам, все еще тершимся у двери, что им нужно сесть. Все приготовились слушать. За пять минут до того, как умереть, Грейс Кэхилл изменила свое завещание. — Умереть? — голос Эми дрожал. Она очень любила свою бабушку, а после смерти родителей она осталась для них с братом единственным по-настоящему родным человеком. Нет, конечно, была еще тетя Беатрис, и еще многочисленные кузены и другие родственники, такие как Иан и Натали, или Холты. Но их отношение к двум сиротам было ужасным. Дэну показалось, что он летит в глубокую пропасть. Алистер прикрыл глаза. Ему было неприятно слышать о смерти Грейс. Все таки он неплохо общался с Хоуп до всего этого кошмара с ключами и пожаром. Но при этом Грейс была соперником и соперником достаточно опасным. Не было понятно, из какого она клана и на кого она работает. Проще говоря, впечатление всегда было двойственным. Ее адвокат принес альтернативный вариант, который был самым большим секретом Грейс — она хранила его ото всех на протяжении семи лет. Уильям Макентайр никогда не мог с уверенностью сказать, собирается ли она на самом деле воспользоваться этим вариантом завещания. Пожалуй, это было бы безумием. — О чем это они? Что за «альтернативный вариант завещания» и о чем вообще идет речь? — спросил Дэн, немного оскорбленный мнением Уильяма Макентайера о своей бабушке. Она редко ошибалась. Было ощущение, что она просто не позволяет себе сделать ошибку, стать слабой. Это мало выражалось в повседневной жизни, но, обладая прекрасной памятью, Дэн с уверенностью мог сказать, в какие моменты Грейс становилась другой. Более напряженной. Более закрытой. Макентайер выглядел немного взволнованным. Этот «вариант» всегда напрягал хотя бы тем, что он просто существовал. Это правда было бы безумием. И хоть в том, что касается ключей, Грейс Кэхилл действительно никогда не ошибалась, Уильям не привык слепо верить людям. Все таки Кэхиллы — мастера по ударам в спину и не будут колебаться ни секунды перед тем, как предать человека, с которым еще вчера был готов горы свернуть. Увидев, что в зале царит напряжённая атмосфера, Эми продолжила читать. — Мадам, — спросил он, — вы уверены? Грейс смотрела в окно, на залитые солнцем луга своего имения. Ее кот Саладин лежал рядом с ней, свернувшись калачиком, как и на протяжении всей ее болезни, но сегодня его присутствия было недостаточно, чтобы успокоить Грейс. Она готовилась привести в движение череду событий, которые, возможно, станут причиной гибели цивилизации. Двое Кэхиллов шокированно смотрели на книгу. Грейс никогда не делала того, что могло бы навредить другим людям, и Эми с Дэном это прекрасно знали. В это было просто невозможно поверить. Молчание в библиотеке становилось все более угнетающим. — Да, Уильям. — Каждый вдох причинял ей боль. — Я уверена. Уильям сломал печать на коричневой кожаной папке. Он был высоким мужчиной с морщинистым лицом. Его нос, подобно солнечным часам, отбрасывал тень то на одну щеку, то на другую. Уильям был советчиком и самым близким человеком Грейс добрую половину ее жизни. На протяжении всех этих лет они делили друг с другом не один секрет. Но никогда еще тайна, связывающая их, не была столь опасной и рискованной, как эта. Он протянул ей документы для просмотра. Приступ кашля сотряс тело Грейс. Саладин сочувственно мяукнул. Когда кашель утих, Уильям помог ей взять ручку. Грейс с трудом поставила свою слабую подпись на документе. — Они такие юные, — сокрушенно вздохнул Уильям, — если бы только их родители… Все прекрасно поняли, о ком идет речь. Юные Кэхиллы молча переглянулись. По щеке Эми скатилась слеза. Иан редко испытывал к кому-либо жалость. Но, смотря на плачущую Эми, у него в груди расцветало ранее неведомое, щемящее чувство. Алистер нахмурился. Он очень не любил вспоминать подробности той страшной ночи. Он до сих пор чувствовал себя виноватым. «Если бы эти дети знали, что произошло тогда, как бы они ко мне относились?» Всё таки он предал их. — Но их родителям не удалось, — горько сказала Грейс, — и теперь эти дети должны быстро повзрослеть. Они — наш единственный шанс. — Если им не удастся… — Тогда пятьсот лет работы были напрасны, — сказала Грейс. — Все разваливается. Семья, мир — абсолютно все. Уильям мрачно кивнул. Он взял папку из ее рук. Эми метнула требовательный взгляд на стоящего неподалеку нотариуса, на что тот лишь пожал плечами. Может быть, когда придет время, он ей все расскажет. Хотя, учитывая данную ситуацию, скорее всего раньше это сделает книга. Грейс откинулась назад и погладила Саладина по серебристой шерсти. Вид за окном вселял в нее печаль. Слишком уж хороший день для того, чтобы умереть! Она хотела устроить последний пикник с детьми. Она хотела быть молодой и сильной и снова объехать весь мир. То, что Грейс была путешественницей, для Эми никогда не было секретом. Когда бабушка возвращалась, она всегда привозила интересные сладости, которые не купишь в Бостоне, и множество интересных историй, от которых иногда захватывало дух. В тайне не осталось и то, что некоторые поездки были связанны с родителями, но Грейс никогда не любила вспоминать их и всегда ловко уходила от темы. Когда его сестра из будущего сказала про Саладина, Дэн грустно улыбнулся. Как же он обожал этот огромный несносный клубок серебряной шерсти. Он даже не знал, откуда у Грейс этот кот, но он был ей очень дорог. Гамильтону было неясно, зачем все эти утомительные поездки. Ладно если бы это были экспедиции в горы или походы в непроходимые леса, но старушка наверняка объехала мир не для этого. Так для чего? Но ее зрение ослабло. Легкие едва справлялись. Она сжала в руках свое нефритовое ожерелье — талисман, приносящий удачу, который она нашла в Китае много лет назад. Ожерелье не раз помогало ей вырваться из цепких лап смерти, когда она была уже на волосок от гибели. Но теперь оно было бессильно. Эми было тяжело слышать о состоянии бабушки. Да, они давно знали о ее болезни, но всегда верили, что Грейс справится! Бабушка всегда была сильной… Грейс многое сделала, готовясь к этому дню. И все же осталось так много того, чего она не успела… так много того, о чем она никогда не рассказывала детям. Дэн не выдержал: — Да о чем вообще идет речь? Мальчику было больно осознавать, что есть вещи, которые бабушка хранила в тайне. И что эти секреты были очень важны. — Дэн, не волнуйся, в книге все написано, я все расскажу, — успокаивала его Эми. Вспоминать об этом было неприятно, ведь они несколько недель не могли понять, почему бабушка бросила их слепо бродить в темноте. Но причина и правда того стоила. — Должно быть достаточно, — прошептала она. И с этими словами Грейс Кэхилл в последний раз закрыла глаза. Брата и сестру Кэхилл передернуло. Остальные в библиотеке молча смотрели на книгу. «Интересно, как много людей в этом помещении в итоге окажутся мертвыми в будущем?» — от таких мыслей Рейган Холт стало слегка зябко. Уильям Макентайр удостоверился, что Грейс мертва, подошел к окну и задернул шторы. Он предпочитал темноту. Она казалась более уместной для предстоящего дела. «Что за дело?» — эту промелькнувшую мысль никто не высказал вслух. Все были слишком поглощены происходящим в книге. Дверь за его спиной открылась. Кот Грейс зашипел и исчез под кроватью. Саладин, хоть и был на редкость избалованным засранцем, но также был очень умным зверем. Он не стал бы агрессивно вести себя с человеком, от которого не исходит угрозы. Чего не скажешь об обратном… Уильям не обернулся. Он внимательно смотрел на подпись Грейс Кэхилл в ее новом завещании, которое только что стало самым важным документом в истории семьи Кэхилл. Никто не заметил, как у Ирины сверкнули глаза. — Итак? — произнес резкий голос. Уильям обернулся. В дверном проеме стоял мужчина, его лицо было скрыто тенью, а костюм был черен, как ночь. Личность неизвестного мужчины была интересна абсолютно всем, о чем свидетельствовали повернувшиеся головы в сторону мистера Макентайера. Тот лишь покачал головой, мол, информация строго конфиденциальная. — Время пришло, — сказал Уильям, — убедись, что они ничего не подозревают. Уильям не сказал бы наверняка, но ему показалось, — мужчина в черном улыбнулся. — Не беспокойся, — заверил мужчина, — у них никогда не будет ключа. — Конец главы, — сказала Эми и подняла голову на остальных. — Вы можете остаться здесь и продолжить чтение, а можете уйти. Все зависит только от вас. Никто не выразил отказа. Все явно находились под впечатлением после прочитанного. Подождав еще минуту, Эми кивнула: — Хорошо, тогда вы можете расположиться в комнатах на первом этаже. Девушка кивнула, прощаясь, и покинула зал.