Nowhere to Land

Гарри перевернулся на другой бок и потер глаза. Зазвонил будильник, и заиграла песня, которую он слышал буквально раз или два и точно знал, что не ставил ее на будильник. Многое из того, что произошло за последние несколько недель, казалось… странным. Гарри выключил будильник и протер глаза, оценивая свое самочувствие. Впервые за, казалось, целую вечность он почувствовал себя самим собой. Не то чтобы он и раньше не чувствовал себя самим собой. Просто одним утром он проснулся, и ему показалось, что его тело живет само по себе. Это, конечно, кажется абсолютной бессмыслицей, но Гарри казалось, что он наблюдает за всем происходящим как бы со стороны. Он смутно помнил все, что делал в течение последних нескольких недель, но совершенно не понимал и не принимал решения, которые за всем этим стояли. Одно было более размыто, чем другое. Были целые периоды, в которых мелькали Джемма или даже мама и которые он не помнил. Он словно отключился, хотя был абсолютно трезв. Встряхнув головой, Гарри встал и почесал живот. Посмотрев вниз, он вновь прошелся рукой по животу и с приятным удовольствием ощутил разницу. Из-за нового режима тренировок тот стал более упругим. Он понятия не имел, что вызвало у него внезапную мотивацию заняться спортом, но сейчас у него самого практически возникло желание пробежаться. Может, он наконец все же нашел для себя подходящий спорт. В прошлом уже было несколько попыток, но все безрезультатно. Гарри натянул спортивные штаны и старую футболку, а после выглянул в окно. Дождя, похоже, сегодня не ожидалось, хотя и было по-осеннему холодно. Он знал, что вспотеет независимо от температуры, и просто надеялся, что за это время еще и не промокнет. Схватив свой телефон и обнаружив, что там теперь был плейлист для тренировок, Гарри пролистал его и покачал головой. Чем дальше он листал, тем больше вспоминал, как составлял его, но там было полно песен, которые ему не нравились. Он понятия не имел, какой черт его дернул, но решил все равно послушать. Видимо, раньше это прекрасно работало. Вчера у него была довольно продолжительная пробежка — или это было не вчера? Представление о времени и остальные его воспоминания были затянуты густым туманом — а музыка определенно помогала ему держаться, так что, если только все не сломалось, должно сработать. Гарри повязал на голову бандану, убрав кудри назад, почистил в ванной зубы и пошел на кухню попить воды. Он как раз наливал в стакан воду, когда голос Джеммы застал его врасплох настолько, что он уронил стакан в раковину. — Я удивлена, что ты так рано встал, учитывая твое вчерашнее свидание. Схватившись за грудь, Гарри развернулся и запустил в нее кухонным полотенцем, попавшимся под руку. — Сколько раз тебе повторять, чтобы ты перестала строить из себя ниндзя и издавала хоть какие-нибудь звуки, чтобы я не умер раньше времени от сердечного приступа? Джемма застыла и окинула его оценивающим взглядом. — Когда ты сказал мне это сделать? Гарри закатил глаза и поднял свой стакан, чтобы снова наполнить его водой. — Такое чувство, что говорю это каждый божий день с тех пор, как сюда переехал. Джемма внезапно ахнула, заставив Гарри обернуться, но ее лицо было непроницаемо. Все, что он увидел, — это удивление в ее глазах. — Гарри, — произнесла она медленно и тихо, словно боялась спугнуть напуганное животное. — Что именно ты помнишь из последних нескольких недель? Потирая лоб, Гарри в замешательстве наморщил нос. — А что, я вел себя как-то странно? Потому что последние несколько недель я чувствовал себя очень странно. Я как бы по большей части все помню, но все как-то размыто, как будто я там, но в то же время и нет. — Гарри поставил стакан и оглянулся на нее, чувствуя себя немного неловко. — Звучит безумно, да? Джемма покачала головой и, потянувшись к Гарри, крепко обняла его. — Нет. Не безумно. Все встало на свои места. С возвращением. Сбитый с толку, Гарри похлопал ее по спине. Она вела себя невероятно странно, и Гарри понятия не имел, что с этим делать. — Э-э, ну, насколько я знаю, я никуда не ходил, только в бунгало ездил, но все равно спасибо. Джемма кивнула и шмыгнула носом. О Боже. Она плакала. Почему его сестра плакала? — Джемма? У тебя все хорошо? — У них что-то случилось с Михалом? Или, может, пока Гарри был в отключке, произошло какое-то грандиозное событие, а он понятия не имел, потому что отсутствовал, если можно так сказать? — Конечно хорошо, придурок, — сказала Джемма, но в ее голосе все еще слышались слезы. Она отстранилась и вытерла глаза, а затем развернулась и поспешила к себе в комнату. — Не понимаю, на что ты намекаешь. Просто рада видеть своего брата после того, как у него были тяжелые две недели. Иди уже на свою пробежку и не забудь позвонить Луи, как ты делаешь каждое утро, а потом мы поговорим. — И что это только что было? — прошептал сам себе Гарри. Тряхнув головой в попытке физически избавиться от ощущения, что он только что вернулся к своей жизни, он схватил телефон, эирподс и ключи и отправился на пробежку.

*~~***~~*

Гарри довольно быстро понял, что ему не нравилось выбираться из того тумана, в котором он жил последние несколько недель. Вся пробежка была похожа на странную форму дежавю. Его тело знало, какой дорогой он бегал по утрам, едва ли не лучше, чем он сам. А еще он не мог выбросить из головы этого Луи, что было невероятно странно, учитывая, что они вновь встретились всего несколько недель назад, а вчера вечером у них было первое свидание. Вот же черт. Вчера вечером. Казалось, что это было много лет назад, учитывая, как плохо Гарри это помнил. Он отчетливо помнил поцелуй, которым оно закончилось, и это было невероятно. Но как до этого дошло? Гарри почувствовал, что его тянет к Луи, как и во время буткемпа на «Х-Факторе», но что ему сказать? Они и правда созванивались каждое утро? Гарри просмотрел историю своих звонков и обнаружил, что почти каждый звонок был от Луи. Он помнил, что разговаривал с ним, но не каждое же утро. Черт, что же с ним происходило за последние несколько недель, что у него в голове такая каша? Пока он сидел, уставившись в свой телефон, пришло новое сообщение. Луи: Мне сегодня нужно на работу пораньше из-за встречи. Ничего, если я позвоню раньше обычного? Ты уже проснулся? Гарри улыбнулся, глядя в свой телефон. Луи был таким внимательным. Гарри уже собирался позвонить Луи, но еще не было и половины восьмого. Он не учел время, хотя надо бы. Гарри: Да, все в порядке. Только что вернулся с пробежки. Гарри провел рукой по своим влажным от пота волосам. Хорошо, что он решил набраться храбрости и позвонить Луи перед душем. Если бы он простоял под душем, как собирался изначально, он бы не смог ответить на звонок, а потом, наверное, и вовсе бы струсил. Довольно скоро его телефон завибрировал, и на экране высветилась красивая фотография смеющегося Луи. Гарри знал, что не он делал это фото, но никак не мог вспомнить, откуда оно у него. Насколько это странно? Сглотнув и закрыв глаза, чтобы набраться сил, Гарри провел пальцем по экрану и поднес телефон к уху. — Привет, Лу. — Утречка, — пропел Луи. — Надеюсь, тебе хорошо спалось после нашего свидания. Не знал, стоит мне писать или нет, ведь мы совсем недавно провели вместе несколько часов, но было немного странно засыпать, не поговорив. Гарри прикусил губу. Кажется, он припоминал, как писал Луи или разговаривал с ним почти каждый вечер перед сном. Черт, что происходит? — Да, — сказал Гарри с неловким смешком. — Спалось нормально. — О, какой потрясающий отзыв, — со смешком сказал Луи. Гарри покраснел. — Прости, я просто… — Гарри глубоко вздохнул. — Прошлой ночью мне снился странный сон. Что ж, тут он не соврал, но и правдой это было лишь отчасти. Возможно, когда Гарри лучше разберется в происходящем, он сможет придумать, как поговорить об этом с Луи. — О, обожаю странные сны. И что снилось? Можешь рассказать, пока я запихиваю в себя хлопья, а? Гарри фыркнул и откинулся на спинку стула. Он чувствовал себя очень комфортно, разговаривая с Луи, даже если у него остались только обрывки воспоминаний о том, как они дошли до этого этапа отношений. — Ну, — начал он, вызывая в памяти образы, которые все еще были с ним. — Кажется, я был в группе. И ты тоже. — Ого, продолжай. Звучит интересно. Мы были в одной группе? — Да. А еще с нами были Лиам с Найлом. Мы были очень знамениты. Выступали на стадионах и все такое. — Гарри слегка покачал головой. — Там были толпы людей, которые кричали под наши песни, и это было потрясающе, но больше я ничего не помню. Гарри услышал, как Луи прожевал хлопья и только потом заговорил: — Ну, звучит классно. Как думаешь, есть что-то типа… есть ли такая версия вселенной, в которой нас объединили в одну группу и мы изменили музыкальный мир? Иногда приятно об этом помечтать. Улыбаясь, Гарри уткнулся подбородком в грудь и ответил: — Да, наверное. Луи хмыкнул, и Гарри услышал звуки на заднем плане — очевидно, он доел свой завтрак. — Прости, что получилось так мало поговорить, но мне пора бежать. Осталась еще одна встреча тут, в Лондоне, а потом нужно возвращаться в Бирмингем. Надеюсь, что ты хорошо проведешь этот день, Гарри. Улыбаясь, Гарри сказал: — Ничего. Надеюсь, встречи не будут слишком скучными. — Да уж, — со смехом ответил Луи. — Еще созвонимся, любимый. Стайлс попрощался и повесил трубку, а его сердце продолжало бешено колотиться. Луи назвал его «любимым», и пусть Гарри был совершенно уверен, что для Луи было привычно называть всех ласковыми прозвищами, он не мог это вспомнить наверняка, и это его сильно беспокоило. Гарри вцепился руками в волосы и застонал, принюхавшись к себе. Довольно мерзко. Нужно было сходить в душ, а потом он поговорит с Джеммой о том, почему она так странно себя вела. И, возможно, она сможет восполнить недостающие моменты.

*~~***~~*

Только вот Джемма его игнорировала. Он только что вышел из душа, а ее уже и в помине не было. Может, она ушла в офис, но обычно она так рано не уходила, да и вообще уходила она из дома редко. Он не придал этому особого значения, это просто было странно, но когда она начала игнорировать все его телефонные звонки и всё более гневные сообщения, Гарри понял, что она его избегала. И он был этим жутко недоволен. «…чтобы преодолеть то уныние, в котором я тонул из-за того, что не дошел до судейского дома, понимаешь?» — Черт. — Гарри нажал кнопку «Назад» в приложении, чтобы перемотать назад на тридцать секунд. Он надеялся, что отвлекся от прослушивания записи своего интервью с Луи не на большее количество времени. Застонав, Гарри нажал «Стоп» и закрыл лицо руками. Очевидно, он много работал, чтобы получить эту информацию, но все интервью звучали донельзя странно. Он уже пробовал слушать интервью Лиама и Найла, и они были интересными, захватывающими, но он этого не помнил, и это было все равно, что слушать, как кто-то другой его голосом задает им вопросы. И эти вопросы были совсем не похожи на те, которые задал бы Гарри. Но тем не менее он их задал. Очевидно. На записях был его голос. Он помнил, что задавал вопросы. Только не помнил зачем. — Где Джемму черти носят? — крикнул Гарри в свою пустую спальню. Оставшись наедине со своими мыслями, он почувствовал, что начал понемногу сходить с ума. Он даже умудрился написать Луи. Он не знал почему, просто его всегда к нему тянуло. Не то чтобы они проводили много времени вместе, но, судя по их переписке, Гарри решил, что это взаимно. Он знал, что Луи целыми днями был на встречах или за рулем, но все равно написал. Простое «Я чувствую, что не могу отключить свой мозг, и это сводит меня с ума» просто висело в диалоге, ожидая, когда его прочтут и ответят. Гарри встал со своего рабочего стула и плюхнулся лицом вниз на кровать. Он просто хотел, чтобы его мозг ненадолго отключился или чтобы вернулась Джемма и объяснила свое поведение с утра. И, в конечном счете, Гарри просто хотел снова почувствовать себя нормальным. Физически он был уже ближе к этому, но мысленно начал беспокоиться, что окончательно потерял самообладание. В этот момент дверь квартиры со скрипом отворилась, и Джемма крикнула: — Эйч? Я, наверное, покажусь сумасшедшей, но мне нужно с тобой поговорить. — Чертовски вовремя, — пробормотал Гарри, вставая и направляясь ей навстречу. Джемма с минуту смотрела на него, затем моргнула и покачала головой. — Это так странно, — тихо сказала она. Затем осторожно опустилась на диван и жестом пригласила его сесть рядом. Гарри прищурился, глядя на нее. — Ты ведешь себя странно. Что происходит? Джемма тяжело вздохнула. — Послушай. — Она повернулась лицом к Гарри, мигом посерьезнев. — Что ты помнишь из последних недель? Гарри нахмурился. Это был четкий вопрос, который касался его главных проблем, и казалось странным, что она смогла так легко его раскусить. Вел ли он себя так же странно, как себя чувствовал? — Я, наверное, сошел с ума, — наконец ответил Гарри. Джемма покачала головой, широко раскрыв глаза. — Нет, точно нет. Клянусь. Не больше, чем я. Гарри слегка усмехнулся и заерзал на месте. Он всегда приходил к Джемме со всеми своими тревогами, проблемами и недомолвками. Не важно, что именно не давало ему спать по ночам, она неустанно веселила его, делая все возможное, чтобы ему стало лучше. Вот такой хорошей сестрой она всегда и была. Просто он не знал, что она скажет о том, насколько отстраненным он себя чувствовал, или о периодах времени и целых разговорах, о которых он ничего не помнил. Он не хотел, чтобы она волновалась, сейчас-то с ним все хорошо, но это немного смущало. Поджав губы, Гарри постарался как можно точнее описать ситуацию. — Последние несколько недель прошли как во сне. Я помню основное, а иногда и детали, но все как в тумане. Как будто я принял слишком много таблеток от сенной лихорадки.Некоторые моменты я вообще не помню. А иногда мне кажется, что я был там, но как бы не проживал это? — Гарри усмехнулся и опустил взгляд, потирая ткань своих старых мешковатых джинсов, которые он так и не выбросил после университета, потому что они были слишком мягкими и удобными. — Вслух это прозвучало еще безумнее. — Что бы ты подумал, если бы я сказала, что последние несколько недель со мной был другой Гарри с совершенно другой жизнью? Гарри слегка ухмыльнулся и посмотрел на Джемму, отмечая ее исчезнувшие веснушки и озабоченный взгляд. — Я бы сказал, что, возможно, сумасшествие передается по наследству. — Он увидел, как вытянулось лицо Джеммы, поэтому немного отступил и спросил: — Что значит «с другой жизнью»? — Ой, ну, знаешь, — начала Джемма, слегка взмахнув рукой, пытаясь выглядеть беззаботной, хотя на самом деле это было совсем не так. — Ничего необычного. Что на «Х-Фактор» его объединили в группу с другими парнями, у которых ты брал интервью, и благодаря их успеху у него было несколько домов, и он был в самом разгаре мирового тура. — Джемма улыбалась, хотя, очевидно, пыталась вести себя легкомысленно, а затем вдруг застыла. — А вообще. У меня есть кое-что, что он мне написал, когда был здесь, там он все подробно описал. Она встала и подошла к своей сумке, в которой держала ноутбук, достала небольшую стопку бумаг, соединенных скрепкой, и передала ее Гарри. — Я распечатала после того, как он прислал мне это на почту, потому что не была уверена, нужно мне это будет или нет. Слава Богу, нет, но сейчас я даже рада, что это сделала. — Это невероятно странно, Джемм. Ты имеешь в виду меня, но в то же время говоришь не обо мне, если я правильно понимаю, о чем ты. — Да, ну. Он был в твоем теле, но совершенно очевидно, что это был не ты. Гарри взял в руки стопку бумаг, но не стал сразу в них заглядывать. — А зачем ты заставила меня это написать? Я не помню, чтобы я это делал. Джемма слегка закатила глаза и плюхнулась обратно на диван. Подобрав под себя ноги, она сказала: — Ты же только что сам сказал, что мало что помнишь. Наверное, это один из таких случаев. Но, — Джемма повернулась к нему и одарила своей фирменной ухмылкой, — мне нужно было узнать, как плохо он пишет и сможет ли он заменить тебя, пока тебя не будет. Мы не знали, как долго это продлится, понимаешь? Не зная, что и сказать, Гарри просто наблюдал, как Джемма, погруженная в свои мысли, разглядывала свой джемпер. В конце концов, она выпрямилась и посмотрела на Гарри с решительным блеском в глазах. — Просто прочти это, ладно? Прочти, а потом возвращайся, и мы поговорим. Гарри кивнул, и Джемма оставила его с письмом наедине.

*~~***~~*

— Каков пиздец. Гарри трясло. Его в буквальном смысле трясло, но он не знал, потому ли это было, что все это чистая правда, или чистая фикция. Он склонялся в обе стороны, но это все не имело никакого логического смысла. — Джемс? — Позвал сестру Гарри. Наконец он поднял глаза и понял, что за окном уже стемнело. В какой-то момент она, должно быть, включила свет на кухне, чтобы он мог спокойно продолжить чтение, но когда он закончил, то чувствовал, как его переполняет энергия. У него болела спина, ноги теперь покалывало из-за восстановленного кровообращения, и все потому, что он жадно впитывал все, что этот другой Гарри написал о своей жизни. Он был более чем уверен, что его тело было… населено сознанием другого Гарри. Но больше всего его поразило описание того, как он находился на сцене. Сцена, которую другой Гарри описал в эссе, была той самой сценой, которая Гарри так ясно и четко приснилась прошлой ночью. Джемма вошла в комнату, выглядя почти настороженной. Она обхватила себя руками и вцепилась в джемпер. — Все прочитал? Гарри кивнул. — И ты ему поверила? — Я же уже сказала, — в голосе Джеммы слышались защита и раздражение. В ее голосе всегда появлялись особые нотки, когда она думала, что ее не воспринимают всерьез, и Гарри заметил, что сейчас это прозвучало почти пронзительно. — Сказала же, что да. Может, не прямым текстом, но я знаю, ты прекрасно меня понял. Ничего страшного, если ты мне не поверил. Ну, страшно, конечно, но неважно. Что я могу сделать, если ты не веришь? Я все еще не уверена, что мама нам поверила, но… — Джемма, — громко сказал Гарри, наконец-то прервав ее нервную тираду. Слегка вздрогнув, Джемма еще крепче обхватила себя руками, прежде чем прикусить указательный палец. У них обоих была ужасная привычка так делать. Гарри часто задавался вопросом, унаследовал ли он это от нее или наоборот. — Я верю, — просто сказал он. Стоило ему это произнести, Джемма замерла, и Гарри увидел, как напряжение медленно покидало ее тело, заставляя держаться гораздо более непринужденно. — Правда? — осторожно спросила она. Кивнув, Гарри спросил: — Ты еще была дома, когда я звонил Луи после пробежки? Виновато улыбнувшись, Джемма покачала головой. — Я решила сбегать за чашечкой кофе, пытаясь придумать, что мне с тобой делать. Фыркнув, Гарри сказал: — Не нужно обо мне беспокоиться. Джемма погрустнела. — До того, как появился другой Гарри, тебя это не сильно волновало. Я чувствовала, что тебе нужна дополнительная поддержка и все такое. Что правда, то правда. Тогда он еще этого не осознавал, но он положился на Джемму. Очень сильно. Может быть, больше, чем следовало бы. Она села рядом и обняла его, прижимая к себе. — Не надо думать, что я обижаюсь, ладно? Потому что это не так. Я рада, что тебе нужна именно я. Была нужна, — поправила она. — Такое чувство, что другой Гарри появился именно сейчас, потому что пришло время вывести тебя из хандры. Из твоей рутины, которая затянулась и превратилась в прятки. Гарри обдумал все ею сказанное. Он только и делал, что прятался. Когда ушел Джонатан, Гарри мог представить себе только такую жизнь. Он с трудом вставал с постели, чтобы выполнить свои рабочие обязанности. Наверное, постепенно ему становилось лучше. Но каждый раз, когда ему казалось, что он встал на ноги, ему звонил Джонатан. Внезапно Гарри показалось, что он вспомнил что-то такое, что он сделал неделю назад или около того, но он не был уверен. — Я заблокировал Джонатана? Джемма захихикала и уткнулась лбом в плечо Гарри. — Боже, это был лучший момент года. — Она продолжала смеяться и, наконец, взяла себя в руки настолько, что отстранилась от Гарри. В свете, падающем из кухни, ее волосы напоминали сахарную вату. — Да, тот, другой Гарри, сказал ему, чтобы он перестал звонить и пошел на хуй, а затем заблокировал его номер. — Черт, я думал, это был сон, — сказал Гарри, испытывая шок и облегчение. — Я рад. Я готов порвать с ним. — Это хорошо, учитывая, что прошлой ночью ты был на свидании с другим мужчиной. Джемма приподняла бровь, и глаза Гарри расширились. — О Боже, я все время забываю, что это было прошлой ночью, такое чувство, что это было очень давно. — Гарри потер лицо. Повернувшись к Джемме, он прикусил губу. Он не знал, как задать следующий вопрос так, чтобы это не прозвучало так, будто он хочет ее оттолкнуть. Не то чтобы он хотел меньше общаться с Джеммой, скорее, он хотел быть менее от нее зависимым. Он хотел перестать прятаться. Начать жить по-настоящему, а не просто выживать. Отчасти проблема ухода Джонатана заключалась в том, что позже Гарри понял, что вся его жизнь вращалась вокруг него. Его друзья были друзьями Джонатана. Его хобби принадлежали не ему, а Джонатану. Единственное, что Джонатан не трогал, — это его работа и семья, поэтому он с головой ушел в них. Он не знал, каково это — быть взрослым после окончания университета без парня и жениха. — Я вижу, как крутятся шестеренки в твоей голове, Эйч. Давай, выкладывай. Гарри был благодарен сестре за прямоту. — Я чувствую, что мне нужно… не знаю. Больше двигаться? Например, бегать — это хорошо. Думаю, буду продолжать это делать. Мне нравится то, что я чувствую во время бега и после него. Я все еще немного не в курсе всей этой истории с Луи, но я продолжу с ним общаться. Но должно же быть что-то еще. С чего мне вообще начать? У меня даже друзей нет, Джемма. Джемма улыбнулась ему. — Как тебе идея пойти как-нибудь вечером куда-нибудь с Михалом и его друзьями? Гарри сморщил нос, заставив ее рассмеяться. — Не в обиду Михалу, но мне не интересно смотреть крикет и напиваться с парнями в клубе. — Ладно, справедливо. А что с парнями, у которых ты брал интервью? Ты был доволен тем, как у вас все сложилось. Или другой ты был доволен. — Они заняты. И я их совсем не знаю, — возразил Гарри. — А как еще ты собираешься это сделать, если не будешь больше с ними общаться? — быстро ответила Джемма. — Послушай, у Луи же есть друзья в Лондоне, да? Поговори с ним об этом. Может, он не будет возражать, если ты познакомишься с кем-нибудь из его друзей. — Да. Наверное. — Сделав глубокий вдох, Гарри почувствовал, что вот-вот признается в чем-то важном и тяжелом. — Думаю, пришло время мне хоть раз начать жить для себя. Гарри посмотрел на Джемму затуманенным от подступивших слез взглядом, но в глазах сестры также стояли слезы. — Звучит как отличная идея. — Глубоко вздохнув, Джемма встала и, проходя мимо, чмокнула Гарри в висок. — Это тебе за то, что ты заставил меня сегодня несколько раз плакать, идиот. Я люблю тебя, но в то же время жутко ненавижу. — Справедливо. Гарри уже собирался встать и посмотреть, который час, когда Джемма крикнула из коридора: — Хочу чего-нибудь вкусненького. Купи нам что-нибудь в какой-нибудь забегаловке, а? И позвони Луи, пока запал не пропал. Выпятив губу, Гарри заскулил: — Я не хочу опять звонить Луи! Я уже сегодня звонил! Что, если я покажусь слишком требовательным? — Гарантирую, этого не произойдет. Напиши, если так не хочешь звонить. Просто протяни руку, хорошо? И принеси мне чипсов, без соуса. Гарри схватил свой бумажник, телефон и ключи, прежде чем отправиться выполнять ее просьбу. Чтобы ей возразить, потребовался бы мужчина покрепче его.

*~~***~~*

— Напиши Луи. Сегодня. Ты же пожалеешь, если этого не сделаешь, — сказала Джемма, наверное, в семнадцатый раз за вечер. — Я иду спать, так что перестану тебя пилить, но давай, пиши. Просто сделай это. Ладно? — Да, хорошо. Спокойной ночи, Джем. Гарри потер глаза. После разговора с Джеммой он, наконец, смог сосредоточиться на интервью, и внезапно странность задаваемых вопросов и то, как он на них отвечал, обрели смысл. Но все равно это было невероятно странно. Он почувствовал, что после прослушивания всего этого у него появилось лучшее представление о Луи, Лиаме и Найле как о людях. Особенно после фрагментов, записанных в бунгало. Именно то тепло, которое зарождалось в его груди каждый раз, когда он слышал голос Луи, в конечном счете заставило его взять телефон. Он понятия не имел, что сказал бы тот Гарри, поэтому решил, что лучше продумать свое и отправить сообщение, а не звонить. Тем более, что уже перевалило за одиннадцать, а у Луи был тяжелый день. Гарри зевнул. Можно было сказать, что у него тоже был тяжелый день. Размышляя, набирая и перепечатывая свое сообщение, Гарри, наконец, решил, что ему следует выбрать что-нибудь попроще. Гарри: У меня немного странная просьба, но я надеялся, что ты согласишься помочь. Гарри закатил глаза и следом отправил краткое сообщение. Гарри: И, может быть, один или двое твоих друзей тоже? — Боже, звучу как идиот какой-то, — пробормотал он себе под нос. Вместо того, чтобы размышлять о том, что он только что отправил, Гарри решил переодеться в спортивные штаны. Теперь, когда он позволил себе отойти от прокручивания одних и тех же мыслей, он понял, что был абсолютно измотан. Доставая из комода чистые спортивные штаны, он обернулся, услышав, как на столе завибрировал телефон. Он почти не ожидал, что Луи ответит, учитывая, что он так рано встал. Не то чтобы он жаловался. Это скорее избавило Гарри от больших страданий. Луи: Пока ничего не могу сказать о своих друзьях, но готов поспорить, что знаю кое-кого, кто не отказался бы помочь с твоей странной просьбой ;) Как дела, любимый? Боже. «Любимый». Гарри чувствовал, словно он лгал Луи, не рассказывая о том, что произошло за последние пару недель. Нужно ли ему во всем признаться? Как бы он объяснил это все так, чтобы Луи все понял? Надо было что-то придумать. В конце концов Луи должен был заметить в нем перемену. Гарри: Просто… не смейся, ладно? Я просто чувствую, что мне наконец-то пора начать больше двигаться, а я даже не знаю, с чего начать. Джемма совсем не помогает. Как думаешь, ты мог бы познакомить меня с одним или двумя своими друзьями из Лондона? Гарри: Я просто… Боже, я чувствую себя таким глупым, но просто у меня не так много друзей — Боже мой, какой же я идиот, — простонал Гарри, бросаясь ничком на кровать. Луи точно его бросит, а он даже не знал, встречались ли они официально или нет. Луи: О, конечно! Никакой ты не глупый, ладно? Луи: Дай-ка подумать, с кем бы ты смог лучше всего поладить, и посмотрю, свободен ли кто-нибудь из них на этих выходных. Как тебе? Гарри вздохнул, и на его лице появилась улыбка облегчения. Гарри: Было бы здорово, спасибо. Гарри: Ну что, как прошел твой насыщенный встречами день? И Луи пустился рассказывать о том, каким напряженным был его день, и через несколько минут Гарри заснул, даже не выключив настольную лампу.

*~~***~~*

Гарри подскочил с постели, тяжело дыша. Ему снился сон, в котором он снова выступал, и на глазах у всех начал падать после того, как его микрофон зацепился за сцену. Именно тогда он и проснулся. Это было так реально. Хотя, может быть, так оно и было. Может быть, в каком-то другом мире Гарри с длинными волосами и незнакомыми татуировками выступал и пел со своими товарищами по группе и упал на сцене. Какая странная мысль. Оглядевшись, он увидел, что настольная лампа все еще горела. Солнце еще не взошло, но сейчас оно вставало поздно, так что в этом не было ничего удивительного. На небе появились пастельного цвета полосы, указывающие на то, что близилось время рассвета. Он задавался вопросом, позвонит ли ему Луи сегодня пораньше, или в их обычное время для разговоров, и… погодите-ка. Вот черт. Прошлой ночью он заснул во время разговора с Луи. Гарри взял телефон, чтобы просмотреть диалог. К счастью, он предусмотрительно включил его в розетку перед тем, как заснуть, так что тот не разрядился. Уже хорошо. Кроме того, его ждала целая куча сообщений от Луи. Луи: В итоге мы его убедили, что не важно, насколько это законно, что это никак не согласуется с его положением об имидже, и ему придется прекратить рекламировать эти гребаные коктейли Луи: Боже, поверить не могу, что рассказал тебе это. Тебе, наверное, так скучно, прости, пожалуйста. Луи: Видишь? Я тебя усыпил. Прости еще раз, лол Луи: Впрочем, мне, наверное, тоже уже пора спать, так что я пожалуй пойду. Спокойной ночи, любимый. Нужно будет завтра обсудить, когда, надеюсь, у нас будет второе свидание. Луи: После долгих размышлений я нашел идеального человека, с которым у тебя будет веселая ночка! Луи: Я только что с ним поговорил, и он свободен в субботу вечером. Черт, суббота уже завтра. Упс. Ну да ладно, у него была долгая неделя, и в воскресенье он собирается к своей маме, так что он не будет готов к каким-то безумствам, что, я думаю, идеально тебе подходит. Луи: Как тебе, в субботу вечером? Пойдет? Может, я ради этого смогу приехать в Лондон, но ничего не могу обещать. Для ответа было еще слишком рано, поэтому он просто улыбнулся и быстро напечатал «доброе утро», решив, что на остальные вопросы ответит после того, как проснется на пробежке. Если бы всего месяц назад он сказал себе, что будет с удовольствием бегать в декабре в семь утра, он бы подумал, что сошел с ума. Но сейчас это волновало его меньше всего. Просто невероятно, как быстро все может измениться. Гарри надел теплую, но дышащую одежду и направился к выходу. Тридцать минут спустя он чувствовал себя гораздо более отдохнувшим, бодрым и готовым ответить Луи. Прежде чем прыгнуть в душ, он отправил Луи короткое сообщение с извинениями за то, что заснул, и попросил больше информации о его друге. Душевая всегда была любимым местом Гарри для мозговых штурмов при написании статей, и ему нужно было понять, о чем пойдет речь в этой статье. У него было много полезной информации, но что ему с ней делать? Похоже, другой Гарри хотел объединить свой опыт с опытом Луи, Лиама и Найла, но как, черт возьми, ему в это вписаться? Гарри намылил волосы и немного переосмыслил свою жизнь. Поступление в университет через пару лет после того, как он не прошел «Х-Фактор», невероятно его отрезвило. Гарри понял, что юристом он быть не хочет и что ему нужно было использовать таланты, в которых он был лучше, чем в музыке и выступлениях: писательство и фотографию. На протяжении многих он оттачивал свои навыки и легко устроился на работу, где работала Джемма. Он все еще чувствовал себя так, словно получил работу благодаря сестре, но не собирался жаловаться на то, что устроился на работу сразу после университета. Как бы то ни было, его это не увлекло. Работа ему нравилась, и он старался при любой возможности использовать свой опыт и интересы в статьях, но это не было его истинным желанием. Не так, как у Луи, который, судя по записям интервью, обожал в своей работе почти все, даже скучные собрания. Не так, как Лиам, который настолько вжился в роль продюсера, что, по признанию самого Лиама, не мог представить, чтобы он занимался чем-то другим. И не как Найл, который, по сути, зарабатывал на жизнь вечеринками и наслаждался каждой минутой этого времяпрепровождения. Как то, что Гарри делал со своей жизнью, могло хоть как-то сравниться с их жизнью? Был ли в этом главный замысел? Он предположил, что это могло бы стать частью статьи. Чему они научились или не научились на «Х-Факторе». О времени, проведенном в шоу, и о том, как это их укрепило. Проблема была в том, что, когда Гарри вспоминал об этом, он почти ничего не помнил, кроме Луи. С годами многое из воспоминаний поблекло, все было забыто вместе с его разбитыми мечтами и надеждами на успех. Не в том ли дело, что он не хотел думать об этом, потому что все еще хотел такой жизни? Хотел ли Гарри втайне все еще быть артистом? Гарри вышел из душа и, вытираясь полотенцем, посмотрел на себя в зеркало. Он заметил первые морщинки у глаз и редкие волосы на лице, которые выросли после того, как он пару дней не брился. Потирая подбородок, он понял, что нет. Кажется, он не хотел такой жизни. Яркие сны, которые он видел последние пару ночей, только подтвердили это. Во сне это было весело. Но он не мог представить себя в такой жизни. Может, если бы все сложилось по-другому. Если бы жизнь сложилась для него так, как описано в эссе, которое написал другой Гарри, он, возможно, и хотел бы этого, но сейчас ему двадцать четыре. Не то чтобы он был старым, но уже был готов остепениться. Разве не поэтому он был помолвлен? Потому что был готов провести с партнером остаток жизни? Иметь стабильную работу и детей? Семейный очаг, где они бы могли построить свое будущее? Направляясь в свою спальню, Гарри взял телефон и обнаружил, что там его уже ждали новые сообщения. Луи: Ладно, завтра я не смогу приехать, так что будете веселиться вдвоем, может, придут еще его друзья, но он думает сходить поужинать где-нибудь, а потом посидеть у него дома. Тебя это устроит? Гарри с энтузиазмом откликнулся и обнаружил, что он даже не притворялся. Конечно, он немного нервничал, но в то же время ему не терпелось выйти из дома и познакомиться с новыми людьми. Сделать все возможное, чтобы завести друзей. После короткого обмена сообщениями Гарри вернулся мыслями к статье. Его главной целью на сегодня было окончательно согласовать планы с другом Луи и приступить к выполнению задания. Иногда, если у него все получалось хорошо, он мог написать свой первый черновик статьи за день. Он уже знал, что в этот раз это будет не так-то просто, но хотел, по крайней мере, попытаться что-то выудить. Может, выбрать несколько хороших цитат из интервью, которые могли бы пригодиться. Гарри замер, когда понял, что машинально потянулся за своими потрепанными штанами и футболкой, которые он привык носить каждый день. Если он собрался принимать более здоровые физические и социальные решения, начав бегать трусцой и гулять с друзьями, ему, вероятно, следовало бы начать носить одежду, которая помогала бы ему чувствовать себя лучше. Его мама всегда говорила, что важно подобрать одежду для отдыха, но она теряет свою силу, если носить ее весь день напролет. Возможно, они утратили для него эту силу, и пришло время высвободить силу остального гардероба, который по большей части игнорировался с тех пор, как он переехал к Джемме. Весь прошлый день от Гарри требовалась недюжинная храбрость, и она и дальше потребуется, если он продолжит писать эту статью. Возможно, он почувствовал бы себя более готовым к испытанию, если бы ему нравилась одежда, в которую он был одет. Тяжело вздохнув, Гарри покачал головой и вытащил пару своих узких джинсов. — Попробовать стоит.

*~~***~~*

Гарри застонал и сделал цифровую версию того, как вытаскивают бумагу из машинки и выбрасывают ее в мусорную корзину. Выбрать все и удалить было не так приятно, но сойдет. Может, стоило попробовать напечатать черновик на печатной машинке просто для того, чтобы, когда идея снова не подойдет, он мог скомкать бумагу и куда-нибудь выбросить? Зато тогда его идеи были бы разбросаны по всей комнате, и у него было бы физическое представление о своих попытках, а не просто пустой документ. Телефон заплясал на столе, когда раздался телефонный звонок, и Гарри чуть не пропел дифирамбы за то, что мог официально на что-то отвлечься. Он даже не посмотрел, кто звонит, Гарри поднял трубку и ответил. — Большое спасибо за то, что спас меня от самого себя, — сказал Гарри, прежде чем наклониться вперед и положить голову на стол. — Кажется, у меня в какой-то момент поплавились мозги и вытекли из ушей. — Звучит хреново, — произнес незнакомый Гарри голос. — Рад, что стал твоим спасителем, дорогой. На всякий случай, это же Гарри, да? — Черт, — прошептал Гарри, проводя рукой по лицу. Щеки вспыхнули румянцем. — Да, я Гарри. Это друг Луи, с которым мы завтра встречаемся? Раздался громкий смех, прежде чем мужчина ответил: — Он даже не назвал тебе моего имени? Очень на него похоже. Черт бы его побрал. Ладно, сохраним это в секрете, официально представлюсь завтра. Но да, я друг Луи, и мы действительно встречаемся, надеюсь, за порцией тапас. Гарри никогда не пробовал тапас. Он слышал о них, но все еще не был уверен, что это такое. — Тапас, отлично, — сказал он, и его голос почти не дрогнул. — Превосходно! Ладно, дорогой Гарольд, мои девочки планировали устроить у меня в восемь вечер кино, так что ты не будешь возражать, если мы встретимся около шести? Немного вкусной еды, чтобы познакомиться поближе, а потом я смогу познакомить тебя со своими разгильдяйками. Гарри рассмеялся. Он понял, почему Луи решил, что этот парень идеально ему подойдет. Ему уже понравилось чувство юмора этого человека, и он, казалось, был полон энтузиазма. — Да, конечно. Напиши, где живешь, и я буду ждать тебя там в шесть, идет? — Да, да. И не будь таким, как Луи, хорошо? Если я говорю «в шесть», не опаздывай. Мы же не хотим, чтобы девочки на меня сердились. Они подумают, что это я во всем виноват, они всегда так делают. — Я довольно пунктуален, намного пунктуальнее Луи, — заверил его Гарри. — Кого мне спросить, когда я приеду? — О, нет, нет, чтобы было весело, я закажу столик на твое имя! Назовешь свою фамилию, там и встретимся. Не беспокойся, я угощаю! Я забочусь о своих друзьях. — Последовала пауза, а затем мужчина добавил: — Что ж, я прошу своих друзей позаботиться и обо мне, но я не против угостить тебя ужином, чтобы начать наше знакомство с хорошей ноты, да? Ладно, дорогой! Мне нужно бежать, но увидимся завтра! Пока, пока, пока, пока, пока! Гарри уставился на свой телефон, когда звонок закончился. Ладно. Завтрашний день определенно обещал быть интересным.

*~~***~~*

Гарри вышел из метро и поежился. Сегодня вечером дул сильный ветер. К счастью, место, которое выбрал друг Луи, находилось недалеко от остановки. Когда Гарри подошел к нему, у него возникли некоторые сомнения. Оно было хорошем. Невероятно хорошим. Гарри надел красивую рубашку и свои лучшие черные джинсы, но все равно беспокоился, что этого будет недостаточно. Он был так занят, жалуясь Джемме и пытаясь добиться прогресса — любого прогресса — в работе над статьей, что забыл о таких важных вещах, как, например, то, что ему надеть, пока не подошло время выходить, и теперь он очень об этом сожалел. Сделав глубокий вдох, Гарри вошел внутрь и подошел к стойке администратора. — Здравствуйте, эм. Кажется, здесь заказан столик? На имя Гарри Стайлса? Официантка сверилась со своим списком и улыбнулась. — Да, он вот здесь. Следуйте за мной. Гарри поудобнее устроился за столиком, на который она указала, и только достал свой телефон, чтобы проверить время, как на стул напротив него практически плюхнулся человек. — Что ж, похоже, Луи неплохую рыбку отхватил. Гарри сунул телефон в карман и, подняв глаза, обнаружил, что его спутником был Ник Гримшоу, диджей с BBC Radio 1. — Ебать, — вырвалось у Гарри. — По телефону твой голос звучит совсем не так. Ник широко улыбнулся и подмигнул Гарри. — Надеюсь, в хорошем смысле. Кажется, ни один человек не может нормально звучать по телефону, согласен? — Ник немного понаблюдал за выражением лица Гарри, прежде чем с улыбкой обратиться к меню. — Я даже рад, что для тебя это было сюрпризом. Выражение твоего лица было шедевральным, когда ты понял, что это я. Кстати, ты когда-нибудь здесь ел? Гарри покачал головой, все еще широко раскрыв глаза. Зачем Луи посылать его ужинать с Ником Гримшоу? Гарри был влюблен в Ника под конец учебы в колледже, и, кстати, так до конца и не оправился от этого. Он все еще думал, что Ник был красивым парнем, и вот теперь он сидел прямо перед Гарри. Да, он точно убьет Луи при следующей встрече. — Нет, никогда. — Все в порядке, дорогой, — заверил его Ник. — У тебя есть какие-нибудь аллергии или продукты, которые не нравятся? Я подумал, что мог бы просто заказать нам разные блюда, а мы бы выбирали, что нам нравится. Как тебе идея? — Да. — Неделя у Гарри и так выдалась напряженной. Это не очень-то помогало. Боже, он был к этому не готов. Зато тут вкусно. — Итак, с девочками-разгильдяйками мы встретимся после ужина? Ник расхохотался: — Боже мой, пожалуйста, не называй их так при них. Они заберут у меня Свинку и Вонючку и никогда не вернут моих бедных любимцев. Гарри ничего не мог с собой поделать, смех Ника вызвал у него желание также рассмеяться. Он слегка улыбнулся и сказал: — Обещаю, не буду. Но с кем мы встретимся? — О, Пикси и Рита хотели посмотреть какой-нибудь ужасный фильм восьмидесятых, о котором я никогда не слышал. Я сказал, конечно, почему бы и нет. Мы все равно редко смотрим фильмы. Конечно. Знаменитая Пикси и Рита Ора. В первый же вечер он будет развлекаться с настоящими звездами. Гарри был решительно настроен наорать на Луи за то, что тот не дал ему больше информации. С чего, черт возьми, он взял, что Гарри хотел начать с таких друзей? Он к такому был не готов! Прочистив горло, Ник стал немного серьезнее, прежде чем спросить: — Все еще хочешь в нашу компанию? Ничего страшного, если нет. Я знаю, Луи сказал, что ты все еще пытаешься восстановиться после тяжелого расставания. Я знаю, каково это. Если ты хочешь подождать, то все в порядке. — Все в порядке. Я просто не был готов к подобному, но мне нужно куда-то выбираться и, в конце концов, завести своих друзей. Разговор получился более глубоким, чем Гарри ожидал от сегодняшнего вечера, особенно с таким до смешного драматичным человеком, как Ник Гримшоу. Гарри, наверное, нужно перестать мысленно называть его полным именем. Это, вероятно, помогло бы. — Это мило. — Ник одарил Гарри улыбкой, прежде чем снова напустить на себя величественный вид, ожидая, пока официант примет их заказ. Пока Ник делал заказ, Гарри достал свой телефон и увидел сообщение от Луи. Луи: Когда ты встречаешься с Гримми? Гарри изо всех сил постарался не фыркнуть от иронии. Если бы только он получил это сообщение на час или два раньше, он мог бы лучше подготовиться и не был бы сбит с толку. С другой стороны, Ник, казалось, был невероятно рад сюрпризу. Гарри: Да, кстати, спасибо, что сказал мне, с кем именно я встречаюсь. Я уже с ним. Я не ожидал, что он сядет напротив меня! — Что, со мной уже так скучно, да? — Спросил Ник. — Нет, — быстро сказал Гарри, испугавшись, что уже обидел его. — Боже, нет. Ты полная противоположность зануде. Я просто отвечал на сообщение от Луи. Ник хмыкнул и наклонился вперед. — А, ладно. Ты пока прощен. Итак, таинственный Гарри, расскажи мне побольше о себе. Как вы с Луи познакомились? Ну, и другие интересности. Гарри усмехнулся. — Разве Луи тебе уже все не выложил? — Конечно, он тебя сдал, — усмехнулся Ник. — Можно сказать, мне пришлось его допросить, прежде чем согласиться, но я хочу услышать твою версию истории. Обещаю не задавать глупых вопросов. Я и так только это и делаю на работе. Я подарю тебе только свои лучшие, — сказал он, демонстративно подмигнув. — Да, хорошо, — сказал Гарри, смутившись. — Э-э, ну, мы познакомились на «Х-Факторе», но после этого особо не общались. Мы снова встретились, потому что я хотел взять интервью для статьи, которую сейчас пишу, собственно этим и занимаюсь. Пишу и фотографирую для небольшого интернет-издания. И… да. Это в двух словах. Ник бросил на Гарри взгляд, который тот не смог разгадать, поблагодарил официанта за принесенное вино и затем сказал: — Ладно, я тебе не верю, но, поскольку мы только что познакомились, на этот раз я тебя прощаю. Остальная часть ужина прошла в приятной обстановке, и Гарри по-настоящему наслаждался происходящим. Гримми — «Только незнакомцы называют меня Ник, пожалуйста, не называй меня так», — действительно помог Гарри расслабиться, и к концу ужина он убедил Гарри, что тот отлично поладит с Пикси и Ритой. Выйдя из ресторана, Гарри машинально направился к метро, но Гримми схватил его за руку. — Нет, нет. Я уже вызвал машину. Она должна быть здесь с минуты на минуту, — воскликнул Ник, когда к тротуару подъехал серебристый автомобиль. — Вот и она! Давай, залезай. Тетя Рита уже сказала, что они уже у меня, потому что пришли пораньше, чего я недвусмысленно просил их не делать. Они немного поболтали, сделав кучу селфи на телефон Гарри, а Гримми почти постоянно публиковал их в своем Инстаграме. Гарри потратил минуту, чтобы отправить Луи несколько фотографий, сопроводив их случайными фрагментами того, что Гримми говорил в тот или иной момент, без какого-либо контекста. Он уже отправил три штуку, прежде чем осознал, что делает. Вряд ли Луи будет раздражен, но вдруг это было чем-то необычным для их отношений, какими они были раньше? Гарри ненавидел себя за то, что постоянно задавался вопросом, было ли то, что он делал, странным для Луи, или это было ожидаемо и т.д. Но тот, другой Гарри, вряд ли вернется, да? Точно так же, как Гарри пытался взять на себя ответственность за свою жизнь, за свою одежду и за свои статьи, ему нужно было взять на себя ответственность и за свои отношения. Нужно было перестать сомневаться в себе и гадать, ожидает ли Луи от него того, что он делает. Если Луи не понравится поведение Гарри, то ничего не получится. Конец. Гарри придется перестать постоянно бояться, что он отпугнет Луи тем, что будет слишком отличаться от того Гарри, которого, как ему казалось, он знал. — Все, приехали, большое тебе спасибо, Киран! Хорошего вечера! — Сказал Гримми, вылезая из машины и кивая в сторону своего дома. — Девочки уже там. Давай поднимемся наверх, пусть они на тебя посмотрят. Они поднялись по лестнице, и как только дверь открылась, начался настоящий хаос. Две собаки начали прыгать по Гримми и истерично лаять, Гримми то ворковал с ними, то орал на Пикси и Риту, в то время как девочки кричали в ответ, а Гарри просто… стоял. За дверью. Не зная, что делать дальше. — Да ладно тебе, Гарольд, — сказал Гримми, когда поднялся на ноги. — Стоишь и пускаешь холод в квартиру, а тут и так хватает сквозняков. Как только Гарри снял пальто и ботинки, Гримми помог ему запихнуть их в шкаф, где, как он пообещал, они будут в безопасности от собак. — Ладно, девочки. Идите посмотрите, какого мальчика откопал Луи, — крикнул Гримми. — Какой Луи? — Спросила одна из них, когда Гарри последовал за Гримми в гостиную. — Я встречала Луи? — Да, вряд ли она встречалась с Луи, Грим, — сказала Рита. Ее Гарри узнал. Пикси он тоже узнал, хоть и не сразу признал ее по голосу. — Он редко у нас бывает. Они начали препираться, споря о том, кто где был, когда приходил Луи, а Гарри просто сел на диван, потому что было странно стоять, когда девочки сидели. Женщины. Их нужно было называть женщинами, но Гримми назвал их «девчонками», так можно ли было Гарри так к ним относиться? Гарри и в самом деле не привык к знакомству с новыми людьми. — Ну, что, Гарри, очень приятно с тобой познакомиться, — с ухмылкой произнесла Рита. В руках она держала бутылку вина, но бокала не было видно, так что Гарри пришлось поверить, что они с Пикси только что пили его прямо из бутылки. — Ты придешь на вечеринку по случаю дня рождения Луи? Гарри в ужасе распахнул глаза. — На вечеринку по случаю дня рождения? А когда у него день рождения? — Ой, точно! Я же тебе не сказал! — Гримми захлопал в ладоши. — Будет классно. По сути, это вечеринка в честь Нового Года, но у нас будет праздничный торт и подарки ко дню рождения. Это как еще одно Рождество! — К десятому декабря Рождество тебе надоест, — сказала Пикси, забирая у Риты вино. — Но кто откажется от сногсшибательной вечеринки по случаю Дня рождения в канун Нового года? — Да, никто не любит ходить на вечеринки в канун Рождества, правда? — Сказал Гримми, протягивая Гарри кружку с какой-то загадочной смесью, которую он не просил. Из нее сильно пахло, и он не был уверен, стоит ли добавлять этот ядерный коктейль к вину, оставшемуся с ужина. — Но я хотел быть уверен, что Луи знает, что его друзья все еще любят его, даже если Иисус затмил его день рождения, так что в канун Нового года. — Логично, — сказал Гарри, прежде чем попробовать то, что дал ему Гримми. Что бы то ни было, оно было невероятно крепким и обжигало горло. В глазах появились слезы, но в груди уже разливалось тепло, так что это было приятно. Но нужно будет пить медленно и после обязательно выпить стакан воды. — Так ты придешь? — Спросила Рита. — Если ты его парень, ты просто обязан быть там, да? Глаза Гарри расширились. — Я не уверен… на самом деле мы не… Я даже не знал о вечеринке до этого момента, и мы только начали видеться. У нас было всего одно свидание, и я не знаю, захочет ли он, чтобы я пришел? Гримми расхохотался и толкнул Гарри, так что тот пролил немного напитка на диван. — Ой, да брось, конечно захочет. В конце концов Гарри согласился, просто чтобы от него отстали, но он знал, что позже ему придется поговорить об этом с Луи, чтобы убедиться окончательно.

*~~***~~*

Гарри рухнул в постель, даже не раздеваясь. Ботинки он снял у двери, он же не был законченным животным, но в остальном он был полностью одет. Пальто и все такое. Он уже много лет так не уставал. — Эйч, это ты? Как все прошло? Ну, как там друзья Луи? Гарри что-то пробормотал, но даже он понимал, что это была беспросветная чушь, и Джемма потребовала бы объяснений. Просто вряд ли он сможет повернуть голову. Он уже забыл, насколько сложным может быть общение, даже если это общение с хорошими людьми. Он просто давно не практиковался и не был до конца готов. — Поверни голову, а? — Попросила Джемма, проходя мимо и хлопнув его по затылку. — Я ничего не могу так разобрать. Кряхтя, но выполнив ее просьбу, Гарри сказал: — Я и забыл, сколько энергии требуется, чтобы быть общительным. — Да, — сказала Джемма с легкой улыбкой. — Но ты хорошо провел время? Кого позвал Луи? — Боже, ты не поверишь, — сказал Гарри, слегка застонав. — Угадай, с кем из его друзей я ходил на ужин? Джемма молча уставилась на него, явно не желая играть в его игру. — Ладно, все равно не угадаешь, — сказал Гарри, собравшись с силами, чтобы немного привстать для более драматического эффекта. — С Ником Гримшоу. Тот самый диджей с Radio 1. Можешь себе представить? Джемма уставилась на Гарри широко раскрытыми глазами, пока не начала хихикать. — Правда что ли? И он тебя не предупредил? — Нет. А знаешь с кем мы тусовались потом? — Гарри ждал драматизма. Он устал, но все еще мог держать себя в руках, рассказывая историю. — Пикси Гелдоф и Рита Ора. У них сегодня была намечена тусовка. — Боже, поверить не могу, — смеясь, сказала Джемма. — Кто бы мог подумать, что у Луи такая прекрасная компания? Гарри не успел ответить, как у него зазвонил телефон. — Привет, Лу, — ответил он. — Привет, Хаз. Надеюсь, еще не слишком поздно для звонка? Джемма улыбнулась и подмигнула, выходя из комнаты Гарри и закрывая за собой дверь. Гарри перевернулся на спину, чтобы устроиться поудобнее, и сказал: — Нет, я только пришел. Ничего страшного. Как прошел твой вечер? — Удивительно, что как только позвонил Луи, у Гарри появилось достаточно сил, чтобы снова двигаться. — Ой, скучно, я только вернулся домой. И как раз заканчивал кое-какие дела, которые не хотел бы переделывать на следующей неделе. Ну что, как там Гримми? Он мне практически ничего не сказал о вечере кино. — О, там были еще Рита и Пикси, и мы ничего не смотрели. Ну, там на фоне что-то шло по телевизору, но было не до того, мы просто разговаривали. — О, я не знаком с Пикси. Слышал, что с ней очень весело, — сказал Луи, и в его голосе явно слышалась улыбка. — Да, она очень милая, — сказал Гарри, наконец вставая с кровати, чтобы снять пальто. Ему только сейчас стало невыносимо жарко. — Она сказала, что на следующей неделе познакомит меня с парочкой ее друзей. Мы собираемся пойти на художественную выставку одного подающего надежды фотографа. — Звучит чудесно, любовь моя. Гарри согласно промычал. — Ой, кстати, ты познакомишься с Пикси на вечеринке по случаю своего дня рождения, — медленно произнес Гарри, надеясь, что Луи сам даст ему больше информации. Ему не хотелось все узнавать через десятые руки. — О, так она придет? Было бы классно, — немного отстраненно сказал Луи. — Значит, тебе уже все рассказали? Эта вечеринка проходит каждый год, но Гримми с Ритой приезжали только в прошлом. Классно, что они все еще в теме. Приглашением это не было. Как и объяснениям. Гарри сам не знал, на что он надеялся, но точно не на это. — Значит, я тоже могу прийти? — Тихо спросил он. — Просто я даже не знал, что у тебя так скоро день рождения. — Черт, прости, — пробормотал Луи, еще сильнее себя ругая. — Да, конечно, ты можешь прийти. Я бы очень хотел, чтобы ты был там, рядом со мной, всю ночь. Я просто… Гарри ждал продолжения, но Луи уже замолчал. — Ты просто…? — Подтолкнул его Гарри. В трубке послышались помехи, а затем Луи сказал: — Вообще-то я хотел поговорить с тобой обо всем этом лично, но поскольку в моем расписании начинаются небольшие сбои, что ж. Вообще, я еще со вчерашнего дня начал сомневаться. Можно мы хотя бы переключимся на видео, чтобы я хоть мог тебя видеть? Гарри начинал нервничать все сильней. Что же там было такого важного, что Луи хотел поговорить с ним лично или по видео, а не по телефону? Обычно это был плохой знак, да? — Разумеется, — прохрипел Гарри. Он нервно откашлялся и сказал: — Конечно. Проведя рукой по волосам в попытке пригладить кудри, затем он вытер экран телефона о джинсы, чтобы очистить камеру, и поудобнее устроился на кровати, чтобы освещение было лучше. Как только поступил звонок, Гарри быстро его принял, и вскоре он уже смотрел на довольно взъерошенного Луи. На нем был огромный свитер, который свисал с плеча, а волосы торчали в разные стороны. Это было восхитительно. — Привет, — тихо сказал Луи. — Я скучал по тебе. Гарри покраснел и опустил взгляд на свои колени. — Я отправил тебе сегодня столько селфи с Гримми, что ты, наверное, устал на меня смотреть. — Нет, никогда, — сказал Томлинсон, расплываясь в улыбке. Они сидели в тишине, и Гарри неловко ждал, когда Луи перейдет к сути. — Мне очень понравилось с тобой общаться, Гарри, — сказал Луи, и в животе Гарри возросло опасение. Прозвучало как начало разговора о расставании. Могли ли они расстаться, даже не успев толком начать встречаться? Может, Луи хотел, чтобы Гарри пришел на его новогоднюю вечеринку по случаю дня рождения просто как друг? Его бы это вполне устроило, но все же ему бы хотелось узнать Луи поближе. Проявить к нему больше интереса, чего он не позволял себе со времен Джонатана. А теперь с ним собирались порвать после первого же свидания, потому что Гарри был просто невыносим. — Нет, правда, — продолжил Луи. Гарри изо всех сил старался сосредоточиться на том, что говорил Луи, а не на страхе, растущем в нем. — Ты заставляешь меня улыбаться каждый раз, когда твое имя появляется в моем телефоне, и это свидание прошлой ночью было просто замечательным. Гарри слегка улыбнулся. Он все еще не очень хорошо помнил это свидание, но тот поцелуй заставил его думать о губах Луи чаще, чем следовало бы. — Да, мне тоже понравилось, — согласился Гарри. Луи кивнул и затем спросил: — Гарри, какие у тебя планы на Рождество? Это… было совсем не то, о чем думал Гарри. — Хм, — уклончиво начал он, вспоминая, не было ли каких-нибудь изменений в их обычных планах. — Ну, обычно мы с Джемс едем к маме на несколько дней раньше, чтобы помочь с едой и прочим, и остаемся в Холмс Чапел до двадцать седьмого. Ничего особенного. Не уверен, изменится ли что-нибудь в этом году. А что? Луи прикусил губу, а затем сказал так быстро, что Гарри с трудом разобрал: — Чувствую себя ужасным эгоистом, но я думаю, что стоит попробовать, даже если я попрошу тебя оставить свою семью на целый день и все такое, но я же не узнаю, если не спрошу, да? Гарри несколько раз моргнул, чтобы убедиться, что он все верно понял. — Не спросишь — не узнаешь, да, — сказал Гарри, надеясь, что ответ был достаточным. — Да, — кивнул Луи. Он глубоко вздохнул, закрыл глаза, а затем снова заговорил. — Я хотел спросить, не хочешь ли ты поехать со мной в Донкастер? На мой день рождения? В канун Рождества? От неожиданности у Гарри перехватило дыхание. Значит, Луи не собирался с ним расставаться. Уже хорошо. Вместо этого он как бы сделал обратное и пригласил Гарри познакомиться со своей семьей. Луи начал что-то бормотать, пока Гарри пытался все это переварить. — Я все понимаю. Знаю, что это быстро и немного безумно, и ты не обязан мне прямо сейчас отвечать, но я просто подумал, что я чертовски в тебе уверен и не хочу проводить свой настоящий день рождения без тебя, даже если это очень эгоистично. Но раз уж я собрался побыть эгоистом, то с таким же успехом это могло бы быть на мой день рождения или в канун Рождества, верно? Но ты можешь отказаться. Никакого давления. Я пойму, если ты не захочешь, или не сможешь, или что-то в этом роде, и… Гарри начал хихикать примерно на середине речи Луи, потому что, казалось, он был так же обеспокоен предстоящим разговором, как и Гарри. Гарри ни за что не собирался ему отказывать. Он все еще не понимал, как они с Луи вообще дошли до такого состояния, но не собирался подвергать это сомнению. Любое дополнительное время, которое он мог провести с Луи лично, а не только в разговорах по телефону, было лучше, чем любая альтернатива. — Твой смех — это хорошо или плохо? — Спросил Луи. — Пожалуйста, просто скажи, потому что я сейчас как бы немножко умираю. — Боже мой, прости, — сказал Гарри, по его лицу текли слезы. Нужно было хоть немного поспать. Он был в ужасном состоянии. — Все хорошо, я был до смешного напуган, когда ты сказал, что хочешь поговорить со мной лично, но да, я бы с удовольствием провел твой день рождения с тобой. — Подожди, правда? — Удивленно спросил Луи. — Ты не против познакомиться с моей сумасшедшей огромной семьей и ненадолго оставить свою прямо в канун Рождества? Гарри вытер слезы с глаз и улыбнулся Луи. — В некотором смысле, все и правда слишком быстро, — признал Гарри. Особенно когда он ясно помнил лишь некоторые моменты их повторного знакомства, но сейчас он об этом говорить не будет. — Но я до смерти боялся, что ты скажешь, что больше не хочешь меня видеть, или что-то в этом роде. Так что. Пусть официально у нас было только одно свидание, но я бы с удовольствием съездил на твой день рождения в Донкастер. Улыбка Луи была такой широкой, что его глаза были похожи на два полумесяца, а щеки — нежно-розовыми. — Ну, раз уже мы заговорили об одном официальном свидании, как думаешь, мы могли бы запланировать еще одно? Чтобы у нас по крайней мере было два. — Хорошо.

*~~***~~*

Гарри закрыл ноутбук и отодвинул его в дальний угол стола. Сколько бы раз он ни пытался написать эту чертову статью, ничего не получалось. После того, как Найл написал об этом в Твиттере, Гарри попросил нескольких человек связаться с ним по поводу того, когда можно будет это опубликовать, и теперь Логан тоже с нетерпением ждал готового продукта. Обычно Гарри это нравилось. Чем больше людей с нетерпением ждали, когда он напишет, и чем больше поджимали сроки, тем лучше у него получалось. Но на этот раз все было с точностью до наоборот. Особенно учитывая, что за последние два дня он только и делал, что подвергал сомнению свои решения прошедшего года. Дело в том, что, несмотря на то, что Гарри активно работал над тем, чтобы одеваться так, чтобы чувствовать себя лучше, и уделял немного больше внимания уходу за собой в целом, он не мог заставить себя радоваться работе. Он выгорел и не чувствовал радости даже из-за этой статьи, которая, казалось, должна была быть интересной. Он бы сам с удовольствием прочитал такой материал, но сейчас ему уж очень не хотелось его писать. Может, ему нужно было взглянуть на статью с другой стороны. Он брал интервью у Луи, Лиама и Найла, но не видел, как они работают. Возможно, он мог бы понаблюдать за ними хотя бы денёк, сделать парочку снимков, сделать кое-какие заметки и вдохнуть в статью новую жизнь. Так бы он почувствовал, что статья хотя бы отчасти принадлежит ему, а не просто написана им с использованием информации, собранной кем-то другим. Да. Наверное, в этом вся и проблема. Гарри тут же снова открыл свой ноутбук. Лиам обычно писал сообщения, но Гарри подумал, что, учитывая расписание Лиама, все же лучше написать ему по электронной почте. Гарри открыл свою электронную почту и обнаружил, что там его ждало письмо от студии ЗДМ. Нахмурив брови, Гарри, недолго думая, его открыл. Гарри, Прошу прощения, что я так долго не отвечал. Электронное письмо ушло на устаревший семейный бизнес-адрес. Его настроили на пересылку всего, что не похоже на спам, моему отцу, но, боюсь, он не так часто проверяет сообщения, и я получил его только сейчас. Если еще не слишком поздно, я бы с удовольствием принял участие в написании статьи. Не стесняйся ответить мне по электронной почте, позвонить или отправить смс на указанный ниже номер. Гарри прочитал автоматическую подпись «Зейн Малик — Арт-Терапевт». Он абсолютно не помнил, как писал Зейну, но тайминг получился просто сумасшедший. Интервью последнего участника, несомненно, позволило бы собрать новую информацию. Почувствовал себя чуть более уверенным в статье и ее направленности, чем когда-либо с тех пор, как он пришел в себя, Гарри сразу же ответил Зейну, чтобы поскорее начать прорабатывать некоторые детали. Нужно было узнать, где располагались студии Зейна и чем он располагал, прежде чем начать всё планировать. Он надеялся, что Зейн свяжется с ним достаточно скоро. Как только с этим было покончено, Гарри отправил электронное письмо Лиаму и его помощнику, а затем взял свой телефон и написал Найлу. Он не был уверен, где сейчас был Хоран, но, возможно, ему удастся втиснуть Гарри в свой плотный график. Посмотрев на часы, Гарри обнаружил, что уже наступил ранний вечер. Чёрт, он потратил весь понедельник впустую, так и не преуспев в написании статьи. Что ж, он надеялся, что хоть Луи сможет ответить на его звонок. Гарри кликнул по имени Луи в истории звонков и плюхнулся на кровать. — Привет, любимый, — запыхавшись, сказал Луи. — Как прошел твой день? Сегодня мы почти не болтали. — Да, вообще-то немного дерьмово. Ты там в порядке? — Гарри прикусил нижнюю губу. Он надеялся немного поныть Луи, но не хотел этого делать, если тот был занят. — Я тебя не отвлекаю? — Нет, — с тихим смешком сказал Луи. — В смысле, да, в некотором роде, но я рад сделать ради тебя перерыв. Я просто решил тут немного потренироваться, а сегодня день кардио. — О, понятно, — усмехнулся Гарри. — Значит, я врежу твоему физическому здоровью, прерывая пробежку? — Заткнись, — Луи рассмеялся. — У меня все равно оставалось всего две минуты. Так из-за чего у тебя был дерьмовый день? Гарри застонал. — Я просто никак не могу поймать ритм для этой статьи. Я миллион раз переписывал начало и даже пытался начать с середины, вдруг поможет, но ничего не вышло. Так что буду пробовать что-нибудь еще. — О? — Спросил Луи, и на заднем плане послышались звуки прощающихся с ним людей. Луи попрощался с ними в ответ, а затем сказал: — Прости за это. Все, теперь я весь твой. Ну, так что, что еще хочешь попробовать? — Ты что, не будешь разминаться? — Спросил Гарри, позволив себе отвлечься. — Ты будешь потом очень на себя за это зол. — Да, наверное, — сказал Луи без тени раскаяния, — Ничего страшного. Переживу. Так что ты там придумал? — Что ж, думаю, что хочу попробовать понаблюдать за тем, как вы выполняете свою работу. Сделаю парочку фотографий. Покажу, что каждый из нас добился успеха по-своему и по-прежнему вполне счастлив, даже если наши пути не совпадают с теми, на которые мы надеялись, когда были молоды. Что-то в этом роде, понимаешь? — О, это отличная идея, любовь моя, — сказал Луи, слегка хмыкнув, забираясь в машину и захлопывая дверцу. — Это будет идеальным завершением после всех этих воспоминаний и всего остального. — Да, именно на это я и рассчитывал, — сказал Гарри. — Я просто почувствовал, что мне нужен немного другой ракурс или что-то такое, чтобы передать нужное ощущение и позволить словам литься рекой. — Безусловно, — согласился Луи. Он помолчал и что-то промурлыкал, прежде чем сказать: — Ну, ты ведь так и так планировал приехать в Вест Бромвич, да? Что, если бы ты приехал в четверг вечером, а не в пятницу? Тогда ты мог бы следить за тем, как я готовлюсь к матчу на выходных? Тебе будет смертельно скучно, а я, скорее всего, буду носиться как сумасшедший, просто предупреждаю. Но, по крайней мере, мы сможем провести больше времени вместе и, надеюсь, заодно помогу с твоей статьей. Как тебе план? Гарри с улыбкой кивнул, прежде чем понял, что Луи его не видит. — Да! Да, звучит здорово. — Замечательно, — сказал Луи. — Что ж, я немного замерз, так что, пожалуй, поеду домой. Но если хочешь, я могу позвонить тебе, когда приеду, и мы сможем еще немного поболтать? Договорились? — Да, да. Будь осторожен, Лу. — Конечно, я позвоню. Спасибо, любимый. Гарри повесил трубку, уронил телефон на грудь и преувеличенно драматично вздохнул. Он не испытывал такого головокружения от одних только планов, возможно, уже очень много лет. Даже когда он был с Джонатаном. Гарри думал, что он счастлив и в восторге от их свадебных планов, но если сравнить их с идеей провести двадцать четыре часа с Луи? Нет. Он не был в восторге от женитьбы на Джонатане. Он был в восторге от планирования свадьбы. Вообще-то, теперь, когда он вспоминал Джонатана, с Луи все было с точностью до наоборот. С Джонатаном все было одинаково. Знакомо. Не совсем удобно, но это и не доставляло неудобств. Это было достаточно хорошо, и Гарри был счастлив. Доволен. Удовлетворен. А от слов Луи, от простого милого прозвища и приглашения познакомиться со своей семьей, у Гарри внутри все вспыхнуло. От его улыбки на крошечном экране телефона у Гарри порхали бабочки в животе, а от звука его голоса по венам разливалось тепло. Самое большее, что Джонатан когда-либо приносил Гарри, — это радость от того, что купил ему правильный подарок или приготовил блюдо, на которое Джонатан надеялся. И, если так подумать, на самом деле это был не сам Джонатан, а гордость Гарри за то, что он его знал. Покачав головой из-за потраченных впустую лет, Гарри был более чем счастлив, что наконец он двигался дальше во всех отношениях. И теперь, если бы он только смог написать эту чертову статью, с его плеч свалился бы еще больший груз.

*~~***~~*

Луи: Ты нормально добрался до Найла? — Вот черт, — пробормотал Гарри, когда, наконец, проверил свой телефон. Когда он приземлился в Дублине, Найл устроил сцену с плакатом в аэропорту, и это было только начало. Найл провел для Гарри небольшую экскурсию по тем местам, которые он считал важными (в основном по пабам и их разнообразным фирменным напиткам), а затем отвез Гарри в квартиру, в которой жил, когда бывал в городе. Сейчас они как раз были там, готовились к быстрому ужину в какой-нибудь кафешке, прежде чем отправиться на открытие клуба, в котором работал Найл. Это был такой сумасшедший вторник, особенно учитывая, что Найл купил Гарри билет только накануне вечером. Как только Гарри рассказал ему о своих планах относительно фотографий и дальнейших заметок, Найл захотел, чтобы Гарри приехал к нему на последнюю вечеринку на континенте до середины января. Она проходила в Дублине, но Найл не придал этому большого значения и купил Гарри билет прямо во время разговора. И вот он здесь, а сообщение, отправленное Луи несколько часов назад, так и осталось без ответа. Он, наверное, уже весь распереживался. — Твой парень проверяет, не увел ли я тебя? — Сказал Найл с громким смехом с другого конца комнаты. — Не волнуйся, Лу. Мое ирландское обаяние не для его розочки! Гарри покачал головой, широко улыбнулся и отправил ответное сообщение. Гарри: Прости, что не ответил сразу! Все было немного сумбурно, но да, я благополучно приземлился. Мы собираемся в клуб, так что пожелай мне удачи! После того, как он прошлой ночью повесил трубку закончив разговаривать с Найлом, нервы у него постепенно начали сдавать. Он знал, что влекла за собой работа Найла, но просто не учел тот факт, что это означало, что он будет ходить на вечеринки в клуб, чего он не делал, наверное, с первого или второго курса университета. Пока он будет сосредоточен на фотографиях и заметках, он надеялся, что с ним все будет в порядке. — В тебе что-то изменилось, — сказал Найл, подходя к Гарри. Сердце Гарри учащенно забилось. И вот что ему на это отвечать? Что он должен был сказать? Он не думал, что кто-то из опрошенных парней его на этом подловит, поскольку они не так хорошо знали друг друга и не проводили так много времени вместе, пока здесь был другой Гарри. И все же Найл спрашивал это, а Гарри понятия не имел, что отвечать. — Ой, правда? — Пискнул Гарри. Найл прищурился и сказал: — Да. Ты кажешься не таким… сосредоточенным. Если честно, я рад за тебя, приятель. Думаю, такой ты мне нравишься больше. Гарри несколько раз моргнул, зато его сердце немного сбавило скорость. Он и не думал, что изменился в этом плане, и, возможно, его все-таки не разоблачили. — О, да? Почему это? Найл пожал плечами. — Ты выглядишь гораздо более спокойным. Мне это нравится. Готов? Гарри кивнул, собрал свои вещи и последовал за Хораном к двери. Вечер закончился примерно так, как он того и ожидал, и это было прекрасно. Всего одна ночь, а завтра он сможет проспать до обеда, а затем улетит в Манчестер. Одну ночь Гарри выдержать сможет. Больше всего Гарри впечатлило то, что он наблюдал за Найлом. Основываясь на интервью и воспоминаниях Гарри о времени, проведенном вместе, он думал, что знает, каково это — увидеть Найла в действии, но он ошибался. Найл, очевидно, был в своей стихии. Он работал в социальных сетях и с удовольствием публиковал посты в Инстаграме и Снэпчате, отмечая всех и вся. Гарри наблюдал, как ночь шла своим чередом, а Найл не сбавлял темпа. Он продолжал выходить в сеть и веселиться, и Гарри был в восторге. Было очевидно, что Найлу нравилось то, что он делал. Его страсть буквально из него сочилась. У Гарри были две фотографии с того вечера, которыми он особенно гордился, потому что Найл на них весь словно светился. Гарри никогда так не относился к своей работе. Пока он наблюдал за работой Хорана, его прежняя неуверенность к себе вернулась с новой силой. Он хотел также гореть своей работой. Ему хотелось, чтобы люди видели, как сильно он ею наслаждается и по-настоящему ее любит. Как он мог ожидать от себя нечто подобное, когда застрял на работе, которую, по его мнению, он все еще не заслуживал? — Гарри, ты еще ничего не выпил, — сказал Найл, отрывая Гарри от заметок, которые тот набирал в своем телефоне. — Думаю, хватит с тебя на сегодня записей, а то клуб закрывается через двадцать минут. Пойдем, выпьем по рюмочке и потанцуем. Закатив глаза, Гарри передал свой фотоаппарат и телефон Найлу, который немедленно передал их своей ассистентке и попросил ее за ними присмотреть. — Давай-ка тебя напоим. Гарри покачал головой, но сопротивляться не стал. Одна ночь, он мог позволить себе немного расслабиться.

*~~***~~*

Так голова у Гарри не болела никогда. Найлу было хуже, и Гарри больше не станет доверять ему ничего, связанного с алкоголем. — Пожалуйста, не умирай, — прохрипел Найл из кухни. — Мне нужно, чтобы ты жил, пока я не посажу тебя в самолет и ты не вернешься на родную английскую землю. Если ты продержишься так долго, значит, я больше не буду о тебе заботиться, и в твоей смерти больше нет моей вины. Гарри фыркнул, а затем застонал от жгучей боли, которая вспыхнула у него во лбу. — Я вообще-то серьезно, — сказал Найл, аккуратно ставя перед Гарри огромный стакан воды и упаковку парацетамола. — Твой парень дерзкий и, честно говоря, немного меня пугает. Я не хочу, чтобы он за мной пришел ночью. Гарри сосредоточился на том, чтобы достать таблетки из блистера, и запил их целым стаканом воды, прежде чем ответить. — Ты продолжаешь называть его моим парнем, но это не так, — тихо сказал Стайлс, прежде чем уронить голову на стол. Нужно было съесть что-нибудь отвратительно жирное, чтобы перебить алкоголь, который все еще болтался у него в желудке. Жареная картошка подошла бы просто идеально. Может, еще немного бекона. — У тебя есть бекон? — Нет. Зато есть тосты. Тосты. Тосты это потрясающе. — Ладно. Тосты тоже вкусно. Найл хмыкнул в ответ, а затем добавил: — Мы же все еще говорим о Луи, да? Я думал, он твой парень. Гарри пожал плечами, насколько это было возможно, лежа на кухонном столе Найла. — Ну, может, и так. Но мы еще не обсуждали. Может, я как раз смогу его спросить, когда поеду завтра в Вест Бромвич. Или когда мы пойдем на его день рождения к его маме. Найл взъерошил Гарри волосы, и прядка упала ему на лоб. — Я знаю, что тебе больно больше, чем мне, но такой ты глупый конечно. Чайник выключился, и Найл, застонав, поднялся со стула. — Почему это я глупый? — Захныкал Гарри. — Это же не из-за меня мы сегодня так себя чувствуем. Я прекрасно справлялся со своей единственной порцией водки, пока ты не заставил меня выпить еще несколько шотов. — Я не про это, — сказал Найл. — Я все о Луи. Вы точно встречаетесь. Ты поедешь к его семье праздновать его день рождения. Это очень важно. — Ничего не важно, — сказал Гарри. Он сел и как раз собирался сделать глоток чая, который протянул ему Найл, когда в другом конце комнаты зазвонил его телефон. — Кто, черт возьми, пишет тебе в такую рань? — Пожаловался Найл, садясь за стол с кусочком сухого тоста. Гарри он ничего не принес. Грубо. — Уже почти час дня, — заметил Гарри, роясь в куче одежды, которую он сложил на полу в гостиной Найла. Он знал, что его телефон где-то там. — Так что не рано. Вздохнув от облегчения, когда он наконец нашел свой телефон, нащупав шнур для зарядки, Гарри отключил его от сети и рухнул на диван, на котором спал. Луи: Судя по Инстаграму Найла, у вас была бурная ночка. Ну, как, повеселились? Гарри широко распахнул глаза. Найл выложил его к себе в Инстаграм? Открыв приложение, он увидел, что Найл опубликовал всего несколько фотографий, и на одной из них был Гарри, но это фото было с начала вечера. Наверное, Луи говорил не об этом. Кружок вокруг фотографии Найла указывал на то, что он также выкладывал сторис, поэтому Гарри нажал на иконку и его мгновенно затошнило. Кадр прыгал, вокруг мерцали огни и гремела музыка. Гарри пропустил столько, сколько смог, пока временные метки не приблизились к тому времени, когда он, возможно, пил. Конечно же, Найл снял на видео, как Гарри танцевал на танцполе, раскачиваясь в одиночестве, подняв руки в воздух, и подпевая звучащей песне. Гарри понятия не имел, что Найл все это снимал. Появилось еще несколько фотографий, на которых они были запечатлены в основном вдвоем, и Гарри покачал головой. — Я тебя ненавижу, — сказал Гарри достаточно громко, чтобы Найл услышал. — Справедливо. Открыв диалог с Луи, Гарри, наконец, ответил. Гарри: Да, я даже не знал, что он это снимал и что опубликовал это у себя. Было весело, пока я не проснулся. Он дополнил это несколькими смайликами и вернулся на кухню, чтобы приготовить себе тост, так как Найл готовить ему не стал. Луи: О боже, хаха! Что ж, надеюсь, ты долетишь нормально. Когда вылет? Гарри еще раз проверил расписание и понял, что ему срочно нужно было принять душ, если он не хотел, чтобы от него воняло во время полета. Гарри: Где-то через час нужно будет уже выезжать. Уверен, что приду в себя после душа и парочки тостов. Он сунул тост в рот и направился в сторону ванной. Найлу, казалось, было все равно, он лежал на своем столе и храпел. Учитывая, что Хоран регулярно ходил на вечеринки, Гарри мог бы подумать, что он лучше переносит похмелье, но было приятно видеть, что в этом отношении он был таким же смертным. Луи: Хорошо, любимый. Прими душ и будь осторожен. Я тебе еще напишу после матча. Гарри улыбнулся и залез под душ.

*~~***~~*

Гарри остановился перед небольшим магазинчиком с небольшой вывеской «Студии ЗДМ». С виду ничем не примечательное местечко, но Гарри смог оценить его минималистский вид. Еще раз посмотрев на часы, он вошел и услышал, как звякнул маленький колокольчик. — Иду-иду, — раздался чей-то голос. Пока Гарри стоял и ждал, он рассматривал картины на стенах, а также различные буклеты, в которых рассказывалось о преимуществах арт-терапии и регулярных занятиях по изобразительному искусству. Картины были потрясающими, потому что они были очень разнообразными. Здесь были пейзажи и абстрактное искусство, а также граффити и стрит-арт, скульптуры и движущиеся металлические модели. Это была красивая и успокаивающая коллекция в стиле ходж-подж, которая каким-то образом сочеталась друг с другом. — Привет, ты Гарри? Гарри отвернулся от собаки, которая, казалось, была полностью сделана из шестеренок разного размера, и увидел великолепного мужчину, который улыбался ему, протягивая руку. — Да, а ты Зейн? Зейн утвердительно кивнул, в то же время Гарри сжал его руку. — Да. Спасибо, что пришел и вспомнил обо мне. Добро пожаловать в мою студию. — Конечно, — сказал Гарри, возвращаясь к картинам на стенах. — Это рисунки с различных терапевтических сессий и занятий, которые здесь проводятся? — Большинство из них, да, — сказал Зейн. — Некоторые из них сохранились со времен моей учебы в университете, но большинство — с уроков, которые я вел. Брови Гарри удивленно приподнялись. — Это все твое? — Да, — сказал Зейн, улыбаясь и оглядываясь по сторонам. — Все мое. — Какое невероятное разнообразие стилей, — сказал Гарри, испытывая еще больший трепет. Пожав плечами, Зейн сказал: — Мне просто нравится экспериментировать с различными аспектами художественного самовыражения. Хочешь зайти? Я готовлюсь к последнему на сегодня занятию, а после мы можем подняться наверх и еще немного поговорить. — Да, отлично. Гарри сел в углу, где, как обещал Зейн, он не будет мешать, пока тот суетился и расставлял различные мольберты. — Последняя группа на сегодня — это подростки, у которых так или иначе есть особые потребности, поэтому я увеличиваю группу до четырех человек. Более того, будут те, у кого сенсорные проблемы, и приходится нелегко, и я не могу уделить им индивидуальное внимание, в котором они нуждаются. Гарри кивнул. — Это действительно круто. Зейн улыбнулся и начал проверять, открыты ли шкафы в задней части комнаты, чтобы можно было легко достать принадлежности для рисования. — Не хочешь к нам сегодня присоединиться, раз уж ты здесь? Я на всякий случай и для тебя все приготовил. Гарри посмотрел и понял, что в комнате было установлено пять мольбертов, а не четыре. — Да, я бы с радостью. Спасибо. Зейн любезно улыбнулся, и между ними повисла тишина, пока Зейн давал инструкции о том, как обустроить свое пространство, чтобы он уже был готов. Довольно скоро дверь в передней части студии открылась, и они услышали звон колокольчика. Зейн вышел из комнаты, а когда вернулся, с ним были четверо подростков. Зейн объяснил, что Гарри к ним присоединится, поэтому Гарри улыбнулся и помахал им, а затем Зейн сказал им выбрать краски, с которыми они хотели бы поработать на этой неделе. — Каждую неделю у них есть выбор: сделать законченную работу и принести ее домой или продолжить работу в студии, но большинство из них хотят принести ее домой, — объяснил Зейн. — Обычно мы начинаем с чистого листа, и я позволяю им поработать с различными видами красок и кистей. — Это очень круто, — сказал Гарри, прежде чем взять в руки свои акриловые краски. Он смутно помнил, как использовал их на одном-единственном уроке рисования, который посещал в тот короткий период, когда считал себя художником. Зейн включил тихую, спокойную музыку, чтобы она играла на заднем плане, и Гарри забылся. Он забыл, что должен был наблюдать за Зейном и делать заметки. Он погрузился в картину и свои мысли. Это было так успокаивающе — занять чем-то свои руки, пока он размышлял о своем будущем. Его вырвало из мира, в который он погрузился, только когда Зейн подошел к нему сзади и сказал: — Вот это я называю эмоциональное использование цвета. Гарри отстранился и посмотрел на свою картину. Насколько он мог судить, там было не так уж много всего, но повсюду были цветные брызги, которые, приближаясь к центру, превращались в большое клубящееся месиво. В основном это были темно-коричневые тона, но среди фиолетовых и синих можно было заметить некоторые оттенки желтого и красного. — Слишком много мыслей в голове? — Поинтересовался Малик. Гарри фыркнул, но когда он повернулся к Зейну, то увидел в его глазах только доброту. — Да, есть такое. Зейн кивнул и подошел к девушке, которая сидела напротив Гарри. — Может, сможем сегодня и об этом поговорить. Выйдя из своего рода ступора, Гарри решил, что ему следует заняться тем, ради чего он, собственно, и пришел, — понаблюдать за Зейном. Ему понравились нежные наставления и объяснения, которые давал Зейн, пока ученики усердно работали над своими полотнами. Единственной инструкцией, которую Зейн дал им в начале, было нарисовать то, что их вдохновляло. Мальчик перед Гарри, нарисовал очень точное воспроизведение логотипа 20th Century Fox. На самом деле, это было невероятно хорошо, он даже сделал так, чтобы огни словно источали свет. Девушка рядом с ним рисовала акварелью цветы, которые плавно перетекали друг в друга. Она выглядела довольной, когда краски продолжали смешиваться и смешиваться, переплетаясь друг с другом. Зейн был очень внимателен, когда она стояла и улыбалась, указывая на разные предметы. Зейн был нежным, тихим и поддерживал каждого из них, и Гарри такого никогда не видел. Сработал таймер, и мальчик, который рисовал логотип, не стал дожидаться, пока Зейн что-нибудь скажет. Он сразу же собрал свои кисти и подошел к раковинам, чтобы начать убирать. Зейн улыбнулся ему и сказал: — На сегодня все. Роберт отлично показывает нам, как убираться, так что дайте знать, если вам понадобится помощь. Гарри тоже внес свой вклад, дождавшись своей очереди убрать мольберт и изучив, где положить акрил. Как только все дети ушли, Зейн вытер все поверхности, а Гарри в это время сделал несколько фотографий студии и Зейна за работой, прежде чем последовал за Маликом по лестнице вверх в маленькую квартирку над студией. Это была шикарная квартира, которая, очевидно, была заставлена дорогой мебелью. Гарри присвистнул. — Ах, да, — сказал Зейн, морща нос и потирая шею. — Я смог купить студию благодаря нескольким вещам, которые продал, еще учась в университете. Потом умер мой дедушка и оставил мне приличную сумму. Я просто хотел комфортное жилое пространство и возможность преподавать искусство тем, кто в нем больше всего нуждается, и вот я здесь. — Это замечательно. Зейн взглянул на Гарри и улыбнулся, прежде чем кивнуть в сторону дивана. — Да, спасибо. Не хочешь чего-нибудь выпить? — Просто воды, спасибо. Как только они уселись, Гарри начал записывать и перешел к вопросам, которые он приготовил. В отличие от других, с Зейном он начинал с нуля, но хотел, чтобы вопросы были похожи на те, что были заданы другим. — Больше спасибо, что разрешил прийти, понаблюдать и задать несколько вопросов. — Конечно. — Зейн кивнул, улыбаясь. — Не ожидал этого, но я более чем готов поделиться своей историей. — Итак, думаю, я просто хотел бы начать с нескольких вопросов о том, как повлиял на тебя опыт участия в «X-Фактор», — сказал Гарри. — Ты после этого еще пытался попасть в музыкальную индустрию? Как считаешь, отзывы, которые ты получил во время участия в шоу, были положительными или нет? Что-то в этом роде. — Нет, больше не пытался, — сказал Зейн с кривой улыбкой на лице. — Думаю, что моя цель на «Х-факторе» отличалась от целей многих других людей, поэтому и то, что я получил в результате, также отличалось от большинства. — И какая же цель? — Спросил Гарри. Пожав плечами, Зейн сказал: — Я просто хотел узнать, хорош ли я. Да, вот прям так. — Зейн усмехнулся и покачал головой. — Подумал, что если меня выгонят на первых прослушиваниях, так тому и быть. Я вырос, и всю свою жизнь мне приходилось бороться за то, во что я верил, и оспаривать свои убеждения, основываясь на том, что мне говорили другие. Но на это я вообще не мог смотреть непредвзято. Я, конечно, мог думать, что я в чем-то хорош, но так ли это на самом деле? — Да, понимаю тебя. — Да. Я просто хотел знать, хорош ли я в чем-то. Меня не сильно волновало, что пение не станет для меня карьерой в этом смысле, я просто хотел выяснить, есть ли у меня какой-нибудь талант, потому что я думал, что он у меня есть. И если у меня были способности к пению, то, возможно, у меня были способности и к другим вещам, в которых, как мне казалось, я был хорош, например, к искусству, — Зейн указал на свои работы, которые висели на стенах в окружении других, знакомых Гарри. — Но если нет, то, может, мне и правда суждено было всю оставшуюся жизнь пахать, что я просто ненавидел, понимаешь? Мне нужно было подготовиться к этому. Мне нужно было знать, есть ли надежда на что-то еще, кроме работы на фабрике. И для меня такой надеждой стал «Х-Фактор». — Так что, «Х-фактор» дал тебе надежду? — Подсказал Гарри. — Да, — с улыбкой ответил Зейн. — Еще как. Я продвинулся дальше, чем когда-либо мечтал. Это заставило меня задуматься, может быть, в каком-то другом мире это было бы моей судьбой, понимаешь? Но это не для меня. Но я чувствую, что мое предназначение — это то, чем я сейчас занимаюсь, и я доволен этим. Гарри улыбнулся. — Я правда рад, что «Х-Фактор» смог для тебя все это сделать. — Я тоже. Их беседа оставалась непринужденной, поскольку они, естественно, затрагивали темы, которые отражали дискуссии с другими мальчиками, пока они не подошли к нужной точке, и Гарри выключил запись. — Ну что, Гарри, — сказал Зейн, улыбаясь. — Хочешь поговорить о своей картине? Гарри тихонько застонал. — Даже не знаю, с чего начать, — признался он. Зейн пожал плечами. — Я всегда считал, что начинать лучше всего сначала. — Да, конечно. — Гарри закатил глаза. — Но, в общем… ладно. Поудобнее устроившись на диване, Гарри приготовился сразу перейти к делу. В конце концов, Зейн сам был невероятно откровенным. Гарри тоже мог быть таким, да? — Ладно, в университете я встречался с одним парнем. Джонатаном. Казалось, сошлись все звезды, и я думал, что он — моя любовь навсегда. Мы много лет были вместе, но, в то же время, в университете у меня были проблемы. Изначально я собирался стать юристом, но ничего не вышло, и я переключился на литературу. — Гарри указал на свой телефон и ноутбук. — У меня всегда хорошо это получалось, ровно как и пение, и, возможно, пришло время заняться сочинительством, поскольку с пением у меня явно ничего не сложилось. Так что я решил заняться именно этим, параллельно посещая курсы фотографии, и в итоге все сложилось так удачно, что я получил работу в том же издании, где уже работала моя сестра. Работу ты все равно получаешь из-за того, кого ты знаешь, а не из-за того, кто ты, да? — Да, конечно, — сказал Зейн. Еще раз кивнув, Гарри продолжил. — Вот, я обручился тогда же, когда получил эту работу, и все казалось идеальным, но внезапно все пошло наперекосяк. Потому что мой жених бросил меня, сказав, что никогда по-настоящему меня не любил. А теперь я просто… Я потерян. И я не знаю, куда мне идти. И теперь, я думаю, я наконец-то готов и могу двигаться дальше, я даже снова начал кое с кем встречаться, и Луи такой милый и… — Гарри откашлялся и решил не распространяться о Луи. Он не был средоточием всех внутренних потрясений Гарри, во всяком случае, пока что он был единственным успокаивающим присутствием в его жизни. — Все вот это, и я начал регулярно заниматься спортом, и в целом чувствую себя лучше, чем когда-либо, но моя работа. — Гарри покачал головой с широко раскрытыми глазами и понадеялся, что Зейн понял. — Я видел тебя, видел Найла, и вы оба любите свою работу с такой страстью, какой у меня никогда не было. После пения. — Как думаешь, чего тебе не хватает? — Спросил Зейн. — Как ты думаешь, пение — это действительно то, что тебе нужно, и тебе стоит попробовать еще раз? — Нет, — сказал Гарри, качая головой. — Я много размышлял об этом по разным причинам, но я уверен, что это не мое предназначение. Я просто не знаю, какое у меня предназначение. Зейн пристально посмотрел на Гарри и сказал: — Думаю, ты близок к ответу. Просто продолжай искать и будь открытым, и я думаю, ты найдешь. — Да? — С сомнением спросил Гарри, но в то же время надеясь, что Зейн прав. — Да. — Боже, надеюсь, что так и будет. Зейн улыбнулся и повернулся, чтобы посмотреть на часы. — Черт, уже так поздно. Прости. Давай я покажу тебе комнату для гостей. Гарри вошел в тихую голубую комнату, на стене которой висела красивая картина, выполненная в пурпурных и нежно-зеленых тонах. Спальня была маленькой и невероятно уютной. Гарри хотел бы, чтобы у него дома была такая комната, когда он чувствовал себя подавленным. — Зови, если что понадобится. Ванная прямо по коридору. — Спасибо, — сказал Гарри. Как только за Зейном закрылась дверь, Гарри упал на кровать и через несколько минут уже спал.

*~~***~~*

У Гарри было тихое, расслабляющее утро с Зейном в художественной студии, пока тот проводил несколько частных занятий. Он фотографировал и делал дополнительные заметки, наблюдая за происходящим, но обнаружил, что и сам начал мечтать о чем-то подобном. Когда он учился в колледже и только начинал изучать фотографию, ему нравилось посещать занятия для начинающих и помогать своему преподавателю показывать всем, как пользоваться фотоаппаратом. Ему казалось, что он силен в преподавании от природы и его к этому тянуло, но в университете он как-то позабыл об этом. Атмосфера спокойствия, которую Зейн создал в своей студии, и наблюдение за его работой навеяли на Гарри воспоминания, и он размышлял о них всю дорогу на поезде до Вест-Бромвича. Он переписывался с Луи все время, пока был в Манчестере, и Луи отвечал, когда мог, но, кроме их короткого разговора накануне вечером, он был очень занят. Гарри надеялся, что у него будет возможность поговорить с ним обо всем этом, потому что чувствовал, что Луи мог бы помочь придумать какой-нибудь план. Гарри сошел с поезда и как раз собирался заказать Убер, когда к нему подошел молодой человек, который, судя по виду, все еще учился в университете, держа в руках табличку с надписью «Гарри Стайлс». — Мистер Стайлс? — Э-э, можете называть меня Гарри, но да. Это я. Парень широко улыбнулся и протянул руку. — Приятно познакомиться. Луи послал меня, чтобы я привез вас в клуб, потому что там сейчас творится что-то странное, и было бы проще всего пропустить вас, если вы будете со мной. — Понятно, — сказал Гарри, быстро шагая, чтобы не отставать от парня, который практически летел через парковку. — Простите, а как вас зовут? — Ой, простите, — сказал мужчина, смеясь, прежде чем указать на старую коричневую машину. — Совсем забыл. Меня зовут Джейми. Я стажер в клубе и работаю с Луи и его командой. — Хорошо, приятно познакомиться, Джейми. Джейми говорил почти без умолку, пока они не добрались до типичного вида офисного здания, расположенного в нескольких минутах ходьбы от стадиона. Как только они там оказались, Джейми махнул сотрудникам службы безопасности и поболтал с секретарем за стойкой, пока Гарри регистрировался, а затем проводил его к лифту. — Уверен, Луи вас уже предупредил, но все идет немного наперекосяк, — сказал Джейми, нажимая кнопку третьего этажа. — Обычно мы не так заняты, но на следующей неделе начинаются рождественские матчи, и ходят слухи, что вот-вот уволят менеджера, так что мы почти со вторника не спим. — Ой, нет, Луи ничего не говорил, — сказал Гарри. Повлияет ли это на его пребывание здесь? Возможно, было бы лучше, если бы он приехал на следующей неделе, потому что, если они ночуют в офисе, у Луи ни за что не нашлось бы времени пойти завтра с Гарри на ужин, так? Не успел Джейми ответить, как двери лифта открылись, и Гарри очень сильно удивились увиденному. Перед ним в ряд выстроились офисы, все с закрытыми дверями и опущенными шторами. На всех висели таблички с надписями, например «Секретарь Помощника Клуба», «Сотрудник Отдела Кадров» и «Медиа-Менеджер», но дверь одного из офисов все же была распахнута, жалюзи подняты, открывая обзор на собравшуюся в офисе толпу людей. — Черт, что на этот раз? — Пробормотал Джейми, пробираясь ближе к двери. Гарри последовал за ним и только тогда увидел табличку на двери: «Сотрудник отдела мультимедиа — Луи Томлинсон». Когда они подошли ближе, он услышал, как Луи раздавал указания. — Мне нужны Том, Крис и Спаркс в Твиттере. Следите за новостями, а также за самими игроками. — Гарри обошел толпу, пока не увидел Луи в его кабинете. Когда он это сделал, то с трудом сглотнул. Луи был в рубашке с закатанными рукавами и ослабленном галстуке, что говорило о том, что у него был тяжелый день. Его волосы были слегка растрепаны, но все равно выглядели потрясающе. Его власть в помещении была ощутимой, Гарри почти ощущал ее вкус. Все уделяли Луи все свое внимание и принимали к сведению именно то, что они должны были делать, но только тогда Гарри понял, что происходит что-то очень важное. Достав из сумки фотоаппарат, Гарри смог сделать три снимка Луи в его напряженной, но естественной позе руководителя этих людей, прежде чем собрание закончилось и все поспешили вернуться к своим столам в центре комнаты. — Гарри, прости пожалуйста, — сказал Луи, подбегая к Гарри и быстро целуя его в губы. Это был всего лишь их второй поцелуй, но он был таким естественным. Он хотел, чтобы ситуация была другой, чтобы он мог притянуть Луи к себе еще разок. — Только что узнали, что менеджер ушел в отставку, а временного еще не назначили, а в субботу у нас уже матч. Казалось, туда оно все и идет, и мы делали все возможное, чтобы подготовиться, но, боюсь, тебе будет не так весело. Гарри улыбнулся и покачал головой. — Нет, все порядке. Правда, все хорошо. Я буду на всех собраниях и наблюдать за тобой в такой обстановке. Это захватывающе. Улыбнувшись, но выглядя измученным, Луи взял Гарри за руку и сжал ее. — Лу, ты сегодня что-нибудь ел? Луи провел свободной рукой по волосам и взглянул на часы на стене. — Черт, уже четыре? Блять. Я где-то в семь выпил чаю с тостами, но так — нет, и я опаздываю на встречу. — О, тогда иди, — сказал Гарри, оглядываясь по сторонам в поисках места, где он мог бы посидеть, пока Луи не будет. — Нет, нет. Это всего лишь конференц-звонок, так что ты можешь оставаться здесь, а я поговорю. — Хочешь, я принесу тебе что-нибудь поесть, пока ты будешь говорить? — Поинтересовался Гарри, складывая свои вещи в углу кабинета Луи. — Я поговорю с Шоном на стойке охраны, чтобы он меня потом впустил, уверен, все будет в порядке. Луи уже держал телефон в руке и набирал номер. Переведя разговор на громкую связь, он сказал: — О, Гарри, я был бы тебе очень признателен, ты даже не представляешь. — Без проблем. Хочешь что-нибудь конкретное? — Было бы классно съесть чего-нибудь вредного из Мака, спасибо, — сказал Луи как раз перед тем, как раздались гудки, оповещающие о начале телефонной конференции. — Здравствуйте, это Луи. Извините, я опоздал, я проводил инструктаж, но я быстро. Гарри показал Луи поднятый вверх большой палец и направился обратно к лифту. Возможно, он себе все не так представлял, но он чувствовал, что так он хоть немного поможет Луи, и это все равно лучше, чем просто сидеть сложа руки.

*~~***~~*

— Гарри, мне так жаль, что твое пребывание здесь обернулось таким образом, — сказал Луи, когда они оба ели китайскую еду навынос прямо из коробки. Было около одиннадцати утра, пятница, следующий день, и почти все время, которое Гарри провел в Вест-Бромвиче, он провел с Луи в его офисе. На самом деле, Гарри познакомился с коллегами Луи, и ему было весело. Особенно ему понравилось видеть Луи в его рабочей обстановке и с его настроем, к тому же это очень помогло ему с написанием статьи, но он прав, их времяпрепровождение было не совсем качественным. — Да ничего, Луи, — сказал Гарри, проглотив свой ло-мейн. — В твоей работе не все всегда предсказуемо, и ты должен выполнять свою работу. Я просто рад, что тебе не мешал. Луи поднял взгляд от тарелки с жареным рисом и прищурился. — Ты бы никогда мне не помешал, Хазза. — Ты так говоришь только потому, что мы не проводили много времени вместе. Луи криво улыбнулся, отправляя в рот еще порцию еды. — Ты мне кое-что написал по дороге сюда, но во всей этой суматохе я как-то позабыл, но сегодня я снова увидел это сообщение в диалоге. У тебя была какая-то идея? Вау, казалось, что это было так давно, когда он ехал в поезде и размышлял, но он был рад, что Луи решил об этом заговорить. — О да, это насчет.....ну, это насчет работы. Луи сразу же забеспокоился. — Все хорошо? — Да, да, все в порядке, — успокоил его Гарри, прежде чем сделать глоток пива, которое принес Луи. — Я просто много думал о том, правда ли я хочу продолжать то, чем я сейчас занимаюсь, или мне пора пойти другим путем. Понимающе кивнув, Луи спросил: — Что заставило тебя об этом задуматься? Если это не слишком личное. — Конечно, нет, я не просто так с тобой об этом заговорил, — сказал Гарри, улыбаясь. — Мне комфортно говорить с тобой обо всем на свете. — Хорошо, — сказал Луи. Он не улыбался, но его в его глазах горел огонек веселья. Гарри был рад. — Ну так вот, просматривая свои записи со всех интервью и той ночи в бунгало, меня очень впечатлило то, с какой страстью вы все относитесь к работе. Вы любите то, что делаете, и чувствуете, что ваш жизненный опыт привел вас туда, где вы сейчас находитесь. А когда я смотрю на то, чем я занимаюсь на работе и в чем заключается моя жизнь, я так не считаю. — Что ж, это справедливо, — сказал Луи, полностью отложив еду, чтобы сосредоточиться на Гарри. Когда Томлинсон переключил свое внимание на него, он почувствовал, как ему словно придали больше сил. Гарри понятия не имел, как ему это удалось, но это было почти волшебно. — А ты не думал о том, чем бы тебе хотелось заниматься? — Да, сначала я не знал, с чего начать, но, проведя время с Зейном, у меня появилось несколько идей. — Гарри достал свой ноутбук и открыл несколько вкладок. — Я правда люблю писать и фотографировать, но не настолько, чтобы заниматься этим в журналистской среде. Это не приносит мне удовлетворения. Но когда я наблюдал за тем, как Зейн ведет занятия, я вспомнил, что мне нравилось волонтёрить. Мне нравилось учить людей, которые интересовались тем же, что и я. Гарри пододвинул свой ноутбук к Луи и дал ему просмотреть открытые им вкладки. — Занятия в общественных центрах? — Луи оторвал взгляд от экрана, широко улыбаясь. — Гарри, это было бы очень здорово. —Да, — согласился Гарри. — Мне нравится работать с другими людьми, которые интересуются тем же, что и я, а также помогать им, возможно, выпутываться из неприятных ситуаций, в которые они могли бы попасть, если бы не комьюнити. — Все они в Лондоне, ты только там ищешь? Уже нашел какие-нибудь вакансии? Гарри покачал головой. — Нет, я все еще пытался разобраться, действительно ли это то, чем я хочу заниматься. Но прошло уже пару дней, и я думаю, что да. Возможно, я начну активно искать работу, как только вернусь домой. Луи улыбнулся. — Думаю, это очень здорово, Гарри. Сделав глубокий вдох, Стайлс почувствовал, что еще одна деталь встала на свои места. Он чувствовал, что с каждым решением, которое он принимал за последние несколько недель, ему становилось все более комфортно с тем, кто он есть и что он делает. Как будто он так далеко отошел от того, кем ему суждено было стать, что ему пришлось снова собраться с мыслями. Это казалось невыполнимой задачей, но, продолжая работать, Гарри все-таки нашел себя. Он был намного ближе. Он был почти у цели.

*~~***~~*

— Мы вообще еще увидимся до Рождества? — Спросила Джемма. Гарри оглядел маленькую гостиную, в которую вошел, когда зазвонил его телефон. У Лиама был большой дом, оформленный в элегантной, но эклектичной манере, но это не помогло ему избавиться от беспокойства, которое он чувствовал от Джеммы. — Зависит от того, когда ты планируешь приехать к маме, — наконец ответил Гарри. Джемма фыркнула. — Ты даже не зашел поменять одежду в чемодане. Гарри потер лоб. Он был так смущен. Почему она так себя вела? — У меня такое чувство, что ты используешь одежду как оправдание своей озабоченности, — возразил Гарри, стараясь говорить потише. Лиам был на кухне, готовил очередной кулинарный шедевр, чтобы они могли им насладиться, а то вечером к нему в студию придет клиент. Гарри не хотел, чтобы Лиам услышал их спор и начал беспокоиться из-за внезапной склонности его сестры к гиперопеке. — Давай, выкладывай. Что тебя беспокоит? — Да я просто, уф. — Джемма слегка заворчала, и он понял, что она в отчаянии дергает себя за кончики волос. — Я привыкла к тому, что ты все время рядом, ясно? Прошла уже почти неделя, и ты был в Дублине, уже дважды в Манчестере и Вест-Бромвиче, но не в Лондоне, и скоро Рождество, и ты переживаешь время больших перемен и разочарований, и я просто волнуюсь, ладно? — О-оу, — протянул Гарри в трубку. — Джемме трудно перестать быть мамочкой для своего младшего брата? — Заткнись, чудила. — Отвали, — со смехом сказал Гарри. — А если серьезно. Я знаю, ты многое для меня сделала, но, Джемма? Я взрослый человек. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Со мной все будет в порядке. — Да, да. — А теперь, так когда мы увидимся, когда ты приедешь к маме? — Мы проведем сочельник и рождественское утро с семьей Михала. Рождественский ужин и День подарков у мамы. — Хорошо, тогда, думаю, увидимся на Рождество. Ладно? Джемма что-то пробормотала, но Гарри не разобрал. — Что говоришь? — Говорю, ладно, — сказала она громче, чем это было необходимо. — Рада, что ты жив, пожалуйста, регулярно присылай мне новости, чтобы я не волновалась, где ты там шляешься. — Да, мам, — поддразнил ее Гарри. — Люблю тебя, ты же знаешь? И ценю, что ты обо мне заботишься. — Да, да. Клади уже трубку и иди делай свою работу. Ты же из-за этого так далеко от меня. Гарри почувствовал легкий укол. У него еще не было возможности поговорить с ней о своих надеждах на перемены в карьере, но он скоро это сделает. Самое позднее, на Рождество. Но об этом он подумает потом. Во-первых, ему нужно было вернуться и извиниться перед Лиамом, а также узнать об их планах на остаток вечера.

*~~***~~*

Гарри вел себя расслабленно. Абсолютно как нормальный, функционирующий человек. За исключением того, что он волновался, что он совсем не похож на нормального расслабленного человека. Потому что артист, с которым Лиам работал в своей домашней студии и вел себя так, будто они были лучшими друзьями, была Майли Сайрус. Они просто были там. Существовали, пели и обсуждали с Лиамом изменения и идеи. Да, Гарри был немного более сосредоточен на дыхании, чем обычно, но все было в порядке. Примерно через полчаса Гарри, наконец, почувствовал, что готов к большему. Он делал заметки и фотографии, пока Лиам работал, поскольку технически это была его работа, и именно поэтому он сюда пришел. Именно тогда он, наконец, понял, о чем они говорили. — Нет, нет. Это не ты, Майли. Я просто чувствую, что здесь чего-то не хватает, — сказал Лиам, снова проигрывая запись. — Я чувствую, что нам нужен еще один голос. Это сделало бы песню больше похожей на беседу, а не на односторонний призыв. — Да, да, да, — сказала Майли, все больше воодушевляясь, когда Лиам продолжил. — Боже мой, текст идеально для этого подходит! — Ладно, а теперь слушай. — Лиам выпрямился, и даже Гарри понял, что Лиам не шутит, что бы он ни собирался сказать дальше. — У меня есть идея, но она немного необычная. Майли закатила глаза и уперла руки в бока. — Лиам. Это же я. Давай, говори, клянусь, я не буду осуждать. Я могу немного посмеяться, если надо, но осуждать, точно нет. Лиам поморщился. — Думаю, что знаю кое-кого, чей голос идеально для этого подошел, но он не из этой индустрии. Майли склонила голову набок. — Он пытается стать певцом или что? Пейн покачал головой и сказал: — Нет, он ничего такого не не хочет, но у него такой голос… просто невероятный. Если я смогу его убедить, он не захочет светить свое имя, но он уже пару раз помогал мне с написанием песен, так что у него есть псевдоним, который мы могли бы использовать, и все такое. Если ты не против, можем пригласить его и попробовать. Гарри казалось, что он смотрит документальный фильм. Фильм о том, как создавалась музыка, и он каким-то образом стал свидетелем истории. Он сразу же начал записывать весь разговор, пока Лиам выходил из комнаты, чтобы позвонить по телефону. Закончив, он поднял глаза и увидел, что Майли наблюдала за ним с улыбкой на лице. — Ну что, Гарри. Вы с Лиамом хорошие друзья? — О, эм, — Гарри запнулся, не зная, как описать свои отношения с Лиамом. Друзья? Может быть. Хорошие друзья? Скорее всего, нет. — Нет, не совсем. Мы только недавно начали снова общаться, впервые после «Х-Фактора». — О, так ты еще и поешь? — Спросила Майли, приподняв бровь. Гарри нервно хихикнул и посмотрел на дверь, молча умоляя Лиама вернуться в комнату. — Уже нет. — Я тебе не верю. — Майли прищурилась. — Иди сюда и спой ту партию, что я только что пела. — Я… что? — У Гарри бешено забилось сердце. Он правда очень хотел попробовать, но больше из любопытства, чтобы узнать, каково это. Сам он никогда не доходил до пения в студии, и хотя он совсем не чувствовал, что музыка — это его, все же долгое время это было его мечтой. — Да ладно тебе, — сказала Майли, растягивая гласные еще сильнее, чем это делал ее акцент. — Просто попробуй. Посмотрим, что выйдет. Гарри снова посмотрел на дверь, а затем все-таки встал. Он положил свой телефон и заметки на маленький столик рядом с диваном и прошел в маленькую стеклянную комнату, где стояли микрофон и пюпитр. — Ладно, умеешь читать с листа? — Спросила Майли, включив звук в кабинке. — Да, немного. — Отлично, я включу вступление к бриджу и припев, которые я только что пела. Видишь где начинать? Гарри взглянул на ноты и увидел вторую строчку с пометкой «бридж». Она была подчеркнута карандашом и нотами, сделанными, вероятно, Майли, и Гарри снова пришлось ущипнуть себя. Теперь он не только был в одной комнате с Майли Сайрус, но и собирался для нее спеть. Должно быть, это был удивительно подробный сон, похожий на те сны о выступлениях на сцене, которые он до сих пор видел почти каждую ночь. Гарри слегка подпрыгнул, когда в наушниках заиграла музыка, и снял один с левого уха, чтобы все еще слышать, что он поет. Он пропустил вступление к бриджу, но Майли одними губами повторяла то, что он должен петь, так что он быстро включился и пропустил только первую строчку. Звучал он… не очень хорошо. Он уже много лет не использовал свой голос для такого уровня пения, и он даже не разогрелся. Голос был слегка скрипучим, грубым и надтреснутым, когда он пытался взять высокую ноту. Когда припев закончился и Майли выключила музыку, Гарри вздрогнул и начал снимать наушники. — О, нет, нет, нет! Нет, не надо, — вмешалась Майли, решительно качая головой. — Да, было довольно грубо, но ты же впервые читал с листа. Ни у кого с первого раза не получается идеально. — Майли пожала плечами и снова указала на него. — Сделаешь еще хотя бы пару попыток, хорошо? Я просто хочу услышать, на что ты способен. Я бы не позволила своим соперницам из «Голоса» сделать меньше трех попыток, и от тебя хочу того же. — О боже, — простонал Гарри. Он забыл, что она уже была в этом шоу, и привыкла к наставничеству. Она, наверное, считала его ужасным певцом. Почему она не дает ему выйти из студии? — Ладно, хорошо. Подожди минутку. Гарри нервно расхаживал по кабинке, выполняя несколько старых вокальных упражнений для разминки, которые, как он надеялся, хоть немного помогут, а затем вернулся и снова взял наушники. — Ладно. Давай покончим с остальными дублями, чтобы ты меня уже отпустила. Майли хихикнула и сказала: — Да! Вот это настрой! Снова заиграла музыка, и на этот раз Гарри заметил, что Майли вела обратный отсчет до того момента, когда он должен вступать. На этот раз он начал петь по таймингу, и это было намного лучше, чем в первый раз, но все же намного хуже, чем хотелось бы Гарри, учитывая, что он пел перед такой певицей, как она. — Гарри Стайлс, это было совсем неплохо, — сказала Майли, выглядя впечатленной. Гарри закатил глаза и сказал: — Не правда, но спасибо. Можно я спою еще раз, чтобы ты меня уже отпустила? Поджав губы, Майли пожала плечами. — Ладно, хорошо. Но мне не нравится ваше отношение, мистер. Гарри тихо фыркнул и позволил себе слегка пританцовывать в такт музыке, когда она заиграла. Теперь он чувствовал себя более привычно и, похоже, мог немного расслабиться. С таким же успехом можно было насладиться последним дублем, поскольку, вероятно, это был последний раз, когда он был в студии звукозаписи. На этот раз все было четко. Гарри почувствовал песню так, как не чувствовал раньше, и в нем словно что-то пробудилось к жизни. На этой импровизированной сцене он чувствовал себя так, как в своих мечтах, и он выложился полностью. Закончив, он широко улыбнулся и, оторвавшись от песни, увидел, что рядом с Майли стоял Лиам, они оба довольно хлопали, а Лиам выглядел слегка удивленным. Помахав им руками, Гарри снял наушники и вернулся в студию. — Почему ты не остановил меня, когда я говорил о Зейне, если сам мог бы попробовать свои силы в этом деле? — Спросил Пейн, похлопав Гарри по плечу. — Возможно, в следующий раз, когда мне кто-нибудь понадобится, я буду иметь тебя в виду. Гарри поморщился. — Нет, это не моя жизнь. Все в порядке. Я сделал это только потому, что Майли практически меня вынудила. С самодовольным видом Майли сказала: — Да, и посмотри, что вышло? Я знала, я чувствовала, что что-то в тебе есть. Ты точно певец. Затем Гарри вспомнил слова Лиама. — Подожди. Зейн? — Да? — Лиам нахмурился. — Этой мой друг. Он будет здесь с минуты на минуту. Его зовут Зейн. — Зейн Малик? — На всякий случай спросил Гарри. Это никак не мог быть тот же самый Зейн, да? — Привет, Гарри. Рад снова тебя видеть, пусть и так скоро. Гарри обернулся и увидел в дверях Зейна, который выглядел немного смущенным. Указав на Зейна и повернувшись, чтобы посмотреть на Лиама, он сказал: — А я и не знал, что вы знакомы. Малик пожал плечами и вошел, прежде чем быстро поцеловать Лиама в губы. — Да, ну, обычно мы держим это в секрете, потому что я не хочу привлекать к себе внимания и хотел бы сохранить свою личную жизнь в тайне, но мы вместе уже несколько лет. Гарри покачал головой, широко улыбаясь от удивления, и сел обратно на диван. В конце концов, он должен был только наблюдать. Они втроем начали обсуждать, что они надеялись от этого получить, и воспроизвели фрагменты из того, что уже спела Майли. Зейн легко вписался, и Гарри был в еще большем восторге, чем раньше. Каким-то образом Зейн нашел способ, чтобы его страсть к музыке играла важную роль в его жизни, даже когда он владел художественной студией. Гарри был невероятно впечатлен и снова начал задумываться о своей ситуации. Чем больше он говорил об идее работы в общественных центрах, тем больше ему казалось, что это правильно. Он даже начал искать свободные вакансии и даже нашел несколько в Манчестере, на которые можно было откликнуться. В одном из объявлений просили перезвонить за дополнительной информацией, а не просто заполнил онлайн-заявку, что показалось ему несколько странным, но он решил, что попробует. Даже если они уже закрылись на Рождество, он надеялся, что у них будет настроена голосовая почта, чтобы он мог перезвонить, как только они снова откроются. Возможно, Гарри мечтал преподавать не только писательство и фотографию, но и основы музыки или даже вести хор в общественных центрах, которые он присмотрел. В Лондоне было несколько таких центров, но все же он склонялся к Манчестеру. Так он был бы ближе к семье, и, пусть он познакомился с Ником и ему понравились Пикси и Рита, в Лондоне его ничего не держало. Гарри смотрел, как уверенно Лиам держался перед пультом, и точно знал, что он хотел бы, чтобы Зейн и Майли сделали, чтобы звучание было таким, как он хотел. Он видел Зейна в действии в его студии, Найла в клубе и Луи на совещаниях и собраниях. Все они так идеально вписывались в эту жизнь и так сильно любили свою работу. Может, если все получится, Гарри так же будет относиться к своей работе.

*~~***~~*

— Привет, Гарри, — тихо сказал Луи. Гарри почувствовал, как Луи устал по телефону. — Как там Лиам? Гарри растянулся на кровати в комнате для гостей, которую ему выделили на выходные. Она была идеально мягкой и теплой, и ему было бы грустно расставаться с ней, даже если он очень хотел увидеть Луи. — Это было странно утомительно, учитывая, что я в основном сидел и наблюдал за их работой, — признался он. Вчера они проработали над песней примерно до трех часов утра, а Гарри проснулся около десяти и обнаружил, что Зейн и Лиам уже работали в студии над следующей песней. Они почти не делали перерывов на еду, и сейчас было только восемь, но Гарри чувствовал себя более чем готовым ко сну, поэтому решил лечь пораньше. — У тебя такой же усталый голос, как и у меня. У тебя там все в порядке? Луи выдохнул и выпускал из легких воздух до тех пор, пока не начал кашлять и слегка смеяться. — Да. Я уже начал волновался, что мой день рождения все-таки не состоится, но все нормально. Я все уладил, как мог, и теперь свободен до полудня Рождества. Гарри надулся, хоть и знал, что Луи его не видит. — Не прикольно, что тебе придется работать на Рождество. — Ничего страшного. День матча никого не ждет, и нужно готовиться, — сказал Луи таким тоном, который напомнил Гарри о его дедушке. — Но вообще-то у меня на день рождения и в День подарков выходной. Но День Подарков будет просто сумасшедшим, так как именно в этот день будет матч, так что я в лучшей ситуации, чем некоторые. К тому же на Рождество мне не нужно идти в офис, у меня есть разрешение работать удаленно, так что я воспользуюсь тем, что смогу. — Да, наверное, неплохо. — И я так считаю, — сказал Луи, зевая. — Боже, я так скучал по твоему голосу, а теперь, когда у меня есть время поболтать, я засыпаю. Прости пожалуйста. — Нет, все в порядке, — сказал Гарри, подавляя зевок. — Ты же встретишь меня завтра у вас на вокзале, да? У меня прямой рейс до Донкастера, так что, думаю, я должен приехать примерно в пол десятого. — Да, я уйду пораньше, чтобы точно приехать вовремя, — сказал Луи, на этот раз зевая еще дольше. — Прости, но я, пожалуй, пойду спать, чтобы хорошенько выспаться перед завтрашним отъездом. — Звучит как отличный план, — согласился Гарри. — Тогда увидимся завтра, почти именинник. Луи фыркнул. — Да, звучит отлично. Гарри едва мог держать глаза открытыми, чтобы завести будильник.

*~~***~~*

Гарри был немного напуган. Прошлой ночью ему приснился сон, в котором он вот-вот должен был выйти на сцену. Его длинные волосы касались плеч, и он шел с Луи из сна по коридору, когда Луи внезапно затащил его в нишу, и они оба захихикали. — Теперь я могу делать это, где захочу, — сказал Луи во сне, прежде чем наклониться и страстно поцеловать Гарри. — Я так сильно люблю тебя, ты знаешь об этом? Его «я» во сне только кивнул и сказал: — Да, я тоже люблю тебя, Лу. Очень сильно, — прежде чем снова прильнуть к губам Луи. После этого во сне все уже не было таким невинным, и Гарри показалось, что он увидел снимающую их камеру, когда они заканчивали приводить в порядок прически и наряды перед выходом на сцену. Когда он проснулся, то понял, что пропустил звонок будильника, и, к счастью, Лиам смог подбросить его в город, чтобы он не опоздал на поезд. Всю дорогу в поезде Гарри думал об этом сне. Каким реальным казался этот и все остальные. Насколько реальными были те эмоции. В тот момент, когда Луи сказал, что любит его, Гарри понял, что чувствует то же самое. Только не к этому Луи. Того Луи они не знал. Он любил того Луи, который ждал его в Донкастере. С которым примерно он встретится примерно через десять минут и поедет знакомиться с его семьей. Блять. У Гарри не было времени поговорить с Луи об официальности их отношений, как ему советовал Найл, и вот он здесь. Он думал, что влюблен в мужчину, для которого у него даже не было официального титула. Мужчину, с которым он был всего на двух свиданиях. Боже мой, Гарри идиот. Как он здесь оказался? Гарри пытался отвлечься, подавая онлайн-заявки в различные общественные центры, и ему удалось отправить две заявки и почти закончить одну, а также оставить голосовое сообщение для той организации в Манчестере, которой нужно было позвонить. Он чувствовал некое удовлетворение, но это нисколько не помогало ему из-за того, что он был близок к тому, чтобы взорваться от совершенно нового осознания того, что он любит Луи. В динамиках раздалось объявление об остановке перед тем, как поезд прибыл в Донкастер, и Гарри начал собирать свои вещи, прежде чем медленно направиться к выходу. Готов он или нет. Гарри сошел с поезда и последовал за несколькими другими пассажирами, которые также направлялись к выходу. Как только Гарри приблизился к выходу, он увидел Луи, который его ждал, выглядя совершенно непринужденно в ужасном рождественском джемпере и самых обтягивающих джинсах, которые Гарри когда-либо видел. Гарри хотел бы, чтобы он не испытывал смешанного чувства симпатии и возбуждения, но это было не так. — Не ожидал встретить такого мужчину, как ты, в таком месте, — поддразнил Луи, раскрывая объятия. Гарри упал в его объятия, и все его запланированные ответы вылетели в трубу. Не было ни «С днем рождения», ни «Счастливого Рождества», ни «Рад тебя видеть». Нет. Вместо этого Гарри сказал самое худшее, что он мог сказать в тот момент. — Мне кажется, я тебя люблю. Как только он это сделал, тело Гарри онемело и он крепко зажмурился. Ох ебать ебать ебать ебать ебать! Это было очень, очень плохо. — Прости пожалуйста, — наконец выдавил он. — Я не это имел в виду… Просто… Пожалуйста, забудь обо всем, что я сказал. — Зачем мне… Гарри, подожди. Томлинсон отстранил от себя Гарри, но тот по-прежнему отказывался открывать глаза. Не-а. Он не хотел видеть выражение лица Луи перед тем, как он заставит Гарри развернуться и сесть на поезд обратно в Холмс Чапел. — Гарри, — взмолился Луи. — Пожалуйста, посмотри на меня. Гарри скорчил гримасу, которая, как он надеялся, в точности передавала, как сильно он не хотел этого делать, прежде чем, наконец, снова открыл глаза. Луи стоял прямо перед ним с широко раскрытыми глазами, и все в его лице говорило о том, что он удивился, но никак не противился. Значит… это хороший знак. По крайней мере, он надеялся на это. — Я многое хочу сказать, но не на этом очень-очень шумном вокзале. Ничего, если мы пройдем к моей машине и продолжим разговор там? Гарри выдохнул, так как он почти не дышал с того момента, как открыл глаза. — Ты же не хочешь, чтобы я сел на обратный поезд? Если хочешь, я могу вернуться домой. — Даже не смей, — сказал Луи, хватая Гарри за руку. — Сегодня мой день рождения, и ты останешься со мной, понял? У тебя еще есть вещи? Гарри покачал головой. — Только это. Кивнув, Луи улыбнулся ему, и они направились к машине. Примерно на полпути мозг Гарри снова заработал в полную силу, и он сказал: — Боже мой, Лу! У тебя же день рождения. — Ну ничего себе, — сказал Луи, смеясь. — Поэтому ты и здесь, детка. — Заткнись, — сказал Гарри, останавливая Луи посреди парковки. — Я имел в виду, что еще не сказал этого. Так что с днем рождения. Улыбка Луи смягчилась и превратилась в улыбку, полную обожания, к которой Гарри так привык за последние несколько недель. Ему нравилось, что Луи был полностью погружен в работу, но как только он смотрел на Гарри, выражение его лица смягчалось, становясь гораздо более нежным. Именно это и происходило сейчас. — Спасибо, любимый. — Луи быстро и грубо поцеловал его, прежде чем отстраниться и сказать: — Чуть позже продолжим. Чертовски холодно, так что давай сядем в машину. Они зашагали еще быстрее, чем раньше, и, наконец, добрались до черной машины, которая показалась Гарри смутно знакомой. Видел ли он ее где-то раньше? — Пришли, — сказал Луи, помогая Гарри укладывать вещи в багажник. Затем он подвел Гарри к пассажирскому сиденью машины и открыл перед ним дверцу. — Спасибо, Лу. Луи улыбнулся, прежде чем практически метнуться к водительской двери. Он завел машину, а затем повернулся к Гарри. — У меня на сегодня был запланирован свой разговор, хотя он и не совсем совпадал с твоим, — с улыбкой сказал Томлинсон. — Хочешь, чтобы мы продолжили разговор о твоих словах, или ты не против, если мы ненадолго переключимся на меня, потому что я думаю, что они на самом деле неплохо сочетаются? Будучи невероятно смущенным и еще более нервным, Гарри кивнул. Что угодно, лишь бы скорее с этим покончить, чтобы он мог притвориться, что никогда не произносил этих слов, когда он даже не знал, встречались они или нет. — Что именно, любимый? — О, — удивленно спросил Гарри. — Да, давай сначала ты. Луи улыбнулся и взял Гарри за руку. Переплетя их пальцы, Луи погладил большим пальцем тыльную сторону ладони Гарри и сказал: — Я вроде как надеялся, что ты сделаешь мне какой-нибудь особенный подарок на день рождения. Гарри ухмыльнулся и на мгновение перестал нервничать. — Я уже запланировал разные сексуальные утехи, но если у тебя есть что-то конкретное на примете… Луи издал какой-то сдавленный звук, прежде чем выплюнуть: — Блять, ладно. Эхем, о боже. Смеясь, Гарри сказал: — Я шучу. Ну, по большей части. Но, очевидно, ты же не это имел в виду, когда говорил про подарок, да? — Ну, ладно. Я не против другого, но я думал о тебе как о своем парне и надеялся, что смогу официально представить тебя своей семье. Гарри закатил глаза, прежде чем сосредоточиться на их переплетенных руках. Вместе они выглядели так идеально. Как кусочки пазла. — Я только что сказал, что люблю тебя. Ты правда думаешь, что я откажусь? — Но до этого я же не знал! — Воскликнул Луи, хлопнув Гарри по руке. — Но это возвращает меня к другому. Я боялся, что отпугну тебя, но, думаю, я тоже люблю тебя, Гарри. При этих словах взгляд Гарри метнулся обратно к Луи. — Ты что? Луи слегка наморщил нос. — На «Х-Факторе» я влюбился в тебя до беспамятства, Гарри. Когда мы перестали общаться, я был опустошен, но не знал, что с этим делать. Особенно, когда рухнуло так много других планов и надежд после того, как меня отправили домой. Когда ты снова связался со мной в прошлом месяце, я был уверен, что это судьба снова свела нас вместе, и с тех пор чувствую себя именно так. Так что да, это кажется довольно быстрым, но ты тоже это чувствуешь, иначе не сказал бы этого. Гарри кивнул. Он понял, что имел в виду Луи. Они так легко вернулись к своему ритму с «Х-Фактора», а теперь зашли гораздо дальше. — Такое ощущение, что нам нужно было время порознь, чтобы стать теми, кто мы есть сейчас, чтобы на этот раз мы были готовы друг к другу, — прошептал Гарри. — Точно, — сказал Луи. — Значит, ты мой бойфренд. Спасибо, что приехал познакомиться с моей семьей. Может, скоро я смогу встретиться с твоей? Гарри кивнул, прежде чем наклониться для более продолжительного поцелуя, которого он жаждал с тех пор, как очнулся ото сна. Очевидно, что Луи и Гарри уже были знакомы физически. Гарри не мог дождаться, когда сможет так же хорошо познакомиться со своим Луи. Отстранившись, чтобы перевести дыхание, Луи посмотрел на приборную панель и выругался. — Нам пора. Моя мама ждала нас еще десять минут назад. Гарри усмехнулся, но отстранился, чтобы пристегнуться и привести себя в порядок. — Не хочу, чтобы твоя мама разозлилась, еще даже не познакомившись со мной. И к тому же в твой день рождения. — Ты даже не представляешь. Она смелая женщина, и я многому у нее научился. Гарри откинулся на спинку сиденья и наблюдал, как мимо них проплывали старые кирпичные здания, пока Луи вез их к дому своей семьи. — С днем рождения, Лу. Луи взглянул на Гарри и снова сжал его руку. Они все еще не отпустили друг друга, и Гарри был несказанно этому рад. — Спасибо, любимый.

*~~***~~*

Неделю спустя — Лу! — Практически прокричал в телефон Гарри. Не было никаких причин так громко говорить, просто он был невероятно взволнован, поэтому он надеялся, что Луи не оглохнет. — Лу, у меня отличные новости. — У меня тоже, поэтому я и позвонил, но давай ты первый. Голос Луи звучал немного натянуто, но Гарри было все равно. Как только он вернется в Лондон, он снова будет с Луи, и они смогут провести остаток ночи вместе на новогодней вечеринке по случаю дня рождения Луи. — Меня взяли на работу, — сказал Стайлс. Он вместе с мамой и Джеммой заканчивал покупать подарки Луи на день рождения, и как раз садился на поезд, когда ему позвонили. Он предполагал, что ответа не будет еще несколько дней, но все, что касалось процесса подачи заявления, было быстрым и неожиданным в лучшем смысле этого слова. — Можешь себе представить? Меня взяли! Всего через несколько недель я переезжаю в Манчестер. Просто нужно найти, где остановиться, а если не найду, буду ездить от мамы. — Боже мой, это же потрясающая новость, — сказал Луи. — Слушай, я ничего не говорил, потому что не хотел делать из мухи слона, если этого в конечном итоге не произойдет, но в «Манчестер Юнайтед» сейчас происходят серьезные перестановки, в связи с уходом Моуринью и всем прочим, и я ухватился за это и просто узнал, что я могу получить эту работу. Это был чертовски рискованный шаг, но парень, с которым я стажировался в университете, сейчас работает в «Юнайтед», и он замолвил за меня словечко, и я согласился. Я начну работать с ними после закрытия трансферного окна. — Черт. Это невероятно! Поздравляю! — Гарри был так переполнен счастьем за них обоих, что на глаза навернулись слезы. Он замер, когда его осенила мысль. — Подожди. Луи, это значит, что ты тоже переедешь в Манчестер? — Да, — хихикнул Луи. — Со следующего месяца мы будем жить в одном городе. — Боже мой, — воскликнул Гарри. Он точно снова начал кричать и начал привлекать к себе внимание со стороны посетителей торгового центра. Пробормотав «извините» несколько раз прохожим, которые бросали на него косые взгляды, Гарри снова сосредоточился на разговоре. — Поверить не могу. Это похоже на сон. Все складывается так гладко. Статья написана и на следующей неделе ее опубликуют, у нас обоих скоро новая работа и переезды, у меня суперсексуальный, невероятно умный и талантливый парень. Я не знаю, что я такого сделал, чтобы все это заслужить. — Ты заслуживаешь всего самого лучшего, — сказал Луи. — Так, ты где сейчас? Потому что я слышал, что мой парень, возможно, в торговом центре в Манчестере, и я надеялся сделать ему сюрприз, но он уже не с мамой и сестрой. — Подожди, что? — Гарри развернулся и пошел обратно к тому месту, где он оставил свою маму и Джемму. — Ты здесь? Гарри убрал телефон от уха, когда увидел, что Луи улыбался и махал ему со столиков. — Тебя не должно было здесь быть, — сказал Гарри, прежде чем наклониться для поцелуя. — Это испортит сюрприз от твоего подарка. Луи пожал плечами. — Ты все равно не смог бы сохранить это в секрете, пока я не развернул бы его. Давай будем честными. Гарри пристально посмотрел на Джемму. — Эта история определенно твоих рук дело. — Понятия не имею, о чем ты, — сказала Джемма, разглядывая свои ногти. — Ну что, любимый, не хочешь ли пораньше поехать со мной обратно в Лондон? Гарри повернулся к Энн, которая покачала головой и обняла его. — Веселитесь, мальчики. Мы продолжим разговор завтра, если вы не будете чувствовать себя слишком плохо. — Спасибо, мам, — сказал Гарри. Он хлопнул Джемму по руке и сказал: — С Новым годом, жаба. Джемма шлепнула его по голове и сказала: — С Новым годом, Лягушачья мордочка. Гарри отошел от них, держась за руку с Луи, чувствуя, как в нем бурлили энергия и возбуждение, к которым он постепенно привыкал. Все, что он делал за последний месяц, было наполнено таким же чувством предвкушения, и он надеялся, что это никогда не прекратится. — Ну же, любимый, — сказал Луи, целуя Гарри в щеку. — У нас впереди вечеринка, нам есть что отпраздновать.