Преследование

Наверное, Малфою только в страшном сне могло привидеться, что он спасает Гермиону Грейнджер. К тому же, от посягательств крёстного. Но именно это сейчас и происходило. Зайдя в библиотеку, чтобы посидеть в тишине и наконец-то отдохнуть от навязчивого внимания Пэнси Паркинсон, Драко проходил мимо плотно заставленных книгами стеллажей Запретной секции, направляясь к своему любимому дальнему столу у окна, когда услышал сдавленный писк. А может это прошуршали страницы резко закрытой книги? Он так и не смог потом объяснить себе, что заставило его свернуть, не доходя до любимого и уютного кресла, и направиться в тёмный проход между книжными полками с трактатами о редких ядах. Повинуясь интуиции, Драко завернул влево и увидел спину профессора Снейпа. Уже благоразумно решив молча и тихо как мышь удалиться, он заметил наполненные ужасом глаза, выглядывающие из-за края профессорской мантии. Малфой споткнулся. Он даже не сразу вспомнил, кому принадлежат эти знакомые глаза, просто в них была такая мольба, что он не смог уйти. — Добрый вечер, профессор, я искал вас, чтобы… — Малфой на ходу пытался придумать причину, по которой он якобы искал мастера зелий, но ничего не приходило в голову. Зельевар вздрогнул и отодвинулся от стеллажа, оттолкнувшись руками. «Так вот в чём дело, — подумал Драко, — Грейнджер не могла сбежать, он перекрыл ей пути отступления». Как только Снейп опустил руки, из-за его плеча выскользнула Гермиона и, посмотрев на Малфоя совершенно невообразимым благодарным взглядом, ускользнула из отдела ядов. Снейп молча обернулся и уставился на крестника, приподняв бровь. Малфой чуть не ляпнул: «Вы с ума сошли?! Что это было?», но благоразумно прикусил язык. Пожить-то ещё хотелось. Но, похоже, профессор понял его без слов, по одному взгляду. — Не твоё дело, щенок! — прозвучал яростный ответ, едва ли не змеиным шипением. Снейп резко развернулся, взметнув полы мантии, и прошёл мимо. Малфой дрожащей рукой вытер пот со лба. «Повезло… Мог и заавадить. Мерлин, куда я влез, зачем?». Малфой всерьёз задумался, а не закончить ли обучение экстерном, отправляя контрольные из особняка Малфой-Мэнора, у которого, несмотря на присутствие там Волан-де-Морта, было одно неоспоримое преимущество: вероятность встретить Снейпа в его библиотеке была ничтожно мала. Драко подумал и решил, что при сложившихся обстоятельствах внимание Пэнси Паркинсон выглядит такой мелочью в сравнении с гневом декана, прерванного на… Тут мозг Малфоя отказывался продолжать размышления и уходил в ступор. В общем, на фоне милого библиотечного приключения уходящего дня Паркинсон представлялась даже занятной и обещающей удовольствие перспективой. Поэтому Драко поспешно покинул библиотеку и кинулся в подземелья. Грейнджер бежала со всех ног в гостиную Гриффиндора, пытаясь унять непрекращающуюся дрожь в руках. Ничего не помогало, но что-то нужно было сделать, иначе Гарри и Рон сразу поймут — что-то не в порядке. Она истерически хохотнула и тут же испуганно зажала себе рот ладонью. Да уж, не в порядке. И это мягко сказано. И что теперь делать? Грейнджер совершенно не представляла, как вести себя после происшедшего, как ходить на уроки, сидеть за гриффиндорским столом во время обеда — тот был расположен как раз напротив преподавательского стола. Вдруг Гермиону накрыла волна ярости. Она ни в чём не виновата, это всё он. Тогда почему она чувствует такую тревогу? Ярость сменилась паникой. А вдруг это повторится? Вдруг Снейп опять поймает её в библиотеке? Гермиона вздохнула и решила, что придётся отказаться от занятий в одиночестве и в вечернее время. «И ведь не расскажешь никому,» — с тоской думала Грейнджер. Дамблдор ему полностью доверяет, а Макгонагалл решит, что это она его неправильно поняла. Ага, неправильно. Когда профессор отловил её у стеллажей с книгами по ядам, она почувствовала себя бандерлогом перед Каа. От одного тихого шёпота прямо над левым ухом: «Кого собираетесь отравить, мисс Грейнджер?» — по позвоночнику пробрал мороз, а когда она обернулась, собираясь вежливо ответить, что профессор сам, собственной персоной, сегодня задал ей эссе на пятьдесят дюймов, зельевар качнулся вперёд и положил руки на стеллаж справа и слева от её плеч, лишив всякой возможности убраться от него подальше. Гермиона ничего не сказала, кажется, она просто забыла как дышать. Волнами накатывал ужас, а профессор медленно наклонялся к её лицу, и тут она увидела ошеломлённые светло-серые глаза под белобрысой чёлкой. «Помоги!» — мысленно взмолилась Гермиона, понимая, что это бесполезно: слизеринский принц никогда не поможет грязнокровке. Но Малфой вдруг заговорил, обратившись к профессору, тот отвлёкся, и Грейнджер спешно убежала, не веря своему счастью. На ужин она не пошла. Просто боялась, что при виде профессора ей откажут ноги, и она постыдно рухнет в обморок. Но утром предстоял сдвоенный урок зельеварения, и деваться было некуда. Убрав волосы в низкий пучок «а-ля Макгонагалл» и натянув неприметную форменную мантию, Гермиона, понадеявшись, что у неё достаточно скромный и непривлекательный вид, пошла на урок, стараясь ни на шаг не отставать от Гарри и Рона, весело болтавших о квиддиче всю дорогу до подземелий. Подойдя к двери, Грейнджер прижала к груди книги, как щит, вдохнула и собралась зайти в класс, когда ощутила на себе внимательный взгляд. Покосившись на стайку слизеринцев, она увидела сосредоточенные серые глаза. Они как будто спрашивали: «Ты как?» Она едва качнула головой: «В ужасе.» «Я рядом,» — неожиданный и невероятный ответ. Конечно, это могло быть лишь плодом её воображения, и, возможно, Малфой просто в рассеянности взирал в пространство, но Гермионе стало легче, настолько, что она смогла без трепета открыть дверь и дойти до своего стола в классе профессора зельеварения. Драко внимательно наблюдал за Снейпом в течение всего урока. Ничего. Он даже задумался, не привиделось ли ему вчерашнее происшествие. Может, он что-то не так понял, и профессор просто доставал какую-то книгу в отделе редких ядов, а Грейнджер случайно попалась ему под руку? Он уже почти убедил себя в этом, как вдруг заметил, что лёгким взмахом руки зельевар добавил что-то в котёл Грейнджер, когда она отвернулась, чтобы помочь Долгопупсу. «О себе бы лучше побеспокоилась!» — с досадой подумал Малфой. В этот момент зелье Грейнджер резко вскипело, перелилось через край и прожгло дыру в столешнице, закапав на пол. Гриффиндорка смотрела на котёл в немом ужасе, Снейп — на неё, с явным удовольствием и скрытым удовлетворением. Малфой тяжело вздохнул, взял корень асфоделя и зашвырнул в свой котёл. Тот взорвался, облив его и соседей по столу. Снейп с перекошенным от ярости лицом обернулся к нему. Малфой встретил взгляд чёрных глаз как можно спокойнее, хотя внутри всё мелко тряслось. Но оставлять Грейнджер наедине с профессором было нельзя. А зельевар именно этого и добивался, оставив гриффиндорку прибираться в классе после урока. Теперь ему придётся оставить и Малфоя тоже. Как бы плохо ни было Драко под многообещающим мрачным взглядом Снейпа, его очень поддерживало то, что Грейнджер смотрела на него с немой благодарностью. С такой поддержкой можно было выдержать, что угодно. Угу. Как же, «что угодно». Снейп оставил их на отработку. И пока Грейнджер тряпкой собирала своё ядовитое варево, профессор, прихватив Малфоя за грудки, уволок его в кладовую. — Ты что творишь? — голос зельевара походил на шипение змеи. — А вы?! — Драко смотрел прямо и как мог холодно, в точности копируя отца. Снейп выдохнул сквозь зубы: — Сейчас ты выйдешь отсюда и пойдёшь на ужин, ясно? — Нет, — Малфой сжал губы, ему очень хотелось ответить «да». — Я пойду только с Грейнджер. — Какое тебе дело до грязнокровки? — Снейп смерил его презрительным взглядом. — А вам? — Малфою было страшно, казалось, профессор сдерживается из последних сил. «Скорее уже, Грейнджер, — мысленно взмолился слизеринец, — заканчивай со своей уборкой и бежим отсюда». «Уже», — пришёл ответ. В глазах Снейпа что-то промелькнуло, и тут открылась дверь кладовой. В проёме стояла Грейнджер, на щеках которой ярко горели пятна румянца: — Сэр, всё чисто, мы можем идти? — спросила она, особо упирая на мы. — Идите, — резко взмахнул рукой Снейп. При этом пристально посмотрел Гермионе в глаза и, наклонившись вперед, почти коснувшись волос гриффиндорки, на грани слышимости выдохнул: — До встречи в библиотеке. — Ну уж нет, профессор, — едва разомкнув как будто смерзшиеся от мороза губы, шепнула Гермиона, поворачивая к выходу. — Не дождётесь. — Куда ты от меня денешься, — с насмешкой ответил Снейп, не обращая внимания на Малфоя, смотревшего на него ошарашенным взглядом. Грейнджер стало плохо. Малфой, поддерживая девушку за локоть одной рукой, другой прихватил их сумки и вывел её из подземелий. — Спасибо, Драко, — едва слышно успела проговорить Гермиона, когда к ним с озверевшими лицами подлетели Гарри и Рон. — Что ты с ней сделал? — заорал Уизли. Малфой поморщился: — Замолчи, рыжий. Ваша мисс бурундук просто надышалась ядовитых испарений. Так что советую минимум неделю не спускать с неё глаз и никуда не отпускать её одну. Ясно? Он обвёл их светлым взором, задержав его на Грейнджер, отдал Поттеру сумку, развернулся и ушёл. Гермиона в изнеможении прислонилась к стене и закрыла глаза. Друзья тут же переключились на неё: — Герми, ты и правда бледная. — Тебе поесть надо. Грейнджер представила, как она будет обедать под пристальным взглядом декана Слизерина, и решила, что лучше перейдёт на печенье и воду, чем появится в Большом зале ещё хотя бы раз. На ужин она тоже не пошла. Снейп прождал в библиотеке до полуночи, не веря, что Грейнджер смогла преодолеть искушение и не явилась за своими любимыми книгами. А в гостиной Слизерина, отделавшись от Паркинсон, Драко размышлял над проблемой. Её нужно было как-то решать, но он видел лишь один выход, и при мысли о нём ему становилось и жарко, и холодно одновременно. На завтраки, а равно как и на обеды с ужинами, Гермиона ходить перестала, благо Добби согласился приносить всё, что ей может понадобиться, с кухни прямо в гостиную Гриффиндора. Занималась она теперь здесь же, попросив разрешения мадам Пинс брать книги с помощью «Акцио». Ирма Пинс не возражала: Грейнджер была образцовой студенткой. Кроме того, мадам на уровне интуиции чувствовала в ней родственную душу любителя книг. Так что, в общем, Гермиона устроилась совсем неплохо. Пугали только уроки зельеварения. Она же не знала, сможет и, главное, пожелает ли Малфой защищать её и дальше или одумается и не будет портить отношения с крёстным. Итак, Грейнджер ходила на уроки под конвоем Гарри и Рона, зельями занималась под присмотром Малфоя, не появлялась в Большом зале и библиотеке и чувствовала себя почти в безопасности. Но… Всегда есть какое-нибудь «но». В конце-концов Снейп двадцать лет был шпионом и неплохо разбирался в характерах людей. Он отлично понимал, что подловить Грейнджер можно на чувстве сострадания и заботы. И когда к Гермионе прибежал взволнованный Колин Криви и сообщил, что Невилл Долгопупс в подземельях истекает кровью, а он никак не может найти мадам Помфри, Грейнджер рванула на помощь, даже не задумавшись, почему Колин бежал через весь замок, а не обратился к первому попавшемуся преподавателю? Невилла она действительно нашла в коридоре подземелий. Вокруг никого не было. Она залечила раны юноши, но ей не понравилась его бледность. Грейнджер затащила парня в первый попавшийся класс, устроила голову друга у себя на коленях и, уговаривая того открыть глаза, принялась вспоминать оживляющее заклинание. Тут Невилл открыл чёрные, совершенно не свои мрачные глаза и улыбнулся. Гермиона едва не закричала. Она попыталась встать, столкнув его голову со своих колен, но тот не дал ей сделать этого, ухватив за руки. Миг, и на коленях Грейнджер лежал Снейп. — Попалась! — прозвучал довольный голос. — Малфой! — ни о чём не думая, истерически заорала Грейнджер. Профессор вздрогнул. Вопль Гермионы буквально оглушил его. Он даже не успел встать, как дверь класса отлетела в сторону, едва не снесённая с петель. В проёме, босиком, в пижаме, взъерошенный и с палочкой в руке возник Драко. Гермиона вдруг успокоилась, вскочила на ноги, выдернув, наконец, свои ладони из пальцев Снейпа, бросилась к дверям и спряталась за спину Драко. Всё. Она в безопасности. Соперники, тяжело дыша, смотрели друг на друга. И тут Малфой заговорил: — Ещё раз прикоснёшься или просто посмотришь — убью. Снейп изогнул бровь: — На каком основании? Малфой сжал губы, будто боролся сам с собой: — Я на ней женюсь! Гермиона за спиной Малфоя ахнула и прижала ладонь к губам, чтобы заглушить звук. В глазах Снейпа на мгновение мелькнуло удивление, смешанное с уважением. Потом он закинул руки за голову, устраиваясь удобнее на полу, скрестил ноги и сказал, кривя губы в ядовитой ухмылке: — Если твои родители просто услышат о твоих планах на грязнокровку, они отрекутся от тебя. Так же, как и весь факультет Слизерина. Поэтому, — Снейп говорил лениво, растягивая слова, — ты сейчас повернёшься и выйдешь отсюда, оставив мисс заучку мне. И я ничего не скажу твоему отцу. Драко судорожно вздохнул, прикрыл глаза, палочка в его руке едва заметно дрожала. Гермиона из-за плеча Малфоя увидела огонёк торжества, зажёгшийся в глазах Снейпа. Ей показалось, что она умирает, и тут Драко заговорил: — Я не убью тебя на месте только потому, что ты мой крёстный. Но, видит Мерлин, мне не жалко было бы даже отсидеть за тебя в Азкабане. Снейп перестал ухмыляться и теперь просто хмуро смотрел на слизеринца, не пытаясь встать и даже не рискуя двигать рукой. Малфой продолжил: — Я женюсь на Грейнджер даже при угрозе лишения наследства, — он усмехнулся. — Тем более, я переживу ненависть моих однокурсников. — Зачем? — Снейп спрашивал с мрачной заинтересованностью. — Понимаю, если бы ты хотел с ней поразвлечься: она миленькая и совершенно невинная, что абсолютно ясно, — Снейп облизнул губы. Грейнджер перекосило. Плечи Малфоя едва заметно задрожали. — Тебе не понять. — А, решил поиграть в героя? — Снейп ухмыльнулся. — Стать вторым Гарри Поттером, спасителем грязнокровок? — Заткнись! — Малфой шагнул вперёд, едва удержавшись, чтобы не ударить зельевара под рёбра ногой. Тот усмехнулся презрительно: — Я могу перестать произносить это слово. Но это ничего не изменит. Она останется грязнокровкой. От тебя отвернутся родители. Но, — и он злобно захохотал, — в Поттера ты не превратишься. Тебя не будут любить, как его. Тебя не за что любить. Слова достигли цели. Плечи Малфоя поникли. Вдруг на его спину легла тёплая ладонь, а ясный громкий голос произнёс: — Не правда! Он добрый, самоотверженный, заботливый, сострадательный. Его очень легко любить, — Гермиона вышла из-за спины Малфоя, взяла Драко за руку и, сжав его ладонь, добавила: — Только вам не понять. Малфой улыбнулся, неуверенно глядя на Грейнджер. Она улыбнулась в ответ, а потом качнулась к нему и легко поцеловала в сомкнутые губы. — О, пошли розовые сопли, — с отвращением проговорил Снейп и встал. Малфой, не опуская палочку, смотрел на него. — Расслабься, Драко, делай что хочешь, нужна мне твоя мисс. Других мало, что ли? Школа большая, — проворчал зельевар, направляясь к выходу. У двери остановился, повернулся, посмотрел на Малфоя и сказал: — Но учти. Если ты передумаешь и не женишься, не вмешивайся больше. Это уже будет не твоё, а моё дело, ясно? — и, хищно посмотрев на Грейнджер, Снейп вышел. Гермиона судорожно стиснула ладони. Малфой притянул её к себе и обнял, уткнувшись носом в висок. — Всё будет хорошо. Я рядом, — шептал он и гладил её по спине. — Пошли. — Куда? — К Дамблдору. — И что мы ему скажем? Он нам не поверит. Снейп работает в школе двадцать лет. — Мы не будем ничего рассказывать. Мы попросим нас поженить. — Драко, — Грейнджер остановилась, — так неправильно. Малфой утомлённо взглянул на неё: — А что правильно? Позволить Снейпу подловить тебя в тёмном коридоре? Пошли. — Нет, — Гермиона попыталась вытащить свою ладонь из крепкой руки Драко. — Так не должно быть. Жениться надо только, если любишь человека, если не можешь без него жить. Малфой вопросительно взглянул на Грейнджер: — Ну так мне показалось, кто-то здесь говорил, что меня очень легко любить? — Да, — Гермиона потупилась, — но ты… — Что я? — Малфой притянул Грейнджер к себе за руку, а второй ладонью поднял подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. — Ты думаешь, что я к тебе равнодушен и делаю всё это из сострадания? Гермиона, зажмурившись, кивнула. — Заруби себе на носу, Грейнджер, — твёрдым тоном отрезал Драко, — Малфои не склонны к состраданию. Если я помогал тебе, то только потому, что… — он запнулся, — испытываю к тебе чувства. Гермиона смотрела на него очень внимательно, завороженная произнесёнными словами. Малфой вздохнул, обнял девушку и сжал изо всех сил в объятиях. — Если бы я тебя не любил, как бы я слышал, о чём ты думаешь? Дурочка вы, ваше сиятельство, — сказал Драко Малфой и поцеловал Гермиону Грейнджер. А она обняла его за шею и ответила. А Снейп, направляясь к директору, вычеркивал Малфоя с Грейнджер из списка. «Ну и дурацкое задание дал мне Дамблдор, — сердито думал профессор, — уж кем я только ни был: и преподавателем, и Пожирателем смерти, и зельеваром, и шпионом, но купидоном — никогда!» Смерив горгулью таким взглядом, что та предпочла открыть проход, не спрашивая пароль, Северус шагнул в кабинет со словами: — Старый сводник! — Летучая мышь! — прозвучал немедленный ответ. — И ты поаккуратнее со студентами, чуть Грейнджер до истощения не довёл. Лимонную дольку? — А не ваше дело! Как умею, так и работаю. Всё-таки я шпион и привык идти к цели максимально эффективным и коротким путём. И, нет, только чай. — Да, это ты сильно… — потягиваясь в кресле, довольно проворчал Дамблдор. — Заставить Малфоя не только признаться себе, что он влюблён в Грейнджер, но и довести дело до свадьбы за неделю… Ты крут, Северус. Горжусь. Кто там следующий в списке? Снейп поморщился: — Долгопупс и Лавгуд. — Что будешь делать? — Думаю, всё просто. Взорву котёл Долгопупса и напущу на него мозгошмыгов. Пусть Лавгуд его лечит. — Интересный ход, — задумчиво протянул Дамблдор. — Мне бы твою фантазию и я был бы властителем мира. — Не прибедняйтесь, — отмахнулся Снейп, — возможности у вас были. Вам просто нравится быть директором Хогвартса и, — мстительно добавил он, — заниматься сводничеством! В ответ раздался весёлый хмык.