Любовь демона

Хищника от жертвы отделяла такая тонкая грань. Иногда нужно просто достаточно сильно напугать хищника, который от непривычного чувства будет не способен сопротивляться. Она так и сделала. Это был самый безопасный вариант. Да, она сильна, но бросать вызов жнецу, который устроил крестовый поход в ад, глупо. Она хорошо знает об этом событии. За семь дней были убиты смертные грехи и уничтожена треть преисподней. Золотая эпоха демонов канула в небытие, ведь демоны, что усиливали рожденных на их кругах тварей, пали. И все ради шанса вырваться из пучин преисподней, который жнец не упустил. К сожалению. Демоны одичали. Это все равно, что с раннего детства бросить человека в лесу. Он не будет способен хоть немного полноценно мыслить, будет действовать согласно инстинктам. Станет животным. Разумеется, если выживет. Конечно, иногда появлялись демоны, что обладали умом, хитростью и силой. Но это было очень редкое событие. А жили они в зависимости от своей гордыни. Ведь им хватало ума напрямую бросать вызов жнецу, потерявшись в самоуверенности и тщеславии. Конец был един и неминуем. Впрочем, некоторые из разумных демонов жили на этой земле в облике людей. От них в ее груди растет гнев, ненависть наполняет душу. Как они могли уподобиться этим отродьям?! Жить в гармонии и даже любить?! Чисто, без выгоды и от всего сердца?! Демоны любят не так. Они любят пока им это выгодно, пока есть смысл. Стараются сделать зависимым, чтобы подчинялся без возражений. Как только все это исчезает, то партнер становится очередной помехой на пути к цели. Помехой, которая уничтожается без сожалений. Люди называют это больной, токсичной любовью. Но разве этим она и не прекрасна? Видеть, как партнер дрожит от потребности, умоляет прикоснуться к нему, одарить лаской. Ломать, пока он не будет подчиняться любой команде, словно щенок. Что может быть лучше?

***

— Разве это не весело? — Насмешливо говорит Мэй, проводя ладонью по груди Михаила. Острые когти глубоко впиваются в плоть, медленно разрывают мышечные волокна и пускают кровь, заставляют хрипеть от боли. Руки безвольно дергаются, связанные электрической цепью над его головой. —Ты ебан... — Кулак прерывает его на полуслове. Металлический вкус наполняет рот, когда он выплевывает кровь вместе с одним из зубов. Боль не такая сильная, но это только из-за адреналина в венах. Как только он спадет, будет не сладко. —Молчи, отродье... — Тихо рычит Мэй, яд сочится в ее голосе, когда она поднимает кулак для очередного удара. Но вдруг в ее голове появляется интересная идейка, и она опускает руку на его рог, обхватив основание заостренными пальцами. Полудемон замирает, с недоверием смотря на неё. Нотки страха появляются в его глазах, зрачки расширяются, когда приходит осознание того, что произойдет и то, что он ничего не сможет с этим сделать. Она наклоняется к нему, их лица отделяют несколько дюймов, горячее дыхание ласкает его бледную кожу, а ее губы изгибаются в пугающе широкую улыбка. Массивные рога задевают бока его рогов, часть длинных темно-фиолетовых волос свисают по сторонам, прикрывая их лица, как занавес. — У тебя такие прекрасные рога... — Её длинный язык высовывается изо рта, облизывая его разбитые губы, слизывая кровавый пузырь. — Могу ли я взять один из них? — С предвкушением рычит демоница, безумный огонёк ярко сияет в её аметистово-рубиновых глазах. Не дожидаясь ответа, она отстраняется и кладёт левую руку на его правый рог, удерживая его голову на месте. Михаил отчаянно пытается вырваться, но тело не подчиняется, когда Мэй начинает тянуть его левый рог. — Да ладно, потерпи немного! Больно не будет! Вот, он уже начинает отламываться! Ещё немного и... Раздаётся хруст кости и крик полудемона. — Надо же не такие они и крепкие, но очень красивые. — Демоница с упоением рассматривает тёмный рог в своей руке, облизываясь. Одна часть рога росла немного в сторону, загибаясь в верх, а другая росла чуть назад, сужаясь на конце. Хороший подарок от него. Её длинный драконий хвост удовлетворенно виляет, глаза перемещаются на него, любуясь его состоянием. Кровь стекает по левой части лица, глаза затуманены, а язык высунулся изо рта от сильной боли и удовольствия. Такой жалкий, но милый. — Посмотри на себя ты, правда, кончил? — Она издевательски смеётся, почувствовав, как что-то горячее наполнило её живот. Она проводит пальцами между ног, рассматривает белую липкую жидкость, прежде чем слизать её. Громоздкие крылья Мэй слегка расправляются за спиной под очередной раскат грома. Она подносит трофей ко рту, сжимая кончик клыками. — Как это забавно...

***

Боль была невыносимой. Багровая жидкость стекала по лицу, попадала на глаза, которые так трудно было закрыть. Тело не слушалось, не реагировало, лишь разодранная грудь едва заметно поднималась, начиная регенерировать. Он больше не чувствовал ее тяжесть на себе, присутствие демоницы исчезло с первыми золотыми лучами рассвета, которые проникали через разбитое окно. Минуты были бесконечно долгими, прежде чем полудемон смог начать хоть немного двигаться. Сначала, кончики пальцев, потом руки. Последнее что начало двигаться это ноги, на которые он почти сразу поднялся. Они дрожали, каждый шаг был мучительным от сломанных костей и уставших мышц. Руки нашли опору на стене, пока он, хромая, покинул комнату. Михаил не заметил, как добрался до ванной, как залез в душ, как включил воду. Лишь когда холод окатил его, он пришел в себя, а боль начала постепенно исчезать. Обрывки одежды упали вниз, где исчезала багровая жидкость с его израненного, трясущегося тела. Он упер кулак в стену, серо-зеленые глаза смотрели в стену, пытаясь понять, что делать дальше. Мозг кричал найти её, заставить ответить за случившееся, убить её. Но с ужасом для себя полудемон понял, что сердце было не против этого. Оно колотилось внутри, ликовало в радости и уже предвкушало следующую встречу. —Что со мной не так? — Слова вылетели из его рта, растворившись в жужжании воды. Может он и не был достоин нормальной любви. Чистой, человеческой, той, которая вызывала приятные чувства от нахождения любимой рядом, независимо от ситуации. Может ему и вправду нужна была другая любовь? Токсичная, полная больных эмоций, которые иногда будет вызывать что-то приятное. Хотя это скорее зависимость, которая, как он надеялся, быстро пройдет. Михаил закрыл глаза. Он оставит это на потом, а сейчас надо разобраться с последствиями этой... встречи, которая, как он знал, однажды повторится.