Летние посиделки

      Раннее летнее утро. Марк уже не спал, а развалился на кровати, пытаясь игнорировать липкий пот. Даже в самой тонкой пижаме он взмок так, словно его оставили в Сахаре. — Да что ж это такое, — взвыл парень, вставая и вытирая себя влажной салфеткой. Спастись это кое-как помогло.       Вообще, он не планировал ехать в летний домик матери Сезара Торреса, а просто все лето провести сам с собой, иногда разговаривая с Сарой и родителями. Но Сезар не был Сезаром не пригласив бы. А отказывать другу было как-то тупо с его стороны.       Обливаясь потом, словно на жаре работал на стройке, Марк вышел из комнаты, решив приняв прохладную ванну. — Amigo! — раздался знакомый голос и в ту же минуту Марка обнял Сезар, чуть ли не впихивая его в себя. — Сез, я тоже тебя очень рад видеть. Что не спишь? Тебя то не разбудишь, а сейчас вдруг встал, — посмеялся парень, — я могу принять ванну? Иначе я совсем умру от этой жары! — Si, — кивнул Сезар, но тут же перестроился с испанского на обычный его язык, — ты такой же хозяин дома как и я теперь. Так что можешь идти куда хочешь и делать всё, что тебе заблагорассудится!       Хитклифф улыбнулся. Он взял полотенце и пошел принимать спасительную прохладную ванну, так как негоже летом немытым ходить.       Торрес напевал какие-то испанские песни, которые пела его мама. Хотя сама женщина была из Аргентины, Альба Торрес имела испанские корни. — Cuando tomes tu café, toma tu café con caña, que… (solo la caña da el aroma). — напевал Сезар, готовя горячие конвертики с ветчиной. Потом достал вчерашние, но до сих пор мягкие черничные маффины. В завершение завтрака, он достал тарелку с нектаринами и чай.       Когда он закончил раскладывать, на кухню пришел Марк, которому аргентинец вечер помахал рукой. Хитклифф стал все больше походить на своего друга: фигура округлилась, ребра уже не видны, на щеках постоянный румянец. Хотя сам парень был не против этого, да и не собирался он ничего экстремального делать. — Я заждался тебя, мой черничный маффин, — сказал Сезар, щекоча рёбра, заставляя Марка смеяться как маленького мальчика. — Хах, Сезар прекрати! Не, хах, надо меня звать так! — посмеялся Марк, чувствуя как ловкие руки Торреса достают до рёбер. — Хорошо-хорошо, — закатил глаза парень, легонько ткнув его в рёбра, наслаждаясь тихим писком.       Они молча сели есть. Парень обожал стряпню своего лучшего друга. Потому что все его таланты заканчивались на создании лапши и пюре быстрого приготовления. Ну и супы всякие. А в глазах Марка Сезар мог хоть сейчас ресторан открывать.       После еды Марк мыл посуду, пока его друг Сезар доставал купальные костюмы. Хитклифф бросил взгляд на фотографию, которую сделал еще в начале лета. Это был Сезар, который нашёл старые туфли матери и упросил своего друга сфотографировать его в стиле «Нарисуй меня, как одну из тех французских девушек». В принципе, им было весело вместе. — Слушай, пойдём на речку? — спромил Сезар, — Я все взял. Охладимся немного!       Марк подумал и кивнул. Вместе они взяли полотенца, крем от солнца и пошли вместе. Торрес закрыл дверь на замок. «Хотя воров и нет, но все же нужно дополнительно проверить», — решил Сезар.       Марк смотрел на пейзаж, вдалеке паслись козы местного фермера. Торрес вывел его из мыслей дружеским поцелуем в щёчку. — Давай, Марк, поторапливайся! — сказал аргентинец, смотря в карие глаза друга.       Потом они еще долго купались. Марк, скромный и задумчивый парень, смотрел на своего друга с нежностью и признательностью. — Ты всегда умеешь делать лето незабываемым, Сезар. Я так рад, что мы вместе,» — прошептал он, вспоминая все прошлые летние каникулы, проведенные вместе.       Сезар, всегда веселый и жизнерадостный, ответил, обняв друга за плечи: — Марк, ты для меня как брат. Наша дружба — самое ценное, что у нас есть. Давай наслаждаться этими моментами вместе, ведь лето так быстро проходит.

***

      Вечером, за чашкой чая с медом и тарелкой печенья, Сезар предложил: — Марк, слушай, а может сходим куда-нибудь? Я присмотрел одно место, — сказал аргентинец, подмигивая. — О, я думал маменькин сыночек слишком домосед для такого. Хотя да, я пойду с тобой куда угодно!       Сезар сердечно рассмеялся, подпирая пухлую щёчку. Он сам знал, что был любимцем у матери. — Ну тогда, давай ляжем пораньше, а потом пойдём, Марки? — спросил он, игриво ушипнув его за нос. — Да, думаю ты прав, тем более, я сам подустал, — зевнув, ответил он.       После непродолжительной беседы, оба парня переоделись и разошлись по комнатам.       Сезар засыпал с улыбкой, благодаря судьбу за такого идеального лучшего друга.