Любимая Тайна

- Ээнди! Тебе это понравится! – Даг читал газету, раскинувшись на ее маленьком стареньком диване, пока сама она хлопотала с ужином. – Ты должна это увидеть! Она оторвалась от разглядывания содержимого сковородки и обернулась – Даг сиял лампочкой. Она завела глаза и закрыла крышкой безнадежно сгоревший фарш. - Нет, серьезно! Иди сюда! Энди обреченно сделала пару шагов, а потом всплеснула руками. - Какого черта ты отрываешь меня! Зачем ты вообще читаешь эту ересь?! Это даже прессой назвать нельзя! – она сердито выдохнула и открыла холодильник, поскольку есть хотелось все сильнее, а Даг со своим… чтивом… спалил их ужин. - Здесь о твоей Миранде, дорогуша! – Даг дождался, когда подруга оглянулась, подвигал верх-вниз бровями и тут же, сморщив нос, отмахнулся: – Да, да, да, я помню, что она не твоя. Но я просто ее так называю, чтобы подчеркнуть, что говорю именно о Миранде Пристли, а не о какой-нибудь другой Миранде. О Миранде, которая живет у тебя за стенкой, например. «Твоя Миранда». Мне нравится, как это звучит. Он откровенно издевался, и Энди понимала это. Поэтому швырнула в него скомканным полотенцем, вызвав взрыв хохота друга. В холодильнике нашлась пачка скисшего молока и сыр, который вот-вот покроется совсем не благородной плесенью. Энди хлопнула дверцей. - Идем за пиццей! Я хочу есть, а ты сжег наш ужин, так что ты платишь, понял? - А ты знаешь, что сейчас творится в мире моды, Энди? – она отрицательно покачала головой, ища глазами по комнате свою сумку. – Последний громкий скандал? Сдавшись, Энди рухнула на стул и, уперев руки о столешницу, спрятала в них лицо. - Если ты решил что-то мне рассказать – валяй. Но я хочу есть! Правда, пошли уже… - Сейчас все газеты поют о Диор. Глава модного дома связался с каким-то мальчишкой. То ли фотографом, то ли… я даже не понял, младшим помощником старшего уборщика? Да неважно. Мальчишка как картинка. Но ты понимаешь, тридцать лет разницы, кризис среднего возраста, принуждение, статус, сплетни и так далее. Странно, что ты не слышала, кстати. Разыгралась такая буря, кто-то кричит, чтобы их оставили в покое, кто-то требует профсоюзных разборок и защиты чести пацана. - А что они сами? – Энди вдруг забыла о голоде и даже, где находится. - Нуу, кто ж их поймет. На фотографиях непонятно. Куда-то вместе ходят по делам, обсуждают, улыбаются. В общем, все как у всех, я бы даже и не подумал, что между ними там что-то есть. Очень может быть, что и нет ничего – по работе вон некоторые даже в Париж вместе летают. Энди сделала мрачное лицо, и Даг снова расхохотался. - Словом, что же делать, когда в мире неразбериха? Обратиться к авторитетам, конечно. К кому же, как не к Приме модного мира! Представь, они ее ловят теперь везде, требуя комментарии. Держится она, надо сказать, стоически. И вот, - Даг торжественно поднял руки с газетой. – Она начала говорить! Энди мягко улыбнулась, слишком хорошо зная, как Миранда умеет игнорировать газетчиков. Она была готова поклясться, что та не сказала им и пары слов. А для сплетников шестой страницы и «пошли вон» от нее – это целое интервью. - Ее спросили, не прокомментирует ли она ситуацию в Диор. «Нет», ответила она, а дальше… - Даг нашел глазами нужный отрывок и зачитал. – «Миранда, были ли у Вас романтические чувства к подчиненному? Да, - ответила нам легендарная красавица…», ну дальше неинтересно. - Не может быть! Дай! – Энди вырвала газету из рук приятеля и буквально запнулась глазами о фотографию. Как она была красива… прическа, прищуренные глаза, губы, чуть искривлённые в улыбке, изящная рука у воротника пиджака – непринужденная, очаровательная. Найдя цитату, она читала это короткое слово снова и снова. - Не волнуйся. Я все прочитал, она сохранила твое имя в тайне, - торжественно произнес Даг и ретировался с дивана, пока не получил по голове. Энди задумчиво отложила газету и покачала головой. - Не раздувай, Даг. Она защищает дом Диор, как одного из своих верных партнеров. Представь, если бы она сказала «нет». Тогда получилось бы, что те революцию устроили, а так… даже Прима бывала влюблена, так что этот скандал потушен. Еще пара дней, и о нем все забудут. Даг погрустнел. - Извини. Поверить не могу, что ты до сих пор так сильно… - Энди подняла руку, в просьбе прекратить. - Привязана к ней. Столько времени прошло… Они провели с Дагом отличный вечер. Он уехал к очередному «приятелю», а Энди поправила плед на диване, собрала разбросанные подушки и, взглянув на часы, отправилась к своей старой плите варить кофе. Вечер пятницы всегда был особенным. Вечер перед выходными, когда можно ни о чем не думать. Поставив чашку на столик у дивана, она откинулась на спинку дивана и блаженно закрыла глаза, слушая, как открывается входная дверь. А потом с тихим щелчком закрывается. Спокойные шаги проходят в квартиру, шуршит одежда, снова шаги – как же Энди любит эти звуки. - Как ты узнала, во сколько я приду? – Энди открыла глаза. Разумеется, в первую очередь Миранда попробует кофе, а уж потом поздоровается. Она улыбнулась. - Не знала. Может, я сварила его себе? – Миранда удивленно приподняла бровь. - Это мой сорт, ты пьешь другой, - наконец она наклонилась и мягко поцеловала хозяйку квартиры. – Здравствуй, милая. Энди обхватила ее за бедра и притянула к себе на колени. Миранда с тихим смехом позволила себя усадить и обняла девушку за шею. Так они были очень близко друг к другу. - Ты начала общаться с газетчиками? – Энди глубоко вдохнула ее запах, водя носом по шее. Это был тот самый аромат, эксклюзивный от Диор специально для нее, неподражаемой. А еще запах кожи Миранды и немного пудры. - Не устояла перед искушением передать тебе привет, - она прижалась губами к волосам девушки. Они могли так просидеть до ночи. Особенно, когда Миранда возвращалась из командировок. Они могли шептаться. Могли молчать. Энди погладила женщину по руке и подняла ее правое запястье. - Ты неосторожна, Миранда. - А ты его подарила, чтобы я носила его в кармане? Не придумывай, это же правая рука, - женщина довольно улыбнулась и пересела на диван рядом. – Мне нужен душ, я только что с рейса. И да, мой кофе! Она взяла протянутую чашку и, благодарно улыбнувшись, встала с ней с дивана, чтобы допить по дороге к ванной. А Энди вновь подняла лежащую на столике газету, на развороте которой Миранда слегка улыбалась, правой рукой поправляя воротник пиджака. Рукой, на пальце которой блестело подаренное Энди кольцо. В ванной послышался звук упавшего флакона. - Я предупреждала тебя, что крышка сломана, Андреа! – Энди отложила газету и, спрыгнув с дивана, побежала в ванную, где крепко обняла со спины любимую женщину. – Ты обещала его заменить! – Энди поцеловала ее в затылок. Еще и еще. Миранда развернулась и толкнула ее к стене, целуя так жарко и жадно, что Энди схватилась за полы ее расстегнутой блузки. Постепенно поцелуй стал мягче. Они обе любили целовать друг друга. Они обе целовали друг друга, любя. - Ты – моя тайна, - выдохнула Энди во влажные губы женщины. – Но я так и не услышала ответ. - Не услышала. Но ведь прочитала, - Миранда поцеловала девушку в щеку.