Время отдыха
Любовь он всегда выражал своеобразно, чего Джей иногда не понимал и мог счесть эти действия отнюдь наоборот.
Но была одна вещь, которую он всегда понимал.Поцелуи.
***
Парень нависал над барабанами в застывшей позе. Его разум совсем не в реальном мире. Он глубоко в самом себе и, кажется, отключен.Руки крепко сжимают барабананные палочки. На самой установке была видна кровь. Особенно она заметна на белых мембранах томов, покрытые красными крапинками.
Конечно же, участь не обошла и сама барабанные палочки и руки. Не них собственной крови было больше всего. Но вся она была уже застывшей и это самое ужасное. Он в таком состоянии стоит уже не первый час.Неожиданно, Джей чувствует поцелуй сзади. Он в районе начала позвоночника, где у него была легкая горбинка из-за не совсем правильной осанки, но жить с этим можно.
Разум просыпается.Он снова живой. Он снова чувствует. Приходя в себя, тот понял, что в этот период времени не чувствовал даже то, что у него бьется сердце и он дышит, словно бы он впал в клиническую смерть, которая продлилась слишком долго.
Второй поцелуй тоже чувствуется сзади, но выше. Он приходится на затылок. По телу неожиданно бегут мурашки и Вайнберг вздрагивает, неровно выдыхая, ведь это было щекотно. Он узнает эти губы из тысячи.«Шон?»
Шатен спрашивает, проверяя себя на то, не сбрендил ли он. Но тот чувствует, как в его шею утыкаются носом и это вызывает очередные мурашки и он легонько смеётся. Точно Шон.
Следом Джей чувствует, как на его талии появляется цепкая хватка рук, когда ее обвивают. После этого парня стараются вывести из-за проклятой барабанной установки и тот повинуется.«Пошли отсюда. Время отдыха»
Слегка бормочет Крэхан в чужую шею и ему кивают.
Спустя минуту, когда мужчины оказались на кровати, до барабанщика дошло, что перкуссионист был до жути сонным и, вероятнее всего, он до этого и спал, однако, проснулся и не увидел никого рядом с собой.«Сколько времени?»
Невинно интересуется Джей, смотря на Шона, который нависает над ним.
«Не важно»
Ответ был немногословным, в прочем, кажется, слова сейчас излишни. Пара поцелуев приходится в лоб и висок.
В следующее мгновение губы обоих мужчин сливаются в поцелуе. Обычно, старший сразу же начинал напирать, проникая в чужой рот, но не сейчас.Сейчас он прижимался к губам младшего на столько нежно, на сколько вообще был способен. Аккуратно сминал чужие губы и, только после получения разрешения в виде выхода, похожего на стон, слегка углубил поцелуй, проникая внутрь.
Джей блаженно закрывает глаза и отдаётся полностью в поцелуе. Он кладет свои руки на плечи Шона, слегка сжимая их. Моменты подобной нежности от этого мужчины были самыми неожиданными и желанными.Поцелуи опускаются ниже. Крэхан целует чужую шею, оставляя легкие засосы, от чего Вайнберг слегка подрагивает и тяжело дышит. Однако, почему-то он понимал, что сегодня все обойдется без пошлостей. Не то время, не тот настрой.
Шея была пройдена, после чего начали расцеловывать само тело. Сначала плечи, потом грудную клетку, грудину, торс, живот и бока. Иногда Джей довольно помыкивал, а в некоторых мгновениях слегка хихикал, так как на животе и боках ему было щекотно.В процессе Клоун очерчивал пальцами татуировки Джея, которых было весьма не мало на его теле. Чего стоит только одна его левая рука, а так же большой козел на одном из боков.
Остановка была назначена на татуированном колене. Согнув его, мужчина оставил последний поцелуй прямо на суставе, после чего наконец-то вновь посмотрел на парня.Барабанщик к этому моменту полностью расслабился и, кажется, уже давным-давно позабыл о том, что его тревожило. Этого перкуссионист и добивался, так что, убедившись, что работа проделана отлично, он лёг рядом с ним.
«Спокойной ночи»
Говорит Шон. Он чувствует, как Джей кладет голову на его голую грудь и его мягкие волосы пытаются его щекотать, но, в отличии от самого Джея, Шон невосприимчив к щекотке.«Спасибо.. Сладких снов»
Шепчет Вайнберг, потихоньку погружаясь в сон. Он очень благодарен, что его вывели из этого дерьма. Действительно, настало время отдыха.
