Из тени

Спальня.

      Ещё одна затяжка. Ещё одна непрошеная слеза по умершему близкому. «Сестра звонит…» Я с трудом взяла раздражающий телефон в руки, от которого я вздрогнула. Мысли путались, перед глазами всё плыло, но организм всё просил очередную дозу. Прикрыв глаза, я стала слушать сначала молчание, затем слова сестры. — Он требует предоплату? Хорошо, я скину тебе сразу всю сумму. Плати постепенно, как и просят. Спасибо. — Я сразу сбросила трубку. Снова начала плакать. «Я не могу так больше. Хочу забыться навсегда. Как мне не хочется вмешивать во всё это не родную, но всё же сестру. Единственная, что у меня осталась…» Я окончательно легла на кровать. «Моя мать всегда меня поддерживала, даже когда были риски, она мне помогала. Она не хотела, чтобы я сторчалась. Но я просто… Не могу.» Иногда я лежала с черным фоном, ни о чем не думая. «Я не хочу забывать её лица. Нет, нет! Я всё равно забуду, я знаю. Я многое забываю, даже по работе… Всё приходится записывать… Стоит поставить её фотографию на заставку телефона.» Я хотела протянуть руку к телефону, но в глазах так плыло, что она безмятежно упала на мягкую подушку, так и не поднявшись. «Главное, чтобы я в один день не открыла телефон, и не спросила себя: «Кто эта женщина?».» Я пролежала так долгое время, пока снова не зазвонил телефон и не прошел экстаз. — Т/и, возникли проблемы. Тебе стоит на это взглянуть. — открыв экран телефона, мне приходили всё новые сообщения по поводу последних новостей. Я отчаянно вздохнула, поняв намек мужчины, что мне нужно бежать на работу. — Я не могу заняться этим сейчас. И не завтра. И не через неделю. — Т/и, два человека, два! Такого не было очень долго, учитывая безопасность нашего города. Ты серьёзно сейчас? Ты на меня всё скидываешь? — я закатила глаза на слова Роя, моего напарника. — Нет, не скидываю. Ты тоже не занимайся этим. — Что? То есть, как? — Это мой приказ. Мы не будем заниматься этими убийствами. У меня есть дела поважнее. — Т/и! — я сбросила трубку. Раздражённо вскрикнув, я со всей силы кинула телефон в стену. Оставив маленькую царапину, я уже отчаянно закричала из-за того, что он не разбился вдребезги. «Как же хочется иногда, чтобы все про меня забыли! Как я забываю! Всегда!» — я упала на подушки, пытаясь успокоиться, подметив, что у меня начинается ломка. Снова заплакала, скучая по матери, что умерла от рака. «Будьте вы все прокляты!»

Через неделю.

Я ехала с Роем на место преступления. Убили мою двоюродную сестру — Макарову Веру Дмитриевну. Тело было найдено в 13:34 дня в одном из пустых мусорных баков переулка. Точнее не тело — лишь его часть. Когда я опустила руки вниз, я аккуратно достала её отрубленную голову, кисти и и ступни. Казалось, кто-то кровожадно расправился с мягкими тканями, а всё костлявое просто выкинул. Экспертиза показала, что мёртвому телу нет и двое суток, но из-за маленького объема тканей, без органов и других внутренностей, выявить какую-то дополнительную информацию не удалось. Это шокировало не только местную полицию, но и аристократию, что тщательно наблюдала за событиями со стороны и строила свои интриги, связанные с последними новостями. Когда Рой спросил меня, как я себя чувствую, я отмахнулась, ничего не сказав, тогда он лишь выразил самые искренние соболезнования в моей жизни. Я ничего не чувствовала. Казалось, мой разум отвергал произошедшее, я не верила, что она мертва. Наверное, это было на фоне смерти моей матери и наркотиков. Придя домой, я свалилась на кровать, встав только спустя день. Но когда встала, поняла, что просто так я этого не оставлю. «Я не оставлю. Я найду эту тварь, что так расправилась с моей сестрой. Я найду…»