О неловкости, поцелуях, заботе и первой любви

Уже как минут десять Авантюрин очень сосредоточено писал в детских прописях, почему-то это показалось Рацио очень милым. Он через чур внимательно разглядывал Авантюрина, улавливая каждый нервное подрагивание. — что с тобой сегодня? Выглядишь слишком нервным — он неосознанно приблизился ближе, шепчя этот вопрос почти на самое ухо, «слишком близко» Пронеслось в голове обоих, Авантюрин вздрогнул, а Рацио тут же отпрянул. — прости. — всë хорошо. — точно? Авантюрин кивнул и продолжил так же сосредоточено пытаться писать, ключевое слово «пытаться», получалось как у курицы лапой, но Рацио продолжал умиляться этой картине, ох уж эта влюблëнность, он в последнее время из-за неë совсем себя не узнаëт… — Какавача, тебя больше не трогали те идиоты? — спустя какое-то время внимательных разглядываний, спросил Рацио. Авантюрин расмеялся. — нет, они меня не трогали с тех пор как ты за меня заступился — он посмотрел прямо в глаза своему «учителю» и улыбнулся, вспоминая их первую встречу… ________ Рацио идëт по коридору детского приюта и думает, зачем он вообще на это согласился. А, точно, отец предложил, а отказывать ему совсем не хотелось. Он прекрасно помнит, несмотря на то, что когда его отсюда забрали ему было всего 5, как плохо у сиротских детей всë с учëбой, как даже в таком маленьком возрасте удивлялся с глупости всех вокруг. Он в свои 5 уже был гением, всë схватывал на лету, за место игр, читал книги, все, что только мог найти и достать. Он самостоятельно научился читать в три и учился сам, «родные» родители им никогда не занимались, они были слишком заняты работой, Веритас не помнил, кем они были, они наверное никогда ему этого и не рассказывали, иначе бы он точно запомнил, всë что он помнит, что дома было много книг по биологии и физике, которые он читал и ничего не понимал, он просто запоминал все непонятные себе слова, значения которых находил уже спустя несколько лет, так же в книгах, но уже совсем в другом ситуации, уже в новой семье. — дети, вот ваш учитель, он будет подтягивать вас по учëбе. — от размышлений его отвлекли слова воспитательницы. — Веритас Рацио, приятно познакомиться. — представился он. Дети тут же загалдели, с чего вдруг их учитель это такой же ребëнок. А кто-то ещë и по имени вспомнил его и негодовал ещë больше. — да ему от силы лет 15! — Кто-то крикнул. — 16 — поправил Рацио и посмотрел на того, кто это сказал — и попрошу относиться ко мне с уважением, не смотря на мой возраст, я оканчиваю уже третий курс преподовательского университета и сюда я пришëл как непосредственно преподователь, а к учителям принято относиться вежливо и с уважением, по фамилии и имени — отчеканил он на одном дыхании упрëк — на первый раз обойдëмся предупреждением, но не ждите, что я буду терпеть неподобающее отношение к себе — дети опешили, у них даже в школе учителя не такие строгие, а тут ровестник. Рацио выдохнул и осмотрел воображаемый класс, тут даже парт не было, только большие столы, это явно была столовая, даже нормального кабинета не предоставили, хотя чего он ожидал. Детей тут было не мало, тоже не удивительно, у сирот часто возникают проблемы с учëбой. — ладно, оставлю вас. Веритас — воспитательница попыталась как можно быстрее уйти, оставив заботы о непослушных детей на него. — вас это тоже касается, по фамилии и имени — он сверкнул взглядом. — ладно, ладно Веритас Рацио — согласилась она — вот список тех кто должен был прийти на занятия. Я вас оставлю — она вышла из столовой и закрыла дверь. Мысленно Веритас приготовился к аду — так пройдëмся по списку, услышите своë имя поднимайте руку… — он начал называть имена, но вдруг заметил странное — кто игрался со списками и перечеркнул своë имя написав другое? — на бумаге было напечатано имя Какавача, перечëкнутое ручкой и написанное рядом «Авантюрин». Он увидел в толпе гордо поднятую руку и услышал крик — это я. Просто называйте меня Авантюрин — мальчишка со светлыми словно белое золото волосами и двуцветным глазами, Веритасу даже показалось, что глаза мальчишки светились. — пока в списке написанно «Какавача» ты будешь им — холодно ответил он, буд-то только что вовсе не засмотрелся на чужие глаза. — жестоко… — прошептал Какавача, но Рацио всë равно услышал и решил проигнорировать. Рацио спокойно вëл урок, как вдруг заметил, что тот самый мальчишка заместо урока, играет с кем-то в карты, немыслимая наглость! Этого мальчика он теперь запомнит надолго…