Моя Марлена

Ветер колышет каштановые волосы, проникая под футболку, освежая мысли. На электронных часах 04:05 утра, Дамиано стоит на балконе и курит очередную пачку сигарет. Пепельница уже полная, но парня это не заботит. Давид смотрит на неяркую полоску света впереди и думает о том, какая же должна быть новая песня. Рассветы и закаты вдохновляют. Закат уносит с собой прошедший день и прожитые эмоции, оставляя лишь воспоминания. Рассвет же дарит надежду на новый день и жизнь. Темное, непроглядное небо, усыпанное звездами, приобретает персико-розовый оттенок. Первый лучик солнца освещает землю и дарит тепло. Небольшой круглый столик на балконе весь в листах из блокнота. Ручка почти закончилась, но вокалист пишет и пишет, пока чернила совсем не пропадут. Только тогда он забегает в комнату и берет новую, снова присаживаясь на стул. Дамиано усердно пишет, параллельно закуривая. Фронтмен боится потерять ниточку вдохновения. Боится потерять редкого гостя, которую он зовет Марлена. Марлена не часто посещает Дамиано, но если заглянет в гости к парню, то не оставит без нового шедевра, к которому позже напишут музыку, и он пополнит сет-лист концерта. Мысли путаются, но рука продолжает писать. Кажется, что сейчас Давид далеко от земли. Хотя так и есть. Парень летает в пространстве и хватается за каждое облачко, где можно найти новую идею текста для песни. Дамиано погружается в написание треков с головой, он никого не слышит вокруг. Есть только он и Марлена. Красивый, высокий силуэт осторожно вошел в номер Дамиано. Стараясь делать тихие шаги, силуэт прошел к балкону и бесшумно открыл дверь. Подойдя к Давиду со спины, он осторожно пробежался длинными пальцами по шее вокалиста. — Дами… — силуэт шепотом позвал фронтмена, нагнувшись к уху. — Итан, — Давид не вышел из транса вдохновения, но отозвался. — Четыре утра, милый, ты снова не спал? — мягкий, обволакивающий голос Торкио заставил Дамиано повернуть голову и столкнуться с парнем взглядом. — Да, я пытаюсь набросать текст для песни, — Давид оставил едва уловимый поцелуй на щеке Итана. — Как успехи? Получается что-нибудь написать? — Торкио немного нагнулся, разглядывая листы, полностью исписанные, а некоторые перечеркнутые так, что не видно даже буквы. — Вроде бы да, но все равно что-то не то…не знаю, — Дамиано вздохнул и отвернулся. Тексты песен даются ему не так легко, как хотелось бы. Особенно, если это баллада, которая несет огромный смысл для Давида и остальных участников группы. Тогда Дамиано вкладывает всю душу и может писать днями и ночами, пока не будет доволен. — Это баллада? — Итан бегает глазами от строчки к строчке, пытаясь уловить смысл написаного на блокнотных листах. — Ну что-то вроде того, — Давид потянулся за сигаретой, но его руку мягко перехватили. — Дами, я тоже люблю покурить, но меня очень пугает количество выкуренных тобой сигарет и полная пепельница. — Итан старался говорить мягко, но с небольшим нажимом. — Итан, ты же знаешь, когда я пишу, то выкуриваю больше двух пачек. — Давид хоть и возразил, но руку от пачки убрал. — Милый, я всё понимаю, но я волнуюсь за твое здоровье. Тебе всего 25, но ты зависим так, что даже страшно становится. — Торкио и вправду беспокоился о здоровье своего парня и старался как можно меньше давать Дамиано курить. — Ладно, — Давид сдался и встал со стула, притягивая Итана к себе за талию. — Тогда ты будешь моей сигаретой. Легкая ухмылка на лице старшего заставляет Торкио плавиться, словно мороженое на солнце. — Чёрт, я потеряю с тобой рассудок… — шепчет Итан в приоткрытые губы фронтмена. Дамиано ничего не отвечает, лишь припадает к губам Торкио. Младший тихо мычит и с удовольствием отвечает на поцелуй. Иногда слова вовсе не нужны. Глаза говорят намного громче и ярче любых речей. Половинки понимают друг друга без слов. Требуется лишь взгляд, чтобы показать то, что ты нужен, ты любим, ты важен. Губы Дамиано мягко забирают Итана в новый поцелуй, даря заботу и нежность. Торкио осторожно сплетает языки и покусывает нижнюю губу Давида. Это не выглядит пошло. Это выглядит, как картина, нарисованная влюбленным человеком, которая пропитана нежными чувствами и любовью. Дамиано отвлекается от текста, и попадает в другое измерение, где есть только он и Итан. Там он прыгает по другим облакам. Достает до неба рукой и парит, будто птица над водой. Марлена и есть Итан. Именно Итан стал вдохновлением Дамиано. Смотря на Торкио, Давид придумывает новые песни, черпает из него вдохновение. И Итан это прекрасно знает. Он ценит то, что Дамиано признается ему в любви не только словами и взглядами, но и своими стихами. Это намного трогательнее долгих речей и неземной любви. Дамиано признается в любви на сцене, перед десятками тысяч людей, которые эти строки посвящают другим, но изначально это все для Итана, но никто никогда не догадается. Даже Томас и Вик. Это слишком личное и сокровенное. Это то, о чём не кричат направо и налево. Такое держат в сердце и в текстах. Руки Итана блуждают по телу своего бойфренда. На них обоих уже давно нет верхней одежды, а прикосновения стали откровеннее. Поцелуи из нежных превратились в страстные. Оба пытаются показать свою любовь и все чувства, что питают друг к другу. Дамиано ведет Торкио в комнату. Прижимает к стене и вновь забывается в поцелуе. Итан тянет Давида на себя и валится с ним на кровать. Одна рука слегка оттягивает вьющиеся, шоколадные волосы. Другая гладит и ласкает там, где только достает парень. Дамиано спускается с губ Итана на шею и ключицы. Поцелуи остаются всё ниже и ниже. Давид запретно близко к самому сокровенному. Итан тихо стонет и выгибается навстречу теплым ладоням Давида. Тело бьет мелкая дрожь от нетерпения и жажды своего мальчика полностью. Ему нужно почувствовать, что Дамиано целиком его. И Дамиано исполняет это желание. Эмоции, похожие на взрыв, вселенные соединились. Парни растворились друг в друге. Падения, взлеты, все это они чувствуют вместе. И каждый из них ценит мгновения, которые они проводят наедине, забываясь в эмоциях и любви. Тонкая полоска рассвета перешел в ясное утро. Солнце освещало гостиничный номер, заливая его ярким светом. На балконном столике так и лежат исписанные листы, пепельница все еще полная. А Дамиано и Итан только уснули в объятиях, утопая в нежности. Впереди их ждет не одна ночь вместе, не одно признание в любви стихами и взглядами.