Биение сердца.

Время наступало к самому разгару ночи. До утра ещё долго. Так тихо, спокойно, словно совсем недавно не было сражения с демоном. Всё переживания снимало рукой. С Томиокой-саном так комфортно, даже просто молчать. Прерывать этот момент не хотелось, пусть в сон ужасно сильно клонило. Огонь потихоньку тлеет, оставляя за собой лишь пепел и треск. Это молчание было уже довольно продолжительным, но таким нужным. Но всему когда-то приходит конец. К сожалению, оно было прервано. —Можешь идти? —Внезапно спрашивает Томиока, не отводя взгляда от затухающего огня. Парень не долго думает, кивает. —Могу. —Тогда пойдём. —Хашира встаёт, ногой закидывая ели живой огонь землей. —Нужно найти место, чтобы переночевать. В таком состоянии к демону я тебя не подпущу. —Уверенно продолжает Гию, наконец потушив огонь. Танджиро не понимает почему, но от этих слов было очень тепло на душе. От Гию чувствовалось беспокойство, и младший всё никак не мог понять, что же происходит с водным столпом. К чему такие перемены? В этих местах охотников знают, принимают. Значит, проблем быть не должно. Мужчина осматривается, замечает протоптанную ранее людьми дорожку и направляется к ней. Танджиро не спрашивает, молча идёт за старшим. Доверяет. Неспешным шагом, спустя около получаса охотники выходят на дом. Старенький, потрёпанный, но видно, что жилой. Повезло, что демоны не напали на него. Видимо, это банальное везение. Старший стучит в дверь, звонко, чтобы было слышно. Слышатся неспешные шаги. Танджиро слегка волнуется, старается не подавать виду. Дверь слабо и тихо приоткрывается. —Кто тут? — слышится староватый, сонный голос женщины. —Здравствуйте, простите за беспокойство. Мы истребители демонов. —Не успел договорить хашира, как его перебивают. —Истребители? Ох, Господи, что ж вы, проходите, не стесняйтесь. Вы, вероятно, устали. —Под говор женщина впускает двух истребителей, закрывая за ними дверь. Все люди преклонных лет столь доверчивы? —Спасибо вам! —Поклоняется Камадо в знак благодарности.—Не волнуйтесь, я, вас, истребителей знаю… Слева есть свободная комната, можете переночевать там. —Спасибо.—В этот раз говорит Томиока. Взглядом показывает Камадо, чтоб тот зашёл в комнату, обустроился. Танджиро одобрительно кивает и проходит. Комнатка была тёмной, пустоватой, но темноту разбавлял слабый огонь от свечи, немного освещающий комнату тёплым и приятным светом. Тут же Камадо нашёл футоны, начиная расстеливать их. Когда красная макушка скрылась за дверьми, Томиока смотрит на старушку. —У вас есть что-то из лечебных мазей? —К сожалению, мази с собой таскать крайне неудобно, можно лишь бинты, да спирт. На крайний случай. —Ммм. Да, конечно, сейчас принесу.— Добрым голосом протягивает женщина, проходя на кухню за аптечкой. Не долго ожидания, и та протягивает их в руки Томиоке. —Благодарю за помощь. —Мужчина наклоняет голову, прикрывая глаза. —Что вы, это вам спасибо. Гию слабо кивает в знак одобрения, не задерживается, проходя в комнату, где Танджиро уже расстелил футоны, ожидая столпа. Томиока садится на один футон, поджимая ноги под себя. Спустя не долгое молчание произносит. —Садись.— Танджиро смотрит слегка вопросительно в течении нескольки секунд, но садится. —Снимай верх. —…А? —Снимай верх. Нужно поменять повязку. Юноша на несколько секунд затупил. К мозгу подступил стыд, звонко ударяя в голову. Биение пульса стало слышно через уши. Танджиро неловко краснеет. —А, да-да, конечно. —Снимая хаори и саму форму, аккуратно складывает рядом. Томиока ждет, спокойно, неторопливо, оглядывая того. Танджиро хотел было сам развязывать старые бинты на себе, но его руку перехватили, несильно сжимая за запястье и положили на колено. —Я сам. —Невозмутимо произносит Хашира, для удобства пододвигается немного ближе, и начинает аккуратно развязывать бинты. Нежно, словно боясь сделать хоть немного некомфортно. Гию сосредоточен, не отводит взгляда от ран Камадо, позволяет себе лишь изредка моргать. Красноволосый не знает куда деть себя, лишь бы не смотреть на Гию, его руки, лицо, смотрит куда-то в сторону, в потолок, в пол, лишь бы не на Гию. Дыхание немного дрожит, как и подрагивают руки, лежащие на коленях. Казалось, он никогда не был так близок с кем-то, как сейчас с Томиокой, это и заставляло юношу нервничать. —Всё нормально? Не больно? —Интересуется мужчина, затягивая новый бинт на торсе. —Ты выглядишь нервным. —Словно оправдывается за свои вопросы, первый раз за это время поднимает взгляд на Старшего Камадо. —Нет, всё хорошо, Томиока-сан! — Гию кивает, проверяет бинт на крепление. С этим покончено. Теперь лицо. Подняв голову, осматривает уже окровавленный бинт на лбу Танджиро. Почему то смотрит дольше, чем нужно, слегка напряженно, о чем говорят сведённые к переносице брови. Возможно, ругает себя, что не успел раньше. Медленно тянется ко лбу Танджиро обеими руками, разматывает его. после бросает рядом. Взгляд у столпа задумчивый, словно он сейчас далеко не в реальности. В этот момент Танджиро замечает, насколько же у него глубокие глаза, в них можно смотреть вечно. Они правда словно отражение океана… Большим пальцем Томиока проводит рядом с раной на рассечённом лбу, медленно, задумчиво. Это выглядело бы крайне странно, зашёл бы кто сейчас в комнату. На щеках Камадо лишь выступает неконтролируемый румянец. —Танджиро, тебе стоит быть аккуратнее. Ты не бессмертный. — Наконец приходит в себя мужчина, медленно убирая руку от лба, чтобы заново продезинфицировать рану, после намазать мазью. Камадо лишь стыдливо кивает, удерживая слегка дрожащую улыбку. —Завтра ночью нам нужно окончательно закончить задание, перебив всех демонов на горе. Я постараюсь расправиться сам. А ты постарайся от меня не отделяться. Если тебя ранят, отправимся в поместье Кочо. — Танджиро удивлённо хлопает глазами, наблюдая за Гию, в то время как он заканчивает перевязку. Убирая руки от Камадо, говорит о том, что закончил. —Ложись, тебе нужно восстановить силы. —Тут же младший вернулся в прежнее живое состояние. Всё ещё оставаясь немного красным. —Вы тогда тоже! — Столп воды задумывается, но соглашается. —Хорошо.— Тот снимает и потихоньку складывает хаори, пока Танджиро, максимально стараясь, пытается лечь и максимально не засматриваться на тело Хаширы, которое скрывает только темно-синяя форма. Камадо лишь отводит взгляд, прикрывая рот рукой. "Почему...такое странное чувство?" Осознав,о чем думает, подступает более яркое смущение. Камадо трясёт головой, надеясь прогнать эти мысли поскорее. Успокаиваясь,наконец говорит. —Доброй ночи, Томиока-сан! — Гию непринуждённо отодвигает бинты и мазь чуть дальше, чтобы завтра их убрать и также ложится на футон. Похоже, странное поведение Танджиро он не заметил. Или не хотел показывать этого. —Доброй.