Завтра совру

В этом огромном помещении душно. Пахнет сладким алкоголем, смешанным множеством парфюма и потом. Люди, плотно сбившиеся в центре гостиной, танцуют под орущую поп-музыку. Шум и веселье толпы подстрекают на безумства. Такие, о которых завтра жалеть даже мысли не возникнет. Джисон пьет вишневое пиво, которое только укрепляет его желание броситься в бездну глупости. Он знает, что в него вместится еще банки две до того, как мозг его выключится. Толпа громко визжит, когда на невысокий столик запрыгивает парень с рыжими волосами. Он двигает сочными бедрами, прикрывая глаза ладонью, словно смущается, но Джисон точно знает, что этот черт в жизни не знал, что такое смущение. Минхо достает Джисона с момента, как увидел впервые. Его вечные подъебы, придирки и якобы остроумные шутки доводят Джисона до белого каления, наполняют кипящей злостью. Чан однажды сказал, что таким образом Минхо флиртует, но Хан решил, что с таким флиртом тот может сходить на хуй, и далеко не его. Джисон ненавидит Ли так же сильно, как и желает темными вечерами, страшась признаться себе в этом. Сейчас, наблюдая, как Минхо раскручивает таз, а похабные глазенки девушек вокруг раздевают его, Джисон внутри кипит раздражением. Ну вот что с ним не так? Почему к такому придурку, как Минхо, клеятся все, а его обходят стороной? Может, стоит последовать совету Чана и натянуть более приветливое лицо, нежели моську, угрожающую расправой. Минхо смотрит ровно в глаза Хана, пока совершает резкие движения бедрами. Он смотрит и забавляется. Джисона блеск в его глазах только сильнее раздражает. Сколько ему еще нужно выпить, чтобы наконец признаться себе в том, что пора бросить бегать от Минхо? Хан отворачивается и уходит на балкон. Там, на свежем воздухе, он допивает пиво и бросает в урну, доставая из расставленных в каждом углу резервуаров со льдом и пивом еще одну. Он глубоко втягивает прохладный воздух и почти давится, когда чьи-то руки ложатся на его чуть отставленный из-за позы зад. — Отвали со своим этим самым, — ворчит он, даже не поворачиваясь. Точно знает, кому хватает смелости так поступать. — Я пришел спасти тебя. Джисон не ошибся. Минхо приблизился, вжимая грудь в спину Джисона, а руки в ягодицы. Его запах сразу же наполнил воздух, и Хан не мог врать себе, что это неприятно. — Я тебе не кисейная барышня в беде, — отвечает он чуть резковато. — И то верно, — хихикает Минхо, двигая ладонь и как бы случайно проезжаясь рукой по паху. — У барышни нет члена. Тело Джисона моментально отзывается, запуская горячую волну похоти, оседающую внизу живота. Он осматривается: люди вокруг находятся в той степени опьянения, что не замечают происходящего и сами творят полнейший разврат. Джисон мечтательно задумывается: сколько еще нужно времени и алкоголя, чтобы вечеринка переросла в оргию? — Гуляй, а, — подается задом назад Джисон, уходя от ладони, но упирается в пах Минхо. — Надеюсь, там фонарик, — все тем же ровным тоном говорит он, ощущая, как Минхо, не встретив обычного сопротивления, принимается потираться вставшим членом о его зад. Взгляд Хана скользит по полной банке пива, а после по руке, что устроилась внизу его живота. Долго бороться с собой не приходится. Он будто назло вжимается в Минхо сильнее, виляет задом, дразнит его. Что ему терять? Если что, то завтра соврет, что не помнит, пусть и не сможет никогда забыть. — Чем я тебе не нравлюсь, Джисон-а? — спрашивает Минхо слишком близко к уху. У Джисона от этого мурашки вдоль позвоночника бегут и соски набухают. — Тем, что ты — это ты, — отвечает он, не прекращая пытку. Такое положение дел приводит его в возбуждение, волнует. — А я какой-то не такой? — снова задает вопрос Минхо, скользя рукой выше. Еще немного и он почувствует вставшую бусинку соска. Джисон не уверен, что сможет сдержать писк, если его грудь потрогают. Это кажется ему слишком сладким, слишком любимым. Его грудь — самое чувствительное место. Однажды он кончил, пока незнакомая девушка из клуба ласкала языком его соски, пока сам он лишь большим пальцем поглаживал головку. Внутри все напрягается, стоит Минхо добраться до ребер. Джисон ждет этого, еле сдерживая собственный полный страданий голос, который рвется из него с просьбой потрогать его быстрее. — Ты.., — начинает он, но давится воздухом, когда Минхо достигает цели. Он сильнее вдавливает пах в ягодицы Джисона, ноготком указательного пальца раздразнивая правый сосок. — Я, — шепчет Минхо, — великолепный и желающий лишь тебя одного из всех прекрасных людей в этом доме. Вредного, — щипает. — Язвительного, — щелкает. — Моего, — прикусывает мочку, крепко сжимая сосок. Джисон почти кончает. Даже алкоголь внутри не может снизить его чувствительность. Он словно наоборот ее повышает, чем Минхо и пользуется. Хан в несколько глотков вливает в себя большую половину пива. — Только сегодня, — говорит Джисон, поворачиваясь к Минхо. — Только этой ночью. Он размещает ладони на гладких щеках того и притягивает к себе, захватывая нижнюю губу своими. Минхо не теряется, он отвечает сию же секунду, позволяя языку Джисона проникнуть внутрь и трахнуть его рот. Хан думает, что сходит с ума, пока Минхо тихонько скулит в поцелуй, подаваясь бедрами вперед. Он липкими от слюны губами опускается на длинную шею, широко лижет, смакуя кожу, и почти задыхается от сладости. Пока Минхо мелко подрагивает от прикосновений зубов к его коже, Джисон оставляет на ней яркие засосы, помечает. Лишь в момент, как ловит себя на том, что тоже трется о Минхо, он вспоминает, что стоят они на балконе среди толпы. — Идем, — хватает он того за руку, чтобы протащить через толпу в гостиной и подняться на второй этаж. Три двери, ведущие в спальню, оказываются закрыты. Как и дверь в ванную. Единственная комната, которая впускает их - кабинет. Джисон затаскивает туда Минхо, запирая дверь и вжимая его в нее. Он снова накидывается на него с поцелуями. Рукой он скользит вниз, поглаживая член Минхо через штаны. Минхо же выгибается так, что Хан задумывается о том, что спина его завтра точно будет ныть. Но это уже проблемы Минхо из будущего. Сейчас у них есть одна проблема на двоих, вставшая в белье. Отрывается Джисон с громким чмоком. Он оставляет разомлевшего Минхо у двери, подходит к столу и одним движением смахивает все, что там находится. — Снимай штаны и садись, — говорит он Ли, который мгновенно начинает исполнять приказанное, растеряв свой доминантный запал, с которым изначально подошел. — Раздвинь ножки, зайка, — приторным голосом просит Джисон парня, пискнувшего от соприкосновения холодной столешницы с разгоряченными ягодицами. Минхо повинуется, позволяя Джисону встать между своих бедер. Он опускает ладони на грудь, проводит по ней, а получив блаженный стон, вытаскивает футболку из джинсов и запускает под нее ладошки, начиная терзать соски. Джисон же нахально улыбается, доставая маленький пакетик смазки из заднего кармана. Он подносит его к лицу Минхо, а тот зажимает уголок зубами. — Выплюнь, — говорит Джисон, и Минхо слушается, избавляясь от небольшого кусочка пакетика. Он трогает Джисона и ерзает на столе, устраиваясь удобнее, а когда палец проникает внутрь до упора, он открывает рот в немом возгласе. От мычаний и метаний Минхо Джисон приходит в восторг. Он благодарит себя за то, что может отвлечь того от своей груди, восхищается собой за разбитый вид Минхо. Минхо, который подгибает ногу, упираясь пяткой в стол, и трясется от быстрых проникновений. — Господи, какой же ты чувствительный, — замечает Джисон. — Потому что, блять, я хуеву тучу времени на тебя дрочил, — отвечает Минхо и ахает от вдавившегося в дырочку второго пальца. Он подвигается, помогая Джисону протолкнуть его внутрь и продолжает: — Но тебе нужно было включить недотрогу и побегать. — Ты издевался надо мной, — шипит Джисон, особенно безжалостно тараня пальцами задницу. — Я открыто говорил тебе о своих желаниях. И это была чистая правда. Минхо не скрывал своих желаний, которые Джисон принимал за подъебы и поддразнивания. — Бля-а-а-ать, — тянет Минхо, упираясь в плечо Джисона. — Медленнее или я кончу. — Моя сладкая малышка кончит от двух пальцев? — спрашивает Джисон, а после удивленно смотрит на Минхо, который сильнее трясется от его слов. — Грязная куколка. Он второй рукой оттягивает его рыжие волосы, чтобы внимательно рассмотреть раскрасневшееся лицо, пока вгоняет третий палец внутрь. — Ты хорошо себя чувствуешь, детка? — спрашивает с насмешкой Джисон. — Или твоя милая попка хочет чего-то большего? — Боже, блять, да, — ноет Минхо. — Я охуенно себя чувствую. — Правда ли? — ухмыляется Джисон, быстро проникая внутрь с хлюпающими звуками. — Скажи мне, чего малышка хочет на самом деле? — Тебя, — хнычет Минхо. — Твой большой и толстый член. Хочу растягиваться вокруг него, хочу давиться им, — отвечает, глядя прямо в глаза. — Малышка хочет, чтобы папочка ее трахнул. Пожалуйста. Джисон от его голоса почти дрожит. — Думаешь, твоя раздолбленная дырочка готова? — спрашивает он и расстегивает ширинку, пачкая ткань липкой смазкой, вытаскивает из маленького кармашка еще один пакетик и отдает Минхо, пока сам слегка приспускает перед джинсов и белья. Хан проводит рукой по члену, снимая напряжение, а после протягивает его Минхо, подаваясь бедрами вперед. Дрожащими руками Минхо выдавливает из пакетика смазку. Он отбрасывает презерватив в кучу бумаг в углу, что лежали на столе еще пять минут назад, размазывает смазку по члену и, схватившись за него, заставляет Хана шагнуть ближе. — Боже, ты нашел поводок, — с издевкой хихикает Джисон. — Трахни меня. Скорее, — шепчет Минхо, задыхаясь. Он пытается вставить чужой член в себя, но рука соскальзывает, а член проезжается по дырочке. — Умоляю, Джисон. Джисон руку в волосы Минхо снова запускает. Крепко сжимает волосы и притягивает к себе, когда толкается сразу же на всю длину. Минхо же почти подскакивает. Его дыхание словно останавливается. — Этого хотел мой котенок? — спрашивает Джисон, медленно двигаясь, чтобы Минхо поскорее привык. — Да. Только тебя, — плачет Минхо, цепляясь за спину. И если бы не футболка, то на коже остались бы красные борозды. — Мне так хочется-ах… — Чего хочет моя малышка? — спрашивает Джисон, толкаясь все быстрее и сильнее. Минхо от его движений подбрасывает, поэтому Джисон обхватывает его за бедра, держа на одном месте, пока особенно сильно входит. — Вот так, да! — почти кричит Минхо. Он сильнее вжимается в Джисона. — Умоляй меня, — со смешком говорит Джисон. — Умоляй, чтобы я позволил тебе кончить. Минхо сильно жмурится. Он скользит рукой по спине, съезжает на грудь и через ткань футболки гладит сосок Джисона, заставляя его уткнуться лбом в собственное плечо. — Разреши мне, — просит Минхо. — Я буду хорошим мальчиком, — добавляет, но его опьяненный пивом и Джисоном мозг не сразу, но понимает, что точно добьет того. — Я буду хорошей малышкой для папочки, если он разрешит мне кончить. Джисон громче стонет от сжавшейся сильнее дырочки. Он толкается внутрь, озвучивая согласие, а Минхо, отпустив и вторую руку с его плеч, кладет ее на свой член, но не дрочит отчаянно, лишь поглаживает красную влажную головку. — Покажи мне, ненасытная шлюшка, — просит Джисон, опустив голову и уперевшись лбом в лоб Минхо, который так же опустил голову. Они оба смотрят на то, как Минхо массирует головку члена. — Кончи для меня, сладость. И вопреки предыдущему шуму, Минхо кончает тихо. Он лишь открывает рот, тяжело и длинно выдыхает, пока пальчиками перебирает по головке, размазывая сперму. Джисон же трахает его, продлевая оргазм и сам гонится за своим. От вида испачканного спермой Минхо он задыхается. Он кончает внутрь, чтобы иметь возможность наблюдать, как его сперма будет вытекать из задницы Ли. Ее так много и она, невероятно густая, медленно просачивается через пульсирующий и сжимающийся анус. Медленно Джисон опускается на колени, попутно заталкивая член в белье и поправляя джинсы. Пока Минхо лежит на столе, раздвинув ноги и явив свою красную дырочку, Джисон собирает побольше слюны на языке и проводит им вокруг. Минхо задушено кричит от неожиданности, но уже через секунду его возмущенный крик превращается в стон, когда горячий язык Джисона проходится по быстро сжимающемуся анусу, слизывая выделяющуюся сперму. Он дергает руками, расставляя их в стороны и сжимая края стола так, что костяшки белеют. Джисон же, ощущая податливость и позволение, прижимает тело того сильнее к себе и еще раз проходится по дырочке, всасывая сморщенную кожу напоследок. — Вычистил дочиста? — спрашивает Минхо. Он не ожидает, что Джисон поднимет его и поцелует, проталкивая сперму со смазкой в рот. Он возмущенно пищит, легко стукая кулаком в грудь того, но принимает все и проглатывает. Ли скользит языком в рот, проходится по щекам и обводит зубы. Джисон хмыкает, отстранившись: — Дочиста? — Я, конечно, хотел попробовать тебя, но не таким образом, — говорит Минхо, обратно откидываясь спиной на стол. — Думал, что возьму тебя в рот, высосу из тебя душу. — Заткнись, — шипит Джисон. Он поднимает кучу из белья и штанов Минхо, распутывает их и принимается по очереди натягивать на ослабшие ноги того. А когда полностью одевает его, продолжает: — Или я поставлю тебя на колени и заставлю давиться. — Я хочу этого, лукавить не буду, но сегодня не потяну. — Вставай, лентяй. Нам еще все обратно на стол сложить. — Я не могу двигаться, — дуется Минхо. — У меня лапки. — Минхо, — строго басит Джисон. — Помоги мне, и я отвезу тебя к себе. Минхо, словно не он секунды назад жаловался на усталость, подскакивает и принимается наводить порядок с Джисоном. — Ты же знаешь, что нравишься мне? Я просто глупо выражаю это, — говорит Минхо, когда такси подъезжает к дому Джисона. Ответом служит поцелуй в макушку и крепкие объятия. Такие, какие обычно дарят самым близким и родным. Джисон знает, что Минхо понимает. Они оба дерьмово выражают свои чувства. И даже врать завтра не придется.