Снег и подсолнухи

1524 год Он бесполезен в бою с Кайдо. Ни одна мысль не задерживается в голове, он ничего не помнит и ни на чём не может сосредоточиться. Все мысли заняты только одним: путешествия во времени возможны. Чёртовы Девять красных ножен пришли из прошлого в будущее, значит, и попасть в прошлое тоже реально. Он мог бы всё изменить. Мысль разливается ядом под кожей, бьётся в висках тысячу раз, тысячу раз: "Путешествия во времени возможны". Он может спасти Кору-сана. Ло пытался и раньше. Древние сказки о воскресших мертвецах, даже если финалом истории были реки крови. Крови ему не жалко - ни своей, ни чужой. Он вылил бы всю кровь мира, чтобы увидеть ещё раз ту улыбку. Лучшие учёные, изучавшие бессмертие или жизнь после смерти. Старые книги. Сумасшедшие шаманы из степной глуши. Любые слухи, что угодно - и он срывался туда, влезал в такие жопы, какие Мугиваре с его отрядом самоубийц и не снились. Он убил десятки людей, вставших на его пути, ища возможность воскресить одного. Он одержим. Тринадцать лет спустя он всё ещё заперт в том сундуке и отчаянно бьётся, стараясь выбраться. Но воскрешать мёртвых невозможно. Зато можно изменить прошлое.

***

Он думает об этом каждый раз, как закрывает глаза. Первая мысль - оказаться на Миньоне в тот самый проклятый день и убить Дофламинго. С его нынешним уровнем силы он сможет победить ту версию Дофламинго играючи. Но Кора-сан не будет рад такому спасению. Он не смог убить брата, не обрадуется и если кто-то другой убьёт его. Нужно было менять что-то другое, что-то гораздо раньше. У него будет только один шанс, потому что он собирается изменить и свою судьбу тоже, и больше не сможет вернуться. Он ищет Сэнгоку, чтобы спросить про остров, где тот подобрал Росинанта много лет назад, и без капли сожаления врёт, что скучает по мёртвому наставнику и хочет посетить место, связанное с ним. Отстранённо отмечает, что вышедший в отставку старик размяк и расслабился, а ещё считает его чуть ли не бестолковым внуком, отбившимся от рук, поэтому делится с ним информацией легко и без капли сомнений. Ло запоминает. Больше деталей - больше шансов, что ему повезёт. Он думает долго. Тщательно планирует и взвешивает каждый шаг. Если Сэнгоку в прошлом подберёт обоих Донкихотов, то, скорее всего, Дофламинго не убьёт брата в будущем, но тогда высока вероятность, что он сам умрёт в свои десять на какой-нибудь свалке. Каким бы Дофламинго ни был мудлом, в него Ло верил гораздо больше, чем в Дозор. Не то чтобы ему жаль свою жизнь, жаль только усилий Коры-сана, которые тот приложил, чтобы Ло жил. Он выбирает. Кора-сан бы им не гордился. Ло плевать. Пусть не гордится сколько угодно, может даже возненавидеть его, если будет жив. Он двое суток лезет через какие-то долбаные горы, в которых не работает сила его фрукта. Ничего, ему не занимать упрямства. Ло хорошо понимает, почему владелица нужного ему фрукта живёт в горах. Поселись она в любом из городов, сумасшедшие вроде него ходили бы к ней хороводами. Волосы владелицы фрукта Time-Time жёлтые, как лепестки подсолнухов. Как и у двоих её детей. Опе-Опе всё ещё не действует, но это не имеет значения - Ло прижимает меч к горлу старшей из её дочерей. - Я не могу переносить людей в прошлое. Ло криво улыбается и сдвигает меч чуть ближе к коже. Он даже не знает, как зовут женщину, да ему и всё равно. Зато он знает, что выглядит как псих - в грязной и рваной одежде, с дрожащими руками, безумной ухмылкой и кругами под глазами размером с Дресс Роуз. Женщина, видимо, тоже так считает, потому что страх на её лице проступает всё отчётливее. - Переноситься в прошлое очень опасно. - Пытается она ещё раз. - Мне плевать. - Честно отвечает ей Ло. - Ты можешь уничтожить весь мир, всю историю, стоит только изменить лишь одно событие… - Пусть мир рухнет к чёрту. - Ты можешь быть мёртв в новой версии вселенной. - Всё ещё пытается достучаться до него фруктовичка. Ло много думал об этом. Был шанс, что Кора-сан никогда не станет заниматься поиском фрукта для него в выбранном им варианте событий. - Значит, это будет моей платой. - Соглашается Ло. Она тоже может быть мертва в новой реальности, но хорошо понимает, что из-за отказа одна из её дочерей лишится жизни прямо сейчас. Женщина с подсолнуховыми волосами качает головой и складывает ладони лодочкой. Из её рук, словно из переполненной чаши, течёт время. Ло отпускает девчонку, убирает меч и без колебаний шагает в поток. Пусть ему хоть раз повезёт.

***

1493 год Ло не знает, сколько времени он блуждает по улицам незнакомого города. Может, прошёл всего час, или ночь заканчивается и рассвет совсем скоро настигнет его. Сначала он бежит так, словно знает куда, а потом замедляется и бредёт по улицам близ порта, методично осматривая их одну за другой. Перепутать Дофламинго с кем-то невозможно. Тот кажется ему одновременно и знакомым, и нет. Словно у него ещё есть что-то, чего не было у его взрослой версии. Дофламинго совершенно точно тот же самый, но ненавидеть ребёнка почему-то не получается. Ло раньше никогда не видел его маленьким, но шагает к чумазому белобрысому мальчишке в то же мгновение. “Что ж, Кора-сан, вероятно, я сломал весь этот ёбаный мир ради тебя. Попробуй только не выжить.” - отстранёно думает Ло. Кора-сан, конечно, его не просил ни о чём подобном. Да и вообще, к тому времени, когда Ло дорос до возраста, когда у него можно было что-то просить, Росинант уже давно сгнил в земле. Если Кора-сан когда-нибудь узнает, что он натворил, то точно не будет благодарен, но Ло всё равно - он смертельно устал перебирать, словно чётки, осколки воспоминаний - улыбки, неуклюжие движения, звуки голоса. Пусть ненавидит, пусть только дышит, пожалуйста. Пацан в чёрных солнечных очках слишком высок для своего возраста - Ло почти по грудь, а он никогда не жаловался на рост. Ещё мелкий Дофламинго на удивление разумен - отступает от него на пару шагов и прячет за спину грязный мешок. Ло бы тоже не доверял странному мужику с большим мечом, подлавливающему детей в подворотнях. - Послушай меня. - Начинает Ло, стараясь звучать как можно более адекватно, и тут же всё портит: - Я пришел из будущего. - Так ты наркоман. - Понятливо кивает Дофламинго. - Мелкий засранец. - Бормочет Ло, но тут же берёт себя в руки. - Тебя зовут Донкихот Дофламинго. Ты родился на Мариджоа и очень хочешь туда вернуться, поэтому тащишь в мешке отрезанную голову своего отца, которого ты убил. - Откуда ты знаешь? - Удивлённо вытягивается детское лицо перед ним. Никакого другого ответа, кроме “Я пришел из будущего”, у Ло нет, поэтому он просто игнорирует вопрос. - Ты оставил младшего брата одного. Если ты не вернёшься к нему прямо сейчас, то его заберёт Морской Дозор, и в следующий раз ты увидишь его лет через пятнадцать. Ты должен был видеть в порту их корабль. Голову можешь выбросить, тебя не примут назад. - Тебе что за дело? - Хмурится Дофламинго, впервые на памяти Ло глядя на него снизу вверх. - Там, откуда я пришёл, я очень люблю твоего брата. Я знаю, что сейчас ты тоже любишь его. - Отвечает Ло, шагая немного ближе. - Если ты не лжёшь… Зачем ты пытаешься изменить прошлое? - Продолжает допрос недоверчивый и слишком умный малёк. - В том времени ты убил его. Дофламинго вздрагивает и стискивает зубы. - Я найду его. - Обещает Дофламинго, небрежно бросая свой страшный мешок в темноту подворотни и разворачиваясь в ту сторону, откуда пришёл. - Спасибо. - С облегчением выдыхает Ло. - Возьми меня в Семью, когда я приду. - В какую Семью? - Спрашивает Дофламинго, удивлённо оборачиваясь через плечо. Ло хочет объяснить, но решение уже принято - Дофламинго решил возвращаться за братом, время запущено, и Ло чувствует, как его затягивает в только что созданную им реальность. - Меня зовут Трафальгар Ло! - Успевает выдохнуть он прежде, чем перед глазами темнеет. И мир исчезает.

***

1508 год - Мы все заразимся! Белый свинец! Мы умрём, как весь Флеванс! - Тихо! Что за невежество? Болезнь Белого свинца не заразна! Ло переводит взгляд на странного мужчину в розовой шубе, сидящего в центре стола, и крепче сжимает детонатор. - Примите меня в Семью или я взорву здесь всё! - Требует Ло. Кто-то из них смеётся, но их босс не присоединяется к веселью - он пристально и внимательно смотрит на… Его шапку? - Подойди ближе, ребёнок. Не бойся. - Я тебя не боюсь. - Бормочет Ло, немного теряя боевой настрой, но шагая ближе. - Тебя зовут Трафальгар Ло? - С интересом спрашивает тот, кого Ло определяет, как главного. Мужчина в шубе поднимается из-за стола, с лёгкостью перемахивает через широкую столешницу, и Ло невольно отступает - вблизи человек огромен, он никогда раньше не видел таких высоких людей! - Откуда ты знаешь, как меня зовут? - Бормочет Ло. - Меня зовут Донкихот Дофламинго. Ты помнишь меня, Ло? - Спрашивает снова мужчина, опускаясь перед ним на корточки. - А когда мы встречались раньше? - С подозрением спрашивает Ло. Он бы такого огромного и яркого мужика точно не забыл! - Очевидно, до твоего рождения. - Отвечает ему мужчина с какой-то странной интонацией, словно иронизирует сам над собой. - Ты сумасшедший, что ли? - Ещё более опасливо спрашивает Ло, на всякий случай делая шаг назад и поднимая детонатор повыше. - Вроде того. - Легко соглашается мужчина, протягивая руку и потрепав его по шапке. - Ты принят в Семью Донкихот. Выброси свои гранаты… Ну, не знаю, вон хоть в окно. Дофламинго поднимается на ноги и принимается раздавать команды своим людям. - Мальчишку отмыть, накормить и переодеть, найти комнату. И позвоните Коразону, сколько можно копаться, он нужен мне срочно! Вокруг растерянного Ло начинают суетиться так, как никогда в жизни. Он успевает обжиться в большом доме к тому моменту, когда приезжает человек, которого он видит впервые и словно знает вечность. Такой же огромный и ещё более странный, чем Дофламинго. Ло смотрит, как Коразон обнимает Дофламинго с широкой улыбкой, в которой растянуты ярко накрашенные губы, и не может избавиться от ощущения, что он знает на ощупь каждое перо на чёрной шубе. - Коразон! Я скучал. - Говорит Дофламинго, с силой хлопая по спине мужчину, который ему, очевидно, брат. Ло щурится, пытаясь представить лицо Коразона без макияжа. Они что, близнецы? - Я тоже скучал, Доффи. - Мягко отвечает Коразон. В груди сжимается. Что-то было очень правильно, что-то было хорошо. - Ты сказал, ему на вид было примерно двадцать пять. - Говорит Коразон, перекатывая в губах сигарету и оглядывая Ло с изрядной долей скепсиса. Ло немного нервничает. Кто угодно будет нервничать, если бы его усадили на табуретку два здоровенных мужика, уселись на корточки перед ним и разглядывали его в упор. - Нет, нет, ему было двадцать пять, когда мне было десять. - Отмахивается Дофламинго. - Но он запустил круг времени, и ему могло быть сколько угодно, когда он пришёл в Семью. - Я ничего не понимаю, Доффи. - Жалуется Коразон, роняя пепел на дорогой ковёр. - Потому что ты голову используешь, только чтобы в неё курить, заливать вино и соса… Коразон опускает ладонь на рот Дофламинго, не позволяя озвучить мысль до конца. - Так ты говоришь, что ты встречал меня, когда я приходил из будущего? - Спрашивает Ло, переводя взгляд с одного брата на другого и останавливая взгляд на Дофламинго. - Вот! Хоть кто-то использует голову по назначению! - Умиляется Дофламинго, вернув себе возможность говорить. Коразон закатывает глаза. У Дофламинго к нему особое отношение. Редкие книги, лучшие наставники, любые прихоти. Ло как-то ради забавы требует сундук с золотом такого размера, чтобы он мог забраться туда с головой, а ещё говорящего медведя, и получает желаемое к вечеру. Он окончательно убеждается, что Дофламинго с приветом, но больше так не шутит. Дофламинго говорит, что не позволит ему умереть. Пропадает неделями в морях - ищет для него какой-то конкретный меч и конкретный фрукт. Ло так и не понял, что такого фееричного он сделал, когда пришел из будущего, чтобы заслужить такое отношение, но, на всякий случай, относится с подозрением - мало ли на свете странных дядек, которым нравятся чужие бездомные дети. Коразон, которого на самом деле зовут Росинант, ещё хуже. Ло пришел сюда, собираясь мстить, разрушать и убивать, а ощущает себя так, словно попал в курятник, и его решила опекать самая заботливая курица-наседка. Периодически он ловит смутное ощущение, что всё должно быть как сейчас и, одновременно, совсем по-другому. С каждым днём ему становится хуже. Коразон беспокоится всё больше.

***

1511год Это закономерно заканчивается в крохотной, покачивающейся на волнах лодочке, уносящей их обоих в открытое море. - Зачем ты это делаешь? - Устало спрашивает Ло, привалившись спиной к низкому борту. Он орал последние полчаса и даже пытался сигануть в море, а теперь у него достаточно сил только на то, чтобы дышать. Лодку качает, и его от этого страшно мутит. Росинант в ответ только упрямо поджимает накрашенные губы. В недрах его шубы непрерывно трезвонит Ден-Ден Муши, но Коразон его игнорирует. Ло закрывает глаза. Дофламинго наверняка ищет их. Бесполезные больницы горят одна за другой. Ло, искренне веривший, что Коразон помягче, чем Дофламинго, почти восхищён. У него давно уже нет сил возражать. Он не верит, что выживет, поэтому послушно идёт, куда ведут, а потом едет, куда несут, когда кончаются силы идти. Росинант рыдает над ним по ночам, а у него самого нет слёз. Всё это было закономерным итогом, и Ло ни о чём не жалеет - последние три года его жизни и так были лучше, чем он мог себе представить. Коразон отвечает на четыреста сорок третий звонок Ден-Ден Муши - Ло считает. Трубку снимает так, словно прыгает в море, будучи фруктовиком, и, наверно, от такого же отчаяния. Тишина повисает на мгновение, непривычная без вечного трещания бесконечных вызовов, а потом голос Дофламинго рявкает из трубки: - Возвращайся немедленно, идиот! - Нет! - Заполошно возражает Росинант, размахивая рукой с зажатой в пальцах сигаретой, будто Дофламинго может его видеть. - Я хочу спасти Ло! - Почему нельзя было поговорить со мной словами через рот?! - Злится ещё больше Дофламинго. - Какого чёрта ты вообще делаешь? Я достану для твоего щенка Опе-Опе, ты же знаешь, что я ищу его! - Ты используешь Ло для получения бессмертия! - Отвечает Росинант, и голос у него страшно дрожит, он частит и захлёбывается словами пополам с сигаретным дымом: - Доффи, послушай, я найду другой способ! Найду хорошего врача или фрукт, ладно? Пожалуйста! Хочешь, я сам съем Опе-Опе для тебя? - Этот фрукт действует только на одного! Какое блядское бессмертие без тебя?! - Орёт Дофламинго так, что Ло аж подскакивает на камне, на котором сидит. Он впервые слышит, чтобы Дофламинго кричал. - Чтобы завтра оба были дома! Понял меня? - Понял. - Всхлипывает в трубку Росинант. Дофламинго сбрасывает вызов. Росинант сгребает Ло в охапку и заходится таким водопадом слёз, что он невольно чувствует себя грибочком под дождём. - Давай вернёмся к нему, Кора-сан. - Устало вздыхает Ло. - Ты уверен, что всё будет в порядке? Доффи будет очень злиться на нас. - Хмурится Ло, крепко сжимая в кулаке край шубы Коры-сана. - Конечно, Ло, всё будет хорошо. - Заверяет его Росинант, старательно подстраиваясь под маленькие шаги Ло. - Он не убьет тёбя или вроде того? - Продолжает допытываться Ло, шагая по коридорам дома на Спайдер Майлз. Они словно и не уходили. - О чём ты говоришь! Я же его брат! - Улыбается Росинант. Ло смотрит на него снизу вверх и недоверчиво щурится - улыбка какая-то нервная. Когда они входят в гостиную, разговоры стихают, словно кто-то резко выключил звук. Дофламинго поднимается из кресла. Огромный, мрачный, как грозовая туча. До подгибающихся коленок страшный. Ло осторожно отступает назад. Росинант остается на месте, вытягивает спину неестественно ровно и упрямо вздёргивает подбородок. Дофламинго отвешивает брату такую затрещину, что тот пролетает носом по полу до конца комнаты. Ло пугается ещё больше - Дофламинго раньше никогда не поднимал руку на членов Семьи. Он сжимает короткий кинжал, спрятанный в куртке, и двигается ближе вдоль стены. Он не трус, он будет защищать Кору-сана. Дофламинго опускается на колени на пол, обнимает брата, вытирает разбитый нос рукавом собственной рубашки и целует в губы. За спиной поражённо ахает Детка Пять, по уши влюблённая в Молодого Господина. Ло только закатывает глаза - он знал это про братьев с самого начала. Чего ещё можно ожидать, когда один мужчина называет другого своим Сердцем? - Какое ещё бессмертие без тебя, кретин? - Бормочет Дофламинго Росинанту в губы и целует снова. - Кхм-кхм. - Первой приходит в себя Джолла. - Ну не при детях же, Молодой Господин. Дофламинго отстраняется от Росинанта, и губы у него все в красной помаде, словно в крови. Ло рассеянно отмечает, что ему идёт, и незаметно прячет кинжал. Раз начали целоваться, убивать никого не будут. Коразон ревёт навзрыд, вцепившись в плечи Дофламинго, старшие лидеры Семьи сами тянутся на выход, Джолла пытается организовать детей, заодно прихватив с собой и Ло, а он сейчас слишком слаб, чтобы сопротивляться, но совершенно не хочет уходить. Ситуацию спасает Дофламинго, протягивая к нему руку. - Иди сюда, ребёнок. - Я не буду с тобой целоваться. - Сурово предупреждает Ло, шагая ближе. - И как я это переживу? - Саркастично отвечает Дофламинго, утягивая его к себе. Ло тонет в двух пернатых шубах, Росинант хихикает сквозь слёзы, размазывая косметику по некогда белоснежной рубашке Дофламинго. - Потерпи до завтра, малыш. - Серьёзно говорит Дофламинго. - Завтра у нас будет фрукт. Ло покорно кивает, закрывая глаза. Глупые взрослые с их глупыми проблемами и глупыми идеями. Он просто хотел спать.

***

- Требол, ты охраняешь корабль. Возьми себе кого-нибудь в помощь. Пика, ты идёшь со мной. Диаманте, посмотри, встал ли с другой стороны бухты корабль Дозора, но только аккуратно, чтобы они не засекли тебя. - Раздаёт указания Дофламинго. На Миньоне идёт снег. Ло запрокидывает голову к небу. Он и сам родился на Северном острове, но не особо любил зиму. Впрочем, скорее всего, это последний снег, который он видит, так что он не жалуется. Он сидит на плечах у Коры-сана, потому что ноги не держат его. - Ждите здесь. - Приказывает Дофламинго им с Корой-саном. - Я вернусь быстро. Треплет Ло по шапке, коротко целует брата и растворяется в заснеженных улицах. Все остальные члены Семьи расползаются кто куда, и они остаются вдвоём. Росинант усаживается на ступеньку одного из заброшенных домов и закуривает. Ло изо всех сил старается не закрывать глаза. Спать хочется просто невыносимо, но вряд ли он сможет открыть их ещё раз. - Верго? - Недоверчиво-радостно говорит Коразон. - Откуда ты здесь? Разве ты не должен быть на Сваллоу с миссией Семьи? Ло встряхивается, с трудом сосредоточившись на происходящем. Какого чёрта? В порту стоял только их корабль. И, раз Верго не прибыл на Нумансии, то оставался только один вариант - корабль Дозора, который шёл за ними. - Не может быть. - Бормочет Росинант, тоже пришедший к похожему выводу. Росинант вытаскивает Ло из вороха перьев, шапок и воротников, как недовольного птенца, опускает на холодное крыльцо и поднимается на ноги. - Придётся заставить тебя замолчать, Росинант. Впрочем, ты никогда мне не нравился. - Говорит Верго и атакует в то же мгновение, когда заканчивает говорить. Коразон блокирует несколько ударов, но не успевает за Верго и довольно быстро получает тяжёлый кулак в лицо. Росинант сплевывает в снег кровь и осколки выбитого зуба, но не отступает. Верго тоже пропускает пару хороших ударов и, словно из воздуха, извлекает короткую бамбуковую трость. С этого момента дела идут совсем плохо - Росинант не успевает блокировать удары, сыплющиеся на него градом. Верго бьёт его ногой в живот, и Коразон отлетает назад, ударившись затылком о кусок стены, торчащий из снега, и больше не шевелится. Ло отползает чуть в сторону и сжимает в кулаке рукоять кинжала. Холод и злость придают ему решимости, а Верго вообще не считает его достойным внимания, и он собирается это использовать. Он улучает момент, примеряется и вгоняет свой кинжал Верго сзади в голень, стараясь повредить икроножную мышцу как можно сильнее, и тут же отскакивает, оставляя клинок в ране. Верго дёргается от боли и разворачивается к нему. В общем-то, это были все его силы, поэтому Ло может только беспомощно наблюдать, скрестив руки перед лицом, как учил Лао Джи, как Верго заносит ногу для удара. Он видит начало замаха, позорно зажмуривается и слышит звук удара, но почему-то не чувствует боли. Ло распахивает глаза и видит перед своим лицом лодыжку, скрытую бордовыми брюками, в которую и врезалась нога Верго. Дофламинго! Ло позволяет себе осесть в сугроб в то же мгновение. Дофламинго уж точно не позволит убить Кору-сана! - С чего ты взял, что тебе можно поднимать руку на моего брата, Верго? - В голосе Дофламинго звенит бешенство. Тело не слушается и страшно кружится голова, но Ло заставляет себя пошевелиться и ползёт прямо по снегу, не поднимаясь - нужно было убраться из-под ног, чтобы не мешать Дофламинго сражаться. - Твой братец тебе всё равно расскажет. Жаль, не успел его убить. - Отвечает Верго, немного помолчав. - Я - капитан Морского Дозора, кодовый номер… - Зачем, Верго? - Перебивает Дофламинго, и в голосе его звучит настоящая печаль пополам с обречённой усталостью. - Ты же был мне почти как брат. - Ты чудовище. Я должен тебя остановить. - Отвечает Верго. Ло заползает под бок к бессознательному Коре-сану, деловито проверяет пульс, ощупывает голову и легонько похлопывает по щекам, стараясь привести в чувство. - Ты предал меня, но я прощаю тебя. - Мягко говорит Дофламинго и поднимает револьвер. Верго напротив него вскидывает к лицу бамбуковую палку, собираясь использовать её, как духовую трубку для стрельбы иглами. Дофламинго никогда не промахивается. Он стреляет до тех пор, пока не кончается обойма, а потом ещё несколько раз нажимает на курок, щёлкает пустым барабаном, явно не в силах остановиться. Росинант тихо стонет и садится на снегу, прижимая ладонь к затылку и болезненно морщась. Дофламинго тут же теряет к распростёртому на земле Верго всякий интерес - убирает револьвер куда-то внутрь шубы, преодолевает разделяющее их расстояние тремя огромными шагами и опускается на корточки. - Молодец, малыш. Вырастешь - станешь моей правой рукой. Защитил себя и моего балбеса. - Хвалит Ло Дофламинго. - А тебе, Роси, двадцать часов тренировок в неделю. - Я не вырасту. Я скоро умру. - Напоминает Ло, стараясь не сильно раздуваться от гордости. - Теперь уже точно нет. - Заверяет Дофламинго и достает из внутреннего кармана шубы крупный фрукт в форме сердца. Ло сглатывает. Ощущение в груди такое странное, словно он умрёт прямо сейчас, не дождавшись, когда свинец прикончит его, потому что сердце просто не выдержит. Кора-сан рядом подозрительно шмыгает носом. - Ешь, ребёнок. На вкус будет как самая большая гадость на свете, но это поможет. - Говорит Дофламинго, вручая ему фрукт. Ло аккуратно сжимает ладонями неровные алые бока, покрытые узорами, и говорит то, что хотел сказать все три года: - Меня зовут Трафальгар Ло. Ты помнил моё имя четырнадцать лет до того, как я пришёл в Семью, так что не верю, что у тебя начался старческий маразм в двадцать семь. Дофламинго удивлённо булькает, Кора-сан пакостно хихикает. Потом они в четыре руки запихивают фрукт ему в рот, а Ло извивается, мычит и давится, смаргивая наворачивающиеся слёзы. Да кто вообще придумал называть эту дрянь фруктом?! На вкус как умебоси пополам со жжёной резиной! Пока они копаются, подтягиваются остальные лидеры Семьи, по очереди оглядывают тело Верго, собираются в кружок вокруг них и наблюдают за творящимся безобразием. Когда Ло заканчивает плеваться и пытаться заесть фрукт снегом, Дофламинго усаживает его на живот Коре-сану, подхватывает на руки их обоих и встаёт. Дофламинго направляется в сторону бухты, оставляя за спиной залитый кровью снег и распластанное по нему тело бывшего друга внутри смыкающейся Птичьей клетки. Вместе с крупными хлопьями снега, с кожи Ло осыпаются белые пятна Янтарного свинца. - Мне не нравится снег. - Тихо говорит Ло вслух. - Никакого больше снега, обещаю. - Отвечает ему Дофламинго. - Вокруг замка на Дресс Роуз цветут подсолнухи. - Какое хорошее место эта Дресс Роуз. - Бормочет Ло, сжимая в кулаках рубашку Коры-сана. Какой чертовски хороший мир. И теперь он впервые позволяет себе разреветься.