Не точка невозврата.

      Вот уже прошло 5 дней с их встречи. Сноберкаст никак не решался написать по номеру на этом проклятом стикере, но вечером, когда он уже был дома, он всё-таки нашёл в себе силы, говоря себе, что нужно сделать первый шаг, если он хочет всё исправить.

                                          Хей, Макс? Это ведь ты?

Хах, думал не напишешь… Что, переборол свою гордость?)

                                    Макс, пожалуйста, давай

                                    обойдёмся без этого, мы

                                    ведь всё-таки хотим начать

                                                всё заново.

Да, ты прав… Извини, погорячился. Просто в голову всё никак не приходит осознание, что ты хоть немного изменился.             Это правда! Макс, как ты можешь судить             по тому, что было в прошлом? Я думаю,                               мы оба изменились. Я понимаю,             ты помнишь меня как засранца, который             лишь задирал нос и не думал ни о ком и             ни чём, кроме себя, своего достоинства и                               победы, но я говорю правду… Хорошо… Пусть так, но как мне убедиться в этом?                         Мы можем встретиться? Завтра,                   если тебе будет удобно или в любой                                                                   другой день. Сегодня.       «Что? Сегодня?..» — Сноберкаст долго смотрел на экран.                                                                   Ты уверен? Я да, а ты что, испугался?                               Нет-нет! Я готов! Скажи адрес,                         я будут там в назначенное время. Около парка, где мы гуляли раньше. В девять.                                                             Хорошо, я буду.       Бредли подскочил с места и начал собираться, за десять минут до назначенного времени, он добрался до места. Было уже довольно темно, лишь фонари освещал улицу. Осенние листы улетали вместе с лёгким ветерком, а асфальт был влажным, даже мокрым. Сноберкаст терпеливо ждал, облокотившись на чёрные прутья ограды и смотрел вверх. Ждать долго не пришлось, Гуф виднелся в поле зрения уже через пять минут.       Как только Макс подошёл к Бредли, последний встал ровно перед ним, слегка возвышаясь по росту, сантиметров на 10… Оба молчат… нечего сказать, у обоих ком в горле, и будто черед секунду слёзы польются и у того, и у другого, но оба стараются держать себя в руках. Они просто смотрят друг другу в глаза, ожидая, что кто-то из них первый нарушит тишину. — Привет… — Слегка дрожащим голосом произносит Бредли. — Привет, — Макс слегка ухмылается и отвечает.       Вновь молчание. Напряжение то сходит, то снова нарастает. И вновь им нечего сказать. Хочется просто молча смотреть, оставив прошлые обиды позади, но так нельзя. — Пойдём… — Гуф поворачивается, махнув рукой, зовя Бредли с собой, а тот лишь молча соглашается.       Оба начинают идти. — Куда мы?.. — В кафе… Есть хочу, как собака, — Макс снова усмехается, но почти сразу эмоции сходят на нет, его лицо вновь приобретает серьёзный вид.       Бредли усмехается, но замечая изменения в настроении тоже не спешит сильно радоваться.       В кафе они добираются молча, так ничего и не сказав друг другу. Подойдя к двери, Макс открывает дверь и придерживает её для Бредли. — Заходите, Ваше Высочество.       Эти слова слегка обижают Бредли, но он не придаёт этому значения, стоит оставить свою обидчивую натуру на данный момент. Они проходят внутрь и садятся за стол в углу, подальше от чужих глаз.       Оба усаживаются напротив друг друга. Снова молчание, это уже напрягает, но стоит подождать, когда они сделают заказ, чтобы полностью остаться одним. Оба берут уже придоставленые каталоги-меню и утыкаются в них. Спустя какое-то время подходит официантка и достаёт блокнотик с ручкой, чтобы записать заказ. — Здравствуйте, уже готовы сделать заказ или подойти попозже? — говорит девушка, дружелюбно улыбаясь. — Да, мне, пожалуйста, стейк медиум велл прожарки и яблочный фреш с мятой, –Макс поднимает взгляд и смотрит на Бредли.– Бери что хочешь, я угощаю.       Бредли минуту мешкается и делает заказ: — Ам… Мне, пожалуйста, цезарь и… Просто воды, — Сноберкаст отводит взгляд и откладывает меню.       Макс изгибает бровь, смотря на него. — Хорошо, что-нибудь ещё? — Нет… Спасибо. — Гуф, тоже кладёт меню на стол.       Официантка кивает и забирает меню, а затем уходит. — Бредли… — Гуф слегка хмурится. — М? — Бредли отвлекается от своих мыслей и нервно переводит взгляд на Макса.– Что-то…Не так? Ты выглядишь слегка злым… — Ты опять за старое?..       В ответ молчание… А что сказать? — Нет, Макс! Я… Честно, я посмотрел, там должно быть достаточно-ка… — Зачем ты вообще туда смотришь? –Перебивает Макс, не дав Бредли закончить предложение. — Насколько я помню, в последний раз ты обещал, что больше не будешь так щепетильно относиться к еде… — Да, я знаю… Просто. — Что просто? Просто ты опять пытаешься сделать вид, что всё хорошо, как тогда? А потом? Ты забыл, что бывает потом? — Я не могу по-другому! — Бредли почти срывается на крик и поднимается с места, озлобленно смотря на Макса, затыкая его.       Тот слегка вздрагивает и удивляется. Бредли быстро меняется в лице, отводит взгляд и садится обратно. — Извини…       Макс молчит в ответ. Он тоже отводит взгляд и через какое-то время отвечает. — Ты тоже прости.Я ведь знал, что для тебя это больная тема. И всё равно надавил… Так, ладно, а-то сейчас кусок в горло не полезет и ты вообще не поешь, закрыли тему.       Спустя минут пятнадцать им приносят заказ. Оба ждут, когда официантка полностью удалится. Когда та отходит, Макс поглядывает на Бредли, но сам тоже начинает есть. — Расскажи хоть… Как живёшь? Пять лет не виделись, а оба сидим и молчим, будто языки проглотили. –Я?.. — Бредли берёт в руки вилку. –Ну… Знаешь, не так ярко, как ты. Отец передал свой бизнес… — Продолжаешь семейное дело, значит… Не сказал бы, что это плохо. Денег куча. Всякие… Мероприятия. И всё такое светское…       От подобных слов, Сноберкаст чувствует лёгкую вспышку гнева и ревности, от чего тот крепко сжимает вилку в руке. — Побывал бы ты в моей шкуре… — Что?..       Бредли поднимает взгляд. — Ты… Не представляешь, как я хочу бросить всё это.Это невыносимо. Каждый день тебе приходится проживать один и тот же сценарий. Изо дня в день… Сплошная серость. Да, может быть, кто-то и хотел бы быть на моём месте, но не когда ты отказываешься от себя, ради того, чтобы поддерживать образ своего отца! Быть идеальным… Во всём что ты говоришь и делаешь, — взгляд снова опускается в тарелку. — А кто запрещает тебе быть собой? Бредли… Ты уже давно не маленький мальчик… И даже не подросток… Да плевать там на то, что говорил твой папаша! Что это за отец, что не принимает своего ребёнка. –Макс… У нас было разное детство… Твой отец намного лучше моего, спору нет. Но… Меня вырастили так, я не видел другой жизни.       Гуф замолкает. Он прекрасно понимает это. И Бредли прав, он не видел другого исхода, кроме как наказания за свою индивидуальность. За любое яркое проявление эмоций, за любой неверный шаг. Его «дресировали», для того, чтобы он стал таким. — Я понимаю тебе сложно, но… Ты бы хотел измениться? — Макс слегка наклоняет голову в бок, пытаясь посмотреть ему в лицо. — Честно? — Бредли смотрит Максу в глаза. — Ты даже не представляешь как сильно…       Гуф загорается этим. Он хочет помочь ему пойти на эти изменения, даже не ради их отношений. Ради самого Бредли… Ему было больно видеть его таким тогда, но убедившись, что его «вредные привычки» всё ещё дают о себе знать, боль вырастает в геометрической прогрессии. — Я помогу тебе.