Race

Хёнджин заехал на территорию университета на любимой синенькой BMW M5 и остановил машину на привычном месте в тени высокого дерева. Вслед за ним на парковку въехала девушка на сером мотоцикле и встала сбоку от Хвана. Длинные чёрные волосы выглядывали из-под шлема, спускаясь к самой пояснице. Хёнджин невольно засмотрелся на худые пальчики с длинными чёрными ногтями, которые изящно прошлись сквозь пряди, когда шлем оказался в свободной руке. Студентка повернула голову в сторону, встречаясь с чёрными глазами, полными смешанных эмоций. Лёгкая ухмылка расплылась на пухлых губах с тёмным блеском.  Опустив окно, Хван обратился к девушке: — Я сегодня победил.  — А я сегодня ни с кем и не соревновалась, — перекинув ногу через мотоцикл, она слезла с того и, не слушая дальнейшие фразы старшекурсника, пошагала в сторону здания университета.  Хёнджин схватил с пассажирского сиденья сумку, буквально выскочил из машины и быстро догнал студентку, на ходу нажимая кнопку блокировки на ключах.  — И зачем же ты тогда понеслась меж рядов машин, когда я тебя обогнал?  — Я сделала это, потому что могу и не хочу стоять в пробке или искать объезды, петляя по дворам. Ты слишком много на себя берёшь.  Хёнджин улыбнулся, разглядывая хмурый взгляд девушки, направленный в сторону. Она всегда показывала, что ей не приносят особого удовольствия их встречи и разговоры, но Хван знал, что при всём желании второкурсница уже давно послала бы его, если бы захотела. Она всегда отшивала всех, кто был ей неприятен.  — Ты просто не хочешь признать поражение, Ли Ханна.  — Если ты всегда будешь радоваться несуществующим победам, то мне тебя даже жаль.  Он закатил глаза и, открыв перед Ханной дверь, пропустил ее вперёд. Она была для Хёнджина как ни разу не открытая книга, отложенная на полочке «на потом» с пометкой «самая интересная». Он познакомился с ней каким-то странным образом и предпочитал даже не вспоминать об этом.  В начале четвёртого курса Хван ехал в университет, когда его обогнала девчонка на Suzuki и, посмотрев на него лисьими глазами из-под шлема, помчалась вперёд. Он принял это как вызов. Вдавив газ в пол, Хёнджин понёсся за ней. Абсолютно не зная куда она держит путь, парень ехал за девушкой с чёткой целью обогнать, но не смог. Она в последнюю секунду пролетела на зелёный сигнал светофора и это сильно оторвало Хвана от неё. Расстроившись, что даже имени не узнал, он заехал на парковку университета и увидел там тот самый мотоцикл.  В тот день, кажется, Хёнджин спросил чуть ли не у каждого своего знакомого (а таковых было много) о том, кто обладает серебряным конём. От одногруппницы он узнал, что это некая второкурсница Ли Ханна с факультета юриспруденции. Узнав как она выглядит и даже некоторые факты ее личной жизни, Хван поймал однажды студентку в коридорах университета. Тогда она шла с подружками. Парень спросил что-то о том, не хочет ли она вечером прокатиться на его коне. Ханна на него косо посмотрела и поспешила ретироваться. Благо у виска не покрутила, хотя на её месте Хёнджин так и сделал бы. Но что он мог поделать с тем, что забыл закончить фразу и вместо «не хочешь сегодня вечером прокатиться на моём синем коне с удобными кожаными сидениями?» получилось то, что получилось? Постаравшись забыть о его провальной попытке познакомиться с Ханной поближе, Хван предпринял ещё одну. Подсев к ней на перемене в зоне отдыха, Хёнджин сказал как его зовут, спросил имя девушки в ответ и они вроде как нормально поговорили. Она даже поделилась с ним своим KakaoTalk и охотно отвечала на сообщения, когда тот писал.  Несмотря на то, что Ханна старалась держаться от Хвана подальше, он от неё отлипать не торопился. Ему нравилось, что Ли постоянно строила из себя вечно недовольную, стоило старшему появиться рядом. Возможно, он мазохист, но Хёнджин придерживался лишь одной убеждённости — это она пока глазки закатывает от недовольства. Продолжение фразы он даже в мыслях произносить не хотел, чтоб извращенцем самому себе не казаться.  Сейчас Хван проводил Ханну до нужной ей аудитории и они остановились в коридоре, хоть и звонок на пару уже минут пять как прозвучал. Он сделал шаг к ней, заставляя поднять голову, чтобы сохранить зрительный контакт. Наклонившись ближе к ее лицу, он буквально в губы тихим голосом сказал: — Сегодня парни решили устроить заезд на окраине города. Приедешь посмотреть? Я буду участвовать.  — Хочешь, чтобы я видела твой провал? — Ради тебя я готов выиграть, — Хёнджин улыбается, а Ханна лишь качает головой, не воспринимая его глупые подкаты всерьёз. Если она ему действительно нравится, то почему просто не скажет прямым текстом? Почему продолжает преследовать её в жизни и в переписках? Это какой-то новый вид выражения чувств или просто сталкерство? — А если не выиграешь? — Ли вскидывает бровь, сдерживая ядовитую ухмылку.  — Тогда я от тебя отстану. Но если всё-таки победа будет за мной, то ты, — Хван щёлкает её по носу. — будешь моей, поняла?  Чуть поразмыслив, Ханна пожимает плечами и легко соглашается, тут же скрываясь в аудитории. Теперь Хёнджин просто обязан выиграть и научиться контролировать слова, вылетающие из его глупого рта. Соревноваться собираются парни, для которых гонки — это вода и еда. Они живут этим, а он так… любитель. И как их победить?  Хван должен. Ради Ханны. Во имя отца, сына и святого духа.

***

Закончив переписывать конспект, Ханна закрыла тетрадь и откинулась на спинку компьютерного стула. Взяв со стола телефон, она подогнула одну ногу к груди и разблокировала смартфон. Ей тут же пришло уведомление о новом сообщении в Какао. Писал Хёнджин.  «Выгляни в окно» Нахмурившись, Ли быстро оказалась у приоткрытой створки, глядя на узкую дорогу возле дома. В силу второго этажа она видела происходящее за забором, потому и заметила синий BMW, из окна которого ей махал Хёнджин. Тяжело вздохнув, Ханна вновь опустила взгляд в телефон и написала парню.  «И что ты забыл здесь?» Ответ последовал практически мгновенно. Ли наблюдала как он набирал сообщение на своём новеньком айфоне, облачённым в чёрный чехол.  «Приехал за тобой, гонки в десять» Вскинув взгляд к часам на экране, Ханна вскинула бровь — до гонок оставалось ещё два часа. Видимо, заметив озадаченность девушки, Хёнджин прислал ей ещё одно сообщение.  «Мне было скучно дома и я подумал, что ты весьма гостеприимна»  Закатив глаза, Ли закрыла окно и завесила шторы, обдумывая дальнейшие действия. Заставить его вернуться домой или всё-таки пригласить к себе? Отец, вероятно, с ума сойдёт, если заметит, что Ханна ведёт в комнату какого-то парня. Когда-то они уже пересеклись у её дома — Хёнджин посчитал нужным доехать с Ли, чтобы убедиться в том, что с ней всё в порядке — и Ханне пришлось минут двадцать слушать о том, что о мальчиках ей думать ещё совсем рано и лучше сосредоточиться на учёбе. Мол, женихов у неё ещё будет полно.  Взвесив все «за» и «против», девушка, пытаясь противиться самой себе, быстро спустилась на первый этаж и вышла на улицу. Прохладный вечерний ветер тут же ударил по голым участкам тела, заставляя кожу покрыться мелкими мурашками.  Встретившись лицом к лицу с самоуверенным хорьком, Ханна сдержала порыв придушить его голыми руками и успела сто раз пожалеть о том, что связалась с этим обаятельным идиотом, который только и умеет, что обивать пороги её дома в самый неподходящий момент.  — Мои родители дома, — это было первое, что сказала Ли вместо приветствия.  — Думаю, это не очень страшно для дружеских посиделок, не так ли, Ханна-я? — выходя из машины, спрашивает Хёнджин, а в его глазах пляшут черти. — Или ты надеялась на что-то, о чём родители знать не должны?  — На твоё убийство, — кивнула она и развернулась, молча приказывая следовать за ней. Вразвалочку идя за Ханной, он рассматривал небольшие сады, созданные изящными руками её матери, и котов, развалившихся на скамейках в летней беседке. Зайдя в дом, Ли окинула взглядом периметр гостиной и кухни, не обнаруживая там ни одного из своих родителей. Схватив Хёнджина за руку, она быстро повела его по лестнице на второй этаж и следом так же шустро проскочила мимо спальни взрослых в свою. Хван окинул взглядом милую девчачью комнату и остановился возле плакатов K-pop групп на стене. Он узнал TXT и P1Harmony. Женских исполнителей не было ни на одном постере.  — Чай и кофе предлагать не буду, — недовольно пробубнела Ханна, когда Хёнджин расположился на её кровати, застеленной простым серым пледом. — На что ты только рассчитывал, когда приехал? Раз гонки через два часа, то мне следует начать собираться. Будешь просто сидеть и смотреть?  — За чем-то прекрасным всегда интересно наблюдать, — улыбается Хван, когда видит смущение, отразившееся на лице девушки. — В галерею тоже не поговорить ходят.  — Ладно, я… — Ханна осматривает комнату в попытках придумать, чем занять Хёнджина, пока она отлучится в душ. — Мне надо в ванную. Ты голодный?  Он издаёт смешок и проглатывает язвительную фразу о том, что он, возможно, чересчур голоден по её телу, но решает оставить эти мысли при себе. Ханне совсем не обязательно знать о его грязных фантазиях, которые даже озвучивать стыдно. Возможно, это был поздний пубертат, а может и сама Ли ему нравилась настолько, что он хотел её абсолютно всю: от души до тела.  — Друзья моих родителей вчера устраивали гендер-пати и, в силу своей занятости, я не смогла попасть на мероприятие, поэтому мне передали пару кусочков торта. Не хочешь? Могу сделать кофе, ты какой любишь? Айс-американо подойдёт?  — Из твоих рук я всё что угодно съем, давай пошустрее немного.  Ханна замахивается, чтобы оставить яркий след от удара где-то на плече Хёнджина, но в итоге тихо ругается на него и уходит.  Хван думает, что это самая красивая девушка в его жизни. Ему кажется, что лучше неё нет никого на свете. Ни одна гребанная Анджелина Джоли и рядом не стояла с этой мелкой фурией. 

***

Ханна налила американо, сваренный кофемашиной, в стакан со льдом и, взяв тот в руку, развернулась, чтобы захватить со стола тарелку с тортом, но тут же замерла, сдерживая желание закричать и убежать прочь. Папа стоял в проходе, подпирая плечом косяк и сложив руки на груди. Его прищуренные глаза и внимательный взгляд не предвещали ничего радушного, поэтому Ли не оставалось ничего, кроме как неловко потоптаться на месте, заранее начиная придумывать оправдания.  — Чья машина стоит у нашего дома, Ханна-я?  — Моего друга, папа. Ничего особенного.  — Того самого, что провожает тебя после университета?  — Ага… да… это он.  — И вот это, — отец обвёл пальцем всё, что Ханна держала в руках, — ему?  — Ну да, не могу же я оставить своего гостя голодным. Он просто… Мы… — Ли заикалась, не зная как лучше сказать папе о том, что на ночь глядя она собирается уехать на нелегальные гонки, в которых, если тот самый друг победит, то она станет его.  — Вы…? — пытался надавить на неё старший, приподнимая брови и ожидая наконец услышать внятные полноценные предложения.  — Мы поедем прогуляться немного чуть позже. Это ненадолго. Я думаю. Вот.  Ханна вообще не понимала почему сейчас отчитывалась перед отцом, будто ей десять, а не двадцать. Она уже совершеннолетняя и может позволить себе пойти хоть на всю ночь гулять с парнем. Что в этом такого-то?  — Ты думаешь? — вскинул бровь папа и в ответ Ли тупо кивнула. — Домой ночевать вернёшься?  — Конечно, что за вопросы? — чуть вскинула руками девушка, будто это было само собой разумеющееся. — Прости, папа, у меня нет времени. Ещё минут пять и я буду сильно опаздывать, — быстро ретировавшись с кухни, Ханна вернулась в комнату.  Хёнджин теперь уже лежал на её кровати, залипая в телефон. Отвлёкшись от какой-то игры, он посмотрел на Ханну и улыбнулся, заметив в её руках сладость.  — Buon appetito, — оставив тарелку и стакан на рабочем столе, сказала Ли и подошла к шкафу, беря оттуда полотенце и вещи.  — Grazie, — ответил ей Хёнджин, располагаясь на стуле и не переставая наблюдать за девушкой. Она металась туда-сюда, выглядя взволнованной и растерянной. — Что-то случилось пока тебя не было? — слизывая с ложки остатки крема, поинтересовался Хван.  — Папа знает, что ты здесь. Сильно не удивляйся, если он внезапно зайдёт, пока я буду в душе, и начнёт рассказывать о важности контрацепции. Ну, или начнёт угрожать тем, что лишит тебя наследства, — Ханна бросает взгляд на ширинку светлых джинс. — если ты обидишь меня.  В ответ Хёнджин лишь усмехается. Ли уверена, что весело ему только пока не удосужилось реально поговорить об этом с её отцом. Конечно, обсуждал он эту тему только в крайних случаях и только с Ханной (раньше с её парнями общаться не доводилось, потому что тех попросту не было).  — Всё, я вернусь где-то через полчаса, — закрывая за собой дверь говорит Ли и молится, чтобы за это время не произошло ничего серьёзного.  Как же тяжко жить в её семье. 

***

Когда Ханна вышла из ванной, то застала довольно интересную картину. Хёнджин сидел за ее рабочим столом и рисовал что-то на вырванном из тетради листе. Подойдя ближе, она заглянула через его плечо и вскинула брови, удивляясь. Тонкие хаотичные линии чернил образовывали её портрет.  — Это так… красиво, — наклонившись, Ли стала внимательнее вглядываться в незамысловатый рисунок на скорую руку.  — Почему-то мне очень захотелось нарисовать тебя, — пожал плечами парень и посмотрел на живую версию своего рисунка. — Надеюсь, ты не сильно против, что я вырвал лист из тетради по праву? Мне не хотелось рыться у тебя в ящиках и искать чистую тетрадь.  — Всё нормально, — махнула рукой Ханна и отложила рисунок. — Знаешь, я пока в душе была, думала что мне лучше надеть и так и не решила. Поможешь? Со стилем у тебя вроде порядок.  Не дожидаясь согласия от Хёнджина, она распахнула шкаф и стала показывать одно за другим платья. Чем короче было следующее, тем сильнее перекашивало миловидное личико парня. Ханна закатила глаза, когда он предложил надеть что-то простое — футболку и джинсы, например.  Она объяснила свой выбор, остановившийся именно на платьях тем, что его, возможно, будущая девушка должна блистать и сразить всех наповал. Тогда все соперники отвлекутся на неё и Хёнджин точно выиграет.  — Ты глупая, — покачал головой он. — Тебя изнасилуют быстрее, чем я приеду на финиш.  Ли надула губы и нахмурилась, обдумывая его слова. Ей безумно хотелось надеть платье, потому что она рассматривала этот вечер с Хёнджином как свидание. Она солжет, если скажет, что выбрала разное и совершенно простое белье. Не то что бы она собиралась прыгать в койку к Хвану в первый же вечер…. Это так, для внутренней уверенности.  — Даже не думай о платье, — словно считывая мысли Ханны, говорит он. — На улице холодно. Простудишься.  Последний раз посмотрев в глаза напротив с мольбой и увидев там лишь упрямое «нет», девушка вздохнула и достала рваные джинсы багги и серый боди с длинным рукавом, открытыми бёдрами и молнией до середины груди. Вновь скрывшись в ванной, Ханна переоделась и посмотрела на себя в зеркало.  Боди плотно облегал её тело, ложась как вторая кожа. Расстегнутая молния открывала соблазнительный вид на декольте. Джинсы винтажного стиля хоть и были с блестящим ремнём, но намеренно сидели низко, не скрывая плавных изгибов талии и округлых бёдер. От красивого белья всё-таки пришлось избавиться, чтобы то не выглядывало из-под одежды.  Ханна усмехнулась своим мыслям о том, что Хёнджин наверняка даже не найдёт слов, когда увидит во что оделась девочка из милой розовой комнаты. 

***

Он действительно не знал что сказать. Разинув рот и пару раз глупо хлопнув глазами, парень выдавил из себя лишь тихий писк и тут же сомкнул губы.  Хёнджин молча наблюдал за тем, как Ханна села за столик с огромным подсвечивающимся зеркалом и достала из ящика фен. Он смотрел как развевались её волосы, в комнате вкусно пахло её шампунем и, наверняка, какими-то масочками. Фруктовый аромат окутал его полностью, оседая на лёгких как дым сигарет.  Хван не знал как отвести взгляд от её уточенных черт лица, стройной фигуры и сияющих, похожих на щенячьи, глаз.  Ханна не была как подавляющее большинство девушек, которых он встречал. Все, как ненормальные, смотрели не ему в глаза, а ниже — в карманы, набитые деньгами. Ли же это было абсолютно неинтересно — она ведь сама из довольно обеспеченной семьи. Пусть и не настолько богатой, как его. Ханна не пыталась казаться нарочно милой и не делала ничего, чтобы специально понравиться Хёнджину. Она любила чёрный цвет везде: в одежде, на ногтях и на глазах. Смоки айс ей безумно шёл, Ли была похожа на рокера. Он и представить не мог её в милом розовом платьице с бантиками в волосах.  — Ты скоро во мне дыру прожжёшь, — Ханна смотрит на парня через зеркало, ловя его рассеянный взгляд. — Хочешь тебя тоже накрашу? Будешь как айдол. Все девчонки будут твои.  — Даже ты? — он чуть наклоняет голову вбок, улыбаясь.  — Вот накрашу и тогда посмотрим, — она хватает со стола косметичку и в секунду оказывается на кровати рядом с Хёнджином. Её глаза полны азарта и какого-то детского счастья. Он не мог отказать.  Парень смирно сидит, закрыв глаза и покрывается мурашками при каждом прикосновении Ханны к его плечу или шее — пока вторая ее рука орудовала кисточками, свободная искала опору где-то на теле Хвана.  Открыв глаза и тут же поймав ответный взгляд, Хёнджин, не раздумывая, обхватил её личико ладонями и поцеловал. Воспользовавшись растерянностью Ханны, он взял инициативу в свои руки и коснулся языком ее губ. Хван почувствовал, как она вздрогнула и, будто очнувшись, ответила на поцелуй. Рука Ли, что покоилась на его плече, чуть сжала ткань футболки и переместилась на затылок.  Когда Ханна приподнялась, чтобы оседлать бёдра Хёнджина, послышался стук в дверь и она отлетела от него как ошпаренная. В комнату заглянула мама.  — Привет, — она улыбнулась Хвану. Тот поднялся с кровати и поклонился, сопровождая это негромким «здравствуйте». — Ханна-я, папа сказал, что у тебя гости.  — Я Хван Хёнджин, — представился он и посмотрел на Ханну. Её брови тут же взметнулись вверх, а на лице отразилось одно лишь слово: «блять». Не поняв, что он сделал не так, парень нахмурился, но Ли молчала.  — Не хотите спуститься поужинать с нами? — спросила мама и перевела взгляд на дочь. — Я приготовила кимбап, как ты любишь.  — Нет, мам, мы закажем еды, — махнула рукой она. — Всё равно гулять идём.  — Хёнджин, а ты точно не голодный? А то Ханна за тебя наговорит, — тепло улыбнулась женщина. В ответ он лишь покачал головой и, прикрыв за собой дверь, она ушла.  Ли, тихо ругаясь, взяла со стола ватные диски и мицеллярную воду, направляясь обратно к Хёнджину.  — Ты только посмотри на себя! — она подвела его зеркалу и Хван заметил на своих губах помаду девушки. На его лице расползлась самодовольная улыбка. — Ну и чего ты лыбу давишь? Мама точно всё поняла.  — Да ладно, ты же не маленькая, — закатил глаза Хёнджин. — Она же не застала нас за чем-то непристойным. Просто поцелуй.  — Просто мой первый поцелуй, — недовольно сказала Ханна и стала стирать с его губ блеск. Парень замер и посмотрел в глаза напротив.  — Серьезно? Я думал, что это ну хотя бы сотый. Мне даже жаль, что мой первый поцелуй был не с тобой, — в ответ она лишь покачала головой, не желая озвучивать свои мысли по поводу подкатов Хвана. — А я первый раз поцеловался с парнем, кстати. Летний лагерь, мне пятнадцать, после отбоя почти все парни собрались в одной комнате и играли в бутылочку. Лучше развлечения не найдёшь, да? — Ханна хихикнула и зачесала назад упавшие на лоб волосы Хёнджина. — Я похож на айдола теперь? С макияжем.  — Очень, — кивает она. — Думаю, нам пора идти. До десяти осталось сорок минут. Далеко гонки проходят?  — Полчаса и мы на месте. 

***

Ханна с восторгом в глазах наблюдала за пролетающими мимо неё спортивными машинами и мотоциклами. Рёв мотора оглушал, а срежет шин на крутых поворотах сопровождался дымом из-под колёс. Ли была готова захлопать в ладоши от радости побывать здесь. Она любила адреналин, скорость и, конечно, гонки.  — Тебе нравится, красавица? — Хёнджин приобнимает Ханну за плечи, прижимая ближе к себе. Она дрожала от холода, но всё её внимание было обращено лишь на соревнования.  — Очень, — кивает Ли. — Можно я поеду с тобой? — она смотрит на парня снизу вверх умоляющим взглядом и он не может сказать «нет», когда её тёмные радужки так блестят. Молча кивнув, Хван заметил на лице Ханны широкую улыбку, полную счастья.  Когда подошла очередь Хёнджина, они с Ханной заняли свои места и она, словно на иголках, стала ждать знак старта. На полосу вышла девушка в красивом облегающем платье выше колена и, ухмыльнувшись, взмахнула флажками.  Хёнджин сорвался с места в ту же секунду, стремительно набирая сумасшедшую скорость. У Ханны, кажется, даже сердце замерло и органы опустились куда-то вниз. Приятное покалывание адреналина в кончиках пальцев заставляло всё с большим упоением оглядываться назад и видеть, что их соперник отстаёт. Хёнджин вилял из полосы в полосу, не давая себя обогнать и продолжал вжимать газ в пол.  На поворотах он ловко выворачивал руль, и нёсся дальше, будто и не замечал ничего вокруг. Сейчас для него существовала только дорога и необходимость выиграть. Если он сможет одержать победу в этом заезде, то попадёт в четвёрку лидеров, а потом и в финал гонок. На кону были огромные деньги, которые его совсем не волновали. Его целью была только Ханна.  Яркие белые фары остались позади и девушка перевела взгляд на Хёнджина. Его лицо выражало только максимальную сосредоточенность. Расслабляться нельзя было ни в коем случае — в любой момент его соперник мог поравняться с синим BMW, что было бы очень некстати.  Ханна закусила губу, когда увидела впереди финишную линию. Они пересекли её за пару секунд и Хёнджин остановился, дрифтуя. Ли услышала его вздох, словно до этого парень не дышал вовсе.  — Это было так круто, — еле сдерживая эмоции, сказала Ханна. — Можно мне в остальных заездах прокатиться снова?  — Нет, — покачал головой парень. — Я буду переживать за тебя. Это опасно, а отвечать за твою жизнь я не хочу. Понаблюдаешь со стороны, ладно? — он заправляет прядь чёрных волос за ухо и Ханна кивает, соглашаясь.  Они вышли из машины и прошли к толпе, что рвала глотки за первых полуфиналистов. Хёнджин не был уверен в своих силах, пусть его навыки вождения и превосходили стандартный уровень. Год назад он часто участвовал в гонках, но никогда не выходил дальше полуфинала. Если он не сможет и сейчас, то потеряет всё.  Посмотрев на Ханну, парень подумал, что упустить ее не сможет ни за что в жизни. Если надо будет — он подрежет гада, что будет в заезде с ним; столкнёт с трассы, если потребуется.  Оглядев девушку рядом с собой, Хёнджин ещё раз оценил её сногсшибательный внешний вид. Он отметил отсутствие нижнего белья на ней сразу, как только она вышла из ванны. Сейчас, из-за холода, через плотно облегающий боди он видел вставшие соски и, блять, он никогда не думал, что чья-то грудь может выглядеть так красиво даже через одежду.  Стянув с себя зипку, Хван наклонился к уху Ханны и попросил просунуть руки в рукава. Она, не сопротивляясь, надела кофту старшего и покорно стояла, не двигаясь, пока Хёнджин застегивал молнию. Накинув капюшон Ли на голову, он потрепал её за тот и поймал недовольный взгляд.  Хван считал Ханну милой, когда она пыталась выглядеть угрожающе. Он считал её губы, облачённые в тёмный блеск, весьма привлекательными. Ему до одури нравилась Ли Ханна и Хёнджин не знал что с этим делать. 

***

Ханна с замиранием сердца слушала отдаленный рёв мотора, искренне надеясь, что это Хёнджин летит на всех скоростях покорять финал заезда. Девушка, что каждый раз выходила на старт, сказала Ли, что парня, с которым соревнуется Хван побеждали лишь единицы.  Ханне было всё равно. Она верила в Хёнджина и была готова стать его, даже если он не выиграет гонки. Он и так одержал победу уже в двух заездах, а это дорогого стоит.  Натянув рукава чёрной зипки до кончиков пальцев, Ли с особым волнением ждала появления на горизонте синей машины. Мелкая дрожь прошлась по спине в томительном ожидании. Ханна успела миллионы раз проклясть дорогу, усеянную склонами, за которыми ничего не было видно.  — Да не трясись ты так, — усмехнулась всё та же девушка. — Не выиграет он.  — Это американец твой не выиграет. Уж слишком самоуверенное у него ебальце было на старте.  Послышались визги толпы и Ханна тут же перевела взгляд на дорогу, отвлекаясь от навязчивой собеседницы. Сердце пропустило удар. Она не знала как ей реагировать. Громкие крики оглушали настолько, что Ли слышала их, как сквозь толщу воды. Словно где-то на глубине Марианской впадины.  Посмотрев на самодовольное лицо победителя, Ханна сжала руки в кулаки. На губах расплылась улыбка. Хёнджин остановился неподалеку от неё и вышел из машины. Американец, как его прозвала девушка из-за его странного имени — Майкл, приехал на долю секунды позже, но этого было достаточно, чтобы в груди Хвана загорелся пожар, а в голове набатом отбивалась лишь одна фраза: «Ханна — твоя».  Она подбежала к парню, крепко обхватывая его шею руками и говоря слова поздравлений.  — Я в тебя так верила!  — Видимо поэтому мне и удалось выиграть, — смеётся Хёнджин и, обхватывая её талию, приподнимает девушку, отрывая ноги Ли от земли. — Теперь ты точно моя, Ханна-я. 

***

Она не помнила как согласилась остаться у него на ночь, но сейчас почему-то сидела дома у Хёнджина после душа в его одежде, окружённая едой из МакДональдс’а. Он включил на огромном плазменном телевизоре фильм. Это был триллер. Ханна молча жевала свой бургер, не отводя взгляд от экрана, в то время как Хван не мог оторвать взгляд от неё. Кажется, такая прелестная картина ему могла только сниться.  Ещё пару дней назад Хёнджин даже подумать не мог, что совсем скоро Ли Ханна станет его девушкой. Она же от него шарахалась без конца, не забывая сказать ему пару ласковых. Конечно, младшая продолжала с ним общаться несмотря на своё вечное недовольство его поведением и только поэтому Хван не оставлял попыток добиться ее расположения.  — Ханна? — он позвал её, вынуждая отвлечься от драки на экране. Собранные в пучок волосы забавно метнулись, когда Ли повернулась. — Ты очень красивая, — она вскинула бровь, находя время не самым подходящим для комплиментов. На ней не было макияжа, волосы были собраны в чёрт знает что; вместо сексуального платья — мужская одежда, и кусок бургера за щекой. Красивая? — Ты мне нравишься очень. Я говорю это потому, что правда так думаю, а не потому что должен. Я хочу, чтоб ты знала, что пари между нами не было шуткой. Я не хотел развлечься или воспользоваться тобой.  — Я… — она начала говорить, но не знала что именно ей стоит ответить. — Мне приятно. И… ты тоже нравишься мне, уже давно. Наверное, даже с самого начала. С того самого дня, когда я тебя обогнала впервые. Кажется, мне хватило одного взгляда в твои глаза, чтобы почувствовать как быстро бьётся сердце.  — И почему же ты тогда так долго меня морозила, Ханни?  — Я не понимала твоих мотивов и хотела знать точно, нравлюсь ли я тебе.  Хёнджин потянул девушку на себя, прижимая ее спиной к своей груди. Она в последний момент захватила стакан с колой, протестуя, и всё же уместилась меж его разведённых ног. Подбородок Хвана удобно расположился на макушке Ханны и они вместе продолжили просмотр фильма, поедая фастфуд.  Ли была окружена его тёплом и это было приятно — вот так сидеть с кем-то и чувствовать трепет в груди. Ей нравилось быть нужной кому-то и простые объятия могли согреть её посильнее солнца в пустыне.  В очередной раз отвлёкшись от фильма, Хёнджин поцеловал Ханну в щёчку, потом за ушком и спустился к шее. Она молча принимала его ласки, не отвлекаясь от захватывающего сюжета. Изначально Ли понимала, что простой ночёвкой дело не закончится, если она не скажет «нет» и теперь Ханна не была уверена в том, что сможет произнести хоть какой-то намёк на отказ. Она ждала этого слишком долго, чтобы вот так просто прервать.  — Пахнешь вкусно, — шепчет Хёнджин. — Мной.  Ханна улыбается и поворачивается к парню, глядя в его опьяненные похотью глаза.  — Кажется, этим вечером я пропиталась твоим запахом на подкожном уровне, — она тянется к Хвану за поцелуем, но их прерывает телефонный звонок. Ли пытается отстраниться, чтобы ответить, но Хёнджин не хочет её отпускать. — Это мама, мне нужно ответить, дурак.  Вырвавшись, Ханна берёт телефон и принимает вызов. Мама интересуется, вернётся ли ее любимая дочь сегодня домой.  — Мам, я… — она смотрит на Хёнджина и он кивает ей мол «говори, не бойся, ты уже большая девочка». — Мам, я останусь сегодня у Хёнджина.  — Я вас отвлекаю? — слышится по ту сторону мобильного.  — Что? Нет! Конечно нет. Мы смотрим фильм. Скоро будем ложиться спать. Ничего такого.  — Хорошо, сладких снов, дорогая, — ласково отвечает мама и Ханна готова поклясться, что слышит в её голосе ехидную ухмылку. Пожелав спокойной ночи в ответ, она сбрасывает и закрывает глаза.  — Да ты на подростка похожа, — смеётся Хёнджин и уворачивается от кулаков Ли. — Думаю, мама не подумает о тебе плохо, если ты когда-нибудь скажешь, что у тебя есть парень, с которым ты — о боже! — целовалась.  — Закрой рот, чучело, — недовольно бросает Ханна и смело садится на бёдра парня, беря его лицо в свои руки. — Или мне тебя заткнуть?  — О, да, пожалуйста, — улыбается он и крепко обнимает Ли за талию, пальцами пробираясь под футболку.  Девушка целует Хёнджина и слишком соблазнительно ёрзает на нём, пытаясь сесть поудобнее. Он тихо стонет, когда она трётся о его член, к которому слишком уж стремительно приливала кровь. Поцелуями Ханна опускается к шее Хвана, оставляя на блендой коже влажные следы. Наслаждаясь трепетными ласками младшей, он закрывает глаза и запускает руки под серые спортивки, сжимая упругие ягодицы.  В ответ на уверенные касания Хёнджина, Ли томно вздыхает и от этих звуков у парня по спине бегут мурашки. Она такая невероятная и вся его. Разве в это можно поверить? Хван был пьян её феромонами.  Шустрые пальчики поддевают свободную майку и та остаётся лежать где-то в углу кровати. Парень отстраняется, чтобы посмотреть как короткие ноготки царапают подтянутый торс и замечает вздымающуюся грудь перед собой. Не медля, Хёнджин срывает футболку с Ханны и тут же припадает поцелуями к раскалённой коже. Россыпь из алых меток появляется на шее, ключицах и груди Ли. Такая картина заставляет член Хвана нетерпеливо дёрнуться, желая большего.  Длинные пальцы пробираются к промежности девушки и касаются влажных складок. Природная смазка позволяет среднему пальцу скользнуть внутрь, а после и второму. Ханна схватилась за плечи Хёнджина, пока его губы исследовали каждый миллиметр шеи. Он прикусывал и так покрасневшую кожу, а после зализывал несуществующие раны.  Ли была готова растечься лужицей прямо сейчас от наполнивших её приятных ощущений. Ещё никогда ей не доводилось чувствовать всё так ярко и возбуждаться от одних лишь касаний языка к коже.  Большой палец парня стал массировать клитор и у Ханны почти посыпались искры из глаз. Первый стон сорвался с покрасневших от терзаний зубами губ и Хёнджин продолжил сводить её с ума, параллельно целуя ложбинку меж грудей.  — Оппа, мне нужен ты, — умоляющим тоном протягивает Ханна и смотрит в глаза напротив. Хван отрывается от её манящей сладостью кожи, не прерывая ни зрительный контакт, ни движения рукой. Ли выгибается ему навстречу, выдыхая через рот.  — Ты безумно красивая.  — Пожалуйста, — шепчет Ханна и сильнее впивается чёрными ноготками в плечи, но парень и не думает прекращать. Он с животным наслаждением наблюдает, как её тело содрогается, а с губ слетает громкий стон. Горячие стенки сжимают его пальцы и только тогда Хёнджин позволяет себе отстраниться и перевернуть их так, чтобы быть сверху.  — Ты ещё красивее, когда бьешься в конвульсиях экстаза, милая, — он убирает волосы с её лица и стягивает штаны и с Ханны, и с себя. Хван тянется к прикроватной тумбочке и достаёт оттуда презерватив. Быстро открыв упаковку и раскатав латекс по члену, он устраивается меж разведённых бёдер.  Ханна легко принимает его, шумно втягивая воздух через нос. Она берет его за руку и переплетает их пальцы, пока Хёнджин аккуратно толкается в горячее лоно, боясь навредить.  — Всё в порядке?  — Продолжай, — кивает Ли, давая зелёный свет.  Постепенно ускоряя темп, Хван вскоре стал интенсивнее вбиваться в податливое тело. В комнате внезапно стало градусов на пятнадцать жарче и запахло сексом. Он почувствовал, как по его спине скатилась капелька пота и пятерней зачесал влажные волосы назад. Ханна рвано стонала под ним и свободной рукой сжимала белоснежное одеяло.  Хёнджин хотел бы запечатлеть эту картину в своей голове надолго, а после отразить на бумаге. Он любил рисовать всё, что ему нравилось и Ханна была на первом месте в его скромном списке.  Большая ладонь уместилась на груди, слегка сжимая, и следом опустилась ниже, очерчивая изгибы талии. Ханна потянула Хёнджина к себе за серебряную цепочку и впилась в пухлые губы поцелуем. Боже, его губы… Она давно хотела попробовать их на вкус. Их языки сплелись в танце пламени, вызывая пожар мирового масштаба где-то внизу живота. Ли протяжно простонала, когда парень стал с особой яростью вбиваться в её тело, доводя до очередного оргазма. Изящное тело вновь содрогнулось, заставляя низко простонать и Хвана, когда узкие стенки сжали его член. Хёнджину хватило нескольких толчков в дрожащее тело, чтобы излиться и упасть рядом.  Лучшего секса в его жизни не было ещё никогда. 

***

Хёнджин улыбнулся, когда мелкая фурия на сером Suzuki обогнала его и привстала, а после сильнее наклонилась к байку, набирая скорость и ныряя в поток машин. Сильнее надавив на газ, он ловко перестраивался из ряда в ряд, огибая неторопящихся водителей, следуя за Ханной.  На парковку университета она заехала первая.  — Привет, красавица, — Хван целует девушку сразу, как только оказывается рядом. Она улыбается и обвивает руками его торс, прижимаясь к крепкому подкаченному телу.  Ее ладошка удобно уместилась в его и они вместе направились в здание универа.  Хёнджин не знал как жил раньше без постоянной непосредственной близости Ханны. С недавних пор они просыпались в одной кровати каждое утро и Хван был только рад видеть её сонное личико у себя на плече.  Он ещё никогда не любил никого так сильно, как Ханну. Его бездумное пари стоило ему счастливой жизни рядом с ней. Он рад, что не облажался.