Прощай, любовь моя

Август всё для себя решил. Сегодня же он покидает Санкт-Петербург. Его нахождение здесь уже не имеет смысла, всё, что нужно он сделал. Полиция заключила с ним контракт, Волков устранен, всё идёт как по маслу. Но есть одно но... Дима. Хольт любил его. Настолько сильно, насколько вообще был способен. Дубин был его слабостью. Рядом с ним всё уходило на второй план. Юноше стоило только улыбнуться, и Август забывал о всех своих планах. Он мог уходить со встреч ради него, отменять важные дела, только чтобы вновь увидеться. И это ставило под угрозу будущее всей корпорации. С каждым днём чувство разрасталось всё больше. Чем чаще он видел Диму, тем сложнее ему было не думать о нём. И Хольт понимал, что продолжаться так больше не может. Он уже совершил ошибку, когда признался в чувствах Дубину, когда поцеловал его, нежно обнимая за талию. А ошибки, как он знал, недопустимы, особенно в его случае. Каждый неверный шаг вредил плану, он просто не мог так рисковать. Любой день мог стать для него последним, и Август даже думать не хотел о том, что умрет, не исполнив задуманного. Он сидит в самолёте. Перед глазами словно проносится вся жизнь, а на самом деле последние два месяца. Вот он впервые встречает Диму, разговаривает с ним, юноша робко улыбается ему. Или вот, совсем недавнее, Хольт просыпается и видит как Дубин собирается на работу, придирчиво глядя на себя в зеркало. - Как думаешь, он к рубашке подойдёт? - парень показывает Августу тёмно-коричневый галстук и тут же достает другой, черный. - Или этот? Тогда они выбрали чёрный и Дима, не забыв поцеловать любимого на прощание, поспешил на работу. Тогда они были счастливы. У Августа было ощущение, словно всё это ему приснилось. Будто не было всех этих ночей, что они провели вместе. Не было тех долгих прогулок по городу и робких поцелуев в подворотнях. И на самом деле лучше бы приснилось, тогда было бы не так сложно расставаться. Но ничего, Дима его поймет. Он знал, что всё так закончится и всё равно был с Хольтом до конца. «Меня не волнует, что будет потом, потому что я хочу быть с тобой сейчас». Слова эхом отдавались в сознании. Если бы он мог вернуться назад во времени, он никогда бы не заговорил с Димой. Он боялся представить, что будет с Дубиным, когда тот проснется и заметит, что один. Хольт ушел среди ночи, как только его возлюбленный уснул. Это было неправильно, он знал. Но как только он представлял, как прощается с Димой, как слезы начинают катиться по таким нежным щекам юноши... Он просто не сумел бы. - Прощай, любовь моя, - последнее, что сказал Август, прежде чем навсегда покинуть Диму. Одинокая слеза покатилась по щеке Августа. Он спешно стёр её и посмотрел в окно. - We're ready, Mr. Holt? Мужчина даже не посмотрел на подчинённого. Лишь достал из кармана очки, оценивающе их рассматривая, и только потом ответил: - Yes. Кже через пару минут они взлетели. И чем дальше они были от города, тем больше сжималось сердце Августа. В голове вдруг всплыли строчки из старой песни, которую ему когда-то играл на гитаре Дима: «Я тебя никогда не увижу. Я тебя никогда не забуду...» В это же время, в одном из домов Петербурга, были слышны тихие всхлипывания. На полу с маленькой запиской в руках сидел молодой человек, такой красивый и такой несчастный. Слезы обжигали его щеки, и он едва успевал их стирать. «Прости меня, Дима. Мы были обречены. Я покидаю тебя.

Навсегда твой,

Август»