Два года

Десятый месяц. Начался. Я снова думаю. Десятый месяц. Я потеряла, мне казалось, Три года в мыслях о тебе. Что-то со мною, вправду, сталось. Себя теряю я в себе. Сегодня я сажусь за стих. Он о тебе. Скорей… и он. И день, и сон, и ночь, и стих — Всё о тебе. Всё. Даже он. Я вспомнила свой полунавык — Могу глаголы рифмовать. Соплей мешок моих ебаных Могу в стихе заритмовать. Прости меня за мои сопли, За мою жалкость и вобще, Что превращаю свои вопли В полуискусство о тебе. Прости, что не могу другую Найти несчастную такую, Чтоб по ней тоже слёзы лить, Чтоб и о ней мою смешную Жалкую гадость сочинить. Мне тяжело. Я хочу выть. Я десять месяцев варюсь В своих пиздостраданьях. Если увижу — не сдержусь. Я НЕ ЗНАЮ «НОРМАЛЬНО». Зачем взяла ты мою руку? Зачем ты помогаешь всем? Лучше уйди. И мою скуку Оставь мне. Я побуду с ней. Одной не так мне больно. Лучше одной. Прошу. С тобою — в сердце колья. Давно тебя не жду. Я не скажу ни слова, Ни буквы. Но ты, блять, Ты пишешь мне. Я снова ТЕРЯЮСЬ В МЫСЛЯХ. БЛЯТЬ. Пусти. Не рви мне душу. Я встречи жду с тобой. Сердце моё послушай. Хочу. лишь. быть. с тобой. Пусти меня. Танцуй. Танцуй с другими, милая. Рискуй. Живи. Танцуй. Я буду гнить в постели. Я в самый ясный день Заброшу те качели, Не вспомнить чтоб о ней. Я проговорюсь пред ними, Чтоб слушать их звонкий бред. Я буду шагать босыми «Психологу» в кабинет. Пусть нет у меня ни близких, Ни дома, ни смысла нет. Продолжу писать записки Тебе. Словно вижу свет. Тебе посвящу историй Тыщ пять, напишу поэм, Придумаю аллегорий, Чтоб спрятаться от проблем. Я стан рисовать твой буду Ужасной своей рукой. Я, честно сказать, не забуду, Что ты сотворила со мной. Я не боюсь потеряться Средь лиц, тобою любимых. Я только хочу остаться В моих историях длинных, Что я сочиню о тебе. Быть может, захочешь понять: Зачем? Почему же ты? Ах, я хотела бы знать. Зачем ты такой красоты Но кто бы понять ещё смог, Увидеть мир так же, как ты? Кто знал бы ещё то, что бог — Власти средство. Мечты. Кто смог бы меня обмануть Серьёзным лицом, сказав глупость? Кто мог бы меня толкнуть в грудь Чувством горячим. Сухость В моём рту Образовав? И стала б я из-за кого Писать в изорванных листах Свой глупый стих, потом его Ещё сто раз перечитав? На сердца струнах кто сыграл бы И взял бы кто на них баррэ? Я знаю, только ты смогла бы. Петь в самом классном кабаре. Затем я снова просыпаюсь, Я плачу в жалости своей. Я знаю. Знаю. Знаю. Знаю. Мне никогда не быть твоей. Тебе — моей. Быть может, я и есть больна. «Психолог»! Точно! Он поможет! Тогда, быть может, тишина Во мне осядет. Снова гложет Меня лицо твоё. И руки. И губы. Волосы. Подобна я текущей суке. Мне мерзко от самой себя. Пришла ко мне одна мысля. Зачем же пишешь мне? Как я, Таких полно. Ты знаешь много Людей. Так я тебе же нахуя? У тебя много «интересных», Таких и разных, и других. Нам всем уж будет слишком тесно В головушке твоей. Про них Ты думай. Им пиши. На них смотри своей украдкой. Касайся лучше их души. А мне и так уж слишком гадко. За стих мне стыдно, мерзко даже. Но чувства мерзкие всегда. Кто знал тогда? Кто был на страже? Когда мне полная пизда. Мне жарко в сердце. Тяжело. Мечт о тебе мне не изгнать. Уж десять месяцев прошло. Но я хотела б целовать. Любить всем сердцем, Как люблю, И нести всякую хуйню. И мне, и стих пора кончать. Люблю безумно тебя, блять. Надеюсь, слёз моих хватило, Любовь трагедьей чтоб назвать.