15 - это для тебя, Пташка

***

      Сквозь распахнутые двери просторного спортзала доносятся гомон и стук мечей о паркет, писк свистка и критикующие возгласы тренера команды противника, которая прямо сейчас разогревается перед предстоящим матчем. Невысокий длинноволосый юноша с осветленной макушкой стоит чуть поодаль от открытого прохода. Небольшие порывы ветра развивают платиновый блонд с завивкой и подол его свободных шорт на широкой, плотно сидящей и отлично подчеркивающей его стройность, резинке. Парень стоял, сложив руки в замок и прижав их к груди. Люди, которые спешили занять места на трибунах проходили мимо, но с интересом косились в сторону юноши. Феликс знал, что привлекает внимание, выглядя непривычно "не по-мужски" в рамках гомофобной Кореи, знал, что притягивает взгляды своими довольно нежными чертами лица. А еще он знает, что все это - его. Его парня. Парня, который уверенными и размашистыми шагами надвигается прямиком к Ли с числом "15" на всю спину. Природу возникновения именно этого номера на баскетбольном джерси своего парня Феликс до сих пор понять не может. Чанбин тем временем стоял уже совсем рядом, буквально обдавая лицо напротив своим дыханием.       - Чего не заходишь, Пташка? - Пташка. Это обращение Со придумал еще в первую их встречу. Но что тогда, что сейчас оно вгоняет Феликса в краску и заставляет его растекаться в лужу прямо там, у входа в университетский спортзал, где десятью минутами позже его парень будет рвать противников на баскетбольной площадке. Ли ни на секунду в этом не сомневается.       - Тебя ждал, - парень льнет ближе к спортсмену, прилипая к его боку. Чанбин правой рукой обнимает младшего за худые плечи и вместе с ним направляется к скамейкам, где расположилась его команда. Нарочно идет вдоль трибуны, делая практически целый круг, не в силах справится с желанием показать всем, к кому сегодня пришел блондин в летящих белоснежных шортах и темно-синей ветровке адидас с высоким воротом, принадлежащей самому Со. К нему пришел - с ним и уйдет. Поэтому сажает подальше от всех желающих получить номер притягивающего взгляд парня и поближе к себе.       У скамьи уже стояла вся команда, бурно что-то обсуждала. Чанбин с Феликсом становятся с краю, последний сразу присаживается на свободную часть скамейки рядом с приветливо улыбающимся Хан Джисоном. Чанбин быстро переключает свое внимание с младшего к теме разговора. Сменяется и его выражение лица. Феликс завороженно сканирует знакомые черты, с каждым разом подмечает новые детали. Ему до дрожи в коленях, до волны мурашек по всему телу двойственность Со Чанбина нравится. Когда он самый нежный и ласковый, зовущий Ли таким родным и полным любви Пташка, а в следующий миг - серьезный и суровый по отношению к тем, кто не Феликс и к тому, что с Феликсом не связанно.       - Можно дышать, Ликси, - Джисон рядом гаденько посмеивается, ехидно поглядывая на замершего в восхищении друга. Феликс отмирает, пихает парнишку в бок.       Слышится оглушающий свист - пора начинать игру. Спортсмены в последний раз кротко переговариваются и разворачиваются, намериваясь отправится в центр освободившейся площадки. Ли Минхо, легкий форвард, который стоял ближе всего к Чанбину и Феликсу, наклоняется и чмокает на секунду смутившегося Хана в губы. Феликс закусывает свою собственную губу, в ожидании поворачивается в сторону, где мгновением раньше стоял Со, но видит только отдаляющуюся спину. Взгляд снова цепляется за номер на той самой спине и раньше, чем его мозг успевает среагировать, выдает:       - Хён, и все таки, почему 15? - получается громче нужного, люди с трибун и остальные спортсмены обращают на него свое внимание. Парень слегка тушуется, но все еще смотрит на своего парня, ловит его взгляд.       - "15" - это для тебя, Пташка! - так же громко отзывается Чанбин, подмигивает вновь замершему младшему и с чувством выполненного долга продолжает свой изначальный путь.       - Для меня?.. - одними губами проговаривает Феликс, на секунду уходит в размышления, а после его глаза смешно расширяются. Для него. "15" это день его, Феликса, рождения. Блондин чувствует как его щеки приобретают пунцовый оттенок. Он пальцами обхватывает бегунок молнии, натягивая широкий ворот себе по самые глаза и улыбается, пуще прежнего уходит в себя. О боги, как же он любит своего парня.

***

      Шла двадцать первая минута матча, а табло все так же отображало 0:0. Болельщики в напряжении замолчали, каждый внимательно следит за действием, развернувшимся около вражеского кольца. Чанбин, вопреки своему невысокому росту, отличный игрок. Являясь атакующим защитником, он на ура справляется со своей задачей. Его трёхочковый - это всегда точно в кольцо. Со ведёт мяч агрессивно, резко, с намереньем закинуть его прямо в цель. Феликс шумно выдыхает, впивается тонкими белыми пальцами в раскрасневшиеся от духоты коленки. Чанбин уже близко, но на его пути появляется игрок другой команды, смотря насмешливо из-под выкрашенной в синий челкой, с наглой ухмылкой на губах, глазами то и дело стреляющий в сидящего в ожидании трёхочкового от своего парня Ли.       - Твоя блондинка? - Его. Его и только. Меж бровей ненарочно образуется складка из кожи, но спортсмен сохраняет свою стойкость, все еще прочно удерживая мяч у себя. - Хорошенький. Если сегодня ты, Коротышка, - к Чанбину обращается, - продуешь, он уйдет от сюда со мной. - очевидная провокация проходит мимо, не завершаясь успехом. Чанбину смешно становится. Худенький с виду паренек, на первый взгляд не представляется тем, кто может с лихвой в ответ по морде заехать, но Со своего парня знает. Он тут не как атрибут, не как вещь или ставка. Он ни за что не оставит старшего. Поэтому игрок под номером "15" одними губами шепчет "Иди ты к черту" и с упоением наблюдает за шоком на вражеской физиономии, когда мяч из умелых рук Чанбина попадает точно в кольцо. Первый мяч забит, люди с трибун ликуют, сокомандники кидаются на него с объятиями, а сам виновник в сторону скамьи поворачивается, с любимыми глазами встречается. Он смотрит нежно, взглядом пытаясь сказать: «И первый забитый мяч - тоже для тебя». И Феликс все понимает, воздушный поцелуй в ответ шлёт.

***

      Последние минуты игры это всегда сложно. Публика к этому времени утомляется, игроки на поле уже не так резвы, как в начале. И только одно остается неизменным - команда их университета ведет счёт. На табло красуется 37:40, судьи, сидящие под ним, внимательно следят за ходом игры, подмечая каждую деталь. Команда соседнего университета не прекращает попыток хотя бы выровнять счет, все время норовит пролезть к кольцу на противоположной стороне площадки.       Чанбин не отходит далеко от своего кольца, выжидая удачного момента. И действует не раздумывая, когда тот самый момент настает. Тот самый синеволосый парень резво несется мимо Со, самодовольно демонстрирует свое владение и абсолютно упускает момент, когда мяч пропадает из его захвата, а сам Чанбин молнией проносится рядом. Парень сбавляет скорость близь кольца противника и в привычной манере совершает бросок, краем глаза отмечая, что до окончания игры остается жалких десять секунд. Мяч пролетает по четко заданной траектории, обходя руки, пытающиеся эту самую траекторию сместить, и вновь залетает ровно в центр окружности. Весь зал наполняется криками ликования, что даже заглушает свисток, свидетельствующий о завершении матча. Судья в громкоговоритель объявляет команду Со победителями. Феликс, до этого в нервном порыве кусающий себя за пальцы, вскакивает со своего места, полностью забыв о телефоне, который раньше покоился на его бедрах, а теперь со стуком свалился на пол, и на всех парах несётся в объятия своего парня, уже раскрывшего для этого руки. Младший кидается на Чанбина, окольцовывает его мощную шею своими руками и не может отказать себе в том, что бы вцепиться в старшего всеми своими конечностями. Спортсмен легко его подхватывает, устраивает руки на любимых бедрах, в опасной близости к ягодицам, которые обтягивает натянувшаяся ткань шорт. Феликс заливисто смеётся, отстраняет голову от плеча Со, а руки перемещает ему на голову, обхватывая её с двух сторон, и принимается расцеловывать лицо любимого, в конце задерживаясь на губах. Им он уделяет особое внимание, надолго соприкасается с ними своими собственными губами, а после с громким чмоком отстраняется. Они оба знают, девчонки с трибун наверняка успели наделать фото и уже к вечеру этого дня они разлетятся по всем университетским пабликам и сайтам. А ещё Чанбин знает, кто сверлит их сейчас взглядом. Его глаза мечутся в поиске, а когда находят нужный объект, губы сами тянутся в улыбку, а рука со стройного, молочного цвета бедра поднимается, складываясь в поднятый к верху средний палец.       - Пойдём, Пташка, - парень убирает руку с чужих бёдер, заставляя Ли встать на ноги, и подцепляет его ладонь, переплетая пальцы.       - Подожди секунду, - просит тот, мягко выуживает свою руку, которую отпускают с явной неохотой, и спешит к все так же лежащему на полу телефону, хватая его. Когда он идёт обратно к терпеливо ждущему его Чанбину, проходя мимо кучки из проигравшей команды и видя синюю макушку, обращенную в свою сторону, с напускной брезгливостью оглядывает силуэт парня, минует его и снова ныряет под бок к своему парню. Они вместе уходят в сторону уже ждущих их друзей, счастливо о чем-то переговариваясь.       Чанбин посвятил своей Пташке игровой номер, первый забитый трёхочковый и победу в сегодняшнем матче, а Пташка клянётся посвятить ему в ответ всю свою жизнь.

Конец.