И видят руки мои

Лето стояло знойным шатром духоты в котором смешивались жужжание насекомых, шелест листьев и постукивания металла исходящие прямиком из старого гаража. Парень сидящий на корточках завороженно вслушивался в пошаговую инструкцию о том как нужно менять колесо у машины. Мужчина с седыми как паутина висками тяжело дыша облокотился о капот машины помогая себе встать. — Дедушка тебе снова плохо? — щупленький парень встал с пола и притронулся к штанине мужчины оттягивая её на себя. — могу ли я тебе помочь? Мужчина все также опираясь о капот по кошачьи улыбнулся. — Чимин-а, принеси мне из моего шкафа трость. — стоило мужчине это сказать, как юноша тут же развернулся к выходу и пошел выполнять просьбу. Пока отец в долгих командировках, а мама на работе, Чимин проводит время с дедушкой. Казалось бы, что может быть интересного рядом с таким далеким от нынешнего поколения человека, на самом деле много чего. Дедушка хотел чтобы Чимин стал его приемником, его гордой заменой, но судьба распорядилась так, что мальчик родился совсем слепым. Чуть ли не с самого младенчества прививая любовь к труду, они вместе ходили на рыбалку и кур кормили и деревья рубили, но было одно «но», без дедушки ничего не получалось, Чимин умел делать много всего, но не был хорош ни в одной сфере. С самого рождения мама таскала ребенка по различным врачам в надежде хотя бы на одну небольшую вероятность что мальчик прозреет, но все врачи как один твердили что ему ничего не поможет желая крепиться родным. Единственный кто не желает делать из ребенка калеку это дедушка Пак, поэтому сейчас парень приспособлен ко многим самостоятельным вещам, которые даже некоторые здоровые дети не в силах сделать. Когда ему говорили об его успехах хваля, он не верил, на что дедушка отвечал: —Ты можешь, а они нет, не потому что ты особенный, а потому, что они не хотят. Поэтому сейчас Чимин стоит напротив деревянного шкафа, с желанием помочь дедушки. Медленно касаясь ручки от дверцы он приоткрывает её и тянет руку в глубь темноты пытаясь нащупать трость, но ничего не нащупывает, приходится идти на крайние меры. Чимин открывает двери шкафа уже нараспашку и залезает всем телом в него в надежде хоть так нащупать заветную вещь. В шкафу слишком тесно, ноги стоят на непонятных мешках скорее всего со старой одеждой, в лицо упираются висящие на вешалках вещи, руки вытянуты по углам шкафа стараясь уловить очертание трости. В эту секунду ножка соскальзывает с пакета и Мин в надежде удержать равновесие начинает хвататься за все что попадет под руку, но попытки оказываются четными, и вот он лежит на ковре, напротив него скрипящие дверцы шкафа, а на нем куча разного хлама. Пытаясь выбраться из этого беспорядка живот натыкается на странный продолговатый предмет, думая что это трость Чимин хватает его, но он оказывается намного шире и короче, окончательно встав он берет его в руки и начинает ощупывать. Тонкие длинные пальцы аккуратно по скользили по клавишам чуть надавливая, боясь сломать они шевелились под ними, чуть увереннее надавив на клавиатуру за спиной раздался звук, в комнату вошел дедушка который так и не дождался своей палки (трость). — Разве это не синтезатор? - Чимин развернулся к дверному проему и в вопросительном жесте вытянул руки показывая вещь. — Откуда он у нас? Дедушка Пак с удивленной интонацией произносит заветные слова: — ты разве не помнишь?! Юнги все детство играл на нем. Мин Юнги. О боже, это имя Чимин ненавидел и обожал, за то что каждый раз когда они сталкивались что то происходило, это давала хоть какой то сюжетный толчок в монохромной жизни. Чимин отдаленно начал вспоминать как Юнги выгонял его из комнаты когда тот клеился к нему, а после выйдя слушал музыку доносившуюся из комнаты. Это было очень давно, и возникал вопрос: — Тогда почему сейчас не слышно как он играет? - дедушка подошел к внуку и взял его за плечо. — Возможно потому, что он уже вырос и у него нет времени на это хобби.— а что, тебя заинтересовал синтезатор? — сощурив глаза дедушка усмехнулся. — Я тоже хочу научиться играть. И вот уже Чимин не помнит как оказывается около крыльца дома с синтезатором в руках ждя старшего брата.

***

Вечер подходил к концу, облака потихоньку прятали солнце, Чимин не мог это видеть, но понимал это по вечерней прохладе, которая заменила жаркий день, и однообразном потоке звукового оркестра сверчков. Послышались шаги подходящие все ближе к калитке, по быстрым и дерзким шагам Чимин сразу понял кто это. Встав с крыльца он окликнул заходящего во двор Юнги, но тот не издал ни малейшего ответа. Придется идти на крайние меры. Чимин встает с крыльца и следую за грубыми шагами идет прямиком в логово зверя, а если быть точнее в комнату Юнги. Находясь в своей просторной комнате Юнги не сдерживается, все таки сегодня ему не избежать диалога с этим кутенком. —Что ты хочешь? Чего хочет Чимин? На самом деле много чего, например он бы хотел видеть, видеть прекрасное лицо брата потому что он знал, догадывался, что тот наверняка красивый, также он бы хотел чтобы тот проявил хотябы каплю ласки, любой, да все что угодно, черт возьми, даже просто нормальное отношение уже обрадовало бы. Но все что удалось сказать, это: — Пожалуйста научи меня играть. — Нет, можешь забыть про это. — Юнги вальяжно обходит Чимина, кладет свои руки на плечи наклоняясь к уху младшего — Как я научу играть того, кто ни разу даже не видел клавиш? Ухо опаливает жар, не успев среагировать на такую близость, губы касаются мочки, замирая там на пару секунд, их облизывают так, чтобы уже влажные губы коснулись уха. У Чимина табун мурашек проходит от внезапной близости, и он забывает то что тот уже явно отстранился от него наблюдая за реакцией. Даже не видя себя он уверен что его лицо вспыхнуло ярче любого пожара, потому что он чувствует как щеки постыдно горят, а внизу живота будто кто то начал проходиться тонким лезвием. Чимин клянется, что только что произошедшее было сделано не просто случайно, а с намеком интимно-личностного характера, и молчать он о таком не будет, пусть его назовут извращенцем или фантазером которому не хватило любви, его сейчас это не волнует. — Что ты сейчас сделал? — младший наклоняет голову в бок и начинает трогать мочку уха, наглядно показывая о чем он говорит. — Задал вопрос, разве не слышно или ты к тому же оглох? — в ответ лишь молчание. — Хорошо, я научу тебя играть.— Чимин не веря до конца в эти слова автоматически расплылся в улыбке и хохотнул подлетая ближе к брату. — Но при одном условии…