Неожиданно настигшее счастье

      Вот и настал жаркий май. Скоро закончатся учебные деньки и все ученики покинут стены "второго дома". Кто-то будет летом отдыхать, а кто-то сдавать экзамены и поступать в техникум либо вуз. И Касп не стал исключением.       Он учился в 9"А" классе и к его счастью или сожалению, являлся сыном заместителя директора по имени Пигман. Хоть ему из-за этого можно было делать почти всё, что вздумается, юноша предпочитал этого не делать, так как с детства не любил вечно пользоваться влиянием отца. Он понимал, что отец не бог и в будущем поможет только он сам. Касп был спокойным мальчишкой, не умным и не глупым. В компании любил говорить не очень часто, предпочитая слушать и следить за разговорами его друзей. А его старшая сестра Арс была полной противоположностью — всегда активная и ищущая приключений на одно место. В школе всегда занималась анархией и не слушала никого. Только дома Арс была спокойной и доброй сестрой.       Этот учебный день не стал исключением. Арс опять сорвала первые два урока — информатику и географию, на которых учителя Египет и Миля были сильно злыми. И так как Каспу доверили следить за сестрой, хотя это было бесполезно, ему пришлось снова остаться после школы. И вызовы к директору Бесе на отчёт так сильно выматывали юношу, что он частенько засыпал на последних уроках, сидя на последней парте. Последний месяц Касп проживал как в дне сурка — дом – учёба - отчёт Бесе – дом – уроки –короткий сон и так каждый день. Его одноклассники, с которыми поддерживались хорошие отношения, уговаривали хоть раз пропустить первые два урока, чтобы выспаться, но юноша отказывался. И с такими размышлениями, Касп заснул на уроке ИЗО, на котором, ребята рисовали то, что хотели. Когда прозвенел звонок, все быстро собрались и побежали домой, пока юноша приходил в себя, чтобы, выдержать ещё одни выговоры Беси. Собравшись уходить, добрейшей души учительница рисования Хома остановила и нежно сказала       — Каспик, останься ненадолго, пожалуйста, надо поговорить.       Юноша медленно качнул головой, соглашаясь на просьбу учителя. Он медленно сел напротив Хомы. Учительница начала медленно и нежно говорить, как будто ученик, сидящий перед ней, был её маленьким сыном       — Каспик, что случилось? Я часто замечаю, что ты выглядишь уставшим, а то и замученным. Если не сложно, то расскажи, пожалуйста, что с тобой? — С материнской нежностью и заботой спросила Хома юношу, который только собирался с мыслями       — Ну... — неуверенно начал мальчишка, не зная, с чего начать — На меня просто взвалили непосильную работу, думаю, вы знаете какую. Сколько бы раз я не объяснял, что это бесполезно, меня заставляют это делать. Эти бесконечные разговоры, выяснения почему так, а не иначе, сильно выматывают и бесят! — с грустью в голосе, чуть ли не со слезами, выговариваясь о накипевшем говорил Касп. Тем временем, мимо проходил Беся, который искал юношу. Как только он заметил его и хотел подойти к кабинету, он услышал, как ученик выговаривается на всё происходящее с ним. Аккуратно подойдя к двери, директор начал незаметно подслушивать разговор       —... Я не знаю, что с этим делать. Такое ощущение, что Беся не понимает, что это не имеет смысла. Не знаю, как до него достучаться, он просто не пробиваемый, хотя, думаю, что сам осознаёт, что моя "слежка" к ничему не приведёт. Так ещё мне надо как то к экзаменам готовиться и кружок свой вести, это тоже много времени занимает. Из-за этого я и в таком состоянии — еле сдерживая слёзы, выговаривался Касп, скрывая своё лицо на лежащем локте, пока Хома нежно обнимала его и пыталась успокоить       — Каспик, не плачь, всё будет хорошо. Я уверена, что, Беся, пытается что-то сделать. Самое главное сейчас - не загоняться ещё сильнее, а то ещё хуже будет. Я уверена, что ты со всем справишься! — подбадривала юношу Хома, сделав таким образом лучше. Следующие минут десять, они разговаривали о всём, что приходило в голову. Каспу это напомнило старые диалоги с его мамой - Банкой, с которой расстался его отец и после этого, они редко видятся. Таких разговоров не хватало в его жизни и Хома в этот момент была как его родная мать. После интересного диалога, Касп, окрылённый счастьем сказал       — Спасибо вам огромное, мне стало гораздо легче! — после чего, юноша сильно обнял учительницу, в знак благодарности, после чего, от нахлынувшего счастья выпалил — До свидания, мама-акулка!       Быстро покинув класс, Касп мигом побежал к выходу из школы. Юноша был окрылён счастьем, которое долгое время не мог почувствовать. По пути, он чуть не сбил директора, который задумался об услышанном ранее. Хома же в это время, сидела на своём учительском месте, вся красная от смущения, счастья и удивления, ведь её впервые так назвали. Даже её родной класс, в котором она была классным руководителем, так не называл.       Прошли считанные минуты и Касп был уже дома. Переполняемый эмоциями, ему быстро давалось всё - от плана по следующим занятиям для кружка до закрытия всех долгов по учёбе. И вот так быстро наступил вечер. Вся семья из трёх человек собралась за ужином и Пигман от удивления спросил       — Касп, ты как-то изменился, ты как себя чувствуешь? — После чего, Арс подхватила       — Пап, ты дурень? Ты не видишь что ли, что он впервые за долгое время ходит не с грустной миной на лице. Этому надо радоваться! — с улыбкой на лице сказала Геля, одновременно тормоша волосы Каспа.       — Да вы чего? Просто сегодня у меня день хороший, ничего странного не произошло. Зато, я успел много чего сделать, чему я очень рад! — с огромной радостью сказал я, видя счастливые лица моих близких       — А, кста-а-ати, Ка-а-аспик — интригующе протянул Пигман, продолжая есть ужин — Беся просил передать, что теперь можешь к нему не ходить       — А почему? Он же всегда меня вызывает, по поводу и без, что произошло?       — Я сам не знаю, сказал, что сам придумает, что с А-а-арсиком делать — со смешком протянул Пигман, посматривая на Гелю       — Ну па-ап, я же просила так меня не называть       — А-а-арсик, А-а-арсик, А-а-арсик       — Я тебя сожгу — с небольшой злостью и долей шутки в голосе прошептала Геля, уткнувшись в свою тарелку       — Ну я же любя — нежно сказал Пигман с улыбкой на лице, смотря на нас — И ешьте медленнее, а то подавитесь       Закончив трапезу, мы начали обсуждать всё и всех. Одна придумывала идеи для очередного акта анархии, второй думал о каком-нибудь мероприятии, которое можно было провести, перед этим сорвав и снова проведя. А Касп просто их слушал, иногда подкидывая идеи в их копилку. И он был счастлив, по настоящему счастлив. И этот день, запомнится ему на долго.