Дотянуться до тебя

Два дня для Луны тянулись очень долго. И она даже не знала, длится время так долго из-за её душевных терзаний или из-за того, как продуктивно Сабо заставлял их эти дни проживать. Днем у неё не было ни минуты свободной, а ночью она долго не могла уснуть и слушала, как рядом ворочается Сабо. Хак и Коала тоже волновались, но больше боясь того момента, когда по собственной воле зайдут в тюрьму, из которой сбежать смог лишь один человек, да и то оставив там свои ноги. Только Карасу казался самым спокойным из них, но и он всё чаще забывал включать свой громкоговоритель. Сабо постоянно собирал их на собрания, где они обговаривали её магию и как эффективнее объединить её со способностями остальных. А ещё Сабо придумывал всё больше и больше планов, заставляя их все заучивать. Сразу же он начал и тренировки, пытаясь за два дня отточить её навыки уклонения и побега, как он их назвал. ― Твоя магия многофункциональна, ― говорил Сабо, безжалостно закидывая её трансфигурированными мячиками, которые при попадании довольно больно били, ― Но твоя физическая сила никуда не годится. В ближний бой тебе вступать нельзя. ― Да и на средней дистанции тоже, ― вмешалась Коала, которая сидела на палубе, скрестив ноги и внимательно наблюдала за их тренировкой, ― Тебе вообще нельзя допускать, чтобы противник сократил с тобой дистанцию. ― Поэтому мы сделаем всё, что в наших силах чтобы не оставить тебя с противником один на один. В поддержке ты идеальна, но и враги из-за этого сразу нацелятся на тебя. К счастью, у тебя есть предвиденье. Сейчас главное хоть немного улучшить твою скорость реакции. Луна только сосредоточенно кивнула, под звон интуиции уворачиваясь сразу от четырех шариков. Попал только один, и она, немного сморщившись, радостно улыбнулась. Вначале у неё получалось одновременно уворачиваться только от двух. С Сабо и Коалой она была согласна. Луна видела по воспоминаниям Эйса, как слаба физически по сравнению с жителями этого мира. А разрыв между ней и пользователями Воли с фруктовиками Луна и не думала, что возможно сократить. Вскоре Сабо покрыл корабль смолой из деревьев Сабаоди, и он весь стал объятый прозрачной субстанцией, которая на ощупь была похожа на желе. Луна с интересом опускала руку в это «желе»: до самой палубы у неё дотянуться так и не получилось, но ей нравилось скорее само ощущения погружения в эту удивительную смолу. Она даже сняла мокасины и с восторгом начала ходить, а потом и бегать по палубе. Но веселье её длилось не долго: пришел Сабо и потащил её на очередную тренировку. В первую очередь он пытался заставить её быстрее реагировать на своё предвиденье. И тогда Луна в полной мере почувствовала, что значит знать куда попадет удар, но не успевать увернуться. А ещё как оказалось тогда на палубе, Коала билась с ней не в полную силу. ― Это мой стиль боя. По сути, простая логика, ― говорила Коала, пока Луна уже уворачивалась от шести шариков, из которых в неё постоянно попадали три-четыре, ― Я подстраиваюсь под способности противника и бью с немного большей силой. Так я не растрачиваю свои силы понапрасну. К тому же…я не хочу бессмысленных смертей. ― И на каком уровне моя физическая сила? ― заинтересованно спросила Луна. ― Хм, как у блатных дозорных или обычных гражданских, ― безжалостно сказала Коала, но Луну это не сильно расстроило, ― Твоя магия конечно могущественная, но вот эта слабость… Тебе бы во время битвы постоянно тот щит поддерживать, ― Коала задумчиво приложила указательный палец к губе, ― А у тебя есть такой, который выдержит Волю Вооружения? — Это был один из сильнейших, ― грустно покачала головой Луна, ― И мы, волшебники не можем колдовать два заклинания одновременно. Я могу или поддерживать защитные чары, или атаковать противника. ― М-да, чем больше узнаю о твоей магии, тем всё печальнее. А в начале ты вообще всемогущей казалась. Словно все способности дьявольских фруктов собрали в одном человеке! Но да не может же быть всё настолько идеально… ― с разочарованием протянула Коала. ― Но ты же превратила книгу в меч, а потом использовала чары левитации. И меч обратно не превратился. Так почему ты не можешь наколдовать щит, а потом уже атаковать? ― дотошно спросил Сабо. Луна с восхищенным удивлением уставилась на него, от чего тут же пропустила несколько шаров, скривившись от боли. Вообще, эти разговоры во время тренировок её сильно отвлекали, но Сабо и Коала говорили, что ей нужно привыкать уворачиваться инстинктивно. Но Сабо её сейчас приятно поразил. Какое точное наблюдение, а ведь она им только начала рассказывать о магии. Луна ещё в воспоминаниях Эйса видела какой Сабо умный, но теперь тот вырос и отточил свой ум ещё сильнее. ― Потому что щит состоит из одной только магической энергии, из-за этого нужно постоянно поддерживать его и тратить на это энергию. А распределять свою энергию в несколько направлений я не могу. В случае книги я использую магию только для самого процесса превращения, поэтому трансфигурация не вечная и через какое-то время меч обратится обратно. Коала тогда только тяжело вздохнула, а Сабо задумчиво кивнул, наверное, учитывая её новую слабость в своих планах, и с удвоенным усердием стал закидывать её мячиками. Также они несколько раз созванивались с накама Эйса и корректировали план. А ещё успели договориться о точном месте встречи и времени, когда Сабо достал расписание кораблей, проходящих через Врата Правосудия. К ним на помощь отправили Харута с Изо, чему Луна сильно обрадовалась. Они идеально подходили для тайного проникновения в Импел Даун: Изо был разведчиком, а Харута специализировался на тайных миссиях. К тому же Харута был ближе всего из пиратов Белоуса к Эйсу. А Изо был родственной душой Татча, который тоже очень хорошо общался с Эйсом, и часто присоединялся к ним. А ещё они никогда не лезли Эйсу в душу и не пытались расспросить его о прошлом. А подозрений и поводов он давал много: начиная с явно боевого стиля дозорных, который Гарп буквально вбил в своих внуков, дикого поведения истинного дитя природы, сменяющего на поведение по всем правилам этикета, вбитыми уже Макино и заканчивая его неосторожными оговорками. Особенно когда он спросил у них достоин ли сын Роджера жизни. Чисто гипотетически, конечно. Но Харута и Татч вместе с Изо никогда не расспрашивали его, хотя явно делали какие-то свои выводы, дожидаясь, когда Эйс сам решит им довериться. Но, как же радовалась Луна, когда Татч осторожно завел разговор, постоянно следя за реакцией Эйса о том, что каждый человек заслуживает жизни и ни один ребенок не должен отвечать за ошибки своих родителей. К тому же оказалось, что Изо и Татч (к счастью Луны и ужасу Эйса) были знакомы с Роджером. К сожалению, уже Эйс не хотел слушать их рассказы. Эйс вообще часто бежал от правды о своем отце: он встречал Шанкса с Рейли, которые были накама Роджера, да и сам Белоус был его заклятым другом. Но и Гарпа, которому Роджер доверил его, Эйс никогда особо не расспрашивал. Однако она его не винила: трудно побороть убеждения о своем отце, зародившиеся ещё в детстве. К тому же если они поддерживают его веру в то, что он не достоин жизни. На второй день тирания Сабо ужесточилась. Тренировки становились всё суровее, планы разрастались и становились всё страннее и безумнее. И всё это привело к тому, что сейчас они сидели в палатке, и все пытались не заснуть. ― Кстати, что, если на корабле дозорных будет пользователь Воли Наблюдения? ― спросил Сабо и перелистнул лист бумаги, начав строчить новый план. Луна сонно вгляделась в подзаголовок: это что план девяносто седьмой? Коала, сидящая рядом с ним, горестно завыла и устало откинула голову на подлокотник красного дивана, с трудом держа глаза открытыми. Карасу кажется спал с открытыми глазами, Хак смотрел на пустое место, где своей Волей чувствовал её присутствие. А Луна как раз показывала заклинание невидимости, которое оказывается от Воли Наблюдения и не скрывало. Сабо мучил их уже пять часов. ― Да, мы то сможем подавить своё присутствие. А вот Луна нас выдаст, ― мягко начала Коала, а потом попыталась в очередной раз донести до Сабо всю неразумность его поведения, ― Но какова вообще вероятность этого? Мизерная! Через Эниес Лобби плывут дозорные из первой части Гранд Лайна, они даже не знают, что такое Воля. ― Тогда просто захватим корабль, ― проигнорировал её Сабо, продолжая что-то черкать в своем блокноте. ― О, да как я могла забыть. Для тебя же тайное проникновение имеет совсем другое значение, чем для простых смертных, ― язвительно произнесла Коала, закатив глаза. ― Ну, будем надеяться, что всё обойдётся, ― глубокомысленно сказал Хак. ― Просто прикинемся дозорными и так войдём в Импел Даун. А если что будем импровизировать. ― Вот теперь я тебя узнаю! А то уже второй день планы строишь и строишь, ― усмехнулась Коала, но с переживанием посмотрела на Сабо, который на долю секунды помрачнел. А потом зевнула и с возмущением, которое испытывали уже все вокруг, воскликнула ― И когда ты нас отпустишь уже? Четыре часа утра вообще-то, а мы ещё даже спать не ложились! А когда Сабо на неё недоуменно посмотрел, словно он ни в чем не виноват, а её претензии не имеют смысла, то у Коалы кончилось терпение. Она с боевым кличем схватила подушку и начала бить ей Сабо. Кажется, он окончательно довел её. Да, все они переживали о будущей операции, которая становилась всё ближе и ближе. А Сабо больше всех. Дошло до того, что он пытался предугадать всё, что может пойти не так в Импел Дауне и придумать планы на любой случай. И горе было тому, кто вмешается в мандраж Сабо и скажет, что пора уже закругляться. Проверено на Коале. Поэтому-то они, собственно, и сидели здесь всю ночь. Поспать бы и правда следовало, только вот смысла в этом теперь не было. Они уже подплывали к Вратам Правосудия. А до встречи с Харута и Изо было всего два часа. Хорошо, хоть у неё было зелье Бодро-Бодро, их с папой изобретение. Выпьешь и будешь бодр и полон энергии целый день! И при этом почти никаких минусов. Луна задумчиво перевела взгляд на стену и всмотрелась в нарисованного Эйса, который так весело и ярко улыбался ей. ― Я всё ближе и ближе к тебе, Эйс. Совсем скоро мы наконец встретимся! ― прошептала Луна, зная, что он услышит её, пока на фоне Коала вырубила Сабо и, уложив к себе на колени, стала ласково перебирать его волосы и гладить по голове.

***

Было раннее утро, когда Харута вместо того, чтобы спать стоял на носу лодки и внимательно осматривал окрестности. Рядом сидел Изо, полностью сосредоточившись на карте Импел Дауна. Эти два дня он только и делал, что в полном сосредоточии изучал её, заучивая все коридоры и переходы с одного этажа на другой. Харута его не отвлекал, понимая, что Изо хочет полностью сосредоточится на какой-нибудь работе, что бы не было времени на другие мысли. После того, как им отвели самую главную роль в спасении Эйса, он немного пришел в себя. Во всяком случае он снова был тем самым идеально выглядевшим и собранным Изо, острым словно искуснейший клинок. Теперь он бросил всю свою боль и ненависть на спасение Эйса, полностью придя боевой настрой. Он и раньше был готов к битве (к смерти, вместе с ней забрав с собой как можно больше врагов ― со страхом понимал он). Но после того, как узнал, о том, что родственная душа Эйса тоже всё делает для его спасения, ему кажется стало получше. Нет, Харута всё ещё собирался присматривать за Изо в Импел Дауне. Но уже не так, как они с другими командирами хотели следить за ним в Маринфорде. К тому же Папаша отправил именно Изо на эту миссию, а значит это пойдёт ему на пользу. Папаша, казалось, всегда понимал их лучше них самих… Харута вскинулся, благодаря Воле Наблюдения чувствуя корабль их союзников, еле видневшийся вдалеке. ― Нам в ту сторону ― произнес Харута, на что Изо только кивнул, даже не отводя взгляд от карты. Харута только тяжело вздохнул и, достав карманные часы, посмотрел на время. Они успевали как раз впритык к назначенному времени. Так в молчании они и добрались до маленько корабля и поднялись на него. На борту их уже ждали пять человек, с которыми Харута был немного знаком благодаря разговорам по Дэн Дэн Муси. Его взгляд первым делом устремился на светловолосую девушку, которая встретила его взгляд загадочной улыбкой. Эта была Полумна Лавгуд. Значит, вот она какая родственная душа Эйса. Даже на первый взгляд они сильно отличались: Эйс всегда был обманчиво весел и эмоционален и только иногда позволял увидеть, как он мрачен и хмур, а Луна казалась такой спокойной и искренней в своих эмоциях, что по разговору, что сейчас. Эйс казался таким простым и понятным, а Луна непонятной и сложной, и опять всё было наоборот. Но как говорят, противоположности притягиваются. Он осмотрел других, краем сознания соотнося их с образами из разговоров. Ещё одна девушка, рыжеволосая стояла, скрестив руки — это Коала, которая довольно часто участвовала в их разговорах. Блондин с хитрыми карими глазами, Сабо идеально подходил под описание Эйса. Рыбочеловек с желто-зеленой кожей, Хак рассказал о своей расе, когда они обсуждали, что будут делать с морскими королями у Импел Дауна. И последний, довольно большой и хмурый мужчина с громкоговорителем в виде чумной маски смотрел на воды Гранд Лайна за их спинами — это Карасу, который почти не говорил по Дэн Дэн Муси. Харута ещё раз обвел взглядом собравшихся: родственная душа Эйса, его брат и три революционера. М-да, не густо, ещё и компания сомнительная. С революционерами пираты Белоуса раньше никаких дел не вели. Папаша поддерживал относительный мир, считая, что Гранд Лайн и остальные моря ещё не готовы к изменениям. Он терпеливо ждал человека, о котором говорил Гол Д. Роджер. А связь пиратов Белоуса с революционерами сразу нарушит баланс всех сил в мире. Революционеры, по сути, были париями в морях, застряв как кость в горле у Мирового правительства. Многие одобряли их планы, хотя бы насчет свержения любимого всеми правительства, но делать из себя красную тряпку для этого же правительства не желали. У них причины были немного другие: союз пиратов Белоуса с революционерами всколыхнет не только Мировое правительство, но и Йонко, которые в стороне не останутся, подняв целое цунами. И всё в итоге скатится в войну всех со всеми. Что они сейчас и начинают, вместе с революционерами спасая Эйса. Да уж, дорого ты нам обходишься Эйс! ― Вы чуть не опоздали, ― оповестил их Сабо, ― Врата Правосудия откроются уже через двадцать минут. Следующий корабль пришлось бы ждать целых три часа. А у нас вообще-то каждая минута на счету! Харута обратил всё свое внимание на Сабо, брата Эйса, оказавшегося живым. Если про Луффи Эйс говорил часто, особенно после того, как тот стал пиратом, то о втором брате рассказал только однажды. Сабо, не отводя взгляда, с вызовом смотрел ему в глаза, словно ожидая вердикта. Харута понимающе хмыкнул. И правда братья: Эйс с ними тоже долго вел себя по-хамски, даже когда стало видно, что он не против вступить в их команду. ― Ну, успели же, чего докапываешься, ― насмешливо закинул руки за голову Харута, но в противовес одобрительно смотря на брата Эйса. Сабо, явно расслабившийся, заметив его реакцию, уже хотел, что-то задорно сказать, но рыбочеловек положил ему руку на плечо и сказал: ― Времени мало. Нужно уже погружаться под воду и плыть к вратам. Сабо только кивнул и вместе с рыжеволосой революционеркой пошел поднимать парус. А революционер-рыбочеловек подошел к перилам и прыгнул за борт, чтобы убрать воздушные клапаны, удерживающие на плаву осмоленный корабль. Громкоговоритель по стеночке пристройки отошел подальше от них и уставился на обманчиво спокойную гладь воды. Харута странно на него посмотрел, социофоб что ли. А к ним с Изо так и сияя воодушевлением подошла Луна. ― Я так счастлива наконец увидеть вас по-настоящему, ― радостно произнесла она. ― Я тоже рад. Никогда не думал, что увижу родственную душу Эйса, ― так же искренне обратился Харута, но тут же помрачнел, ― Только вот… ― Сама ситуация для этого ужасная, ― сухо договорил за ним Изо, ― Но ты хотя бы успела до того, как стало слишком поздно. Харута отвёл взгляд вниз. В ту ночь, ставшую самой ужасной для пиратов Белоуса, Изо проснулся от сильной боли в спине. Он тут же бросился к Татчу на помощь, но было уже поздно. Изо нашел только его мертвое тело. Харута помнил, как тогда проснулся от паники на корабле и, оказавшись в комнате кока, увидел, как Изо судорожно прижимает бездыханного Татча к себе, не обращая внимания как его кимоно пропитывается кровью, рыдая и воя, как раненный зверь. Раньше он не видел, чтобы Изо вообще плакал. И предпочел бы никогда не видеть. ― Я так много о вас знаю. Чаще всего именно вас видела в воспоминаниях Эйса, ― мягко перевела тему Луна. А Харута вдруг осознал, что Луна во снах слышала всё, что он рассказывал и доверял только Эйсу. Тем временем сабаодийская смола, отвлекая его от мыслей, стала подниматься, и на несколько секунд Харута почувствовал себя так, словно оказался в плотной желейной массе. Смола же продолжала подниматься, пока не покрыла весь корабль с парусами, образовав пузырь. А потом корабль стал медленно опускаться вниз, пока полностью не погрузился в воды Гранд Лайна. Их окружил хорошо знакомый пиратам Белоуса подводный мир, а вот Луна полностью отвлеклась от разговора и с восхищением стала осматриваться вокруг. Харута снова вернулся мыслями к связи Эйса и Луны, как родственных душ. Она вызывала у него противоречивые чувства. Он не знал, как относится к тому, что у всех его взаимодействий с Эйсом был незримый наблюдатель. Но и на Эйса было глупо злиться, он ведь явно даже не верил, что Луна сможет попасть в их мир. Да и разве должен был он каждому говорить, что все чужие тайны априори станут известны и его соулмейту. Луна ― родственная душа Эйса, но он её видит впервые. А при этом она знает о нем всё, что он доверял Эйсу. Странное чувство… Наверное, если бы чужой человек так много узнал о нем, он бы тут же его убил. Но это родственная душа Эйса, по сути, тоже семья. ― Изо, ты самурай Одена из Вано, и Эйс там был. Помнишь, он рассказывал о Ямато, которая так сильно восхищается Оденом, что пошла против своего отца? ― тем временем сказала Луна, насмотревшись на подводные пейзажи. Изо слабо улыбнулся и кивнул, а Луна уже посмотрела на Харута. Он в нетерпении замер, ожидая, что она скажет. Харута в итоге определил Луну в раздел семьи и успокоился. Семью трогать нельзя, только безобидно разыгрывать. И теперь ему стало по-настоящему интересно, что же Луна расскажет о нем. ―Помню, как смеялась, когда вы с Эйсом попытались разыграть Марко, а в итоге попали в свою же ловушку. Харута неловко отвел взгляд, вспоминая их с Эйсом самый большой провал. Они тогда решили подшутить над Марко, перекрасив его волосы в розовый. Будет розовый ананас, смеялись они. Но в итоге смеялся только Марко. Он как-то раскусил их план, и в итоге уже им подлил в шампунь тоник, и они целый месяц (как бы не пытались смыть, ничего не получалось) потом ходили с розовыми волосами. Они до сих пор так и не поняли, что их тогда выдало, но над Марко им после этого как-то боязно стало шутить. ― Ха, узнаю Эйса! ― довольно сказал Сабо, который вместе с рыжеволосой революционеркой как раз подошел во время рассказа Луны. Он коварно улыбнулся и, подначивая, предложил, ― А давай вместе с Эйсом потом разыграем вашего старпома. Уж со мной то у вас точно всё получиться! ―Так в этом уверен? Самомнения как я вижу тебе не занимать, ― насмешливо произнес Харута, проказливо улыбаясь, ― Ну, давай проверим. Только в случае неудачи, всю ответственность скину на вас двоих. ― Никакого провала не будет, ― высокомерно улыбнулся Сабо, хитро сверкая глазами. ―Эх, Сабо, ты в своем репертуаре, ― только покачала головой и устало вздохнула рыжая революционерка. ― Я тоже помогу! ― воодушевленно воскликнула Луна, сияя счастливой улыбкой, — Это будет мой первый розыгрыш с Эйсом! ― Луна, и ты туда же? ― пораженно воскликнула революционерка, неверующе сморя на радостную девушку. Харута только хитро переглядывался с Сабо и Луной, краем глаза замечая, как Изо снова слабо улыбается. Сегодня его семья расширилась ещё на двух людей! Но всё хорошее настроение уничтожил рыбочеловек-революционер, который забрался на борт и объявил, что они уже у Врат Правосудия, к которым подходит корабль дозорных. Харута подавил вспышку раздражения в сторону революционера, решив, что поговорит с Луной и Сабо немного попозже. Совсем скоро уже они окажутся в водах, полностью подконтрольных Мировому правительству. Он невольно вздрогнул. А через семь часов, то есть в час дня они наконец доберутся до Импел Дауна. Вскоре они успешно прошли Врата Правосудия, и оказались внутри дозорного течения. Но Харута так и не смог поговорить с Сабо и Луной, ведь те, извинившись, сказали, что почти не спали ночью и пошли досыпать сейчас. В итоге, и Харута решил последовать их примеру, оставив часовым единственного неспящего Изо, которой в последнее время с трудом мог погрузиться в сон. Уже находясь в полусне, он увидел как Изо снова достал карту Импел Дауна, а потом сон полностью забрал его в свои объятия.

***

Эйс проснулся и неторопливо потянулся всем телом, пытаясь размять онемевшие мышцы. В тюрьме все тело постоянно затекало, а наручники, сковавшие руки и ноги, ещё и натирали. И он даже встать в полный рост не мог: наручники, прикованные к стене, не позволяли. Так ещё здесь было совершенно нечего делать. Он провел в Импел Дауне всего неделю, а уже хотел кричать от скуки. В чем-то он даже был благодарен дозорным ― хотя бы с ума здесь не сойдет. Единственной отдушиной в этом месте для него стала Луна, поэтому Эйс постоянно пытался проводить время во сне. Он задумчиво уставился вперед. Эйс увидел в воспоминаниях Луны, как прибыли Харута и Изо. Джимбей, которого в его камеру закинули два дня назад уже рассказал ему, что Белоус объявил войну Морскому Дозору. И он видел, как Сабо и Луна обговаривали план с Папашей. Так…так много людей пытаются спасти его. Эйс неверующе посмотрел на свои руки, скованные наручниками. Разве он стоит всего этого риска? Папаша знает кто он и, что Мировое правительство пойдет на всё чтобы убить сына Гол Д. Роджера. Из-за него все оказались в такой опасности. Это он ослушался приказа Папаши и покинул Моби Дик в погоне за Тичем. И в том, что оказался в руках Дозора виноват только он. Но всё равно Папаша собирается спасти его. И все остальные: весь флот пиратов Белоуса, Марко, который будет держать для них Врата в Эниес Лобби, Изо и Харута, ради него плывущие в Импел Даун. Трое революционеров, которые даже не знают его, но всё равно будут рисковать своей жизнью и свободой. И Сабо с Луной. На секунду Эйс подумал, что бы сделали некоторые из них если бы узнали, что он сын Золотого Роджера (Сквард, например). Но в кои-то веки это было не так важно.Так много дорогих ему людей делали всё для его спасения… Эйс больше не мог позволить себе умереть. Не после всего, что сделали и сделают остальные. Со звоном открылись двери лифта, отвлекая Эйса от его размышлений. Он нехотя поднял голову, понимая, что прийти могли только к нему. У него вообще было довольно много гостей, даром что это тюрьма. Он увидел, как между камерами шла процессия из нескольких охранников, окружающих красивую женщину, скованную наручниками. А за ними следовал Магеллан, сам начальник Импел Дауна. Эйс нахмурился, узнавая в черноволосой женщине Боа Хенкок. Её что тоже в тюрьму посадили? Как-то много людей с поста шичубукая в последнее время уходит, явно работа неблагодарная. Но процессия направилась к их с Джимбеем камере. Эйс нахмурился сильнее. Ещё одного соседа им точно не нужно, камера же не резиновая. Боа Хенкок гордо прошествовала к его камере, явно чувствуя себя королевой положения. И по тому, как охранники не поторопились открыть дверь камеры и втолкнуть её к ним, Эйс понял, что она не пленница. Наоборот, вперед вышел охранник, косплеющий фараона и пафосно объявил: ―Портгас Д. Эйс, к тебе посетитель. И как же ты думаешь кто это? ― недофараон многозначительно замолчал, но никто ему не ответил. И уже более раздраженно тот продолжил, ― Джинбей, даже ты никогда не встречался с ней, так что узнать её вы не сумеете, ― Идиот, у неё же раньше розыскная листовка была. Вон у Джоза как раз одна такая висит в спальне, хранит её, как-то ещё сокровище, ― Её имя известно всем! Императрица племени Куджа, член шичибукаев! Одновременно сильная и прекрасная, самая красивая женщина! Боа Хенкок! В конце недофараон запустил хлопушку, а пираты из соседних камер заговорили один громче другого. Но они вообще от скуки всех гостей встречали с особой радостью, жаждя хлеба и зрелищ. Среди этого шума Эйс расслышал, как недофараон прямо перед действующим начальником объявил, что хочет занять его место, а тот и бровью не повел. Это у них, что настолько кадров что ли не хватает? Но всё-таки зачем Боа Хенкок пришла к нему? Чтобы посмотреть на него, как на цирковую зверюшку? Единственного неудачника из Пиратов Белоуса, который попался Морскому дозору? ― Что ты от меня хочешь? ― недовольно спросил Эйс, но даже не поднял взгляд на Боа Хенкок, уже потеряв к ней интерес. ― Ничего особенного. Просто хотела вживую посмотреть на человека, который будет причиной войны, в которой я собираюсь принять участие. ―Ха, сделали из меня шоу! ― саркастично усмехнулся Эйс. ― Даже неприступная императрица согласилась помочь Дозору в этой войне. Вот на что ты готова пойти ради своего титула? ― задумчиво произнес Джимбей, поднимая голос, чтобы перебить похабные и злобные возгласы остальных заключенных. ― Джинбей, не нужно обнажать клыки, ― снисходительно ответила Боа Хенкок, полностью игнорируя весь посторонний шум. Эйс поморщился. Пленники становились всё наглее и громче. Никакого уважения к женщине. Но его даже восхищало то, как Боа Хенкок продолжала держать голову гордо поднятой и не обращать внимания на такие низкие комментарии. Эйс на её месте уже захотел бы всех этих людей просто сжечь, чтобы они наконец заткнулись. ― Это официальный визит, не могли бы вы быть потише! ― возмутился Магеллан, которого все заключенные дружно проигнорировали. ― Дегенераты, если вы не прекратите кричать мне в лицо эти гнусные вещи… ― холодно сказала Боа Хенкок, опасно сверкнув глазами, но, получив от неё внимание, заключенные только ещё больше заголосили. Боа Хенкок окинула их презрительным взглядом синих глаз, а потом её поведение вдруг резко изменилось. Она покраснела, а её лицо приняло такое невинное выражение лица, когда она слабо произнесла, ― Ой, мне так…страшно. Стоило ей стрельнуть глазами в сторону Магеллана, как тот сразу применил свою способность, и за его спиной появилась фиолетовая гидра, состоящая из яда, и окатила заключенных. Да, женщины опасные существа… Особенно если их разозлить. Эйс переглянулся с Джимбеем, который походу думал примерно о том же. ― Вы видимо забыли кто здесь начальник, ― мрачно напомнил Магеллан, ― Не забывайте, шелуха. Я могу казнить здесь всех и каждого, если понадобиться. Эйс с усмешкой откинулся на ледяную стену, пытаясь найди более удобное положение. Его вся эта ситуация развеселила и разогнала скуку, которая окутала его в этой проклятой тюрьме. Хотя бы за это можно было сказать Боа Хенкок спасибо. ― А теперь, Хэнкок-доно, пожалуйста продолжайте, ― уважительно обратился к ней Магеллан. Что тоже фанат? ― Я уже закончила. Эйс приподнял голову, немного удивленный её действиями. То есть, она приехала в Импел Даун, позволила надеть на себя наручники из кайросеки и всё это ради того, чтобы сказать ему несколько фраз. ― Ты это серьёзно? ― даже с искренним интересом спросил он. ― Не вижу причин для лжи, ― Боа Хенкок подошла ещё ближе к решетке и вдруг, мягко улыбнувшись, тихо произнесла, ― Твой брат здесь. Он очень волновался, что ты разозлишься. Эйс в замешательстве посмотрел на Боа Хенкок, которая начала поворачиваться к нему спиной. Она говорила про Сабо? Нет, он ещё не добрался до Импел Дауна. Тогда это Луффи! И…Эйс даже был не сильно удивлен. Луффи всегда неудачно для остальных и удачно для себя умудрялся оказываться в самом эпицентре всех интересных событий. Особенно после, того, как стал пиратом: на какой бы остров Луффи не приплыл, так сразу же оказывался в центре гражданской войны или какого-нибудь заговора. Если уж все остальные плывут в Импел Даун, то Луффи точно… Эйс испуганно дернулся, поднимая взгляд, но видя только далеко уже маячившую спину Боа Хенкок, за которой шли Магеллан и надзиратели. Луффи уже в Импел Дауне! Эта проклятая пиратка провела его сюда! Но остальные ещё не прибыли… Так значит его младший брат сейчас находится в самой опасной тюрьме в мире. Совсем один против всех надзирателей. А понятие Луффи и тишина противоположны друг другу… Его скоро обнаружат. Эйс заскрежетал зубами от своего бессилия. Он полностью бесполезен! Ему остается только надеется, что Сабо и Луна вовремя доберутся до Импел Дауна, пока Луффи не схватили или…не убили. Это он должен защищать и спасать своих младших братьев (И нет, Сабо не спорь, именно я старший), а не они его. Эйс поднял глаза вверх и злобно уставился на руки, скованные наручниками из кайросеки, а потом перевел взгляд на решётку. Тоже из кайросеки, не поскупились дозорные ублюдки. Полностью бесполезен. Даже вывихнуть суставы больших пальцев, как научил его Марко, не поможет. Он бы снял наручники, но решетка бы никуда не делась. Ещё и ноги тоже скованны. Значит, ему остается только… Ждать. А это он ненавидит больше всего. ― Эйс-сан! ― громко воскликнул Джимбей. Эйс выплыл из своих мыслей и понял, что друг кажется уже несколько раз звал его. Джимбей, увидев, что он наконец обратил на него внимание, продолжил, ― Что она сказала? ― Мой брат здесь. И не только он один сюда направляется, ― задумчиво проговорил Эйс и поднял на Джимбея глаза, загоревшиеся стальной решимостью, ―Джимбей, не долго ещё нам осталось здесь куковать. Уже совсем скоро мы разрушим Импел Даун до самого его основания! Джимбей мрачно кивнул, но ничего не сказал и только заинтересованно на него смотрел, ожидая продолжения. И Эйс стал шепотом пересказывать девяносто семь планов Сабо по проникновению в тюрьму и её разрушению по камушку.