Ночь пятницы

Десять тысяч ночей Позади Кто-то успел полюбить Потерять и забыть А я будто провёл день Взаперти Вышел покурить, отдышался И вернулся Чтоб десять тысяч ночей Провести Наедине со своими Идеями и демонами.

10 000 ночей - Markul

Уже вторую неделю Геля ходит в центр и с каждым днем все больше сдруживается с ребятами. Она ежедневно цепляет взгляды остальных людей, попавших в центр. *** Группа «Б» выходит из помещения на улицу, так как сейчас будет физра, которой в расписании больше, чем других предметов. Ангелина смеется с девочками на пару и поддакивает под различные фразы. Сзади девчат идет компания парней, что наблюдают за девушками и думают о плане действий на матч. — Слышь! — Резко доносится женский голос. Гришина повернулась, думая, что это адресовано ей. И оказалась права. — Ты Ангелина? — Спрашивает какая-то девчуля, чей блонд на голове сожжен, макияж один из странных и единственное, что подчеркивает ее, так это яркий топ и необычные джинсы. Геля смотрит на подруг. — Да, это я. — С опаской отвечает она. — Пошли отойдем, разговор есть. Ангелина с неуверенностью в глазах отходит от компании друзей и идет за блондинкой. — Это кто блять? — спрашивает Лена. — Без понятия, — сухо отвечает Яна, — мне неинтересно. Лена закатывает глаза от черствого ответа, казалось бы, такой близкой подруги. Никита, видя ее ничего не выражающее лицо, подходит к ней. — Ян, что случилось? — Ничего. — Говорит Рудевич, складывая руки на груди. Бойко, кивая головой, понимая, что девушка все равно ничего не скажет, уходит от нее все дальше. Но только ее отношение к нему было неясно, что он сделал и когда, зачем и для чего... Зайдя за угол, девушка начинает наезжать. — Ты че творишь? Че за друзья новые? — Грозно и громко произносит незнакомка, пока Геля пытается что-то сказать. — Что? — Вроде догадывается о чем-то Гришина. — Не перебивай, сука, — резко берет за футболку блондинка. — Воу-воу! — Кричит Ангелина. — Полегче давай, — вырываясь из хватки девушки, бурчит она. — Алине ты теперь пять штук должна, — блонди плюет прямо около найков Ангелины. — Тебе как зовут-то хоть, умница-разумница? — Нервно, не подавая этих признаков, Ангелина поправляет край своей тишки. — Я тебя предупредила, — проговаривает посторонняя, — иначе пизда тебе. — Нахуй иди, — шепчет Геля в спину уходящей оппонентке. Гришина понимает, за что якобы должна. Но не понимает, почему, если теперь из-за Коноваловой Ангелина несет наказание. — Сука, — уже подходя к компании новых друзей, шепчет брюнетка. — Че она хотела? — Пожевывая батончик, спрашивает Яна. — Алинины подсосы прибежали, — садится Геля, — пять кэсов требуют. — Хуя се, за что? — Интересуется шокированный Платон, держа в руках бутылку воды. — За колеса, — ковыряет маникюр Гришина, — они же у меня вместе с алкашкой на дне сумки лежали. — Ты, получается, здесь за наркоту, алкоголь и кражу? — Думает вслух Макеев. Ангелина положительно кивает, особо не придавая значения его вопросу, и кусает щеки изнутри. — Че делать-то? — Ничего, — отпивает ушастый, — ты уже срок мотаешь, считай. — Они мне волосы повырывают. Лена вздыхает, смотря в свой старенький айфон. — То же самое сделай и не парься. Гришина достает свой телефон и, смотря на время, видит мало заряда. — У кого есть зарядка на айфон? — поднимая руку вверх, она держит телефон слегка поцарапанным экраном вперед, буквально демонстрируя свой нюдовый квадрат на ногтях. Влада убирает сигарету и, щуря от солнца глаза, глядит на брюнетку. — У меня. — Можешь дать минут на пять? Я в долгу не останусь. — Да, конечно, пошли, — снимая с плеч рюкзак, одновременно потушив окурок о асфальт, она спрыгивает и идет в сторону Гришиной. — Пять сек. Даниил наблюдает за Владой тяжело и отчаянно вздыхает. При этом он даже не посмотрел на Ангелину. Он докуривает свой шоколадный мальборо и решает пойти поговорить с ней. Макс видит его действия и крикнув его имя, подбегает к нему. — Ты куда? — В туалет, — отчеканивает светловолосый. Врать другу не очень то и хорошо, но когда на душе кошки скребутся, то можно сказать, что вранье во благо. — Я с тобой, — навязывается Игнатьев совершенно без задней мысли. — Я побыть один хочу, — выдает Макеев. — В туалете? — Да. — С грубостью огрызается Орион. — Что непонятного? — Да ничего, я просто ссать хочу сильно, — шипит Максим, — буду в другой кабинке, обещаю. — Шуткой говорит шатен, Даниил смеется и кивает. — Ну, в общем, вот так, — договаривает Влада. — Блин, это реально жестко, — стоит, сложа руки на груди, рядом с розеткой Ангелина. — И я вот не знаю, что делать. Даня хорош во всем и вроде нравлюсь я ему. Но я люблю Макса. Обидно за него становится. — За Макса? — непонятным взглядом смотрит Гришина. — За Даню. — Вздыхает Ионова. – Сколько процентов? Ангелина, прикусив губу и переводя взгляд прямо ей в глаза, поворачивается к телефону. — Двадцать пять. Мне хватит, — говорит Гришина и, вытаскивая зарядник, отдает его брюнетке, — спасибо огромное, — тянется обнять зеленоглазая. — Не за что, — улыбается девушка, — обращайся. — Застегивает молнию на фиолетовом вельветовом рюкзаке она. — Влада! — кричит Макеев, врываясь в центр. Макс резко убирает улыбку и сводит брови к переносице. — Ты че? — Полушепотом спрашивает он. Две девушки поворачиваются на двоих парней и смотрят на обоих с лицами, полными непонимания. — Блять... — Шепчет Ионова. — Только не это. — А что такое? — Смотрит ей в глаза Ангелина. — Я не хочу видеть их обоих, это слишком сложно. — Отчаянно говорит Влада. — Его же Даня зовут? — Спрашивает девушка. — Да. — Тогда доверься мне. — Тихо, почти на ухо, проговаривает брюнетка и берет подругу под руку. — Даня! — Она поднимает свою вторую свободную руку вверх, дабы он увидел. — Мы торопимся! Блондин резко останавливается и, сводя брови к переносице, смотрит на друга. Тот лишь пожимает плечами и мотает головой. — Так! — Ни с того ни с сего заходит Ковалев. — Живо на поле! — Антон Вадимыч, мы только пописаем и придем, — налаживает ситуацию Макеев. — Поздно уже, потом поссыте, за мной, я сказал! — Не поддается тренер. Парни вздыхают и идут вслед за Антоном. — А какой у тебя был план? — Спрашивает Владислава, сидя на плитке пола в уборной. — Дойти до женского толчка и просидеть там всю пару, в женский они бы вряд ли зашли. — А, — понимает черноволосая, — мне просто кажется, что Макс и Даня ушли уже. Слишком уж тихо. — Тоже верно. — Вновь делает тягу сигаретой Ангелина и передает ее хозяйке. После чего встает, отряхая штаны сзади. — Тогда пошли. *** Физкультура прошла очень скучно, как обычно. Девочки ничем не были заняты, просто тупо сидели, либо разговаривая о фигне, либо залипая в телефонах. А юноши пинали мяч, матерясь на друг друга через каждое слово. Даня перед входом в центр, резким и быстрым движением берет Владу за плечи, прижимая к белой стене, нависая сверху. — Ангелин, иди, она догонит. — Командует Макеев. — Нет уж, Гель, останься, — противоречит Ионова, — у меня от подруги нет секретов. Даниил заглядывает Владе в глаза и, будто осудив, уходит прочь. — Идиот. — Злобно произносит Влада. — Реально, припизднутый же, как он тебе нравится? — А я возьму и разлюблю, — твердо говорит черноволосая, гордо идя в помещение. Ангелина поднимает брови вверх и невольно улыбается, оставаясь сзади Влады. *** Макс вновь касаясь Владу, обжигает ее дыханием и оставляет следы по животу словно неоном, ведя по ней подушечками пальцев. Свет уличных фонарей пробивается сквозь шторы. Комната будто зажигается неоновыми цветами и окропляет ярко-розовым свечением. Кровь в жилах закипает. Становится жарче, от чего в конце-концов меняется температура между двумя телами. Макс аккуратно поддерживает Владу за ее хрупкую спину и кладет под себя, нависая сверху. Парень настойчиво, но при этом нежно целует девушку. Влада не успевает понять происходящее, после нехватки воздуха шатен переходит на ее шею и, прикусывая ее белоснежную шею, исподлобья смотрит на любимую, та лишь опрокидывает голову назад, тихо постанывая от блаженства. Ее и его руки гуляют по телам друг друга, наслаждаясь этим присутствием. Макс срывает с нее оранжевую красивую ткань, оголяя бедра и причинное место. Она без капельки стеснения раздвигает свои ноги, давая и намекая Максу опуститься все ниже. Губа не дура. Игнатьев все прекрасно понимает, и чем ниже он опускался и прикасался, тем тяжелее дышит Влада. Это ласки поцелуями в бедра накатывали новой волной возбуждения, и она не выдерживая, начинает лепетать: «Войди в меня, пожалуйста.» Тот лишь приподнимает брови от удивления. Черноволоска была для него той самой нежной и неприкосновенной девочкой. Но то, что он услышал сейчас, повергло в шок, заставляя мурашки пробежать по телу. Приятные мурашки. Тем временем Даниил совершенно один. Он не может водить по кому-то так же неоном, лишь смотрит точно в потолок, потолок на него и все равно это не помогает сфокусироваться на мысли. Макеев совершенно разбит и не знает, что делать. У него нет дамы сердца, с которой он бы мог точно так же заняться банальным сексом в спальне. Ну, точнее, любимая есть, но эта любимая в эту же секунду уединяется с лучшим другом за стенкой. Ее стоны разливаются словно святая вода по комнате. Хотя, там уже никакая святая вода не поможет. Все эти вздохи бьют по сердцу Дани будто ножом еще сильнее. Тот лишь переворачивается на бок и прикрывает подушкой ухо, дабы не слышать эти звуки. Парень сворачивается в калачик и готов разрыдаться. Он потерял все. И отца, и любовь, и интерес к любимому делу. Уснул светловолосый ближе к утру. Так как стоны и прочие звуки кончились примерно в часа три ночи, а его поток мыслей где-то в пять. Проснулся он от громкого хлопка двери и вздрогнув, быстро проморгался. Нормально поспать не удалось, поэтому Даня с совершенно ничего не выражавшим лицом потянулся к тумбе с телефоном, что стоял на зарядке все это время. Посмотрев время, он увидел 7:36. Тяжело вздохнув, сел на теплую койку, устало протер глаза, потеребил свои же пальцы, посмотрел в пол и снова протяжным вздохом безвыходности встал и пошел в ванную. В тоже время Ангелина вытирает слезы с своих нефритово-зеленых глаз и, вынимая наушники из ушей, уходит в ванную. Еще одна ночь прошла без сна. Каждый раз она слушает одни и те же песни, уже протертые до дыр. Гришина каждый день видит, как кипят страсти в центре. Как Даня пилит взглядом новоиспеченную подругу. Как Фил и Лена пытаются скрыть отношения, но выходит это сложно. Как вообще все вокруг находят отношения, любовь, свою вторую половинку. Ангелине больно от мысли, что она одна. От уже в порошок стертой надежды на лучшее. И в последнее время ее мечтой является накидаться таблами, вообще отъехав. Пососаться, выпить и поржать. Смотря в зеркало, Гришина видит свои глазки, под которыми еще сильнее выразились мешки, а глазные яблоки стали слегка красноватыми от недосыпа. Ангелина опускает взгляд в раковину и начинает умываться, дабы хоть немного освежиться. Казалось бы, такая миленькая девочка в крутых шмотках и заряженным настроением. Но ведь дома все иначе. Пусть семья у нее счастливая, полная, почти не имеющая конфликтов. Почему же в ней такая проблемная Ангелина? *** Сборище ребят сидят на бетонных поверхностях и говорят о всякой всячине. Как только из центра выходит Эдик, уже, с мягко говоря, подзаебавшемся лицом, вся группа тушит окурки и идет следом за Эдуардом Валентиновичем. И только Даня умеет выждать девушку, чтобы выдолбить ей мозги. Ангелина бросает пачку сигарет в сумку и, на секунду подняв голову, напротив видит голову Макеева. — Ты че со всеми не ушел? — Я хотел спросить, — сокращает расстояние между ними светловолосый, — Влада какие цветы любит? — Смотрит он на пытающуюся закрыть сумку Ангелину. — Я ебу что ли? Полегче вопросы задавай.— Бурчит она себе под нос, продолжая глядеть вниз. — Мне идти надо. — Оке-е-ей, — тянет Даня, — а она сегодня вечером свободна? Ангелина поднимает голову. — А что ты хотел-то? Его голубые, как небо, слегка затуманенные дымкой, глаза соприкасаются с зелеными глазами напротив. Ангелине становится неловко смотреть человеку в глаза больше двух секунд и она отводит их на плитку, выложенную под ногами. И вообще, что он хочет от Ангелины и зачем она все еще стоит? Но и этой пары секунд хватило, чтобы Даню зацепило. Парень нервно сглатывает слюну, скопившуюся во рту, и буквально забывает, что говорит мгновение назад. — Даня? — Вновь заводит зрительный контакт Гришина. Он вздахивает и понимает, что говорить сейчас о чем-то просто бесполезно. Разум слишком затуманен. — Ничего, можешь идти, — еле слышно произносит Макеев. Ангелина идет, скрипя кроссовками об плитку. Даниил же смотрит за ней, пытаясь снова словить эту долю секунды, снова увидеть ее глазки, снова ощутить это. Светловолосый разворачивается спиной к виду на футбольное поле и держится потными ладошками за бетонный блок. Как только он потерял ее из виду, его глаза забегали в разные стороны, дабы зацепится и остудить желание вновь встретится взглядами. Его голову забивают всякие мысли, от Влады и чувств к ней, до Ангелины и... Чувств к ней?