Наследие Учихи

Ворота Конохи Цунаде, Мебуки и Джирайя стояли у ворот, ожидая прибытия команды Наруто. Наруто передал, что они прибудут в любое время, и Цунаде стояла у ворот с парой анбусов, готовых взять Учиху Сасукэ под стражу до суда. Всех ослепила яркая желтая вспышка. Когда зрение восстановилось, они сфокусировали взгляд на пяти шиноби, стоящих перед ними. Они выглядели так, словно прошли через какую-то битву. Только Наруто и Хината выглядели так, словно все еще сохранили боеспособность. Остальные вспотели, их одежда была растрепана. Шикамару, казалось, слегка прихрамывал, но все остальные были вполне здоровы. Ничего такого, что не смог бы вылечить ночной сон. «Где Учиха?» растерянно спросила Цунаде. Насколько она понимала, миссия была успешной, и Саске был схвачен. «Здесь», — сказал Наруто и с помощью камуи повалил Сасукэ на землю. «Спасибо, Наруто-сан», — сказала Мебуки, и Наруто просто кивнул. Мебуки медленно подошла к Учихе с улыбкой на лице. «Это для моей дочери», — заявила Мебуки и ударила его ногой по яйцам, отчего все мужчины вздрогнули. Даже Акамару застонал. «Что, черт возьми, произошло?» спросила Цунаде, глядя на дымящегося Учиху, лежащего без сознания на земле. «Только не говори, что он доставил тебе столько хлопот?» Цунаде указала на их одежду и общую усталость. «Орочимару случился», — ответил Наруто, и глаза Цунаде расширились. Она отправила троих генинов против саннина. Слава богу, никто не погиб. «Вам удалось убить его?» спросил Джирайя, но Наруто печально покачал головой. «Он использовал дзюцу обратного вызова, чтобы сбежать», — пояснил Наруто, и Цунаде вздохнула. Орочимару и впрямь был скользким ублюдком, но когда-нибудь ему придет конец. «Но мы убили четырех его элитных телохранителей, а также еще одного по имени Кагуя Кимимаро, последнего из клана Кагуя», — пояснил Наруто, и Цунаде кивнула. «Орочимару сменил сосуд и снова может выполнять ручные печати. Он использовал Эдо Тенсей, чтобы вернуть Кабуто. Кабуто сражался против нас, и мне удалось уничтожить его, но это не помешает Орочимару снова применить дзюцу», — объяснил Наруто, и Цунаде вздохнула, потирая виски. «Сейчас это не имеет значения. Шикамару, ты можешь ходить?» Цунаде спросила, и он кивнул: «Отправляйтесь в больницу на лечение. Все свободны. Наруто, у нас заседание совета, на котором будет решаться судьба Учихи Сасуке», — объяснила Цунаде, и все кивнули. Она повернулась к Сасукэ, которого тащили прочь, а за анбу бежала разъяренная Мебуки. «Увидимся дома, Хината-чан», — сказал Наруто, чмокнув ее в щеку, и ушел в башню Хокаге. Башня Хокаге — Зал Совета Когда Наруто и Цунаде прибыли в зал совета, все уже были в сборе. Учиха Сасукэ стоял посреди комнаты, связанный метками, подавляющими чакру, и простыми наручниками. Рядом с ним стоял один анбу, охранявший его. Любое агрессивное движение со стороны Сасукэ и анбу оборвало бы его жизнь еще до начала суда. «Совет собрался, чтобы определить судьбу Учихи Сасукэ за убийство Харуно Сакуры», — произнесла Цунаде и бросила взгляд на Учиху. «И какие у тебя есть доказательства?» спросил Сасукэ, ухмыляясь. Он прекрасно знал, как замести следы. Он оставил от нее лишь пепел, а значит, не будет никаких доказательств, что это он ее убил. «У нас есть признание самой Сакуры», — сказала Цунаде. «Что?» «Если она мертва, то откуда у вас признание?» — закричал Сасукэ. «Нару-чан», — сказала Цунаде, и все захихикали, а Наруто только вздохнул: «Мы вернули ее, чтобы узнать, что случилось», — объяснила Цунаде. Она посмотрела на паникующего Учиху взглядом, который говорил: «Теперь ты у меня в руках, сучка». «Тебе есть что сказать?» спросила Цунаде, но Сасукэ молчал. «Давайте покончим с этим раз и навсегда», — сказала Цунаде, вставая со своего места. «Я призываю казнить Учиху Сасукэ за убийство Харуно Сакуры. Кто-нибудь против?» спросила Цунаде, но ее прервали, прежде чем она успела продолжить. «ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТОГО СДЕЛАТЬ. Я Учиха, вы не можете позволить себе потерять Шаринган», — крикнул Сасукэ и ухмыльнулся, думая, что понял ее. Цунаде лишь жалобно посмотрела на него. «Ты, кажется, забыл о Нару-тян», — просто сказала Цунаде, заставив Сасукэ расширить глаза. Он больше не был последним Учихой, так что его можно было выкинуть. «Цунаде уже собиралась объявить голосование, но ее прервал Мебуки. «Если позволите, я предложу альтернативный приговор Хокаге-сама», — сказал Мебуки с очень больной улыбкой, от которой Сасукэ бросило в дрожь. Сасукэ подумал, что, возможно, смерть была бы куда лучше того, что его ожидает. «Я хочу, чтобы его способности к формовке чакры были уничтожены и чтобы он провел всю свою жизнь в тюрьме. Я хочу, чтобы он знал, что никогда не сможет отомстить своему старшему брату. Я хочу, чтобы он чувствовал отчаяние, медленно угасая от старости, зная, что никогда не отомстит за свою семью», — улыбаясь, сказал Мебуки, и даже Цунаде вздрогнула. Это был холодный приговор, даже хуже смерти. Сасукэ будет вечно сидеть в тюрьме, зная, что его семья погибла напрасно, а убийца ходит по земле на свободе. «Ад не имеет такой ярости, как презренная женщина», — подумал Шикаку. «Не вижу причин для отказа. Все за?» ухмыляясь, спросила Цунаде, и все подняли руки, за исключением Данзо, но на него всем было наплевать. «Приговор будет приведен в исполнение немедленно», — сказала Цунаде и приказала Наруто уничтожить его сеть чакры. По сути, Сасукэ станет мирным жителем, когда Наруто закончит с ним. Наруто встал и с бесстрастным лицом спокойно подошел к Сасукэ. Сасукэ просто стоял и смотрел, как к нему приближается его погибель. «ОТОЙДИ. Я не собираюсь так падать!» — закричал Сасукэ, пытаясь освободиться, но он не мог использовать чакру, а наручники были слишком крепкими, чтобы он мог их разорвать. Впрочем, если бы он их разорвал, то никуда бы не делся. Наруто подошел к трясущемуся от страха Саске. Наруто положил правую руку на грудь и сконцентрировал чакру. Кандзи начали распространяться по всему его телу, пока не покрыли его полностью. «Это та же печать, которую я использовал на Орочимару во время Вторжения», — пояснил Наруто и повернулся к Цунаде, которая кивнула ему, чтобы он продолжал. «Может быть, будет немного больно», — сказал Наруто, помещая правую руку в печать тигра. «Активировать», — сказал Наруто и активировал печать. Сасукэ вскрикнул от боли и покатился по земле. Наруто решил отсрочить разрушение как можно дольше в качестве наказания за свои действия. Примерно через пять минут Саске перестал кричать и просто лежал на земле, тяжело дыша. Если бы кто-нибудь посмотрел на него, то увидел бы его мертвый взгляд. Взгляд человека, у которого только что отняли всю жизнь и заставили понять, что он никогда не получит желаемого. «Вы можете подтвердить слова Хиаши-сана?» спросила Цунаде. «Подтверждаю. Его сеть чакры разрушена. Сейчас он не сможет создать даже простого буншина (клона)», — заявил Хиаши, и Цунаде кивнула. «Кабан, — сказала Цунаде, и анбу опустился перед ней на колени, — возьми Сасукэ и покажи ему его дом до конца жизни. Убедись, что там тепло и уютно», — с сарказмом произнесла Цунаде, и Кабан поклонился, подхватив Сасукэ на руки и выходя из комнаты. «Заседание закрыто», — сказала Цунаде, и все покинули комнату. Департамент информационных технологий Конохи — Камера временного содержания — Заключенный: Учиха Сасукэ Учиха Сасукэ сидел на кровати в своей камере. На лице Сасукэ было пустое выражение, и он смотрел на стену, словно ожидая ответа. «Глупый младший брат», — услышал Сасукэ и повернулся, чтобы выглянуть за пределы камеры, но увидел там Учиху Итачи, стоящего с забавной улыбкой на лице. «ИТАЧИ. Я убью тебя», — закричал Сасукэ и попытался сломать железные прутья своей камеры. «Замолчи, пока мы тебя не вырубили», — раздался голос анбу из коридора. Сасукэ посмотрел в сторону Итачи и обнаружил, что тот исчез. Возможно, смерть была бы лучшим исходом. Вдруг Сасукэ услышал шум и посмотрел в сторону анбу, который лежал на полу в отключке. «Мы уходим, Сасукэ», — раздался голос позади него. Сасукэ уткнулся в землю, когда увидел фигуру, сидящую на его кровати. Он был одет в черный плащ с красными облаками, но больше всего его отличала оранжевая маска с вихревым узором. В маске было единственное отверстие для правого глаза. «Кто ты?» спросил Сасукэ, медленно отступая как можно дальше. «Это будет позже», — ответил Тоби, впиваясь взглядом в Сасукэ, и продолжил искривляться, удаляясь от Конохи. Комплекс Сенджу — Поздняя ночь В доме Сенджу Наруто и Гаара собирали вещи, а Джирайя ждал их. Они собирались отправиться в свое трехлетнее путешествие. И хотя Наруто заверил всех, что будет регулярно навещать их и приводить Гаару, все равно было немного грустно. Хинате тоже было грустно. Наруто сказал ей, что будет навещать ее каждый день, но этого было недостаточно. Они жили вместе уже много лет и проводили вместе почти весь день, а ночью спали вместе, делясь теплом друг друга. «Не волнуйся, Хината. Может быть, если ты выложишься полностью, то сможешь присоединиться к ним в их путешествии», — сказала Цунаде, и Хината медленно кивнула. Наруто вышел из комнаты с большим свитком на спине. У Гаары тоже был свиток, зажатый в песочной тыкве. «Ну вот и все, Хината-чан», — сказал Наруто, подходя к ней и обнимая ее. «Увидимся завтра, принцесса», — сказал Наруто и медленно и страстно поцеловал ее. Они неохотно расстались, когда Джирайя предупредил их, что хочет прибыть в следующий город до наступления ночи. «До новых встреч», — сказал Наруто, и они втроем помчались прочь из дома Сенджу. «Мне будет не хватать этого извращенца», — сказала Цунаде, вытирая слезу. Убежище Акацуки Тоби прибыл в свое убежище и начал извлекать Сасукэ из своего измерения. Сасукэ упал на землю и медленно отступил от стоящего перед ним человека. Без чакры Сасукэ знал, что он бессилен и что практически любой шиноби может его победить. «Расслабься, Сасукэ, — сказал Тоби, медленно поднимая руки к маске, — я позабочусь о своей семье, — сказал Тоби, снимая маску, и Сасукэ расширил глаза и тут же потерял сознание. Отогакуре Глубоко в Отогакуре Орочимару и недавно призванный Кабуто были замурованы в лаборатории. В центре лаборатории, соединенный с несколькими трубами и проводами, стоял большой бак, наполненный зеленой жидкостью. Внутри бака находился небольшой шар. Судя по ухмыляющемуся лицу Орочимару, это должно быть что-то хорошее. Орочимару слюной захлебнулся от перспективы получить шаринган, о котором он всегда мечтал. Орочимару просто наблюдал за тем, как медленно созревает его новое творение. Во время битвы с Наруто Кабуто удалось взять у Сасукэ несколько пузырьков крови. Орочимару вместе с Кабуто создали идеальную копию Учихи Сасукэ, которая сейчас медленно созревала в резервуаре. «Как скоро сосуд станет пригодным для использования?» спросил Орочимару у Кабуто, который проводил симуляцию на соседнем компьютере. «По моим расчетам, три года, Орочимару-сама», — ответил Кабуто. «Хорошо», — сказал Орочимару, облизывая губы. Убежище Акацуки Сасукэ, которого недавно вернули на землю живых, смотрел на стоящую перед ним фигуру. «Кай», — Сасукэ попытался взмахнуть чакрой, но ничего не вышло по двум причинам. Во-первых, человек перед ним не был иллюзией, а во-вторых, он не умел манипулировать чакрой, поэтому не смог бы разрушить иллюзию, даже если бы попытался. «Ф-фа-отец?» медленно спросил Сасукэ у фигуры. У стоявшего перед Сасукэ человека без маски были короткие чёрные волосы до плеч и глаза цвета оникса с заметными складками под ними. «Ты не можешь быть. Ты мертв», — дрожащим голосом произнес Сасукэ. Человек, стоявший перед ним, не мог быть им, и все же он был им. Учиха Фугаку стоял перед Сасукэ, бесстрастно глядя на него. «Уверяю тебя, я самый настоящий Сасукэ», — сказал Фугаку своим обычным холодным и безэмоциональным голосом. «Почему ты не вернулся в Коноху, если был жив? Почему ты оставил меня там одного?» кричал Сасукэ. Ему нужны были ответы, и немедленно. «Прости, Сасукэ, но ни то, ни другое невозможно. Я все объясню, только послушай», — сказал Фугаку, и Сасукэ медленно кивнул. «Для начала Итачи не просто убил наш клан, чтобы проверить свои силы, как он тебе говорил. Если бы ему пришлось померяться силами со мной, он бы проиграл. Причина, по которой он решил убить наш клан, — приказ. Мы — элита Учихи. Мы заслужили право контролировать Коноху и править ею, в отличие от Сенджу. Четырнадцать лет назад я вызвал Кюуби, и клан Учиха должен был взять под контроль деревню после того, как закончится смута», — сказал Фугаку. «Однако этот проклятый Намикадзе опередил меня. Он смог ранить меня и запечатать Кюуби в своего новорожденного сына, Сенджу Наруто. Через несколько лет после инцидента с Кюуби у Сандайме и его советников возникли подозрения относительно происхождения атаки Кюуби, и они решили провести расследование. В то время мы готовили государственный переворот, чтобы захватить власть в деревне. Они решили внедрить в наш клан шпиона, а кто может быть лучше Итачи, который был миролюбивым шиноби. Пока все понятно?» Фугаку спросил, и Сасукэ медленно кивнул, впитывая все сказанное. «Итачи стал работать шпионом Сандайме, предоставляя информацию каждый раз, когда собирался наш клан. Я знал, что у нашего клана не будет ни единого шанса, если деревня будет готова к нашей атаке. Мы потеряли элемент неожиданности только потому, что Итачи предпочел Коноху своей крови», — сказал Фугаку, оскалив зубы. «Я должен был найти решение, чтобы спасти наш клан, и единственным выбором было убить их всех», — сказал Фугаку. «Ты называешь спасением нашего клана убийство всех», — крикнул Сасукэ, и Фугаку вздохнул. «Сасукэ, — начал Фугаку, — наш клан жив и здоров», — сказал Фугаку, и Сасукэ замер. «Что ты имеешь в виду?» растерянно спросил Сасукэ. Эта штука до чертиков запутывала его, и ничто не имело смысла. «Зецу», — сказал Фугаку, и из-под земли появился шиноби, похожий на растение. «Это Зецу, член Акацуки и мой личный слуга. Приведи клона», — приказал Фугаку, и Зецу сформировал белого клона, который стоял и ждал приказа. Фугаку сделал небольшой знак, и клон Зецу коснулся Сасукэ и тут же принял его облик. Фугаку принялся убивать клона, но его форма и облик остались. «Эти клоны особенные. Они могут копировать структуру ДНК любого, к кому прикоснутся, и даже если они умрут, то останутся с ним. Даже самые опытные медики не могут заметить разницу. Я использовал этих клонов и заменил весь клан Учиха подделками. Их шаринган тоже в какой-то степени функционирует», — пояснил Фугаку. «Тогда это значит, что… " Сасукэ не закончил, но Фугаку заполнил пробелы. «Что все живы и скрываются. Твоя мать, дядя, кузены… все», — сказал Фугаку, и Сасукэ улыбнулся, а потом снова нахмурился. «Тогда почему ты оставил меня там одного?» спросил Сасукэ низким голосом. Он был рад, что его клан жив, но что тогда делать с Итачи. «Прости, но у нас не было выбора. Итачи решил пощадить вас, уничтожив весь клан. Хотя эти клоны полностью защищены, они не созданы для битвы. Они очень слабы, и мы не могли рисковать, выпустив одного из них вместо тебя. Точно так же мы не сможем забрать тебя из Конохи — это вызовет слишком много подозрений», — объяснил Фугаку, и Сасукэ медленно кивнул. «А как же Итачи?» спросил Сасукэ. «Ах да, этот дурак, — начал Фугаку, — знаешь ли ты, что я учился у Учихи Мадары и что я работаю над планом, разработанным им?» Фугаку сказал, и глаза Сасукэ расширились. «Дедушка Наруто?» спросил Сасукэ, и Фугаку с усмешкой кивнул. «Вот это поворот, которого я не ожидал. Он никогда не говорил о том, что у него есть сын», — вздохнул Фугаку. «Во время моего правления в качестве главы клана я часто приглашал клона занять мое место в Конохе, чтобы я мог сосредоточиться на наших планах за пределами деревни. Однажды Итачи связался со мной, приняв меня за Учиху Мадару. Он рассказал мне обо всем, не зная, что разговаривает с собственным отцом», — смеясь, сказал Фугаку. Итачи, так называемый гений, в конце концов был одурачен. «Ты разберешься с ним, когда придет время. Я не придумал лучшего наказания, чем заставить его жить с чувством вины и угрызениями совести, хотя на самом деле он никого не убивал. Как только я найду тебя достаточно сильным, чтобы справиться с ним, я позволю тебе убить его. Он был предателем своего клана. Он выбрал Коноху, а не свою кровь и плоть», — прорычал Фугаку. «Я ничего не могу сделать. Я больше не могу манипулировать чакрой», — сказал Сасукэ, глядя вниз. «Не стоит беспокоиться. Я легко все исправлю, если введу тебе несколько клеток Зецу. Они увеличат твою силу и вылечат любую рану», — сказал Фугаку, и Сасукэ ухмыльнулся. «Итак, Сасукэ, — начал Фугаку, — ты будешь стоять на стороне Конохи или своей крови?» спросил Фугаку. «Я буду защищать наш клан. Итачи заплатит, и Учиха восстанет».