Ловец снов

Дилюк, в силу своей второй, тайной, профессии, мастерски скрылся неподалёку от балкона, никем незамеченный. Этот день — шанс хоть немного разобраться в тайнах, окружающих его так называемого «братца». Вряд он честно рассказал бы, что увидел в своём «счастливом сне», но даже наблюдение за ним, спящим, могло бы дать некоторые подсказки… Конечно, Кейя, его дорогой братец, кажется, и не собирался так легко давать ему шанс разобраться в его лабиринте мыслей… В которых сам черт ногу бы сломал, если бы попытался проникнуть внутрь головы капитана кавалерии и прочитать его мысли. Дилюк сначала тихо отошёл в тёмный угол, чтобы проследить, но почти в это же время Кейя тоже незаметно двинулся в сторону лестницы на второй этаж. И, если бы Дилюк не следил за ним персонально, даже он не смог бы заметить этих маленьких движений. «Он здесь не останется. Уйдёт на балкон» — мгновенно понял хозяин винокурни, который никогда не жаловался на свои наблюдательность и анализ людей. Так что остальное было проще: проследить за Кеей, прочитать эмоции у него на лице. И Итэр здесь оказался как нельзя кстати, давая ещё и возможность подслушать разговор. Кейя действительно мастер в том, чтобы управлять своим выражением лица и скрывать правду… Повезло, что сегодня он на редкость чувствительный, ведь, даже будучи пьяным, он держит язык за зубами, как мёртвая рыба, и никогда не разберёшь, где заканчивается шутка и начнётся правда… Дилюк медленно припомнил пьяный вид Кейи… Развязный, со своей наглой ухмылкой на лице и дьявольским блеском в глазах, за которым не понять, что скрывается на самом деле: гнев, радость, печаль или вовсе пустота. Что? Что там скрыто? Чтобы разобраться в тайне смерти его отца, Дилюк проник даже в ряды Фатуи. Он выяснил почти всё… Всë, кроме того, что так тщательно оберегает его «братец». Казалось, что не хватает одного-единственного пазла, одной детальки, чтобы до конца понять эту головоломку, столько лет не дававшую ему покоя. А деталька эта спрятана у Кейи, который так тщательно оберегает её, что найти способ подобраться ближе и узнать, что же от него прячут, Дилюк не смог за столько лет… Он скрестил руки на груди и плавно постучал пальцами по локтю, в задумчивости смотря на явно подавленную фигуру на балконе… Возможно, сейчас шанс, чтобы расколоть этого лгуна, но… Отчего же всегда бесстрашный Дилюк сейчас не может сделать и шага вперёд? Кейя снова отвернулся от двери, чтобы посмотреть на пейзаж с балкона, и в этот момент Дилюк, наконец, пересилил себя и медленно облокотился плечом на дверную рамку.       — «Иллюзии», значит? — неспешно, с безразличным тоном переспросил Дилюк. Кейя вздрогнул, почти подпрыгнул, напоминая напуганного кота, которого застукали на месте преступления, но затем, даже не оборачиваясь, саркастично бросил:       — А разве нет? Сны, которые воплощают твою мечту — всего лишь иллюзии. Ты не согласен со мной, а? Дилюк медленно подошёл и встал прямо за спиной у капитана кавалерии… Не выдержав такого, Кейя развернулся и впился взглядом в своего братца, подсознательно отодвигаясь от него и вжимаясь в перила балкона:       — Что тебе нужно? — сурово спросил голубоглазый, явно не в силах выдавить из себя свой привычный образ. Чуя его слабость, Дилюк усмехнулся уголком губ и внезапно сжал подбородок человека напротив, желая заглянуть в глубину, скрытую в глазах, пусть один из них и был закрыт повязкой:       — Хочу понять, какими же иллюзиями не захотел упиваться мой дорогой брат. Кейя попытался вырваться и оттолкнуть своей рукой руку Дилюка, явно не желая быть так близко к нему, но ничего не вышло. Наоборот, ситуация стала только хуже, потому что Дилюк схватил его и крепко прижал к перилам, используя свои руки и тело.       — Не сбежишь. Не сегодня, — сурово, но как-то спокойно констатировал факт хозяин винокурни, наконец схвативший за хвост разукрашенного павлина.       — Лучше отпусти, — с предупреждением в голосе прошептал Кейя, сильно хмурясь. Дилюк, конечно же, как обычно, понятия не имел, что творится у него в голове, но интуиция подсказывала ему: если сейчас отпустит, то потеряет единственный за столько лет шанс добраться до тайн своего брата. Поэтому он не отпустил, наоборот, крепче прижал к перилам, не давая сбежать, нежным движением снял повязку и заглянул с пристальным вниманием в глубину разных, но таких красивых глаз. Холод многолетних льдов и огонь какого-то нежелания, которые постоянно замечал Дилюк, при взгляде Кейи на него, стали исчезать, как дым. И в этот момент он, наконец, понял первую вещь, которую так старательно прятал от него Кейя: его брат демонстрировал и напоминал Дилюку, что они могут хорошо сотрудничать, но от этого никогда не перестанут быть врагами… Какая ложь, сейчас Дилюк видел ясно: Кейя, вероятно, ни одного мгновения в жизни не считал его своим врагом… Потому что на врагов не смотрят так. При взгляде на врага у человека в глазах не появляются… уязвимость и привязанность… Ты никогда не посмотришь на врага взглядом, в котором читается «ты можешь причинить мне боль лишь одним нечаянным действием, пожалуйста, будь осторожнее»… Поняв, что больше не может скрывать свои истинные эмоции, Кейя в нежелании прикусил нижнюю губу и отвернулся, пряча глаза и хоть так, из последнего упрямства, последней гордости, стараясь сохранить между ними стену, которую построила судьба… Не получилось. Дилюк снова схватил Кейю за подбородок, заставляя смотреть друг другу в глаза… Капитан кавалерии хотел зажмуриться и упрямиться до конца, но мгновенно застыл на месте, вглядевшись в красные глаза напротив… Там были печаль и непонимание. Впрочем, в отличии от него, Дилюк всегда был искренним, поэтому он просто прямо озвучил вопрос, застывший в его взгляде:       — Почему?.. — тихий шёпот человека, который сейчас находиться в подвешенном уязвимом состоянии… Будто ответ сбросит его с небес на землю и заставит разбиться, но не получить ответ будет ещё хуже… Как вечная угроза, которая весит над тобой и неизвестно, когда убьёт.       — «Почему» что? — сглотнув, переспросил Кейя, закрывая глаза и понимая, что, кажется, теперь никуда не сможет сбежать. Вместо ответа, Дилюк осторожно положил руку на щеку того, кто должен был быть его братом и врагом, но смотрел на него и не как враг, и не как брат… Пальцами он осторожно провёл по щеке Кейи, пытаясь понять, но догадываясь, что, кажется, пока он не получит прямой ответ, он не поймёт… Ресницы Кейи взволнованно дрогнули… А затем он открыл глаза, чтобы посмотреть на Дилюка свои настоящим взглядом: взглядом уставшего бездомного кота, над которым жизнь знатно поиздевалась, но который всё ещё теплит в сердце осторожную, хрупкую надежду однажды найти свой дом…       — Почему? — тихо повторил Дилюк, ещё сильнее прижимаясь к Кейе и смотря ему в глаза с такого близкого расстояния, что их носы почти соприкасались друг с другом. Кейя в молчании грустно опустил взгляд и вздохнул, слегка беспомощно:       — Ну… Вот так вышло, — равнодушно пожал он плечами, будто говорил вовсе не о них и не о своём грустном взгляде, а о чём-то постороннем и к нему никак не относящемся. Дилюк медленно закрыл глаза, и Кейя уже на секунду порадовался, что его отпустят и оставят в покое… Но в следующий момент его поцеловали. Простое касание одних губ других мягких губ, ничего больше. Дилюк сделал это мягко и нерешительно, осторожно, будто не мог до конца понять, что сейчас происходит… Но для Кейи это было нечто иное, особенное, желанное… Нечто, потрясшее всю его душу… Оно заставляло терять голову, забывать, как дышать, заставляло в принципе напрочь забыть всё, кроме этого момента… Кейя сначала в шоке расширил глаза, но очень быстро утонул в этом прикосновении, медленно прикрывая глаза и слегка приоткрывая рот, подсознательно. Дилюк отстранился, чтобы посмотреть на него со смесью сомнений и недоверия. Когда прикосновения больше не было, Кейя, наконец, пришёл в себя и яростно пихнул хозяина винокурни в грудь:       — Что ты творишь?! Губы Дилюка дрогнули, словно желая что-то сказать, но когда он посмотрел в явно расстроенные и обиженные глаза напротив, он растерял все свои слова и смог только потерянно прошептать:       — Понятия не имею… Обиженный, яростный взгляд голубых глаз пригвоздил Дилюка к месту… Он действительно не до конца понимал всё происходящее. Впрочем, как это и было всегда с Кеей: никогда ничего не понять. Но в двух вещах Дилюк убедился на сто процентов. Взгляд, настоящий взгляд Кейи действительно говорил ему сейчас, что он может причинить капитану кавалерии боль одним нечаянным движением… Как сейчас. Весьма удивительно, что обычно такой сильный, бесстрашный и хитрый капитан кавалерии может быть перед ним, вроде как «врагом», таким уязвимым и слабым… Дилюк не мог подобрать подходящее описание, но у него возникло ощущение, что дикий кот, который обычно на всех шипит, подошёл к нему и игриво потерся головой о его ногу… И была ещё одна вещь, которую Дилюк понял для себя очень ясно… Он серьёзно и внимательно посмотрел в паникующие глаза напротив, совершенно не собираясь отпускать наконец пойманного дикого зверька… А затем поцеловал вновь. Кейя сначала искренне, изо всех сил, пытался вырваться из крепкой хватки Дилюка, но постепенно из глубины его сердца пришло абсолютное нежелание куда-то убегать, а сила в конечностях стала слабеть… Видимо, заметив, что сопротивление ослабло, Дилюк осторожно высунул язык и провёл им по губам Кейи… Потеряв всё своё упрямство в этом поцелуе, Кейя послушно приоткрыл рот… И обжигающий язык, неопытно, но жадно проник внутрь, тщательно изучая новое для себя пространство… Медленно, Дилюк опустил руки, которыми зажал Кейю между своим телом и перилами, и осторожно положил их на чужую талию, нежно обнимая её… И притягивая чужое тело к себе ещё ближе… Кейя не видел смысла дальше убегать, поэтому, вместо сопротивления, аккуратно положил ладони на крепкую грудь, проявляя инициативу и углубляя поцелуй, чтобы начать танец с чужим языком у себя во рту… Хотя у этих двух безумцев всё было не как у нормальных людей, и даже обычный танец языком они превратили в отчаянную и упрямую борьбу, хватая чужой язык, сопротивляясь, тяня его и иногда посасывая… Воздуха не хватало вообще, и они одновременно отстранились друг от друга, пытаясь отдышаться… Кейя, вцепившись пальцами в плечи хозяина винокурни, опустил голову, судорожно делая вдох, а Дилюк крепче прижал к себе за талию парня и беззвучно пытался отдышаться и прийти в себя… Дыхание постепенно восстанавливалось, а вот разум — совершенно нет.       — Что мы делаем?.. — потерянно и тихо спросил капитан кавалерии, когда смог хоть немного отдышаться. Боясь, что он сбежит, когда придёт в себя, Дилюк ещё крепче прижал к себе Кейю, напрочь отказываясь отпускать, а затем, подумав, с тихим смешком ответил:       — Сегодня вечер, когда люди упиваются иллюзиями..... Подхватывая такую нелепую отговорку, Кейя изогнул губы в усмешке и добавил:       — И поддаются искушению?       —Мм, — тихо промычал в ответ Дилюк, склоняясь к Кеей для нового поцелуя, — Только сегодня, — подчеркнул суровый хозяин винокурни, а затем жадно начал новый раунд, ещё горячее прежнего. «Какая ложь» — подумал про себя капитан кавалерии, который тоже за этот вечер прочитал достаточно в красных, пылающих обжигающим огнём глазах. «Глупая ложь» — подметил мысленно Дилюк, который ранее понял для себя ещё одну важную вещь: ему это абсолютно нравится.

«Ты не можешь без меня… И не только сегодня»