Ты моя любовь

Спальня была залита ярким светом. Он не будет страдать меньше. Тусклый свет позволял ему лишь представить красоту ее кожи. Его взгляд ласкал ее кожу, вплоть до выгнутой спины. Дальше была длинная грива ее волос. Просто взглянув на ее волосы, он почувствовал их мягкость между пальцами и почувствовал запах. Позитивно великолепно, вот такие слова. Ее пальцы крепко сжимали кожаные ремни, обвивавшие ее запястья. Она не пыталась бороться. Нет, ей это нравилось. Ее полные карминовые губы, приоткрытые, выдыхали мягкие брюки. От волнения? Конечно. Он подошел к кровати, на которой она растянулась. Чем больше он созерцал ее, тем сильнее его желание давило на его одежду. Он наклонился и провел пальцами по внутренней стороне ее голени. Он чувствовал, как ее кожа мягко дрожит под его прикосновением. Восхитительный. Он провел пальцами по ее бедру, наблюдая, как ее бедра приподнялись от его прикосновений. Он наслаждался ее распутством. Он выпрямился, оставив на ее коже отблеск сожаления. Его хватка сжалась вокруг весла, которое он держал в свободной руке. Она вздрогнула и вскрикнула, улыбка расползлась по ее губам. Вид ее щек, покрасневших от удара, доставил не что иное, как наслаждение. Ее голос сорвался с губ в громком, уязвимом крике. Дрожь пробежала по ее коже, ее крик треснул в конце. После этого третьего жгучего удара ее возбуждение утекло. Обе ее щеки теперь были одного и того же румяного цвета. Очень тепло и гостеприимно. Еще несколько шлепков, и он бросил весло и присоединился к ней на кровати, между ее раздвинутыми ногами. Он опустился на колени, наклонился и почувствовал аромат ее тела. Опьяняющий. Он избавился от слоев одежды, закрывающих его кожу, и вздох, сорвавшийся с его губ, когда давление наконец уменьшилось, возбудил ее еще больше. Она могла только предполагать и надеяться. Из-за повязки на глазах она мало что могла делать, кроме как прислушиваться к звукам и искать малейшее прикосновение. Боль внутри ее пола превратилась в сладкую пытку. Он не смог бы так легко потушить этот огонь. Она ахнула и застонала от мягкого и теплого прикосновения его языка к ее клитору, пробуя ее на вкус, дразня ее так, как она любила это, и как она ненавидела это. Она сжала пальцы ног, изо всех сил стараясь не прижимать свою киску к его лицу. Терпение или наказание. Да, опьяняющий. Он ласкал ее пол, как будто пьет амброзию, только слаще. Его вкусовые рецепторы питались ее драгоценным нектаром, его уши пытались ее мяуканьем. Ладони его рук, мягкие и успокаивающие, ласкали воспаленную кожу ее задницы. Его язык покинул ее клитор, чтобы найти внутренние половые губы. Он обожал их, каждый раз наслаждался ими, жадно посасывая и покусывая их. Ей это нравилось так же, как и ему. Он сел на пятки и ввел в нее два пальца, медленно, нежно, почти дразняще. Он склонился над ее выгнутой спиной, навис над ее связанным телом. Вот так она выглядела великолепно. Все для него. М: Ты моя… моя для удовольствия, моя для того, чтобы дразнить… Прошептав ей на ухо, он начал погружать пальцы глубоко в нее. Она вскрикнула, задыхаясь. М: Ты моя, чтобы я мог с тобой играть и вкусно мучить… Ритм его толчков ускорился, ее стены сжались вокруг его пальцев. М: Ты моя, чтобы угождать, и моя, чтобы заставить тебя молить о пощаде… или о большем… Теперь она стонала без стыда, ее сердце пульсировало от удовольствия. Н: Д-да… аа-а… Я… Она заикалась сквозь стоны, ее нежный голос был полон желания. Он ускорил шаг, потирая верхнюю часть ее влагалища. Он чувствовал, как ее секс все больше и больше ослабевает. После нескольких толчков она не могла не умолять снова, давление стало слишком сильным. Н: Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! Она чуть не плакала, ее тело дрожало. М: Ты можешь… прошептал он. Ее соки уже хлынули из влагалища. Еще несколько толчков, и ее тело полностью напряглось, сотрясаемое небольшими толчками, охваченное силой оргазма. Он выпрямился и поднес влажные пальцы к губам, слизывая ее возбуждение. Его член дернулся от желания, из него текла предэякуляция и он покраснел от желания. Он устроился между ее ног, крепко обхватив ее бедра. Вид, открывшийся его глазам, мог заставить его захлебнуться от предвкушения предстоящего удовольствия. Он прощупал вход в ее член своим гладким кончиком, чувствуя, как ее теплые и горячие соки покрывают его кожу. Он застонал, его член снова дернулся от потребности, почти болезненно. Он проник в нее, наблюдая, как сантиметром за сантиметром исчезают внутри ее пульсирующей киски. Тепло, мягкость ее стенок, восхитительное напряжение вокруг его члена… Волнующий восторг. Он ждал, нетерпеливо, но милосердно, пока она приспособится к его размеру. Он раздвигал ее ягодицы, созерцая место соединения их двух тел. Его взгляд переместился вверх, к ее крошечной дырочке и покрасневшим щекам. Великолепный. Он проследил путь от ее позвоночника до головы, остановившись на ее рту, раскрытом от блаженства. Он не мог больше этого терпеть. Он начал входить в нее, и мгновенно, как механизм, приводящий в движение мелодическую музыку, она начала стонать. Удовольствие текла по его члену, становясь сильнее. Его взгляд переместился от его пола, покрытого ее соками, к ее заднице, дрожащей каждый раз, когда он прижимался бедрами к ее коже. Он толкал ее вперед каждым толчком. Он пососал свой палец, сделав его намокшим и скользким, прежде чем засунуть его во вторую дырку. Она застонала громче, сжимаясь вокруг его двух аппендиксов. Он наслаждался экстазом, который доставляли ему тепло и теснота ее секса; в ее непрекращающихся стонах и повторяющихся шлепках его бедер по ее попке. Н: Могу я… Кончить еще раз? Пожалуйста?! она с трудом выговаривала слова. Он был так близко, что ему просто нужно было, чтобы она пришла. он освободил ее сквозь стоны и штаны. Ее стены теперь бесконтрольно сжимались, усиливая его удовольствие. Она достигла своего апогея в долгом и прерывистом крике, за которым быстро последовал его собственный, когда он излился внутри нее. Он испытал оба их оргазма беспорядочными толчками, прежде чем остановился внутри нее. Его разум был затуманен и блаженно опутан. Он лег на нее сверху, просто чтобы немного отдохнуть. М: Ты моя любовь… прошептал он и поцеловал ее в щеку, а она нежно улыбнулась.