Мама хотела хотя бы одного, а получила аж двоих!

      До Бон Сун несла на своих маленьких женственных плечах двух взрослых широких мужиков. Один из них был ее обожаемый, любимый и самый красивый из всех мужчин на земле — Ин Гук Ду. И Мин Хёк, президент Ан Мин Хёк. Парни сегодня изрядно напились, играя вечером в свои игры в бильярдной. Пили только парни, а Бон Сун они не разрешили.       «Вот несправедливость какая!», — подумала девушка и опустила своих друзей на диван в апартаментах Ан Мин Хёка.       Гук Ду она аккуратно положила на бок, а вот президента, самым небрежным способом толкнула на подушку. Ну, пусть скажет спасибо, что грубо на подушку, а не нежно на пол! Он должен быть благодарен такой заботе!       — До Бон Сун, я буду тебя… защищать! — с задержкой в речи уверенно произнес Гук Ду и победоносно вытянул левую руку вверх, будто уже победив и повязав нескольких бандитов.       — Я тоз… — что-то невнятно пробубнил президент.       — Да-да… Защитите вы меня, конечно… Скорее, мне придется вас защищать. — вздохнула девушка и подошла к икнувшему пару раз детективу. — Спокойной ночи, Гук Ду.       Перед тем, как уйти, Бон Сун воспользовалась уязвимым состоянием Гука. Оставив легкий поцелуй на его щеке.       — А меня? — возмутился президент.       Его узкие и без того глаза, стали совсем щелочками, из-за пьяного состояния.       До Бон Сун лишь презрительно фыркнула на него и ушла в комнату спать в уютной кровати.

***

      Бон Сун проснулась посреди ночи из-за жажды, и решила выйти на кухню. Только вот, оказавшись за пределами спальни, ей стали слышны непонятные звуки, похожие на крики. Ей сразу же в голову пришла тревожная мысль, что пока она спала, на парней напали бандиты!       «Если это так, это ужасно!» — испугалась она и как можно быстрей побежала в гостиную.       Вбежав в просторную комнату, Бон Сун стала свидетельницей не нападения, а кое-чего похуже.       Ан Мин Хёк лежал на Ин Гук Ду. Но было бы просто прекрасно, если бы просто лежал! Он насиловал его кожу на шее, оставляя красные засосы и толкался в него своим членом! А сам же детектив обхватив сильное тело президента руками и ногами, громко стонал под ним.       — Ах! Да, Мин Хёк, больше, я хочу большего!       — Детка, я и так весь в тебе. Дальше некуда.       Уши и щеки Бон Сун залились краской от вида голых парней наслаждающихся друг другом. Она в оцепенении застыла в шоке.       — Ох, да, еще! — стонал Гук Ду.       Прелестные звуки заставили девушку сглотнуть и приоткрыть рот, жадно хватая воздух, а бабочки в животе тотчас закружились в быстром и красивом танце.       Президент резко толкнулся в промежность Гук Ду и сорвал с его губ новый стон:       — Ахххх…       «Но так же не может продолжаться!»       — Что вы здесь творите! Ин Гук Ду, ну как ты мог…? Как ты мог так поступить со мной! — захныкала девушка и бросилась их разнимать, если это конечно можно так назвать.       — До Бон Сун, сладкая девочка. Хочешь к нам присоединиться? — в опьяневшем виде от своего друга или алкоголя предложил мурлыкающим голосом президент.       Он схватил ее за рукав ночнушки и потянул на себя, так что девушка чуть не коснулась его губ своими.       — Нет! Сейчас же прекратите! — возмутилась она.       БонБон агрессивно стукнула ногой по ножке дивана так, что он отлетел на несколько метров назад.       — Ну же не стесняйся! Я же знаю, что ты ко мне неровно дышишь. Иди к нам, хотя бы ради меня, — прикусил нижнюю губу Гук Ду и обронил протяжный стон, когда Мин Хёк снова вошел в него.       — Мы тебя не обидим, дорогая, — подталкивал МинМин.       До Бо Сун металась от одного решения к другому. Мозг говорил — не смей. А вот сердце и бабочки обратное.       — Я давно хотел попробовать твое тело на вкус. Узнать, какая ты там. Такая же невинная или сверхсексуальная? — искушал ее президент своим похотливым голосом, будто сам дьявол пытался заманить на темную сторону.       — Не лишай нас такой уникальной возможности. Тем более, случай очень подходящий. Будет обидно и ужасно грустно, если ты все обломишь, — надул свои губы детектив.       «А хотя, чего я теряю? Все равно мама хотела, чтобы у меня появился парень, а тут целых аж два! Вот она будет рада!»       Бон Сун приблизилась к парням, которые по-джентельменски приглашали ее к ним поближе. Они спешно раздели ее догола и принялись изучать такое желанное миниатюрное тело. А изучали они его хорошо, не пропускали ни один миллиметр.       Каждое прикосновение их длинных пальцев и языков давало электрический разряд на коже. Она возбуждалась от нежных прикосновений Ан Мин Хёк и грубых Ин Гук Ду. Каждый сминал ее маленькую грудь в ладони и играл шаловливым языком с уже затвердевшими сосками. От этих ласк, у девушки, там, внизу все приятно зудило и пульсировало. Тело жаждало большего.       Мин Хёк легко поднял девушку и опустил на комфортный диван.       — Раздвинь ножки, — нежным голосом скомандовал он.       И Бон Сун послушалась его приказа. Она наблюдала за его уверенными движениями. Президент опустился на колени и пристроившись между женских ножек, принялся делать приятно влажным языком. Девушка охнула от новых ощущений, заставлявших закручиваться внизу в плотный узел наслаждения. Закинув голову назад и закатив глаза, она схватила за волосы парня, немного оттянув их. Ему это явно понравилось и он издал довольное мычание. Ее немного щекотало его дыхание. БонБон приподнимала свои бедра, направляя его язык к нужному месту, к клитору. Ее податливое тело извивалось, руки царапали ногтями кожаную обивку дивана.       — Ох, президент, да там, так приятно, — втягивала она сквозь зубы горячий воздух.       Ее приглушенные стоны ласкали слух каждого из парней, заставляя член еще больше налиться кровью.       Ин Гук Ду тоже не остался обделенным. Он пристроился к откинувшейся голове Бон Сун и заставил ее ласкать своим ротиком его большое достоинство. Ее маленький и милый ротик его возбуждал. Хоть она и не умела делать нормально минет, но именно эти пухлые губки и оленьи глазки, смотрящие на него со слезами от удовольствия и пеленой от возбуждения, замещали недостающие навыки.       Мин Хёк обхватил обе ее груди и играл с розовыми сосками указательными пальцами. Выкручивал их и просто ласкал. Но ему определенно мешала другая рука — Гук Ду. Он тоже хотел поучаствовать, не хотел быть обделенным или третьим лишним. И не был. К слову, он излился прямо на женскую грудь и руки МинМина. На что президент одарил его недовольным взглядом.       Мин Хёк поднялся с колен и обхватив бедра девушки, притянул их поближе к себе, шире их расставляя.       — Президент, — она невинно и напугано посмотрела ему в глаза. — Будьте нежнее, у меня это впервые.       Мин Хёк лишь ухмыльнулся и приставил пульсирующий член к возбужденному влагалищу.       — Если не сможешь быть нежным с ней, передай это дело мне. Я умею это делать в совершенстве, — вмешался в ситуацию детектив Гук Ду.       — Да, пусть Гук Ду станет моим первым, — согласилась она.       — Нет уж, я буду первым, — отрицательно покачал головой президент.       Он резко вошел в девушку и та вскрикнула от неожиданности и боли.       — Я читал, что, если помедлить, то девственная плева будет больнее растягиваться, — сказал МинМин. — Черт, в тебе так узко, что я чувствую, что прямо сейчас могу кончить! — прорычал он и принялся двигаться.       Бон Сун закусила губу, когда впервые почувствовала его большой и толстый член в себе. А когда он начал двигаться, то ее крышу снесло окончательно. МинМин срывал с ее аккуратного ротика приятные и тихие стоны, скруживающие двум парням головы. Она снова закатывала глаза. Ее до безумия возбуждала заполненность внутри себя. Ей она нравилась.       Гук Ду подошел сзади президента и попросил того нагнуться. Тот почти полностью лег на Бон Сун. Между их губ оставалось расстояние всего в нескольких миллиметров. Их горячие дыхания сливались вместе и опаляли лица друг друга. МинМин в полутьме видел ее раскрасневшееся лицо и закатывающиеся глаза от его движений тазом. Ему хотелось выбить из ее грудной клетки как можно больше желанных сладких стонов и вздохов. Его донельзя возбуждали эти прелестные звуки.       БонБон потянулась к парню за поцелуем. И он был не против его, а даже совсем наоборот. Их поцелуй был страстным, влажным, с языком — развязным. После него, язык МинМина плавно переместился на шее девушки. Он лизал, кусал, оставлял засосы на нежной коже. А она зарывалась пальцами в его короткие волосы и оттягивала их, заставляя его еще больше возбудиться от слегка болевых ощущений, но таких необходимых.       А Ин Гук Ду смазал пальцы слюной и разработал задний проход МинМина. Вставил свой член в президента и ему даже ничего не пришлось делать, кроме, как просто стоять. Ведь МинМин сам двигался, принося тем временем удовольствие и себе и двум другим. Так и продолжился этот шумный тройничок, пока все не достигли своего пика: Мин Хёк в Бон Сун, а Гук Ду в свою очередь в президента. Они улеглись в обнимку втроем и уснули на этом большом диване. Теперь они стали еще более близки друг к другу, но уже немного на ином уровне.