Мое безумное желание

      Я не успеваю отказать ей, так как она ухватилась за рукав и потащила меня обратно к дороге. Пытаюсь остановить брюнетку, но та непреклонна как скала. Мы подходим к шикарному внедорожнику, и она наконец-то отпускает меня. Одергиваю рукав куртки и смотрю на неё со злобой в глазах. — Что ты делаешь, я на пару опоздаю, — она закатывает глаза и опирается на крыло машины. — Наумова, у тебя же свободное посещение есть, так может ты хоть раз забьешь и посвятишь день себе любимой?       Нет у меня такой мании величия. Как мамы не стало я забыла о существовании собственного я. Есть отец алкоголик и куча проблем которые он создаёт, а я тот, кто должен их разгребать, чтобы не сойти вместе с ним в могилу. Так что ни о каком времени для себя не может быть и речи. — Нет, мне после учебы на работу нужно, — она цокает и мотает головой, практически смеясь. — Потом пойдешь на работу, обещаю. Один день. Наумова, всего один день.       Я оглядываю ее еще раз с ног до головы и думаю. Всего один день не сделает мне погоды, тем более я уже пользовалась своей привилегией не посещать занятия, и за этот раз думаю тоже ничего не случится. Сегодня ничего грандиозного не намечалось, так что робко киваю ей. Хоть я до сих пор не понимаю, что она задумала, но хочу верить в то, что мне не выйдет это боком.       Леся довольно улыбается и открывает дверь машины, приглашая сесть. В салоне пахнет кожей, все чисто и аккуратно. Совсем как у Максима.       Максим! Я не вспоминала о нем все утро и думаю больше мне это не понадобиться. Он ясно дал понять, что вчерашняя прогулка одноразовая помощь и больше такого от него ждать не стоит. Я все еще думаю, что мы не увидимся, это явно будет к лучшему. Но вот не знаю сказать Лесе об этом или нет, они же, наверное, пара. Мы едем по окраине города и молчим, точнее я молчу, обдумывая решение, а Леся тараторит опять свое. Я только изредка киваю головой, чтобы она не подумала, что мне совсем не интересно.       В конце своего, ужасно непонятного для меня, рассказа она сворачивает на узкую улицу и останавливается у небольшого дома. Я выхожу из машины и оглядываюсь, здесь каждый второй дом будто из золота. Район всех богачей, ну конечно. Но откуда у неё такие деньги? Хватаю сумку и иду за девушкой. По сравнению с остальными ее дом в разы меньше, но не лишён аккуратности и вычурности в отделке. Я, как обезумевшая, верчу головой осматривая все, мне впервые довелось посмотреть на такое своими глазами.       Леся не скрывает своей улыбки на мое бестактное любопытство. Хотя я как могу стараюсь его подавить, но выходит плохо. Она открывает дверь и подгоняет меня, так как ветер усиливается.       Внутри дом оказался милее чем снаружи. Тёплые тона, милые маленькие вещички, тепло и уютно. Я скидываю свои ботинки и иду за брюнеткой на второй этаж, по пути рассматривая картины и фотографии. На них изображены только мужчина и женщина. — Это мои приемные родители, пошли уже, — подруга тянет меня за руку, я даже не успеваю удивиться. Она открывает дверью в просторную комнату и валится на диван. — Они удочерили меня в четырнадцать лет. Это их дом, и я пока съезжать не намерена, хоть мать ещё той заразой бывает. — Тебе повезло, ни каждого заберут, да ещё и в такой дом, — я все ещё с интересом рассматриваю интерьер и понимаю, что мне такое никогда не светит. К вечеру я снова вернусь в комнату с обшарпанными стенами и это все будет казаться очередным сном. — Да, они люди с достатком, но поверь, если мне ни копейки не достанется, я смогу выжить. Я не из тех, кто любит деньги. А мама таким образом пытается дать мне ту любовь которой когда-то лишили.       Сейчас Леся открывается для меня совершенно с другой стороны. Она спокойно и открыто говорит о своём прошлом совершенно ничего не стесняется, не задумываясь что о ней скажут. Мы словно всю жизнь дружим. Мне стало хорошо в ее обществе, я окончательно расслабилась и думать забыла о том, что ушла с пар. — А ты знала своих настоящих родителей? — она откладывает телефон и фыркает. — В детдоме как-то подслушала, что вроде они наркоманы. Да впрочем я никогда не интересовалась, не искала их. А что насчёт тебя?       Я помялась пару секунд, потому что все ещё не могу отпустить то чувство, когда вслед твоему нелегкому рассказу идут смешки и прочие обидные вещи. Так было в школе, так было во дворе дома. Все тыкали пальцем на замухрышку в больших очках, поношенной кофте, потертых джинсах и рваных кедах. Сейчас я смотрю на Лесю, она смогла принять свою жизнь и отпустить все. Она красива, есть любящие родители и она несомненно этого заслуживает. Ее настрой придал мне сил, я откинулась на спинку мягкого кресла и теребила подол кофты приступая к рассказу. — А что я? Мама умерла, когда мне было пять от рака легких. У неё был хронический бронхит. После ее смерти папа стал пить, много, даже слишком. С того момента я сама по себе, и сама за себя. Выросла, пришлось устроиться на работу, так как папа решил больше не оплачивать счета и не покупать еду. Практически каждый вечер дома кто-то посторонний, — по щеке покатились слезинки, и я утираю их рукавом. Леся подходит ко мне и обнимает, утешая какими-то дежурными словами, но от неё я принимаю их с огромным удовольствием, она как никто другой знает, что говорит. — Все-все не плачь, зря спросила. Знаю, что тебя приободрит.       Она подбегает к шкафу и открывает двери на распашку при этом смешно прыгая на месте. Я невольно хихикаю, забывая о совсем недавних слезах. Брюнетка раздвигает вешалки и достает огромный пакет, доверху наполненный вещами. — Я тут недавно шкаф разбирала. Тут половина вещей даже ни разу не ношенные. Думаю пора, сделать из тебя красотку.       Я потеряла дар речи. Подхожу ближе и сажусь на пол. Эти вещи очень красивые и, наверное, дорогие. Леся видит, что я готова отказаться от такого благородного жеста. Сама же глубоко в душе понимаю на сколько сильно они мне нужны. Я борюсь сама с собой и прежде чем она будет пытаться меня уговорить киваю. — Но ведь… , — девушка резким жестом обрывает мой отказ, показывая, что она сама все решила.       Девушка начала прикидывать вещи, что-то она убирала, будучи уверенной, что мне это не пригодится или не подойдет. Леся параллельно рассказывала, что и где купила, как давно и собственно зачем, и почему ни разу не носила. Все ее истории я слушала внимательно и смеялась чуть ли не над каждой. Подруга на ровне с историями просила примерить блузку или джинсы, не забывая похвалить. Давала советы по уходу за лицом, волосами и прочим, о чем всегда разговаривают и чем делятся девушки. Мне впервые было так хорошо, впервые рада, что именно так провела день, а не в аудитории, где шутки про меня уже били все мыслимые и немыслимые рекорды. Я забыла обо всем на свете. В этой светлой и уютной комнате были только я, Леся и моя первая дружба. — Ну-ка примерь это, давай, — она кидает мне очередную вещь.       На этот раз это красный длинный свитер. Кручу в руках и понимаю, что он очень красивый, пусть и без всяких рисунков и тому подобного. Встаю и снимаю с себя майку, какую примеряла до этого, но так и не сняла. Именно в разгар этого дела дверь в комнату открылась. На пороге стоит Максим, которого я совсем не ожидала здесь увидеть. Придя в себя от шока быстро нащупала кофту и прикрылась ей, сгорая от стыда.       Максим продолжает стоять в дверях. Он выглядит заспанным и уставшим. Пробегаюсь по нему взглядом, а в частности по многочисленным татуировкам. Парень стоит в одних спортивных штанах выставляя своё тело напоказ. Осматриваю с ног до головы и встречаюсь взглядом. На его губах тень улыбки и я снова смотрю себе под ноги. Как же неловко и стыдно. Это хуже, чем я могла себе представить. Сомневаюсь, что, если мне когда-нибудь будет светить близость с парнем я смогу хоть что-нибудь сделать. — Полагаю я не вовремя, — Максим прерывает молчание, но упрямо продолжает смотреть на меня. Сейчас его голос звучит не так грубо и жестко. — Вообще не вовремя, уйди, — Леся раздраженно смотрит на него и машет руками, как бы выгоняя. — Я всего лишь хотел узнать почему так шумно. Ты же должна быть на парах, детка, — он хватает ее за подбородок и ухмыляется. — Не здесь, Макс, — смахивает руку и загораживает меня собой. Я наверняка готова разорваться от стыда. Слышу, как пульсирует в висках. — Конечно не здесь, как освободишься буду ждать.       Он подмигивает ей и уходит, напоследок махнув мне рукой. Я продолжаю стоять как вкопанная и хватать ртом воздух. Подруга закрывает дверь на замок и поворачивается ко мне. — Машка успокойся, он ещё тот придурок. Да и тем более ты же не голая стоишь, — я ничего не отвечаю, продолжаю пялиться в пол. — Подожди, у тебя что никогда никого не было?       Она удивленно смотрит на меня, а я на неё. Неужели по моей внешности, рассказам и отношению со стороны людей это не ясно? Продолжаю отмалчиваться и надеваю-таки свитер. Смотрюсь в зеркало и приподнимаю уголки губ. А он мне подходит. — Так что там с парнями? — она сложила последние вещи в шкаф и легла на кровать. — Ни одного и никогда, — утоляю ее любопытство. — Тогда я тебе точно не помешаю.       Она вскакивает и становится позади меня, держа в руках чёрные джинсы, которые я отложила для себя. Леся прикладывает их поверх моих и улыбается. Жестом показывает, чтобы я переоделась. Киваю и надеваю их. Джинсы плотно облегают мои худощавые ноги, что для меня непривычно. — Ты в курсе, что у тебя фигура отпад, а ты скрываешь ее под балахонами какими-то. Чтобы в этом шла на свою работу, — киваю, мне самой очень нравится. — И распусти уже эту косу, ну.       Несмело выполняю просьбу. Волосы медленно распускаются и волнами ложатся на плечи. В отражении я вижу совсем другого человека не имеющего ничего общего со мной. Я как-то пробовала пойти на такой эксперимент, но едва волосы распускались я заплетала их обратно в косу. Сейчас я видимо настолько поглощена атмосферой перемен, что улыбаюсь в полный рот, готовая пойти именно так на работу. Смотрю на время и понимаю, что прошло уже полдня, пары вот-вот закончатся и мне нужно уже выходить, дорога займет очень много времени. — Мне уже пора, — быстро собираю вещи. — Надеюсь ты не пожалела, что провела этот день здесь, — вопреки своим привычкам я обнимаю брюнетку. — Да, спасибо, мне было весело. И за вещи тоже спасибо, — смущенно опускаю глаза в пол, мне все равно ужасно стыдно за это. Выгляжу как побирашка какая-то. — Прекрати уже, я не считаю это чем-то из ряда вон.       Мы спускаемся вниз, чтобы одеться. Леся любезно согласилась подбросить меня, но, наверное, больше из-за того, что ей самой нужно в город. Пока мы одевались я краем уха услышала, как разговаривал Максим. Подслушивать не нужно было он слишком громко это делает, наверное, думает, что мы еще наверху. Парень постоянно от чего-то отнекивается и пытается уговорить кого-то взять что-то на себя. Огромного значения его делам я не придаю. Я зашнуровываю ботинки и стоило мне выпрямиться, увидела в дверях Максима, снова таращится на меня. Но взгляд уже более заинтересованный. Он говорит по телефону и тихо угукает. Пробегается по мне взглядом и приподнимает уголки губ. — А знаешь Мороз, забей, я сам, — его губы расплываются в улыбке и он кладет телефон в карман. — Пока, Маша.       Я столбенею, не знаю, что и сказать. Леся тянет меня за рукав, и я еле-еле выхожу за ней так и не застегнув куртку. Чувствую, в моей голове еще долго будет всплывать его улыбка и это «пока».