Теплые вечера

Крутобок потягивается и вздыхает. Горелый не вылезает из какой-то умной книжонки уже минут так 40, а сероволосому надоело листать тикток. Он тихо встает с кровати и подходит к парню, отводя книжку в сторону и ловя его взгляд. — Крутобок? Ты что-то хотел? — Горелый смотрит на него, вопросительно склоняя голову набок. Он всегда так делает, и сероволосый находит это ужасно милым. А глаза у него фиолетовые, смотрят прямо в душу. На самом деле такой цвет глаз у него с рождения, что бывает довольно редко, но... все же бывает. — Хотел! Хотел сказать, что ты читаешь уже час и даже не смотришь на меня.. Наверное, ты и встречаться с этой книгой будешь, да? — обиженно лепечет Крутобок, театрально вздыхая и прикрывая глаза. — Дурашка, если ты хотел внимания – ты мог сказать мне об этом! А книга очень даже интересная, не понимаю, как ты вообще можешь не любить читать.. — хмыкает Горелый, улыбаясь уголками губ. — Но никакая книга не заменит мне одного парня, который ревнует меня даже к вещам.. Крутобок фыркает в ответ и резко подхватывает Горелого на руки, таща его на кровать. Кладет его туда и ложится рядом, после чего вздыхает и прижимается к нему. — Убери свою книжонку и поцелуй меня, идиот. Горелый не отвечает, лишь улыбается и целует Крутобока. Поцелуй легкий, совсем воздушный. Это мимолетное мгновение кажется интимнее, чем секс всю ночь напролет. Оба смотрят друг на друга, краснеют и смеются. Хохочут вместе, обнимаясь. — Вообще-то время уже час ночи, а Огнегрива до сих пор нет... — волнуется Горелый, пытаясь потянуться к окну и приоткрыть шторы, чтобы посмотреть туда. — Горелый, Огнегрив не 5-летний ребенок! Может он вообще в клубе и всю ночь будет там, а у нас есть немного времени наедине.. — довольно ухмыляется Крутобок и прижимается ближе к Горелому, перехватывая его руку, притягивает за талию к себе и снова целует. Поцелуй уже не такой воздушный и невинный, он более жадный, Крутобок берет то, что по праву принадлежит ему, безжалостно кусает и так искусанные губы Горелого, целуя долго и много. Вскоре отстраняется, по-кошачьи улыбаясь. Черноволосый смотрит на него, думая о чем-то. — Я люблю тебя. — Горелый прижимается ближе, утыкаясь в грудь Крутобока и удовлетворенно вздыхая. Это и есть жизнь, о которой он так мечтал еще со школы. Тем временем сероволосая бестия хихикает, притягивая его ближе и чмокая в макушку. Оба глазеют друг на друга еще немного, после чего парень кусает Горелого за щеку. — Ауч! Больно вообще-то.. — недовольно бурчит Горелка, пока счастливый Крутик рядом тянет его еще ближе к себе, чмокая в щеку в качестве извинения. Черноволосый шутливо отпихивает его и закатывает глаза. — Ясно.. — тянет появившийся из ниоткуда Огнегрив. — Ну, что ж.. Не буду вам мешать и пойду еще погуляю... — Блять! — из комнаты раздается грохот. Это Крутобок упал с кровати. — Ты хотя бы предупреждай, прежде чем появляться, я так обосрался.. — Крутобок, следи за языком! — названный получает книгой по голове и виновато ойкает, смотря на сидящего на кровати Горелого, готового дать ему по башке еще раз. — Весело у вас тут.. — хмыкает Огне. — Да ты заходи, дурачок. Переночуешь тут, по крайней мере мешать спать тебе мы не намерены. — фыркает Горелый в ответ, смотря на Огнегрива. — Я думал, ты только меня так называешь... Измена! — Крутобок обиженно отворачивается, собираясь встать и уйти. — Во имя Звездного племени, ты меня так скоро доведешь! — цокает Горелый, хватая Крутобока и таща его обратно на кровать, заключая в объятия. — До белого каления? — До самоубийства. Огнегрив молча проходит к своей кровати. Он живет с этой парочкой не первый год и уже привык к этому. Рыжий падает на кровать и сразу проваливается в сон, слыша приглушенные споры о том, какой чай лучше – зеленый или черный. — Давай уже спать, глупый. — хмыкает Горелый и сползает с Крутобока. — Ага.. — Крутобок зевает и обнимает Горелого. И здесь, в объятиях человека, которого он по-настоящему любит, Горелый вдруг понял, что он счастлив. Правда счастлив. И это чувство согревает его не меньше объятий Крутобока.