Пузырь

"– Куда ни пойди, каждый раз возвращаешься на одно и то же место. Туман этот чёртов… привыкнуть невозможно… Чепурной исчез, и с концами. Странно. Может, нашёл выход?.. Шестой день, вода вышла вся… А полковник свихнулся: двоих расстрелял и себе пулю в лоб… Я теперь один. Один внутри этой долбанной аномалии… И дёрнуло же меня устроить обрыв связи со штабом! Могли бы забрать, а? Пенсия, дача, рыбалка — и не было бы никакого «Долга»… А правда, интересно, как бы всё повернулось!.. Только к чёрту. Капитан Таченко уже мёртвый давно… А генерал «Долга» Таченко сейчас уйдёт, скоро… в верхнюю тундру, мать её… в места, богатые дичью… такая вот справедливость."

Выстрел

***

      Не смог. Рука дрогнула в последний момент и пуля улетела в дерево. Слабак.       Мужчина роняет из рук пистолет на землю и тупо смотрит на него пару минут, затем приседая на корточки и сжимая собственные волосы пальцами, с такой силой, что чуть ли не выдирая их с корнем.       Он уже не может. Пошла нахер Зона, и её долбанные аномалии. Генерал ударяет кулаком по холодной земле и громко воет от бессилия. Последняя пуля, последняя его надежда выбраться отсюда побыстрее. А он не смог. Идиот.       Мужчина падает на колени и утыкается лбом в землю. Теперь только загибаться тут.. От голода и жажды. Мучительно умирать не хотелось, но он сам виноват, нужно было решаться, когда пистолет был у виска, а не трусить.       Таченко зажмуривает глаза, снова кричит, затем с силой ударяет по земле и рывком поднимается на ноги. Наверное он уже начал сходить с ума. Мужчина оборачивается вокруг себя, а затем резко срывается на бег, ныряя в раступающийся перед глазами туман. Бежит, бежит, пока лëгкие не начинают гореть. Не может быть, что выхода нет! Отовсюду можно найти выход. Выход! Выход! Выход! Где же..       Туман вдруг рассеивается и перед глазами появляется обрыв. Таченко резко тормозит, но скорость слишком велика, поэтому он заваливается на бок, зажмуривается и скатывается куда-то с земляной горы. Собрав телом все камни по дороге, и набрав в рот земли с песком, мужчина вдруг плюхается в воду и резко подскакивает, распахнув глаза.       Вода?! Он ещё жив? Ему это не сниться? Тяжело дыша, мужчина опускается к такой желанной сейчас жидкости и начинает жадно пить.       Он чувствует, как прохладная вода приятно растекается внутри организма. Как жажда исчезает, становится легко и хорошо. Напившись вдоволь, Таченко отстраняется и садиться прямо в воду, облизывая губы, а затем набирает немного в ладони и начинает умываться. Хорошо, как хорошо.. Если таков ад, а по другому быть и не может, ведь в рай ему путь закрыт, то он согласен оставаться тут бесконечно.       Ещë немного посидев, мужчина всë же нехотя поднимется и осматривается по сторонам. Река, а за ней лес. Сзади обрыв, с которого он и свалился, а наверху густой туман. Странное место, но это точно не Зона. Он чувствует себя весьма странно, ещë не до конца осознавая сон это или реальность. Делать нечего, возвращаться в туман он точно не собирался, поэтому медленно побрёл вдоль берега, иногда заходя в воду, когда тот становился слишком крутым.       Шел Таченко долго. Река то сужалась, то снова расширялась, лес однако совсем не менялся, в целом не было ничего интересного. Ноги потихоньку начинали гудеть от усталости, а ещë было жарко. Однако, пройдя ещë немного, в далеке, на другой стороне реки начало что-то виднеться. А вернее, какое-то строение. Таченко нахмурился и ускорил шаг.       Подойдя ближе, стало понятно, что это был рыбацкий домик. Покрывшись мхом он стоял у берега на ножках, а внутрь вела лестница. На берегу стояли опоры, на которых висели сети, а ещë сушилась рыба. Всё выглядело так, будто здесь кто-то был, но с берега, на котором находился мужчина точно было сказать нельзя, а значит нужно было переплывать. Река в этом месте была шире, чем в других, но возвращаться назад не особо хотелось, поэтому немного поразмыслив, Таченко вздохнул и начал скидывать с себя броню.       Оставив всë лишнее на песке, мужчина зашёл в воду. Она оказалась весьма тёплой, течение было не особо сильное, поэтому собравшись с мыслями, мужчина оттолкнулся от дна, запрыгивая в воду и начиная плыть.       Давненько он не плавал, в Зоне обычно не до этого, но расстояние между берегами генерал преодолел достаточно быстро, без особых усилий.       Ступив на противоположный берег, он быстро осмотрелся по сторонам, выливая воду из ботинок, которые тащил с собой. Никаких опасностей не виднелось. Деревья мирно шелестели под легким ветерком, за поворотом журчала река.       В доме тоже казалось, что никого не было, но приближался к нему Таченко с осторожностью. Старая лестница поросшая мхом противно скрипнула, когда мужчина ступил на неë, но никто на шум так и не отреагировал, поэтому немного выждав генерал поднялся, заходя внутрь дома.       Тут было темновато и пахло рыбой. В одном углу стояли удочки из веток деревьев, в другом лежал матрас, рядом с которым стоял небольшой чайничек покрытый копотью.       Хозяин у этого дома всë же был, но такое чувство, что он тоже обосновался тут совсем недавно. И скорее всего скоро вернётся.       Будто подтверждая догадки, сзади снова скрипнула лестница. Мужчина резко обернулся, по привычке потянувшись рукой за пистолетом, только того не было, остался на том берегу, вместе с бронежилетом. В проёме мелькнула тень, и готовый уже броситься в рукопашку долговец замер, вглядываясь в такое же ошарашенные лицо напротив. – Генерал?! – воскликнул вошедший. – Чепурной? – моргнул названный. Он считал майора мёртвым, а вот оно как, живой, здоровый перед ним, удивлённо моргал большими глазами, недоверчиво осматривая фигуру генерала перед собой. – Майор, – грозно произнёс Таченко, нахмурившись и заставляя Чепурного выпрямится, – Так ты всë это время был.. Здесь? – Не сердитесь, товарищ генерал, – кашлянул долговец, – Я случайно наткнулся на это место, думал сходить за вами, но туман.. не пустил. – Почему ты изначально сбежал? – Струсил, товарищ генерал, – потупив взгляд, вздохнул Чепурной.       Таченко как-то тяжко вздохнул, возникшее негодование тут же улеглось. Нечего было злиться на майора, сам ведь был как зверь загнанный в угол буквально пару часов назад. – Понятно, – наконец произнёс он, потерев переносицу, – Докладывай, что успел узнать. – Ну.. – протянул Чепурной, поднимая взгляд, – Это территория леса, где-то километров пять во все стороны, внутри оврага. Поверх клубится туман, вы сами видели, как я уже сказал обратно отсюда он не пускает. Я пробовал пройти, но каким-то образом сваливался обратно по склону стен. Людей я тут не видел, но есть рыбы, животные, ягоды и разные полезные травы. Пока это всë. – Это не Зона? – Нет.. Наверное. По крайней мере я не встречал тут аномалий и мутантов. Мне кажется мы всё ещë в аномалии, просто в другом еë месте.       Таченко кивнул, осматривая дом, в котором они находились. – Судя по всему люди тут есть. Или когда-то были.       Майор тоже осмотрелся и пожал плечами. – Возможно, больше строений я здесь не видел, – он остановил взгляд на генерале, – Товарищ генерал? – Что? – А вы один выбрались, получается? – Да. Остальные просто сошли с ума и.. Их больше нет.       На некоторое время повисло молчание, которое прервал Чепурной. – Чтож.. Вы, наверное, голодны? – Ещë как. Съел бы целого кабана. – К сожалению, пока у меня есть только рыба, сейчас принесу.

***

      Дни тянулись бесконечно долго, но теперь хотя бы можно было жить. Лес оказался вполне безопасным местом, из хищников за всë время они встретили только одинокую лисицу. Дичь здесь была не пуганная, река кишила рыбой, по всему лесу были кусты с ягодами, росли грибы. В дальней части леса даже был небольшой сад с дикими яблонями. Погода внутри аномалии как-будто совсем не менялась, всегда сохраняя летнее тепло. Единственное, ночью на небе не было ни звёзд, не луны, из-за чего вся местность погружалась в кромешную тьму, напоминая им о фальшивости этого мира.       Вдвоем они приловчились выживать в этом месте эффективнее. Пока один охотился, второй занимался бытом, так вскоре их общие жильё приукрасилось и стало напоминать действительно жилое помещение.       Правда, жизнь на постоянной основе с другим человеком в маленьком пространстве оказалась не столь радужной. Чепурной был тем ещë чистюлей из-за чего часто раздражался по любой, как казалось для генерала, мелочи. В свою очередь, Таченко по привычке старался командовать майором, что выходило из вон рук плохо. Последний будто перестал считать его вышестоящим, потерялась субординация. Вроде бы не в их ситуации об этом переживать, вот только Таченко человек военный от мозга и костей просто так это принимать не мог, из-за чего срывался на Чепурного.       В очередной такой раз, он сидел, тихо ворча себе под нос, на ступеньке в рыбацкий домик, вычищая ножом ветку рябины, из которой в дальнейшем собирался смастерить лук.       Майор снова показывал характер, отказываясь выполнять приказ и вдоволь накричавшись друг на друга, они разошлись по разным углам. Чепурной - в доме, Таченко - на улице.       Ветка в руках неожиданно треснула, заставляя мужчина сматериться, откидывая еë в сторону. Громко вздохнув, он воткнул нож в древесину, и сел поудобнее, облокачиваясь на руки. Нужно было собраться с мыслями.       Сзади, вдруг, скрипнула древесина, и генерал обернулся на Чепурного, с серьёзным лицом стоящего на пороге дома. – Думаю нам нужно серьёзно поговорить, – негромко произнёс он. – Думаешь? – Не язви, – вздохнул майор, подходя ближе и плюхаясь на ступеньку рядом, – Я столько лет уже в твоём подчинении, но сейчас это не уместно. Мы теперь вдвоём, армейские привычки командира тут не к чему. – Я всë ещë жив, а значит всë ещë генерал "Долга", Чепурной, – нахмурился Таченко, – Твой лидер. Ты предлагаешь всë это просто так забыть? – "Долг", – горько усмехнулся майор, – Какой теперь "Долг"? Ты уверен, что мы когда-то отсюда выберемся? Что кто-то вспомнит тебя потом? Расслабься. Нам придётся доживать жизнь тут вдвоем, для этого командовать не обязательно. – С чего ты взял, что мы не выберемся? – вскочил с места Таченко, – Мы даже особо не пробовали! – А ты видишь выходы? Даже гипотетические?       Огонь во взгляде генерала начал тухнуть, когда он понял, что ни одной здравой мысли в его голову не приходит. Совсем. Чепурной был прав, хоть он и не мог признать этого просто так.       Тяжело вздохнув, он опустился обратно на ступеньку. – Жить как обычные люди, значит? – спросил он, – Не обещаю, что смогу сразу перестроится. – Сразу и не нужно, давай начнём со знакомства. – Мы разве не знакомы? – Не как командир и подчинённый, а как друзья. Я Андрей, – протянул ему руку Чепурной. Таченко бросил какой-то оценивающий взгляд на чужую руку, затем протягивая свою в ответ и пожимая. – Владислав.       

***

      Иногда небо над ними освещалась резкими вспышками, приобретало другой цвет, а на душе становилось паршиво, как обычно было в Зоне во время выбросов. Правда на их здоровье это явление никак не действовало. Особенно красиво это смотрелось ночью, когда вокруг была кромешная тьма, а небо всегда чёрное, резко окрашивалось в яркие цвета.       Стоя такой ночью на крыльце, Таченко всматривался в красоту над ними. Чепурной, смотав сети и развесив их на перила, присоеденился к нему, вставая рядом. – Похоже на северное сияние, – констатировал он. – А? – генерал бросил взгляд на него, – Да, похоже.       Какое-то время они молчали, пока яркие цвета вдруг исчезли, погружая пространство в темноту. Таченко опустил взгляд, вздыхая. – Знаешь, от чего то мне кажется, что мы видим это, когда в Зоне гремит выброс.       Чепурной, уже зашедший в дом, выглянул из-за порога. – Может быть. Но тогда значит, что это место и Зона связаны. – Связаны.. – генерал моргнул, осматриваясь по сторонам, – Тогда есть смысл искать выход! Не всё потеряно. – Выход? Ты снова хочешь вернуться в Зону? – Я хочу вернуться в нормальный мир, Андрей. Для этого не обязательно оставаться в Зоне. – Тогда нужно пробовать.. – Ты со мной? – Оставаться тут одному у меня точно нет желания.

***

      Сказать, конечно, было куда легче, чем сделать.       Они прошли каждый километр леса, пытались обследовать туман, клубящийся по краям, забирались на деревья, ныряли в водоёмы, но никаких признаков прорехи в аномалии не было.       Постепенно надежда терялась и в конечном итого они просто забили, отдавая предпочтение выживанию.        Сколько времени они провели в этом пузыре они оба сказать не могли, часов и календарей у них не было, а по ощущением прошло уже не меньше года. Каждый день был похож на предыдущий: охота - готовка - спать - охота - готовка - спать - охота..       Вместе конечно было повеселее, они даже соорудили себе подробнее карт из бересты берёзы, вечерами играли в города или слова, иногда плескались в воде, но всё равно оба чувствовали, что разум постепенно угасал. Даже в двоем, в приятном климате с обилием еды и прочего, не хватало банальной цивилизации, отдыха друг от друга и от рутины и просто иного время препровождения.

***

      Стрела с громким свистом пересекла поляну, впиваясь в плотную кожу на бедре кабана. Последний громко завизжал, собираясь сорваться с места, но прежде этого, сверху на него навалился мужчина, вонзая нож в горло жертвы. Порось истошно взвизгнул, дёрнулся пару раз и затих, вытягивая конечности в стороны.       Таченко поднялся с тушки, вытирая пот с лица и убирая нож на пояс. На краю поляны показался Чепурной с охапкой трав в руках, сверкая довольной улыбкой. – Хорошая охота! – Опять на ужин свинина со свининой, – буркнул Таченко, наклоняясь и беря кабана за задним ноги. – Можно сделать свинину с рыбой или с травмами, если хочешь разнообразия, – хмыкнул майор, снова скрываясь в кустах.       Таченко скривился, убирая лук за спину и таща тушу в противоположную часть поляны. – Поторопись, тебе ещë его разделывать! – крикнул он напоследок, скрываясь за деревьями.       День и ночь тут сменяли друг друга почти незаметно. Раз было светло, а в следующую минуту вокруг уже темень, поэтому ужинали они обычно в темноте.       Вечером, сидя у костра, на котором кипятится чайник, они ели приготовленные Чепурным "стейки". Выглядело это красиво, но вся их еда была пресной, соль кончилась давно, а ещë часто недожаренной из-за отсутствия нужной посуды.       Таченко и так часто было на душе противно, а во время таких ужинов настроение совсем портилось. Андрей старался конечно добавлять всякие пряные травы, которые мог найти в еду, но это ситуацию не особо спасало. – Что не нравится? – отвлёк его от мыслей майор. – А самому то как? – Гадость. – Что тогда и спрашиваешь. – Хоть бы вид сделал. Я же стараюсь. – Спасибо, – натянул улыбку Таченко, откладывая съестное в сторону и поднимаясь на ноги. – Спать пошёл? – Да, завтра хочу до сада сходить. – Тогда спокойной ночи. Я ещë посижу.       Генерал кивнул, голова была тяжёлая словно камень, немолодые кости болели, грустные мысли заполонили мозг, сильно хотелось спать. Обычно такое бывало, когда в Зоне бушевал выброс, но сейчас небо над ними оставалось тёмным. Это могло значить, что он начнётся скоро или просто то, что Таченко сам себе напридумывал болезней. Ипохондриком становится не иначе.

***

– Влад! Влад! – кто-то сильно тряс его за плечо.       Таченко разлепил глаза, встречаясь с взволнованными глазами Чепурного напротив. Силуэт майора был окрашен в красный цвет. Генерал резко подскочил, оглядываясь на окно, за котором небо было окрашено в яркие цвета. Значит он не ошибся. – Таченко! – вновь крикнул Андрей, привлекая к себе внимание, – Ты чувствуешь? Чувствуешь? – Что?       Генерал вдруг замер, от земли чувствовались сильные толчки, со стороны улицы всë гудело, хотя обычно никаким звуком тут выбросы не сопровождались. – Что происходит? – подскочил на ноги майор, нервно оглядываясь по сторонам, – Неужели выброс пришёл и сюда?       Таченко тоже поднялся, быстро натягивая на себя майку и выбежал на улицу, устремляя взгляд у небу. Чепурной выбежал за ним, хватая генерала за руку и снова громко вскрикивая. – Смотри!       Влад опустил взгляд на реку, где ранее клубившийся над стеной оврага туман, вдруг сошёл вниз, быстро надвигаясь в их сторону.       Глаза генерала резко сузились, оказываться снова в этом тумане он не хотел. – Бежим! – вскрикнул он, бросаясь вниз с лестницы и кидаясь в сторону леса.       Сзади было тихо и он резко остановился, оборачиваясь назад. – Андрей!       Майор замер на пороге, будто не мог свести взгляда с приближающегося тумана, но на своë имя дёрнулся. – Чепурной! – ещё раз позвал Таченко, снова не сработало, – Майор, ëб твою мать! – заорал он.       Наконец Чепурной отмер, тоже слетая с лестницы и бросаясь к нему. Таченко сорвался с места, устремляясь в лес.       Они бежали долго, легкие начинали гореть огнём, ноги устали и в какой-то момент Чепурной сзади крикнул. – Подожди! Давай.. Передохнем, – почти задыхаясь сказал он. – Нет! Надо бежать! – отвлёкся на него генерал. – Осторожно!       Таченко вдруг резко затормозил, когда перед ним вырос обрыв, он попытался остановится, но сзади в него влетел майор и они оба полетели вниз.

***

– Ау..       Очнулись они уже когда на улице было светло. Ну как светло.. Вокруг снова оказался грёбанный туман, не дававший проникать свету, из-за чего вокруг был полумрак. – Ты как? – спросил его Чепурной, потирая ушибленную голову. – Лучше некуда! – взорвался Таченко, – Снова туман! И что теперь делать?! – Успокойся.. – Я спокоен! – огрызнулся он. – Влад.. Ещë не всё потеряно, давай осмотримся.       Кое-как выбравшись из тумана, они сделали круг, затем ещë, ещë и ещë.. Всë как тогда, когда они только попали в эту аномалию. Местность будто была одинаковая, абсолютно никаких ориентиров!       Не выдержав, генерал опустился на траву, потирая лица руками. Тихо вздохнув, Чепурной похлопал ему по плечу. – Прости. – ...       Они долго молчали, тупя взгляд в землю. Ни еды, ни воды, ни даже оружие, чтобы друг-друга.. Не мучить. Таченко вдруг поднялся на ноги, поворачиваясь на Чепурного и хватая того за горло. Тот распахнул, перехватывая руки генерала и пытаясь оттолкнуть мужчину от себя.        Вместе они повалились на землю. Влад был сильнее его и крупнее, в покрасневших глазах не было ни капли разума, сильные руки сжимали хрупкое горло, будто не задушить пытаясь, а раздавить трахею или сломать позвонки.       Воздуха стало не хватать, Чепурной закатил глаза, уже слабо сопротивляясь. В глазах темнело. Он попытался что-то сказать, но вышел только хрип. Давление вдруг исчезло, в лёгкие хлынул кислород, обжигая их, он перевернулся на бок, хватаясь за горло, кашляя и жадно хватая ртом воздух.       Отдышавшись, он поднял взгляд на генерала, который смотрел на него огромными напуганными глазами. – Прости, я.. Я..       Не смог. Не смог убить человека, с которым провёл столько времени вместе. Это выше его сил. Хотя так было лучше..       Чепурной отполз от него подальше, нацепив кривую улыбку. – Больше.. Не надо так делать. – Я хотел, как лучше, – закрыл глаза Таченко, – Чтобы ты не мучался, здесь.. Майор вздохнул. – У нас ещë есть шанс.. – Какой? – хмыкнул Таченко, – Разве ты видишь варианты? – Я..       Земля вдруг снова затряслась, поднимая клубившийся туман в воздух. Таченко распахнул глаза, когда по ней пошли трещины, расползаясь во все стороны.       Он поднял взгляд на Чепурного, отталкиваясь от земли и бросаясь к нему. – Андрей!       Земля исчезла из под ног. Вокруг на мгновение наступила тьма, затем мелькнула яркая вспышка и они будто упали в пропасть, с громкими воплями.       Полет был не долгий, а падение болезненным. Они вдруг выпали откуда-то, тут же встречаясь телами с бетонной поверхностью и словно по горке скатываясь вниз.       Шершавая поверхность оцарапала нежную кожу, воздух вышибло из лёгких, всё тело болело. Таченко раскрыл глаза, видя перед собой небо. Обычное, голубое, с белыми облаками, плывущими по нему. На груди кто-то завозился, болезненно застонам и генерал вздрогнул, осторожно снимая с себя Чепурного и кладя его рядом. Так и лежали какое-то время, пялясь в небо и шумно вдыхая воздух. – Эй! Вы в порядке? – Живые хоть?       Над ними вдруг нависли люди, хлопая большими глазами, видимо от испуга. – Слышите меня? – Надо отвести их на Янов.

***

      Таченко сидел на старой койке, разговаривая с Шульгой и иногда поглядывая на Чепурного, которого заматывал местный медик.       Яновские были удивлены их появлению на станции. А когда пришло время представляться, местный командир "долга" долго не мог поверить в правдивость из слов. Оказывается Шульга вступил в группировку уже при его приёмнике, поэтому ранее они не виделись.       Люди, что притащили из сюда, оказались из группировки "Свобода", который при нём тоже ещë не было. И сейчас их лидер стоял в косяке дверей, сверкая весёлой улыбкой. – Какие же вы в "Долге" всё таки доверчивые, скажет вам какой бандит с улицы, что он якобы "Долг" основал, вы и поверите! – Локи, – нахмурился Шульга. – Вы оба, брысь отсюда. Вы слышали с какой высоты они упали? Им нужен отдых, потом разберётесь кто есть кто! – прошипел Костоправ, выгоняя обоих командиров из своего кабинета, а затем сам останавливаясь у двери и оборачиваясь на пациентов, – Я ещë бинтов куплю и приду.       Таченко кивнул, провожая взглядом медика. Тихо вздохнув, он посмотрел на Чепурного. – Не знаю как ты, а я на Большую Землю после всего этого. Куплю себе домик у моря.. – А у реки тебе не понравился? – облокачиваясь на стену, тихо усмехнулся майор, – Я тоже. Хватит приключений.       Таченко глубоко вдохнул воздух, прикрывая глаза. Они пробыли год в пузыре, а в настоящем мире прошло более пяти лет. Зона сильно поменялась, но его детище продолжало расти. А ему пора было бы уже и отдохнуть.