Палач

Драк одним махом перепрыгивает забор, умудряясь извернуться и показать неприличный жест хозяину медоварни, выскакивающему из-за входной двери, и пускается бежать прямо по капусте, по пути схватывая здоровый кочан. Из кармана на землю падает краденое сверкающее сапфирами золотое ожерелье: Драк оглядывается назад, резко поднимает его и бежит ещё быстрее, проворно перепрыгивая разбросанные грабли и лопаты. Мужчина ругается и швыряет на землю шапку, жена его что-то кричит вслед, придерживая подол платья, а Драк не останавливается.

***

«Привет, Манор! Пишу тебе из солнечного Вайтрана. Дела мои плохи... Поймали меня снова, и на сей раз более позорно, чем тогда, когда я одолжил у твоей подружки Миринды шесть серебряных кубков. Сижу в тюрьме, жру засохший хлеб и смотрю в стену. Выручай!

Неизменно твой,

Драк Непобедимый»

— Опять... — устало вздыхает Манор, стоя над водой и активно начищая окровавленный топор. Гонец шумно дышит после долгого бега и мнётся рядом, вертя в руках зелёную шляпу и строя абсолютно незаинтересованное лицо. Конечно, парню изумрудно наплевать, что пишут самому востребованному палачу в Скайриме! Уже вечер. Лиловый закат отражается в блеске оружия, а Манор только заканчивает свою работу. Сегодня было аж три «операции», и Манор порядком подустал. Он откидывает со лба отросшие рыжие волосы и вглядывается в окно: дождь. Надо пойти к управителю и переговорить с ним насчёт Драка Непобедимого.

***

Драк просыпается рано утром на холодном каменном полу от крика тюремщика. Песен птиц и шума толпы он не слышит, только звучащие вдалеке речи очередного поклонника Талоса на площади. В нос бьёт запах булки с вишней, которую с удовольствием уплетает стоящий слева от входа стражник, быстро пропихивая куски теста под шлем. Драк вспоминает, что в углу, рядом с лежанкой валяется одинокий кусок засохшего хлеба, и урчание его живота перекрывает громкое чавканье стражника. Голова кружится и болит нестерпимо. — Вставай, капустный вор! — громогласно взывает тюремщик. — Тебя ждёт правосудие. — Что, куда? Зачем? — Драк закрывает краснющие слезящиеся глаза и морщится от боли во всём теле. — Как куда? — изумляется тюремщик. — На казнь. — К-куда? — сипло переспрашивает Драк. Сна больше ни в одном глазу. — Ещё и придуриваешься, капустный вор? — начинает злиться тюремщик. — Казнят тебя, говорю. — На каком основании?! — голос крепнет, и Драк окончательно просыпается и неистово орёт на стражников. — Я капусту украл, а не девственность дочери Короля Скайрима! — Кстати о его дочери... В животе у Драка холодеет. — Вы обвиняетесь в убийстве дочери Короля Скайрима Йены Буревестницы и измене Королю Скайрима Ульфрику Буревестнику!— торжественно провозглашает тюремщик под смешки доблестной стражи Вайтрана, разводя руки в стороны. — Наконец-то нашёлся последний поганый имперский шпион! — Я не убивал её! Не убивал! — Драк снимает ботинки один за другим и швыряет в решётку, но те отскакивают в стену. Стражники оглушительно хохочут, и Драк чувствует подступивший к горлу ком. В сознании Драка всплывают непрошенные воспоминания. Маленький Драк плачет и держит в руках осколок посеребреной тарелки; ещё не очень послушные пальцы немного испачканы в крови. Над мальчиком возвышаются злые родители, они кричат и ругают Драка за неуклюжесть, но Драк ведь ничего не делал! А к деревянной двери прижимается ухом старшая сестра Драка, Фрида. Подслушивает и, наверное, тихонько смеётся в рукав. Фрида никогда не любила Драка, но это было уж слишком жестоко. Дверь распахивается, и на пороге останавливается здоровый стражник. Он оборачивается к остальным. Те кивают на Драка, и стражник направляется к клетке. — Я не убивал её! — повторяет Драк срывающимся голосом, пока стражник отпирает замок, скручивает его руки верёвкой и толкает на выход. Драк упирается, но стражник лишь сильнее заламывает руки и ведёт к повозке. Драк с ненавистью смотрит на стражника. — Почему не здесь? — выдавливает Драк побелевшими губами и дёргается от боли, когда стражник туже завязывает узел на руках. — В Вайтране и без тебя много дел, — равнодушно отзывается стражник. — Поедешь в Виндхельм, к Ульфрику, там тебя и решат. У Драка глаза на мокром месте, но он не плачет. — Да ла-адно, не расстраивайся, — смеётся стражник. — Зато город увидишь. Красивый. У меня там жена. Драк презрительно щурится, не удостаивая стражника взглядом, и отворачивается. В пол глядит. Стражник пожимает плечами и даёт команду вознице. Повозка не спеша трогается с места и выезжает из города по дороге в Виндхельм.

***

— Доехал нормально? — Манор оглядывается на Драка, нарушая тишину. Драк кивает. — Есть не хочешь? — мотает головой. В комнате витает аромат чая и немного ванили. В деревянные окна бьют оранжевые лучи утреннего солнца. — Скажи... — Драк запинается. — Скажи, а ты не чувствуешь... ну... Не мучает совесть тебя? — он хмурится, пытаясь чётче донести мысль. — Ты про то, что я палач? — подсказывает Манор, словно бы уже привык к таким вопросам. — Извини. — Драк отводит взгляд. — Ничего, я привык. — Манор чуть улыбается. — Это моя работа. Не подумай, мне не нравится издеваться над людьми или убивать их. Я вообще людей люблю. Просто я должен. Манор отворачивается и мешает сахар в чае, стараясь не ударять ложкой о стенки кружки. — Держи. Драк кивает, беря кружку и грея холодные ладони. — А как ты вообще устроился на эту работу? — Драк, кажется, намеренно избегает слова «палач». — Мой отец работал палачом, и мой дед, и мой прадед... Ну, и так далее. Да и сына убийцы даже дворы мести не взяли бы, — усмехается Манор. — Но я не жалуюсь. У меня есть еда, крыша над головой и люди, которым я важен. Что ещё нужно для счастья? Драк снова отводит глаза, продолжая держать кружку в руках, и безответный вопрос остаётся липким осадком в маленькой светлой комнате. Манор встаёт из-за стола и потягивается. — Ну что, мне пора. Увидимся позже, — он машет рукой Драку. Драк на пару секунд задерживает взгляд на Маноре, ставит кружку на стол и поднимает руку в ответ. Согрелся. — Только кружку за собой убери потом, — добавляет Манор, разворачивается, достаёт из шкафчика чёрную маску с аккуратными прорезями для глаз и надевает её на голову. Затем он поворачивается к Драку, снова машет рукой, улыбаясь. Открывает дверь, впуская мороз, и перешагивает порог. Драк снова остаётся один.

***

— Да ты словно сам не свой! — восклицает Манор, осматривая третью разбитую тарелку и разводя руками. — Что с тобой? — Нормально всё, — огрызается Драк. — Прости, — и сразу же извиняется. — Ты всегда бережно относился к имуществу, особенно к чужому, — удивляется Манор, подчеркивая последние слова. Драк только зубы стискивает. — Прости, — Манор тоже извиняется, но мягче и тише. Драк жмурится, пытаясь не плакать, и закрывает лицо ладонью. Манор взволнованно заглядывает в зелёные глаза, но не давит, не трогает. Ждёт. — Меня казнят. Манор моргает и отсутствующе смотрит в мятую рубаху Драка. Он не плачет, в отличие от Драка. Только глаза темнеют. Драк то ли чихает, то ли всхлипывает и опускает голову. Манор прижимает к себе Драка, немного грубо, неосторожно, не контролируя себя. Ничего не говорит. Думает. — Ты знаешь, — начинает вдруг Драк, — за всё время я успел накопить много всякого барахла, так что я дам тебе ключи от дома. Отправляйся, дом у меня при входе в Вайтран стоит. Если что, тебе подскажут, — он усиленно трёт кулаками глаза, но голос его предательски дрожит. — Возьми там на верхней полке в спальне... — Закрой рот, — шипит Манор разъярённо, тряся Драка за плечи. Таким Драк видит его впервые. — Я договорюсь с управителем, он должен мне помочь. — Я убил дочь Короля Скайрима, идиот! — орёт Драк, но не может убрать руки от лица. — Я убил ёбаную Йену Буревестницу! Чем ты мне поможешь, а, тупая башка?! Я должен умереть, а ты должен убить меня! Манор в ступоре смотрит на Драка. Не может понять, почему всё так запутанно и несправедливо. Не может понять, что завтра он будет рубить голову своему... Кому? Кто для него Драк? Теперь это уже неважно.

***

Драк не может уснуть. Ещё даже двенадцати нет, а Драк уже бегает по дому в темноте и бесшумно складывает необходимые в дороге вещи из шкафов и столов в синий холщовый мешок. Уж что-что, а вести себя тихо у Драка получается лучше всего. — Куда собираешься? — Манор показывается в дверном проёме, протирая глаза большими кулаками. Драк смотрит так растерянно и глупо, что Манор сразу всё понимает. — На Солстейм, — отрывисто чеканит Драк, мигом оправляясь от испуга. — Ты же умирать собрался? — издевается Манор, надломив брови в насмешке, но сразу же улыбается широко и радостно. — Я помогу. Манор суетливо мотается по кухне и оперативно пихает в мешок ложки, вилки и еду. Много еды. — Вот тебе сыр, хотя можно и побольше кусок... — приговаривает Манор, поправляя растрёпанную рыжую бороду. — Ножку кроличью... Лук надо? — Манор поворачивает голову к Драку, активно мотающему головой, и сразу же отворачивается. — Ай, не отвечай, надо конечно. — Стой, не нужно столько... — Драк неосознанно тянет руки к спине Манора, но тут Манор оборачивается и с немым вопросом зависает перед ним. — Я, в смысле... Манор немного наклоняется к Драку, и рыжая борода касается его носа. Драк замирает на секунду, полузакрытыми глазами пялясь на обветренные губы, но вдруг в ужасе таращится на зелёные глаза и отталкивает Манора. — Схожу за верёвкой, — бубнит Драк под нос и скрывается в дверном проёме. Манор ошалело глядит вслед. И зачем ему верёвка?