Второй помощник капитана

На прогулочной палубе никого не было. Почти никого. На одном из лежаков, кажется, устроился отдыхать кто-то из корабельной команды, возможно, он даже спал, потому что никак не отреагировал на появление Минги. Сам Минги решил, что его такая молчаливая компания не смущает, и просто повернулся к лежакам спиной, оперевшись локтями на парапет. Впереди открывалась бескрайняя панорама космического океана. Стены были специально отодвинуты от палубы, чтобы иллюзия открытого пространства становилась максимальной — воздух — за ограждениями, а чуть дальше — мерцание звезд. Идеальная проекция. Не зря билеты на лайнеры такого класса раскупались за много светодней до отправления. Минги просто повезло, что до Системы Водолея ходило не так уж и много бортов, а в нужные даты — и вовсе только «Олимпус», роскошный круизный лайнер, куда контора раздобыла билет путем длительных переговоров и едва ли не шантажа. И естественно за билет пришлось отвалить нехилую сумму. Минги тяжело вздохнул, вспомнив о работе, но тут же отогнал неприятные мысли, продолжив завороженно смотреть вперед. На самой границе видимости сверкнул метеоритный поток. Ничего потенциально опасного, да и навигационные системы здесь явно стояли самого высокого класса. Но Минги все равно бросил взгляд на тщательно замаскированные панели аварийного оповещения, которые разумеется молчали. — Не стоит переживать, поток не в нашу сторону. Спокойной голос из-за плеча почти заставил Минги вздрогнуть. Смущённо обернувшись, он встретился взглядом с обитателем лежака, который впрочем уже его покинул и теперь застегивал верхнюю пуговицу форменного белоснежного кителя, глядя на Минги и мягко улыбаясь. — Да я не переживаю. Так, профессиональное. — Я так и понял. Доброй ночи, господин отдыхающий, не засиживайтесь здесь на всю усредненную ночь, может стать прохладно. — А-ага… — почему-то шепотом кивнул Минги и проводил взглядом плавно двигающуюся к выходу с палубы фигуру. Человек? Инорасец? Не то чтобы это имело какое-то значение. Просто Минги показалось… Да нет, глупости это всё. Что значит «пахнет звездами», откуда у него вообще в голове такая странная формулировка. Минги взглянул на хронометр и почел за лучшее отправиться спать. На ресторанной палубе царил привычный в таких местах гомон. Минги меланхолично приканчивал вторую порцию хрустящих ножек по-таронски и как раз подумывал заказать ещё бокал кофейного напитка, как споткнулся взглядом о знакомую фигуру в белоснежной форме. Теперь он пригляделся к ней получше и хотя не особо разбирался в атрибутике космотуристской сферы, мог с уверенностью предположить, что это кто-то из высшего командного состава. Вероятно, один из двух помощников капитана. Не отвлекаясь от разговора с кем-то из стюардов, помощник повернул голову и перехватил взгляд Минги. Улыбка тронула его губы, и Минги зачем-то улыбнулся в ответ. Но именно в этот момент автоматика решила выдать ему второй напиток, подсунув бокал прямо под руку, и Минги отвлекся. А когда поднял взгляд — в той стороне палубы уже было пусто. Всю эту туристскую атмосферу Минги на самом деле жаловал не особо. За первые несколько усредненных дней он обошел основные палубы, и понял, что интереса они кроме смотровых площадок не представляют. Так что он даже не удивился когда нашел себя в информатории за поиском сведений о бортовой команде. Надо же было чем-то заняться. Почему бы и не поискать кто такой этот помощник, который пахнет звёздами. Инорасец. Что ж, можно было догадаться. Второй помощник капитана Кан Ёсан, родная планета Фьеранк, высший уровень адаптации. Минги вгляделся в вежливо улыбающееся лицо. И правда высший уровень, в жизни не догадаешься. Фьеранк… Кажется, это в скоплении Персефоны? Минги как-то не особо интересовался многообразием рас в изученной части вселенной, во многом потому, что было их слишком много, а свободного времени — наоборот. Так что ничего толком об этом секторе галактики он припомнить не смог. Пришлось закинуть запрос в информатор, но прочитать так ничего и не вышло — хронометр мигнул входящим вызовом, и внутренне выругавшись, Минги быстро смахнул на него результат выдачи, прежде чем отключиться от всего на свете — если уж начальству приспичило звонить на полпути, значит понадобилось что-то существенное. Где-то через час нудных переговоров Минги понял, что мучительно проголодался. Стараясь не отвлекаться от многоабонентной конференции, он почесал за ухом, где накладной ретранслятор уже даже начал нагреваться, и поднялся из кресла, чтобы дойти до ближайшего кафе. В информатории, увы, никакой еды не водилось. — …и поэтому мы возлагаем такие надежды на результаты этой инспекции. Документация была тщательно подготовлена… Минги рассеянно кивнул и на полной скорости завернул за угол. — Охххх, бля… Простите, коллеги, это я не вам, прервусь на секунду. — Щелкнув по хронометру, чтобы отключить микрофон, Минги приготовился рассыпаться в извинениях. Он и так-то иногда мог задуматься на ходу, а тут ещё эти переговоры, вот и врезался в… Глаза цвета темного янтаря смотрели очень укоризненно. Слова извинений застряли у Минги поперек горла. Быстро нагнувшись, он подобрал слетевшую со второго помощника фуражку и тщательно отряхнул, прежде чем вручить обратно. — Я… Прошу прощения. Звонок с работы… Второй помощник капитана, Кан Ёсан, потер плечо и смерил Минги потемневшим взглядом с ног до головы. — Мне правда очень жаль… — убито добавил Минги. К его удивлению, Ёсан вздохнул, убрал черные блестящие волосы обратно под фуражку и улыбнулся. — Кажется, отпуск у вас не удался. — А я и не в отпуске. Командировка… В ухо продолжала бубнить конференция. Хитро прищурившись, второй помощник чуть приподнял голову, чтобы посмотреть прямо Минги в глаза. — Сегодня большая праздничная программа, всех гостей ждут в концертном атриуме. На верхней прогулочной палубе должно быть пусто. Минги удивленно приподнял брови, но второй помощник уже удалился по коридору, легко поклонившись напоследок. «Минги-шши, Минги-шши, вы слушаете?..»

***

Разумеется Ёсан был прав — верхняя прогулочная палуба оказалась пуста. На самом деле Минги надеялся, что слова второго помощника намекали на возможную компанию, но на этот раз кроме него самого на палубе действительно никого не было. Почувствовав легкое, пусть и ничем не оправданное разочарование, Минги уселся на ближайший лежак, а потом и вовсе решил прилечь. Ретранслятор он предусмотрительно отцепил и оставил в номере, ничто не должно было помешать ему наслаждаться космической панорамой. Чуть поерзав, чтобы устроиться поудобнее, Минги на мгновение прикрыл глаза. И уснул. Что-то ему снилось необычайно легкое и приятное, такое толком и не вспомнишь после пробуждения. Разве что оставшийся трепет в груди напоминал, что что-то там было… Щемящее, неуловимое. Пахнущее звёздами. Минги попытался перевернуться набок, нащупал бортик лежака и тут же окончательно проснулся. На нем сверху лежал легкий плед со штатной бортовой маркировкой. Вокруг — по-прежнему никого, но он готов был поклясться, что ощущает тонкий аромат знакомого присутствия. Поди какие-нибудь особенности этой расы… жаль, что Ёсан не остался. Минги бы ему хоть спасибо сказал. Сонливость окончательно спала. Оставаться на прогулочной палубе больше не хотелось, присоединяться к шумному празднеству — тоже. Ну, в конце концов, до прибытия в Систему Водолея оставалось около усредненных суток, можно было ещё раз проверить рабочие документы… Когда в дверь номера постучали, Минги уже успел просмотреть добрую половину пухленькой стопки — нашел одну незначительную ошибку в расчетах и три опечатки. Устало потерев глаза, он даже не взглянул на придверный интерком и просто разблокировал ручку, так что дверная панель плавно отъехала в стену. — Привет. — Кан Ёсан чуть помедлив, заправил за ухо длинную челку и улыбнулся. — Можно? Без формы, в обычной рубашке, с красиво обрамляющими лицо черными волосами он показался Минги ещё более нереальным. И даже знание, что он инорасец, не помогало… Сердце забилось тяжело и гулко. Пытаясь уговорить себя успокоиться, Минги быстро выдохнул и отступил, пропуская в свой номер неожиданного гостя. — Прости, что так вышло с прогулочной палубой. Нужно было присмотреть за гостями… Им было немного слишком весело. — Ёсан хихикнул, тут же прикрыв улыбку ладонью и Минги почувствовал, что неудержимо краснеет. — Да н-ничего. Все нормально… Ёсан одобрительно кивнул и в несколько шагов оказался прямо перед Минги. Которому ничего не оставалось как отступить. И еще раз. И еще. Под колени ударился край кровати и неловко взмахнув руками, Минги рухнул на нее с размаху, попутно свалив на пол хронометр и часть бумаг. Ну да, ему нравилось работать в комфортных условиях, что такого. Ёсан наклонился следом. Осторожно наступил коленом на постель, уперся ладонью в грудь Минги, чуть надавил. Не веря, что действительно это делает, Минги послушно подвинулся выше. Повинуясь настойчивому нажиму, он сдвигался до тех пор, пока не добрался почти до самого изголовья. Ёсан забрался следом. На пол полетели остатки рабочих бумаг, но Минги было совершенно все равно. Во-первых, документы копировались в электронном виде, а, во-вторых, Ёсан смотрел на него слишком нежно, чтобы обращать внимание на что-то ещё. Пропустив волосы Минги сквозь пальцы, Ёсан оставил ладонь на его шее и потянулся вперёд, медленно, глядя в глаза, словно давая возможность сказать «нет». Как будто Минги бы захотел. И чтобы не возникало ни малейших сомнений, сам обхватил лицо Ёсана и прижался губами. Поцелуй вышел будто бы совсем человеческий, только язык сразу начало покалывать крохотными разрядами. Не больно. Просто необычно. И прохладно, будто краем облака задело. Минги ещё никогда не целовался с инорасцами. Да и вообще мало с кем доходил до такой стадии близости, поэтому он никак не мог понять — вот это ошеломляющее чувство от прикосновений Ёсана — это его собственная реакция, или действие каких-нибудь феромонов, или ещё какой биологически обусловленной штуковины… Он бы поставил на первое. Хотя по большому счету это и не имело значения — кем бы Ёсан ни был, сейчас Минги хотел его совершенно искренне и до дрожи в кончиках пальцев. Уж себя-то он знал достаточно. — Я видел твой запрос в информаторе, — чуть отстранившись прошептал Ёсан и прижал ладонь к его груди. — Не боишься? Минги не стал уточнять, что так и не прочитал ни строчки из скачанного. Может, и стоило бы, но он не боялся, шестым чувством ощущая, что Ёсан не причинит ему вреда. Поэтому только головой покачал и потянулся вперед — поскорее стащить с Ёсана рубашку, которую до этого как раз успел расстегнуть. Чувствовать его всей кожей было одновременно приятно и странно. Если себя Минги ощущал горячим, едва не плавящимся под настойчивыми прикосновениями, то сам Есан казался похожим на дождь или ветер — прохладным, обволакивающим, будто его телесная оболочка вдруг утратила все привычные людям качества. Минги гладил его плечи, спину, прижимал к себе теснее, и ему казалось, что там, где они соприкасаются, воздух едва ли не шипит от разницы температур. Крохотные иголочки электрических разрядов скользнули от шеи по груди, по животу, оббежали вокруг напряженного члена, так его, впрочем, и не коснувшись. И Минги выгнулся со стоном, надеясь, что не останется без так необходимого сейчас внимания, отчаянно пытаясь нащупать Ёсана и скользя пальцами по чему-то гладкому, влажному, совсем уже не человеческому. Плечам? Рукам? Страшно захотелось открыть глаза и посмотреть — какой он, настоящий Ёсан, но именно в этот момент что-то обвило его член плотным кольцом и легко скользнуло вверх и вниз, чуть сжимая. Легкие, но невозможно будоражащие электрические уколы вернулись вместе с еще одним чем-то, обхватившим член вторым кольцом, затем сразу же — третьим. Кольца немедленно задвигались, ритмично, то сталкиваясь, то расходясь, заставляя Минги стонать сквозь стиснутые зубы и пытаться подбрасывать бедра, чтобы усилить, ускорить… Разрядка накрыла его тяжелой волной, так мощно, что заложило уши и почти заболели накрепко стиснутые веки. И если обычно ему требовалось хотя бы немного времени, чтобы прийти в себя, то на этот раз под едва уловимый смех Ёсана, больше похожий на колебания воздуха, оргазм отхлынул спустя уже несколько мгновений, уступив место вновь накатившему возбуждению. Электрические разряды коснулись губ. Между ними скользнуло одно, другое… Щупальца! — ухватился Минги за единственный визуальный образ, который он смог к своим ощущениям подобрать. Тонкие, гибкие, верткие. Минги попробовал сжать их губами, чуть прикусил… И почувствовал, как вздрогнул над ним Ёсан. Влажный, прохладный, наверняка нечеловечески прекрасный… — Не открывай… — стоило только попробовать приподнять веки, как щупальца выскользнули из его рта, и шепот Ёсана Минги больше почувствовал, чем услышал. — Не надо. — Но… — Ты испугаешься, и все закончится. — Н-нет! — Минги попробовал протестовать, но его век уже что-то коснулось, очень нежно и осторожно, и они отяжели настолько, что открыть глаза теперь точно не было никакой возможности. — Так лучше… Поверь мне. Это не навсегда, через пару часов пройдет. Минги обиженно насупился, даже попытался сложить руки на груди, но их тут же перехватили за запястья щупальца покрупнее. — Всё, больше не хочешь? — Когда-нибудь я докажу, что ты можешь мне доверять. — Когда-нибудь — обязательно. — Мягкий смех отозвался щекоткой по всему телу и Минги, не выдержав, рассмеялся тоже и, ухватившись за Ёсана, прижал его к себе. Вот же неуверенный в себе инорасец… Возбуждение никуда не делось, и Минги, глубоко вздохнув, подался бедрами вперед, потираясь о прохладную скользкую кожу над собой. Намек был схвачен незамедлительно — шею обожгло наэлектризованным поцелуем, от которого перехватило дыхание и едва не остановилось сердце. Только чтобы тут же захлебнуться бешеным ритмом, когда по всему телу заскользили, казалось, теперь бесчисленные щупальца. Не зная, на которое прикосновение ответить, Минги выгнулся, застонал и предательски пропустил момент, когда его ноги оказались плотно обвиты и прижаты коленями к груди. Вот теперь самое время было бы испугаться. Но по-прежнему не получалось. Может, потому что Ёсан снова ощущался повсюду. Облаком, морем, скоплением сияющей даже под плотно сжатым веками звездной пыли. Его шепот наполнял пространство, проникал в Минги через кожу и заставлял полностью усомниться в реальности происходящего. Вот только движения щупалец внутри Минги вовсе не чувствовались эфемерными. Одно за другим, смыкаясь воедино, они заполняли его все больше и с каждым их движением он хотел, чтобы они не останавливались никогда. — Минги… — выдохнули звезды вокруг, обхватили его крепко, обожгли одновременно жаром и холодом — и еще немного, еще чуть-чуть… Удовольствие накрыло яркой, сминающей все на своем пути волной. И где-то под этой волной Минги, наконец, захлебнулся, пытаясь выкрикнуть имя Ёсана, взмахнул руками в попытке прижать его к себе крепче и соскользнул в тихое счастливое небытие. Было хорошо. Спокойно. Какие-то щелкающие звуки создавали размеренный ритм, под который дышалось легко и ровно. Щелк. Щелк. Щелк. Вообще, конечно, он понятия не имел, что это может быть, в его номере определено нечему было издавать такие звуки. Интересно. Нет, правда. Минги нахмурился, потер нос и окончательно проснулся. Щелканье не унималось. Повертев головой, Минги так и не смог определить его источник, зато, похоже, потревожил мирно спящего рядом на животе Ёсана. Который глубоко вздохнул, поморщился и, сонно приоткрыв глаза, приподнялся на руках. На его щеке отпечатался след от подушки, волосы распушились и торчали во все стороны, и было в этом столько человеческого, что Минги едва не поверил, что все произошедшее ночью ему привиделось. — Ёсан-а… — получилось со сна хрипловато, но Ёсан все равно робко улыбнулся в ответ. Потом насторожился, прислушался и, резко свесившись с кровати, зашарил по полу. — Что?.. — Будильник. Ох, бля… Ёсан сел на постели, хмуро тыкая в свой наручный хронометр. Щелкать наконец перестало. — Тебе пора идти? — Минги не должен был чувствовать такую тяжесть внутри, совсем не должен был. Они даже не знакомы толком, и одна ночь могла не значить вообще ничего, особенно для инорасца… — Уважаемые пассажиры, через час мы прибываем в Систему Водолея. Желающие записаться на экскурсию… Система внутреннего оповещения сработала так внезапно, что Минги вздрогнул всем телом, а когда посмотрел на Ёсана, тот уже успел натянуть брюки и теперь поспешно застегивал рубашку. — Прости, Минги, меня правда ждут. И первый штраф за опоздание ждет тоже, — он нервно хихикнул и быстро пригладил растрепанные волосы. — Тебе, кстати, нужно собираться, ты же выходишь… Всё-то он знает. Минги едва успел подхватиться с кровати, чтобы остановить Ёсана уже в дверях. — Ёсан-а… — Тшш, — палец мягко прижался к его губам. — Не надо. — Почему это?.. — Потому что мы никогда больше не увидимся. — Ёсан улыбнулся нарочито беспечно, и Минги бы, может, и поверил, если бы не заметил, как мгновенно угасла улыбка, стоило только Ёсану отвернуться. И отчаяние во взгляде, перед тем как закрылась дверь, заметил тоже. «Не увидимся… Еще чего», — фыркал про себя Минги, поспешно собирая вещи и разбросанные по полу бумаги. Помирать никто из них явно не собирается, значит, ничего невозможного в том, чтобы встретиться, — нет, что за странный драматизм. Ещё и убежал так, толком не попрощавшись… Бортовая команда выстроилась у трапа, провожая «на берег» небольшую группу туристов и единственного выходящего. Минги внимательно всматривался в лицо второго помощника капитана, но на его невозможно красивом лице застыла дежурная вежливая улыбка, за которой совершенно ничего нельзя было прочитать. Но Минги и не собирался пробовать. Поправив на плече небольшую дорожную сумку, он влился в поток выходящих, вот только вместо того, чтобы последовать дальше по трапу, свернул прямо к выстроившейся команде. — До встречи, Ёсан-а. В широко распахнутых глаза застыло искреннее удивление. Лица остальной команды вытянулись, но Минги решил, что их реакция его не волнует. Важно было то, что уголки губ Ёсана дернулись в намеке на нерешительную, но все же улыбку. Маленькая победа. Поэтому Минги отсалютовал на прощание и пошел к выходу с легким сердцем. Он вернется. Обязательно вернется. Про скинутую на хронометр информацию Минги вспомнил только через пару светодней. Он как раз устроился на обед в дальнем конце общей столовой, подальше от шумных товарищей ученых, в очередной раз бурно обсуждающих какую-то гипотезу. Собственно, Система Водолея включала в себя всего лишь одну условно обитаемую планету. И большую ее часть занимала станция — один огромный научный центр, где изучали воздействие различных радиаций на растения и животных, Минги не особо запомнил. Его волновали только системы безопасности, которые он приехал инспектировать. И за прошедшие дни успел облазить хорошо если треть станции… Инспекция грозила затянуться. Зато вроде бы все оборудование работало штатно, и можно было не возиться с отчетом. Прожевав кусок чего-то условно мясного, но несомненно напичканного витаминами и крайне полезного, Минги вздохнул и ткнул в озвучку. Машинный голос заструился в накладной ретранслятор, и с каждой фразой еда все меньше лезла в горло. Кажется, с оптимистическими планами он поторопился… Фьеранк оказалась очень интересной планетой. Ее обитали прекрасно чувствовали себя в ее пределах и совершенно не стремились в открытый космос. Мирная, дружелюбная раса. Однако некоторые из них все же изучали звездоплавание и становились идеальным навигаторами, лучше самых чутких приборов предсказывающими космические явления. Но было их таких очень мало. Потому что вне своей планеты фьеранцы могли существовать только в очень специфических условиях. Излучение от двигателей огромных лайнеров — то, что давало этим существам возможность поддерживать форму. И, соответственно, делало зависимыми — однажды прикрепляясь к кораблю, они уже не могли его покинуть. В случае аварии — гибли вместе с кораблем. С родной планеты их забирал специально оборудованный учебный лайнер, и только он же мог доставить обратно. Но мало кто решался вернуться — даже переход с одного корабля на другой был опасен, да и мало какая контора согласилась бы потратить ресурсы, чтобы смотаться в такую даль, как скопление Персефоны. Огромных лайнеров вообще было не так уж и много — в основном, у очень крупных туристических и транспортных компаний. Военные предпочитали движки поменьше и поэффективней. Минги откинулся на стуле. Получается, для встречи с Ёсаном ему придется ни много ни мало вернуться на роскошный круизный «Олимпус». Который на обратном пути в Систему Водолея не заходит вообще. И билетов на который не достать… Да даже если бы получилось один раз, ну едва ли второй, то что дальше? А то, что Минги хотел бы этого «дальше», он осознал на следующий же день после высадки, когда правдами и неправдами добыл рабочий айди второго помощника, а потом выпросил уже и у него самого — личный, под угрозой завалить рабочий канал всякой романтической ерундой. От красочного описания бесконечных визгливых открыток и переливающихся котяток, держащих в руках переливающиеся же цветочки, Ёсан смеялся, как ненормальный. Но Минги слышал в его голосе неуверенность, которую понял вот только сейчас. Какой смысл влюбляться, если встретиться невозможно. Не «невозможно», поправил себя Минги. А просто очень сложно. Не невозможно. В дальнем конце зала научный спор грозил перерасти в ненаучную драку. Но Минги было все равно. За этой инспекцией у него была назначена еще одна. А вот потом…

***

— Привет. Минги буднично облокотился о стойку, отделяющую помещения персонала от гостевых. Он специально не стал ничего говорить и даже попросил не вносить информацию в бортовой журнал — до отправления. Фьеранцы влезали в электронные мозги одним умственным усилием, а он не хотел портить сюрприз. — Привет… — Ёсан поднял на него глаза и машинально поправил снова норовящую вылезти из-под фуражки прядь. Если считать стандартными светоднями, то прошло их чуть больше пятидесяти. Долго. Очень. Мучительно долго. — Ты не рад меня видеть? Ёсан с силой улыбнулся. — Рад… рад. Ты надолго? Этого-то вопроса Минги и ждал. Горделиво выпрямившись, он продемонстрировал грудь, украшенную строгой нашивкой — «Старший специалист по безопасности на транспорте Сон Минги» и подмигнул. — Пришлось порядочно потрудиться, чтобы уговорить вашего капитана, что одного спеца по безопасности на такой большой корабль маловато. Так что надолго. Считай — навсегда.