Моя гордая девочка!

— Мы застряли... Эта фраза произнесена была мужским и столь родным голосом, что ведьма даже не сразу поняла, насколько их дела плохи. Нет, вернее не так, насколько её дела плохи. Ведь сейчас они стоят так близко, что она может не выдержать, ещё немного и уж точно её губы накроют его. Как минимум, таковы были мечты жрицы. Но она делает то, за что себя боготворит и ненавидит одновременно — шаг назад. Один. Второй. И вот, стоит уже на другой стороне лифта, не пересекая черту, что была лишь в её голове. — Вик? Мужчина, казалось, нечего не понимал. Почему ведьма пару секунд назад с удовольствием стояла в его объятиях,не смея отстраняться, а сейчас уже стоит так далеко? Что он успел сделать не так? — Видишь там кнопочка, нажми, нас достанут. — она игнорирует его слова, делая вид, что не слышит. Внутри же всё ломается от этого робкого обращения. Его голос, насколько нежен и ласков, что не верится, перед ну Шепс или подделка? Нет, точно Шепс. Ведь медиум стоит, показательно сложив руки на груди. Ну конечно! А чего она ожидала? Что послушает, даже в таких очевидных вещах и нажмёт? Слишком большие запросы. Виктория делает шаг и тянется рукой к кнопкам, но тут же чувствует, как тонкое запястье сжимает тёплая ладонь. Секунда, вторая и ведьма уже прижата к стене лифта. — Саш? Становится даже смешно, теперь уже она не понимает, что происходит. Казалось бы, пару секунд назад ситуация была полностью в руках женщины. Роли меняются быстро. — М? — он поднимает брови и настолько невинного лица Вика не видела давно. — Мы слишком близко... — говорит та тихо, словно боясь нарушить атмосферу. А Саше нравится. До ужаса нравится видеть её такой растерянной и смущённой. В зале она стоит гордо, бросая колкости и острые высказывания, за стенами зала Райдос не сильно отличается, как минимум, с ним. Но сейчас.. Сейчас эта женщина выглядела так нежно и растерянно. Он сбил с неё маску и это дорогого стоило. — Разве? — лицо его по прежнему невинно. Райдос сглатывает. Шепс играет, играет даже слишком хорошо. Прижимая её к стене сделать такие невинные глаза — талант! Ещё больший талант — выбить её из колеи, что так же у него прекрасно получалось. Этот мужчина имел на неё особенное влияние. Жрица распахивает глаза. Из собственных мыслей вырывает поцелуй, что пришёлся на шею и тут же сменяется укусом. С пухлых губ срывается громкий стон, что эхом отбивается от стенок. — О, успокоилась. — медиум смеётся, оголяя клыки и отпускает ведьму. — Поговорим? — О чем? — Почему не оттолкнула меня? Почему дала делать с собой всё? На этот вопрос даже сама Вика ответ находит не сразу. Точнее, не спешит его озвучивать. — Я люблю тебя... — шепчет робко-робко, словно боясь, чем вызывает улыбку у Саши. — Что? — тот наклоняется к ней, делая вид, что вовсе не слышит. — Я люблю тебя! Наконец мужчина звонко хохочет, крепко обнимая ту и нажимает на эту чёртову кнопку. Слушает голос дамочки, что просит подождать минут 15 и вновь отдаёт всё внимание жрице. — Я тебя тоже.. Наклоняется и накрывает губы ведьмы в мягком поцелуе, словно боясь спугнуть. Чувствует ответ и лишь крепче прижимает её к себе за талию, прошептав в самые губы. — Моя гордая девочка!