Любовь — это боль.

На следующий день после примирения друг с другом, а также инцидента с девятиклассником и его младшим братом Эдгар и Фэнг шли к школе. Спустя столько времени вообще без никакого общения друзьям явно было, что рассказать друг другу. Эдгар прекрасно понимал, что после вчерашнего раскрытия его отношений с Колетт, Фэнг явно будет про это расспрашивать, да и в целом о Колетт тоже. А то что ж это, вроде Колетт с Фэнгом после вчерашнего явно друзья, а он о ней ничего не знает? Не порядок. — Ну, Фэнг, даже не знаю с чего начать. — Начни с того, почему Колетт в начале учебного года была такой замкнутой, мы ж хотели об этом узнать. — Ну во-первых она из довольно бедной семьи. А ты знаешь, там и до неуверенности в себе недалеко, плюс имеются вредные привычки. Во-вторых, у неё была травма, из-за того, что прекратилось её общение с единственной подругой. — Грустно всё это. А что дальше? — Ну как что? Как я с ней подружился, так и Колетт радостной стала. Я помогал ей, чем только мог, даже с ремонтом у неё в квартире. А там, сам понимаешь, её чувства куда теплее ко мне стали, да и мои к ней тоже. Я забил из-за неё даже на общение со своими другими друзьями, прям чувствую, что больше с ними не погуляю. Лишь бы с Колетт по-больше времени провести. — А на меня, случаем, не забьëшь ли? — Ты исключение, Фэнг, не волнуйся. — Уважил, Эдгар. — Да шучу я. Просто пойми, без своего бро я бы дальше так точно бы свихнулся. — Ну, справедливости ради, Эдгар, мне тоже без друзей эти два месяца тяжеловато было, просто вот как совпадение, мои другие друзья на меня подзабили, у самих проблем вагон. А у тебя всё же была всё это время Колетт, так что же тебя не устраивает? — Эх, ладно, попробую максимально вкратце. И Эдгар поведал и о пьяной истории Колетт с Биби, и о походе к Розе со всем тем балаганом. — Пиздец, а мы же ещё прикалывались над смертью её мужа... — Да уж, лишнего вы дали. Ну а так, про вчерашнее тебе напоминать не стоит. Чуть по котелку как следует не огрёб. Как будто знаешь, я ещё не привык до конца, что мы с Колетт — ныне всё друг для друга. Просто так не привычно топать фиг пойми куда ночью. Ну тут ладно, признаю, Розе необходимо было помочь, тут окей. На вредные привычки Колетт мне явно придётся закрыть глаза, или заставить её бросить всё, при этом помочь пережить ломку. — Ну тут всё по делу, Эдгар. А так, есть ли более глубокое переживание у тебя, чем просто о некоторых отдельных неприятных случаях? — Скажу так, когда Колетт мне призналась в своих чувствах, я полностью был ошарашен. И недолго думая, сразу же ответил, как мне тогда казалось, взаимностью. А то вдруг ей будет очень больно. И вот думал долго очень, а не чисто ли из-за жалости я это сделал? Конечно, я отбросил в итоге эту мысль, а там уже и другая, а любит ли меня Колетт на самом деле? Просто пойми, не из-за выгоды ли она со мной. — Ну тут уже явная паранойя у тебя. В противовес же как раз то, что ты единственный, кто протянул ей руку, когда всем было ровным счётом всё равно на неё, на то, что у неё нет друзей и т. д. Она это ценит всеми силами, тут выгода вообще не о чëм. — Согласен, мне самому эти догадки нелепы сейчас. Ну а теперь, вчерашний случай. Я вот ночью плохо спал, всё думал, а не вовлечëт ли в ещё бóльшие неприятности Колетт? — Понимаю твою боязнь. Но тут, знаешь, тебе лучше на эту тему с самой Колетт поговорить. — Это разумно, Фэнг. Но тут такое дело, а не зависит ли это от самой Колетт прям очень сильно. То есть, не она идёт с распростёртыми объятиями к проблемам, а делает что-то на подобии воровства подика у того пятиклассника, ну стырила она его, уже прошло с того момента два месяца, казалось бы, тот чел уже сам об этом забыл, но всё же это дало о себе знать, когда тот своего брата позвал. Затравочка к этому была уже, а объявилась проблема только вчера. Такие удары под дых не будут ли частым явлением? — Да ну вряд ли. Мне кажется, если что-то произойдёт, то мгновенно. Не будет ничего расти и расти во что-то большее. И, неужели тебя так вчерашние события напугали? — Ну знаешь, это ведь серьёзно, всякое такое быдло, как тот девятиклассник, явно не задумалось бы о применении силы, а там и серьёзные травмы... — Всё, Эдгар, не договаривай, я прекрасно понял тебя. Если тебе так боязно, что тот девятиклассник вернётся, то можем всё-таки доложить на него Таре. — Тогда скорее наоборот, у него будет больший стимул напомнить о себе. Да и я не только о нём говорю, просто Колетт может по глупости связаться с кем-нибудь таким вот, уже же связалась с Биби. — А ведь и точно, Эдгар. Биби та ещё особа. Как говорится, скажи мне кто твои друзья, и я скажу кто ты. — с максимально серьёзным лицом произнёс Фэнг. — Думаешь, прямо так сильно Биби на неё повлияет? — спросил с нотками волнения Эдгар. — Не отрицаю, что такое может, конечно, произойти. — почесал затылок Фэнг. — Знал, что ты ответишь так. — вздохнул Эдгар. — А что делать? Нельзя же Колетт держать в узде и не давать ей с кем-то дружить, когда у неё никого кроме меня нет. Это очень подло, если учесть, что у меня есть бро, то есть ты, а ей нельзя, чтобы у неё был свой бро, то есть Биби. А если её бро на неё очень сильно повлияет, то неужели всё, порвать отношения? Понимаю, что вопрос риторический: ни в коем случае — нет! Если Биби настолько не стабильный человек, что может Колетт и нахуй послать в любой момент, а у меня её не будет, то она снова будет одинока: не излить душу никому... А там уже, вспоминая, как ей хорошо было со мной, и потеряла всё это из-за какого-то быдла, в совокупности со всем этим может и руки на себя наложить... — Эдгар, ты абсолютно прав. Теперь после услышанного я понимаю, как у тебя может порой голова раскалываться из-за раздумий. — Ага. Ну а так, думаешь, мне ничего не менять; как сейчас есть, так и продолжать жить? — Именно. Но если что, обращайся за помощью ко мне, вместе вырулим. — Спасибо, братан. И они дошли до школы. Колетт на удивление друзей не было сегодня на занятиях. Во время четвёртого урока Колетт перестала игнорить Эдгара, поэтому ответила ему в тг. — Эй, Фэнг, смотри. Думаешь, она и вправду приболела? — Тогда бы ответила сразу, сто процентов сидела бы себе спокойно в телефоне и увидела бы твоё сообщение. А так, Биби то в школе тоже нет. — Ты думаешь... — Ага. — ответил Фэнг на половине уже понятного ему вопроса. — Что-то я волнуюсь. — Раньше времени не паникуй. А если узнаешь, что что-то случилось, когда будешь у себя дома, то обязательно не побрезгуй мне сообщить, отправимся вместе решать проблемы. — Спасибо большое. Но мне так неудобно тебя в это втягивать. — Я должен всё-таки искупить свою давнейшую вину, а так мне и боязно за тебя, зная Биби. — Ну хорошо, чуть что, сразу звоню тебе. Занятия кончились. А уже после Колетт не писала, как тогда, когда просила забрать её от Биби. Но Эдгар всё же сходил к своей девушке, та, на его удивление открыла дверь. Эдгар вошёл и закрыл за собой дверь. Он увидел, что Колетт очень бледная и уставшая, поэтому он выругал себя в мыслях, что посмел подумать о том, что Колетт его обманула. И он почувствовал, как его сердце заколотилось. Уставший вид Колетт его сейчас не отталкивал, ему было всё равно. Он поскорее кинулся обнимать её. — Эдгар, я же болею. — Это неважно, Колетт. Запомни, люблю, любил и буду тебя любить. И он заключил её в самый страстный поцелуй, который у них когда-либо был. По спине Колетт пробежали мурашки. Эдгар отстранился от её губ, чтобы поскорее поцеловать её шею. — Ох, Эдгар! — Колетт простонала от удовольствия. После Эдгар поцеловал её в мочку уха. Только после этого он отпустил её из своих объятий, лицо Колетт покрылось очень ярким румянцем, Эдгар провёл по её щеке ладонью и поспешил ещё раз её поцеловать. И, глядя ей в глаза, произнёс: — Прости меня, Колетт. — За что?! — сразу же она вышла из экстаза вызванного действиями Эдгара. — За то, что я ужасный парень. Колетт в ступоре на него посмотрела, поэтому Эдгар поспешил объясниться. Он рассказал о своих, как теперь он уже понял, чрезмерных переживаниях. — Эдгар, если тебя это так волновало, то мог сразу же мне рассказать, тогда нахуй эту Биби вообще! А я то дура, не задумывалась, какого тебе, что я с ней дружу! — Колетт, тут не в дружбе конкретно дело, это несправедливо по отношению к самой Биби. Что ей, без друзей по такой логике оставаться? Просто пообещай мне, что она не изменит тебя в худшую сторону. — Я обещаю, Эдгар. — Я верю тебе. И он ещё раз заключил Колетт в поцелуй. Он ещё немного побыл у неё, помог ей приготовить ужин и ушёл к себе домой. Дома он сделал на завтра уроки и лёг спать, потому что за день голова накипелась просто ужас. Ему приснилось кое-что нецелесообразное. Шёл он ночью по соседней улице, отдаляясь шаг за шагом от своего дома. Полная кровавая луна освещала небо, а вот звёзд не было видно. Стоял 40 градусный мороз. А Эдгар был в футболке и шортах, да смотрел он на свои руки синие от холода. Но он не чувствовал холода, наоборот, было даже чуть жарковато. Ветер тревожно свистел. Вдалеке слышался гудок поезда, а потом железный лязг и душераздирающий женский крик, будто бы поезд сошёл с рельс. Эдгар сразу же помчался смотреть на катастрофу, чуть не падая на гололёде, но чем ближе он приближался к железной дороге, тем тише становился крик. И тут у него помутнело в глазах, из-за чего Эдгар моргнул, и сразу он вдруг очутился на неизвестной ему заброшке в 5 этажей: по всюду было граффити, местами пол с третьего этажа проваливался на второй, а тот в свою очередь местами на первый, иногда даже совпадали дыры на этажах относительно друг друга. Пройдя дальше он увидел, как на арматуру было насажено сердце, которое полностью функционировало, словно так и должно быть. А рядом на полу была лужища крови. И тут его кто-то окликнул, это оказалась Колетт, он увидел как та рыдает и указывает на могилу: — Эдгар, я убила его! Эдгар взглянул на могилу на ней было написано "Драко". И тут изображение могилы стало меркнуть, пока совсем не исчезло. Эдгар проснулся весь в поту.