ты-единственная причина сохранять рассудок

Я — это голос, голос — это моя жизнь. Музыка — это жизнь в целом. Неужели после смерти ничего нет? Суд Божий, ангелы поют. И ничего этого не будет? Вечная тьма, молчание.. Молчание моего голоса. А музыка, музыка она будет продолжаться.. Музыка будет идти. Поверх неё всё так же будут идти другие голоса. Семь миллиардов голосов.. А моего? Моего уже не будет, да Но я лично не верю в это, По крайней мере не хочу верить в это, мне так проще. Пусть и Рай будет, и Ад будет, и ангелы будут петь. Но только не вечная темнота.. Мне так проще. Face-смерть. Минхо всегда до чертиков интересно было узнать, что же там после смерти. Не может, же правда, быть одна пустота? Он имел суицидальные наклонности еще с детства — такие мыслишки про суд божий подбадривали гиперопекающие родители, которые шаг ступить не давали Минхо из домý. Ему просто надоело так жить. Надоело.. Он пытался. Пытался уйти из жизни. Но всегда ему мешали. Его даже хотели положить в дурку. У Минхо даже никого близкого под рукой не было, чтоб высказаться. Пока не появился Хан. Хан..он был полным воплощением мечт Минхо, хоть и был младше его на два года. Всегда успокоит, принесет воды, заключит надолго в свои объятия, и, если понадобится, хоть да утра так простдит. Но Минхо все-равно задумывался о суициде. Он даже сам не знал почему. Кажется, все уже хорошо. От родителей съехал, живет с любимым человеком. Жизнь все-равно для него была в максимально тусклых тонах. Одной ночью Минхо снова решил попробовать. Дождавшись, пока Хан уснет, Парень выбрался на крышу многоэтажки и сначала долго-долго рассматривал звезды, думая, какое красивое созвездие он создаст на небо, если после смерти отправится к звездам. Или, какие красивые закаты он будет разливать вечерами.. Минхо подошел ближе к краю, и посмотрел вниз. Высота. Ужасно высоко. Он всегда боялся высоты, но страх отошел на задний план.. В последний момент Минхо вспомнил своего Хани. Как его лицо заливалось красками, когда он видел минхо. Как они вместе долго-долго обсуждали что-то ночью на кухне. Своих котов. Как они радовались и мурчали рядом с ним. Своих гиперопекающих, но все-же любящих родителях. И он тоже любил их. Хоть не мог поделиться чем-нибудь. Хоть моментами не доверял. В его голове навсегда запечатался их образ, когда вместо еды для себя, они покупали каши и смеси для малютки Минхо. Нет. Он не мог так легко просто взять и сдаться. Он не настолько слаб. Как он думал. Да, до какого-то момента минхо правда верил в свои силы, но в один момент тяжелая реальность просто рухнула на него. Больно ущипнув себя за руку, минхо понял, что его смерть всего в шаге от него. Поэтому..поэтому он развернулся и шагнул. Шагнул, и, пройдясь по крыше спустился с нее к себе домой. ’’Я никогда не боялся смерти, но когда я понял что у меня есть причина жить, страх смерти стал просто ужасающим.’’ И эта причина лежала на кровати и мирно сопела. Минхо лег рядом с джисоном и обвил его талию руками, согреваясь. Хан почувствовал прикосновение минхо. потирая глаза, он посмотрел на него. «Почему ты такой холодный? с тобой все хорошо?» — Джисон прерывается на секунду и продолжает. «Только не говори, что ты опять пытался..» — Рука минхо слабо легла на рот Джисона. «Хани, я обещал тебе, и не буду нарушать обещание из собственных принципов. Тем более.. Ты помог мне посмотреть на жизнь с другой стороны». Минхо говорил искренне.. Джисон по-настоящему спас его. Они не помнят, сколько по времени они пролежали в кровати, успокаивая друг-дружку. Главное, что минхо точно понял для себя : нужно что-то менять. Жизнь расцвела. Камень, запечатанный на душе минхо постепенно уходил, и он думать даже не хотел о суде божьем. Он все чаще улыбался и даже обзавелся парой друзей. Он уже совсем не помнил себя вечно грустным. Да и вспоминать не особо-то хотел.