Спаси меня, если сможешь

Звук бьющегося стекла пробудил мужчину из своих раздумий. Птица издала крик и захлопала крыльями, сдувая листы бумаги на столе. Он нахмурился. — Простите меня, пожалуйста, мистер… Девушка замолчала. От волнения она забыла фамилию своего нового босса. Ещё одного босса. Только уже вот этот не угрожает ей. — Бейкер, — отрезал тот. Кэтрин кивнула и принялась собирать осколки. Стыдно. Очень стыдно. Идёт только второй рабочий день, а она уже успела накосячить. Так ещё и на глазах нового хозяина. — Зачем я вообще взял тебя на работу? — размышлял тот, смотря, как ее тонкая кисть руки бережно поднимает стекло и так же аккуратно кладет на поднос. — Ах да, братец, точно. Только из-за просьбы своего единственного родного брата Ходж взял её на работу. Подобрал под свое крыло. Или как ещё можно это было назвать. Впрочем, неважно уже. Девушка всё равно вышла за дверь и оставила его в полной тишине. Но его покой нарушил звук уведомления, только не его телефона. Мужчина приподнялся на стуле и увидел лежащий гаджет. Явно он выпал из кармана мисс Хилл. Нехотя тот поднялся с мягкого стула и подошёл к месту где лежал телефон, а потом просто взял. Экран загорелся. На нем сразу всплыло уведомление от неизвестного. — У тебя три дня. Теперь ты своим красивым телом не отделаешься, — мужчина прочитал это сообщение вслух. Его выражение лица заметно поменялось. Что это может значить? У девушки проблемы? От раздумий его отвлёк стук в дверь. Это был Доменик. Блондин даже не успел ничего сказать, как его мысли перебили. — Дом, приведи мне Кэтрин Хилл, — попросил его Бейкер. Мужчина кивнул и молча удалился. Ходж снова сел на место и стал крутить ее телефон в своих крепких руках. Буквально через минуту с замиранием сердца в кабинет зашла явно напуганная Кэтрин. Девушка встала чуть дальше дверного проема. Дверь перед ней захлопнулась. — Присаживайтесь, мисс Хилл, — приказал мужчина и указал на стул перед ней. Она осторожно подошла и практически бесшумно села на мягкий стул. В ее голове витали мысли о увольнении. Теперь ей точно конец. Бейкер и так не доволен ею. Из раздумий брюнетку отвлёк мужской голос. — Как у Вас дела? — спросил он смотря ей в глаза. Ее бровь поплыла наверх. Она не думала, что тот будет так оттягивать момент ее увольнения. Глупо. — Хорошо. Одним словом отрезала Хилл. Ни черта не хорошо. Все плохо. Очень плохо. И он это знал. Нахрен Ходж туда вообще полез. Жил бы себе спокойно, зная, что где то за углом ее работника насилуют мужики и угрожают. Бейкер присел на стул напротив девушки и положил ее включенный мобильный рядом с ней. Кэтрин посмотрела что в нем. Ей моментально стало не хватать воздуха. Перед глазами стояла та картинка с того вечера. « — Деньги будут, но не сегодня, — дрожащими голосом отвечает девушка в черном костюме. Шестерки переглянулись и на их лицах натянулась улыбка. Один из них кивнул. Все моментально стали подходить к Хилл, как по команде. — Вы чего делаете? — паникует та и пятится назад. Ее хватают за волосы и другие части тела, снимая одежду. Она умоляет их этого не делать. Чужие ладони уже до боли сжимают ее грудь и бесцеремонно мужские пальцы входят в сухую промежность. » — Кэтрин, все хорошо? — взволновался Ходж немного привстав. Девушка ничего не могла из себя выдавить. Будто только что ей наступили на грудь ногой. Перед ней, вместо начальника лицо Оушена, который вот вот отдаст приказ своим шестеркам грубо лишить девственности молодую девушку. Она чувствует чужую ладонь на её запястье и лице. — Все хорошо, мисс, Вы со мной. Я не позволю сделать Вам больно, — вполголоса говорит Бейкер. Его пальцы касаются ее лица. Скула, нос, губы, подбородок. Она их не боится. Он постепенно возвращает ее из панической атаки. Через несколько секунд этого состояния как и не было. Его щетинистое и строгое лицо, которое сейчас расплылось в доброе улыбке находится рядом. — Спасибо, — шепчет девушка. Босс отходит от девушки и встаёт около окон. Смотрит куда-то вдаль. — Зачем они это делали с Вами? — спросил мужчина. Ее взгляд стал безумным. В нем была одновременно боль, страх и отчаяние. Девушка начала плакать. Совсем тихо, едва всхлипывая. Она думала — это конец. Бейкер ей вряд ли поможет. Вскочив со стула она начала дергать ручку двери. Та не поддавалась. Ходж развернулся. Хрупкое женское тело было как в клетке. Оно прижималось к двери и дрожало. Он нахмурил брови. — Пожалуйста, мне надо работать, — совсем тихо говорит девушка. — Вы не ответили на мой вопрос, Мисс. Она выдохнула и оставила попытки сбежать из «клетки тигра». Брюнет указал на стул. Приказал. Хилл снова села в него и думала с чего бы начать. Доверия к нему не было. Брайан много скелетов в его шкафу поведал Кэтрин. Конечно, возможно, они были приукрашены на фоне их несогласий и ссор, но в то, что Бейкер старший идёт против закона она верила более чем. Вдруг он один из дружков Оушена или вообще его правая рука. Или Оушен его правая рука. Неважно. Девушка прочистила горло. Ходж смотрел на нее и ждал. — Я задолжала огромную сумму людям, которые идут против закона, — быстро проговорила она. Мужчина как будто знал это и никак не отреагировал. — Сколько? — лишь спросил он. Кэтрин ответила не сразу. — Триста семьдесят восемь тысяч, — сказала та. — Но мне не получилось достать их в нужный срок и меня… Меня изнасиловали из-за это четверо мужчин. Она прикрыла лицо рукой. Бейкер присел на корточки и убрал от ее лица ладонь. Его большой палец вытирал соленые капли слез с ее лица. Он был осторожен. Осторожен как никогда. К женской коже было страшно прикасаться. — Кто они? — спросил Ходж. Хилл всхлипнула. — Не знаю. Но их главарь — Оушен, — произнесла она. Глаза мужчины округлились. Ему наверное послышалось. Не может такого быть. Не может… Может?