Взрослый

      Серёжа растаял. Чувствовать себя желанным и нужным, он так этого ждал. Улыбка не сходила с лица весь вечер и даже во сне.       Олег стал для него самым близким, хотелось проводить с ним всё время, кататься по городу, держаться за руки, гулять, вместе смотреть фильмы и просыпаться в одной постели. Из этого списка, конечно, пока получалось только второе, но для такого быстрого и бурного знакомства это уже успех. Серёжа горящими глазами смотрел на входящие сообщения, через недели полторы вычислил примерное время, когда Олег освобождается с работы и может подъехать к нему.       Сегодня такой же день, по планам вечерняя встреча в чужой машине. Серёжа стучится в окно машины, машет рукой, после быстро залезает внутрь, аккуратно хлопая дверью.       — Приве-е-ет, как дела? — Серёжа тянется поцеловать в щёку, удаётся.       — Привет, как обычно — лучше всех. — Олег улыбается уголками губ, выезжает из двора. — Сейчас подъедем к магазину, я выбегу за сигаретами, хочешь чего?       Парень думает пару секунд, залипая куда-то в приборную панель, просит купить маленький Милки Вей. Олега трогает эта невинность, он молча кивает и заворачивает в круглосуточный магазинчик.              Серёжа провожает его взглядом, когда фигура пропадает за дверьми, глаза падают на оставленный в салоне телефон. Конечно, читать чужие сообщения некрасиво и неуважительно, но получается случайно подглядеть содержание.       » Деньги перевёл. Завтра надо будет поехать вечером, часов в 10. »       Контакт-отправитель не записан, высвечивается просто номер. Первая мысль, что завтра они с Олегом точно не увидятся. Вторая — куда ему надо ехать? Поздновато для работы, десять-то вечера. Экран вновь подсвечивается, новое сообщение.       » Этого надо будет убрать, завтра лично передам все наводки. Можешь не заморачиваться, главное от тела избавиться. »       — Какого хуя? — Серёжа паникует.       Это работа, про которую Олег ни слова не рассказывал? Может это какая-то шифровка чего-то нормального и обычного? Да что за глупости, зачем взрослым людям таким заниматься! Хочется выбежать из машины, вернуться домой и укутаться в одеяло, а потом проснуться с осознанием, что это глупый сон. По телу пробегает мелкая дрожь. Внезапно водительская дверь хлопает, рядом садится Волков, протягивая Серёже два батончика в синей упаковке.       — Держи, куда хочешь сегодня? — Олег заводит автомобиль, начинает отъезжать, но Серёжа молчит, уставившись в одну точку. — Что-то не так?       Машина останавливается на светофоре. Парень решается спросить, но голос предательски хрипит.       — А… Чем ты занимаешься? — Серёжа поднимает блестящие глаза на собеседника.       — Ты про работу? Да, там долго объяснять, забей. — Олег делает соответствующий фразе «забей» жест.       — Я увидел сообщения. Кого, блядь, тебе надо «убрать»? — пальцами показывает кавычки.       Волков вздыхает, поднимает брови, но остаётся спокойным. Это напрягает и бесит, его постоянно умиротворённое лицо и голос, как вообще можно так себя вести, когда тебе надо избавляться от каких-то людей, видимо, каждый блядский день?!       — Серёж, успокойся, пожалуйста. — Мужчина кладёт руку на чужое бедро. — Простыми словами, мы помогаем полиции, специальный задания и всё такое.       — А зачем кого-то…? — Серёжа проводит большим пальцем по шее.       — Никто никого не убивает, у нас там свои термины, неформальные. — Олег смотрит на оставшиеся двадцать секунд светофора, наклоняется ближе к Серёже, целует в губы, чувствуя, как второй перестаёт паниковать. Значит всё сработало, верит. — Не волнуйся, малыш.       От последнего слова бабочки в животе снова просыпаются, бьются крылышками, шелестят и шепчут. Страх сходит, тема разговора быстро меняется. Серёжа и правда верит каждому слову, хочет верит, хочет остаться с ним, любым. Шоколад кажется ещё вкуснее, а на бедро иногда ложится чужая тяжёлая рука, гладит вверх-вниз. На память Серёжа делает их совместную фотографию, он улыбается, и губами, и глазами, а Олег прекрасен в своём спокойствии, смотрит тёмными глазами.

***

      — Олеж… — Серёжа сползает по спинке сидения, зажимает рот тыльной стороной ладони.       Чужая рука касается внутренней стороны бедра, ведёт выше, гладит пах через плотную ткань джинс. Низ живота потягивает, кадык дрожит. Серёжа пытается быть тихим, случайно всхлипывает, от чего Олег тормозит и ждёт.       — Н-не останавливайся, пожалуйста… — Серёжа краснеет ещё сильнее, никогда не мог представить, что будет умолять о подобном. Становится стыдно, но до ужаса приятно.       Волков наклоняется чуть ближе, дышит рядом с ухом. Справляется одной рукой с ширинкой, залезает под нижнее бельё, чувствует Серёжино возбуждение. В кольцо из пальцев охватывает привставший член, двигает под самой головкой. С губ Серёжи срывается стон, он поддаётся бёдрами вперёд, ёрзает на месте, тяжело вздыхает.       Олег не мучает, старается довети до оргазма, но и не торопится. Наблюдает за каждым мускулом на Серёжином лице, как тот сводит бровки, приоткрывает рот, облизывается.       Серёжа вздрагивает, замирает и стонет в свой кулак, чувствуя, как рука на члене останавливается, а щеки и виска касаются чужие губы. Олег вытирает руки влажными салфетками, даёт несколько Серёже. Тот стирает испарину со лба и собственную слюну с ладони.       — Всё хорошо, малыш? — В темноте все ощущения усиливаются, и голос становится слишком громким.       — Д-да, всё очень хорошо…       Парень восстанавливает дыхание, смотрит на руки на руле, которые ласкали его пару минут назад. Внутри расползается удовлетворение и приятная усталость.       Они подъезжают к Серёжиному дому, снова целуются, уже на прощание. Олег ждёт, пока парень зайдёт внутрь, только тогда уезжает. Берёт в руки телефон, открывает переписку, которую частично прочитал Серёжа. Печатает ответ. » Буду на месте. »

***

      Сегодня Волков позвал к себе. Не только позвал, конечно, подъехал, забрал, приготовил что-то поесть. Серёжа радовался, провёл в душе перед выходом часа два точно, надел всё чистое и выглаженное, даже помыл кроссовки.       В машине пахнет сигаретным дымом, но Серёжа уже привык.       — Привет, — Серёжа замирает на секунду. — А что на щеке у тебя? — Подушечками пальцев касается недавней ранки.       — Саданулся случайно, забей, до свадьбы заживёт.       Ехать недолго, Серёжа уже выучил дорогу. Дома у Олега уютно, тепло. На кровати стоит ноутбук, всё приготовлено к хорошему вечеру. Серёжа ложится рядом, приобнимает. За просмотром фильма, который выбирал Серёжа, Олег пару раз касался губами и руками, обнимал крепче, гладит по бокам и бёдрам.              В один момент поцелуи стали настойчивее, Серёжа перевернулся на спину, держась за чужие плечи. Руки на боках давили сильнее, буквально вжимая парня в кровать. Олег переворачивает его на живот, чуть налегает сверху, закрывает крышку ноутбука, избавляя их от шума на заднем фоне.       — Олеж, ты чего? — Серёжины запястья сжимают, становится больновато, парень айкает.       Волков не отвечает, касается губами шеи, переходит дорожкой поцелуев на спину. Это перестаёт казаться милой игрой, Серёже снова страшно. Олег без усилий стягивает чужие шорты вместе с бельём до колен. Оглаживает свободной рукой ягодицы, чуть сжимает.       — А ты готовился, я смотрю. — Голос Волкова не кажется таким спокойным, как обычно, он то ли слишком напряжён, то ли злится.       Губ касаются два пальца, Серёжа покорно приоткрывает рот, впуская их внутрь. Облизывает, случайно причмокивает, в ответ на это слышит тихий смешок сверху. После Олег приставляет мокрые пальцы к узкому колечку мышц, слышит, как у Серёжи замирает дыхание. Входит сразу двумя, толкается глубже, разводит внутри. Серёжа всхлипывает, стонет от болезненных ощущений и страха.       — Пож-жалуйста, хватит, мне больно! — Стонет снова, чувствует, как его растягивают, понимая, что будет за этим.       — Отказы не принимаются, малыш.       Сейчас это обращение ощущается горьким и неприятным, от такого хочется отмахнуться. Серёжа думает, как побыстрее это закончить, но на ум приходит только поддаться и дать Олегу самому это закончить. Серёжа чувствует, как пальцы сменяются на что-то объёмнее, опять больно, но просьбы прекратить на Волкова не работают. В ответ на это он ударяет по упругой ягодице, на которой сразу появляется красный след от ладони.              Смазка стекает по бёдрам, уже тёплая, пачкает простыни. Серёжа выгибается, стонет, кричит, но Олег закрывает ему рот. Из глаз по щекам текут слёзы, а все звуки заменяются мычанием.              Последние движения самые длинные и глубокие. Горячая вязкая жидкость заполняет изнутри, чувство противное. Серёже наконнц удаётся не только мычать, но и нормально выдохнуть. Он шмыгает носом пару раз, не осмеливается посмотреть в глаза. Сил подняться нет, парень может только подтянуть к себе колени и уткнуться к них лицом. Слышно, как дверь в спальню закрывается, а в ванной включается вода. Через минут десять Олег появляется в комнате, бросает на кровать рядом с Серёжей полотенце.       — Сходи в душ, полезно будет.       Как он вообще может продолжать разговаривать в такой манере? Или для него такие случаи — норма? Серёжа встаёт, медленно доходит до ванной, нащупывает выключатель. Холодный свет похож на больничный. Парень отрывает пару листочков туалетной бумаги, стирает с себя все жидкости. На салфетке смазка, сперма и кровь. Хочется провалиться под землю, пропасть, улететь, куда угодно, но подальше от всех. Серёжа залезает в ванну, включает горячую воду, окатывается целиком, а после вешает лейку на подставку и садится под струи, как оно ощущалось, кипятка. Как смыть с себя всю эту грязь вместе с поцелуями, касаниями и объятиями? Серёжа снова плачет, но уже тихо, плач выдают только красные глаза и сбитое дыхание. Ему так нравилось чувствовать себя маленьким рядом с Олегом, а в итоге он стал слишком взрослым для самого себя.              Проходит точно больше получаса, он не считал, не засекал. В спаотне уже никого нет, только помятая кровать и его одежда на ней. Он скидывает полотенце на пол, одевается и заходит на кухню. У открытой форточки стоит Олег, выдыхает горький густой дым. На звук шагов он оборачивается.       — Отвези меня домой.       Серёжа садится на то же переднее сидение, которое за один вечер стало самым неудобным. Не замечает, как заезжают в знакомый двор. Олег нажимает кнопку, замок на двери поднимается. Парень заправляет влажные волосы за ухо, кивает и тихо прощается. В ответ тишина, неудивительно.                                Дома холодно, снова забыл закрыть окна. Серёжа захлопывает за собой дверь и сползает по ней. Утыкается лицом в колени, обнимает сам себя, пытаясь согреться.

Если ты скажешь мне «да», то навсегда станет твоим белый свет

Если ты скажешь мне «нет», то мой ответ будет «прощай навсегда»