she cuts where it hurts.

она всегда режет по больному. да, иногда получает. да, иногда с побоями выходит из-за гаражей когда раскрывает очередной "заветный секрет" рандомной шмары, получая избиение от тушки её хахаля. но наклонности к мазохизму вытягивают, лелеят и жалеют. как и её единственный человек. ей нравится боль. руки усыпаны порезами, иногда виднелись уже зажившие шрамы, по которым она также проводила лезвием в своей комнате, с улыбкой и слезами одновременно. тело дрожит. и дрожит сильно. ручка двери в её комнату дёргается, за ними орёт мать, которая грозиться убить её дочь за найденную пачку сигар. сама она не лучше. отчим уже выпив несколько банок пива сидит в хлам и подливает масла в огонь, вспоминая все её грехи. она лишь дрожащими пальцами пишет своей единственной надежде на жизнь. липко. очень неприятно липко. воняет. очень воняет металом. подушечки пальцев оставляют за собой следы в виде отпечатков пальцев на холодной клавиатуре,не менее холодного телефона. лето было холодным. писать было не удобно, буквы иногда пропускались. она до дрожи в коленях любила сначала добивать себя сначала физически, а дальше морально. если делать наоборот, то физическая загушит моральную. нет. она так не хочет. она хочет быть убита почти полностью. она любит слушать то, как её успокаивает её любимая, не подозревая что она ходит и на право, и на лево. забавляет, очень забавляет. у неё помимо наклонностей к мазохизму, есть такие же. но наклонности к садизму не такие яркие. да, пиздеть много она любила. да, получаться пиздов она тоже любила. любила когда родители всеми силами пытаются открыть намертво закрытую дверь, пока их доченька сначала банковской картой строит дорожку кокаина на зеркале, скручивая купюру из ста рублей в трубочку, вдыхая порошок, а потом лежит на полу, наблюдая как меняются констрастные и до жути режущие глаза цвета. тогда хочется взять телефон и опять позвонить любимой, но получается лишь нежно, почти не притрагиваясь, проводить пальцами по экрану. да, ради этого ощущения приходилось долго работать телом у состоятельной женщины, вытворяя в постели разные махинации. это того стоит. стоит того, что её возлюбленная ждёт её, переживает. за последний час было 28 пропущенных. сейчас на неё было похуй. ощущения кокаина были ахуенными. вскоре эффект пропадал. в последний раз после пропажи она взяла верёвку и мыло, написала нескольким собутыльникам что с ними она больше не выпьет, а "возлюбленной" правду. не всю, но половину. о проституции и употреблении. о том, что ею она лишь пользовалась, ради хороших ощущений. дальше она разломала симку телефона и выбросила остатки куда-то в лесу,где она сейчас и стояла, сбежав через окно дома. телефон был разбит в дребезги об какой-то камень. на ветку намоталась верёвка. в петле оказалась голова. глаза закрылись. вот и настал этот момент. вздох. шаг. конец?