Когда оба будут готовы..

-А зачем идти дальше? Буквально падая на соседа тихо, сквозь слезы. Алкоголь к крови глушит, заставляет забыть, заставляет отпустить чувства, что он испытывает сейчас. Но это не работает. Чувствуя боль, злость и какое то забытие.. Кавех давно забыл, из-за чего он так разозлился. Из-за чего его нервы сдали настолько, что сейчас он стоял в гостиной перед Хайтамом, вцепившись в плечи последнего и крича какую то хуйню, которую даже не вспомнит на утро. Крича и плача, иногда ударяя пару раз по грудной клетке соседа. Последний, в свою очередь лишь спокойно стоял, смотря своими невозможными зелеными глазами. И это бесило. Бесило до ужаса, всё это спокойное отношение секретаря ко всему, что происходит вокруг раздражало Кавеха на столько, что хотелось на стену лезть от злости. Но аль-Хайтаму будто бы плевать. Совершенно. Смотря на Кавеха своим холодным взглядом, что будто бы просчитывает каждое движение, каждое слово и каждый взгляд, отвечая такими ответами, что сразу же заставляют архитектора практически задыхаться от злости. Но не сейчас. Сейчас он просто вздыхает и буквально падает на Хайтама от усталости. Потому что проект опять не состоялся, потому что заказчик опять поставил какую то цель, что не смогут выполнить даже архонты (по мнению архитектора) и как только они ± нормально договорились - пропал. Забрав всё, и не отдав ничего. Оставив Кавеха буквально ни с чем. -А зачем идти дальше, если я всё равно каждый раз буду.. - всхлипнул он пряча лицо в изгибе шеи соседа, что с прихода пьяного и начашего так буянить Кавеха не проронил не слова, кроме "Теперь ты доволен?" -"Будешь" что? - слышится совершенно спокойный (как и ожидалось) голос сверху. А Кавех молчит. Потому что они оба понимают, что ему нечего сказать. Он не может даже перестать всхлипывать, а его тут еще и говорить нормально заставляют. Но аль-Хайтам давить не будет. Не услышав ответа он с тихим вздохом кладет одну руку на плечо архитектора, пока последний чуть ли не дрожит и сильно сжимает одной рукой заднюю часть шеи секретаря, другой плечо. Увидев их в такой позе и зная какие между ними отношения любой бы потер вахуе глаза и поспешил уйти. А им двоим друг от друга уходить просто некуда. -Идем, Кавех. - снова слышится спокойный голос сверху. Последний же не реагирует, лишь продолжает цепляться. Как будто если отпустит случиться что-то плохое. Как будто если отпустит упадет сам.. На лице архитектора красовался сине-фиолетовый синяк под глазом. Поставили в таверне, когда Кавех попытался начать буянить. Точнее сказать, когда к нему начали лезть, а он начал нести какую то околесицу и пытаться ударить. Вот тогда то его сознание и ± прояснилось. -Не хочу идти..- совсем тихо шепчет он немного отстраняясь и умоляюще смотря на Хайтама своими рубиновыми глазами. -...Давай продолжим просто стоять вот так?.. Он просит. Не приказывает, не требует, не возмущается, а просит. С тех пор как они начали жить в одном доме аль-Хайтам помнил всего пару раз когда Кавех по-настоящему его просил. И воспоминания тех случаев нельзя было отнести к хорошим. Не потому, что секретарь не испытывал какую то гордость и радость слыша эти просьбы, а потом что в глубине души было жаль соседа. Потому что в глубине души сердце мужчины разрывалось на части, видя это сокровище побитым, в слезах, дрожащим и прижимающимся к Хайтаму, не зная куда себя деть. Не зная, что с собой поделать. -Хорошо. - кивнул наконец он и быстро положил свои руки на спину архитектора, осторожно обнимая - тише, Кавех, тише. Гладя спину напуганного и загнанного в угол обстоятельствами соседа аль-Хайтам медленно, стараясь не уронить или случайно не наступить на ногу, а уж тем более не испугать сильнее ведет Кавеха в комнату последнего. Что-что, а комнату он ему всё же предоставил. Да и в самом начале их соседства секретарь понял: если они будут жить в одной комнате, кто то вскоре обязательно выйдет в окно Академии. Дойдя до нужной комнаты в доме он толкает одной рукой дверь, чувствуя как вздрогнул от громкого звука архитектор. Да, не придержал дверь.. Его ошибка. Но он обязательно успокоит, что бы там не было. Возможно даже просто полежит рядом, обнимая хрупкое тело напротив. Почему он считает Кавеха хрупким? Сложный вопрос. Просто при виде этого человека он сразу вспоминает картины, что не хотел бы видеть, но пока они живут вместе придется. -Тихо, не плачь. - спокойно проговаривает он укладывая архитектора на кровать и чувствуя как сильная хватка сжимается теперь уже на воротнике, притягивая к себе и буквально заставляя лечь рядом Аль-Хайтаму второй раз говорить не надо. Он послушно ложится, кладя руки на спину парня и обнимая, чувствуя как последний прижимается к его телу и кладет руки на грудь. Привычная для обоих поза - удобная для обоих поза.. Потому что они уже привыкли, что в определённый момент Кавеху нужна будет такая помощь. И Хайтам ему любезно поможет, в каком бы состоянии не пришёл бы сосед. Хоть пьяный, хоть с расхуяреным в хлам лицом, хоть в ужаснейшем состоянии, как будто Кавех искупался в луже и пришел домой - Хайтам поможет. Хоть по их дневному общению и не скажешь, как они относятся друг к другу, дома между ними проскакивает.. Нежность. Не свойственную им обоим но ту, без который их дом давно бы распался на две части: "территория" Кавеха и "территория" Хайтама. Последний же, конечно мог бы с важным видом расхаживать по дому заходя в любые его углы потому, что это был его дом, и он имел полное право в нем быть, не зависимо от того какая это его часть. Кавех же не отставал бы, нагло заходя на "территорию" Хайтама, за что получал бы люлей, какие ему в жизни не снились и уходил восвояси. Но сейчас был тот редкий "момент спокойствия", когда один не прогонял другого, когда один не пытался выпихнуть или дать другому подзатыльник, когда они просто лежали вместе и.. Успокаивались. В такие моменты будто бы все проблемы мира переставали существовать для них, оставались только они: архитектор, что терпеть не может Хайтама, секретарь, что терпеть не может Кавеха. -Прости меня. - тихо шепчет Кавех чувствуя, как слезы отступают. - Я не хотел заявиться сюда в тако.. Ему не дают даже договорить. Потому что Хайтаму совершенно плевать на его извинения. Все таки, когда он предложил пожить у себя он знал, на что идет. И сейчас секретарь даже не сожалел об этом, хоть никому и никогда не признается. Не вытащи из того положения он тогда Кавеха только Архонты знают, что с ним было бы. Что было бы с ними.. Аль-Хайтам лишь со спокойным видом кладет на губы того два пальца и заставляет замолчать. О да, Кавех даже пьяным помнил этот их жест "молчи". Для последнего это означало, что сосед принял извинения, что не в обиде и завтра ему не скажут: "Вали из этого дома". Для Хайтама это означало, что теперь ему не нужно отвечать, лишь иногда говорить самому. Кавех засыпает быстро. Словно ничего и не было, словно не он сейчас истерил в прихожей, словно сейчас всё было так легко: взять и уснуть, и все проблемы испарятся, как по щелчку пальцев. Хайтам же спать и не думает. Спустя какое то время тот выбирается из объятий и оставляет рядом с соседом свой плащ, который тут же оказывается схвачен мертвой хваткой почувствовавшим уход соседа архитектором. Перед тем как уйти секретарь повторит привычные обоим движения: наклонится, укроет одеялом поморщившись и представляя, каким на утро мятым будет плащ и быстро и тихо коснется сухими губами лба Кавеха. Последний же, в свою очередь, мягко улыбнется сквозь сон и повернется на бок. *** Они обязательно поговорят об этом.. Потом. Когда оба будут готовы. Когда оба разберутся в том, что чувствуют. Аль-Хайтам обязательно разберётся с теми людьми, что посмели поднять руку на Кавеха. Аль-Хайтам обязательно разберётся с тем человеком, из-за которого Кавех впал, хоть и временно, но впал, в такое состояние. Кавех обязательно будет продолжать ворчать и возмущаться по каждому поводу. Кавех обязательно вернет тому плащ.. Потом. Когда оба будут готовы.