Кощей Бессмертный. Летопись 1.

ГЛАВА 6. МУКИ ПРОДОЛЖАЮТЬСЯ. Кощей сидел у знахаря и вспоминал некоторые моменты, которые случились до этого: Три недели до моего дня рождения. Я проснулась от страшного сна. Будто Кощей выдрал мое сердце, лишь бы я от него не ушла. Во сне я видела все до мелочей, свою кровь, ребра, легкие… Ужасное зрелище. Ян подскочил от того, как быстро я встала с кровати. Голова от такого немного покружилась, но потом прошла. — Господин вас ждет, собирайтесь быстрее — сказал Ян. Не знаю почему, но Ян обращался ко мне на вы. Может я и не пленница Кощею, а кто-то больше? Пфф… Нет уж! Я ответила кивком. Достал уже меня он со своим «Господин вас ждет там-то, там-то». Все как обычно, я встала и пошла к нему: — Я здесь — бесчувственно сказала я. — Хм, а что это мы так сухо разговариваем? — спросил он. Я не могла забыть тот ужасный сон. Я ничего не ответила, только сложила руки на груди и отвернулась. Он подошел ближе и встал сзади меня. Я стояла не двигаясь. Через треугольный вырез в рубахе (который оголял поясницу, но не спадал, держался на плечах) он просунул руки. Прижал ближе. Руки холоднее снега, обнимали меня за талию. Потом он опустил голову в мои волосы и сказал: — Хм, они так приятно пахнут. Я быстро развернулась, от того, что его руки начали подниматься выше. Я ударила его подбородок своим затылком. Руки меня отпустили и немного порвали рубаху, пока выбирались из нее. Я крикнула и влепила ему пощечину: — Ишь чего захотел! Ах, ты тварь! — после поняла, какую огромную ошибку совершила. Но сделанного не воротишь. Я задела его самооценку. Он никогда не позволял себя бить или обзывать. Он взялся за рукоять меча. В его глазах можно было увидеть дьявола. Я знатно испугалась, а по телу пробежали мурашки. Неужели мой сон сбудется и меня не станет? Он начал идти на меня, а я назад. Вскоре я столкнулась с колонной. Кощей успел вытащить меч полностью, но отпустил поднятую руку. Щелчок, и я была привязана цепями к колонне, в которую уперлась. Потом он поднял руку с мечом, я прикрыла глаза, а Кошей сказал: — Высуни язык — он сказал шепотом, без какой-либо угрозы. Я сделала, что он сказал. Кощей прислонил реже меча к кончику языка. — Мне больше нравилось, когда твой язык был занят другим делом или же бездействовал, но не называл меня как хочет! — промолвил он и слегка надрезал его. От боли я открыла глаза. Кровь потекла на пол. Толи от боли, толи от пережитого я не могла сказать ничего. Потом он отрезал прядь волос. — Зачем она тебе? — с трудом и большей кровью сказала я. На Руси можно было подарить прядь волос мужчине, если он твой суженый. — Да так, передам одно письмишко, может так смертные поймут, что земля вся моя — ответил он, будто ничего и не было. От услышанного я еще больше удивилась и сказала: — Ты говорил, что не тронешь Русь, если я останусь. Но он ничего не ответил, только развернулся и ушел. Ян сделал, что ему сказал господин. Снял цепи и отвел меня в покои. С языка текла кровь, она оставляла красный след капель. В покоях я просидела одна. На обед и ужин мне не приносили еду. Ну, понятно обиделся! Зараза! Но как бы я ела? Язык то мой того ¬– кровоточит. На утро я проснулась сама. Яна не было, а еда лежала на подоконнике. Со злостью я ее скинула. Каша на полу, приборы зазвенели. Неприятный звук. Если давить на нервы, то до конца! Кощей распахнул со всей силой дверь и со злостью смотрел на меня: — Что ты творишь?! — Я не буду это есть! — отвечаю я. — Голодовку решила устроить?! — А может и да! — тем же тоном ответила я. — Три дня без еды и воды, и ты начнешь умолять меня о пощаде! — кричал что есть мощи Кощей. — Нет уж, и никогда не вздумаю! — крикнула я. Кощей не знал, что ответить. Развернулся и ушел, Ян за ним. Три дня прошло. В рот ни еда, ни вода не поступала. От недостатка воды и еды кружилась голова. Живот болел, но я не сдавалась. На третий день меня разбудил Ян. Он принес еду? Господин пожалел меня? Ян взял меня на руки и куда-то потащил. Тело стало намного легче, а сил возразить у меня не было. Мы подошли к трону Кощея. Ян кинул меня на пол. Перед собой я увидела скатерть-самобранку и на ней множество угощений. Ян вернулся с веревкой, он связал мне руки и поставил меня на колени. Кощей сидел на троне и с высокой головой смотрел на меня: — Ешь, пока даю — спокойно сказал он. — Все на полу… — прошептала я. — А ты догадливая. Не хочешь есть нормально, значит, будешь жрать с пола как скотина! — крикнул он. — Лучше с голода умру! — ответила я. — Я слышал, что это мучительная смерть, — сказал он и встал с трона, а потом подошел ко мне. Своим каблуком толкнул мне в грудь. Я упала. Он взял графин с водой и начал лить ее на мое лицо. Вода стекала по щекам, скулам, шее. Я чуть-чуть попила, но вода закончилась. — Моли о пощаде, смертная! — Нет. — «Нет» значит?! Я выпорю из тебя эту дурь! Ян, готовь все что надо! — кричал со злобой он. Ян взял меня на руки и опять куда-то понес. Я без сил, ели-ели еще пока живу. Ян снова связал руки и подвесил меня за них. Туда зашел Кощей, хоть я и не видела, но его смешок можно различить среди толпы. Кощей взял кнут и встал передо мною: — Это было твое решение, смертная — сказал он, размахнулся и ударил. Снова, снова и снова, без остановки. Мое лицо корчилось от боли, но я не кричала, лишь немного пищала. Я хотела показать ему кто здесь тряпка, а кто нет. Кровь, с ударов начала течь кровь. Кощей по-дьявольски смеялся, — Ну, давай же! Моли о пощаде! Ты уже не терпишь, ты сама убиваешь себя! Так сложно сказать: «Господин извини меня», так сложно?! — он продолжал издевательски смеяться. Еще несколько раз кнут ударил мое тело, но я больше не смогла терпеть и начала кричать. Мои крики можно было услышать во всех уголках замка, они раздавались эхом во всех ушах. Говорят, что человек не может услышать свой голос, но я прекрасно слышала крики, которые срывались с моих губ один за другим. Ян в ужасе смотрел на нас, но не мог возразить. Еще минут пять все это продолжалось, пока Кощей не ударил сам себя. Он не сильно чувствует боль, но чувствует. Он взялся за спину и начал тихонечко стонать. Я же висела почти мертвая. Кровь стекала по моему телу на пол. — Облить водой и снять ее! — приказал Яну господин. Кощей ушел. Ян вылил большое ведро воды на меня, раны начали сильнее щипеть. Он снял мои руки, и я без сознания упала на пол и на свою кровь на нем. Я не знаю, что было дальше, но я проснулась в своих покоях. Раны зажили, остались только шрамы. Еда была на подоконнике. После этого Кощей был такой, как будто ничего и не было, хотя в первое время сторонился меня. Но спасибо ему, что немного залечил мои раны — Это все вспоминал Кощей, пока сидел и ждал знахаря. Он жалел о своих поступках, слезы капали и капали. — Если ты умрешь, это будет моя вина… Я же даже не успел попросить прощения… — казнился Кощей. Хоть он и мог немного заживлять раны, но такие серьезные как у меня не мог, тем более их было слишком много. Кощей вспомнил еще один момент и задал сам себе вопрос: «Зачем я подглядывал за ней в замочную скважину? До сих пор помню как это было… Был вечер, наскучило мне сидеть одному и решился я, пойти к ней. Как только она видит меня, сразу же задирает нос, показывая мне, что я не смогу ее под себя подстроить. Это свойственно княжне. Поэтому я решил из-под тишка за ней подглядывать. Стою возле двери и нагнувшись, через замочную скважину за ней смотрю. Мила сидит на кровати и с тоской рассматривает цепь. Меня охватывает небольшая грусть, но потом ко мне подходит Ян и спрашивает: — Господин, что вы делаете? — У Милы скоро день рождения… — отворачиваясь, отвечаю я. — Подарите ей что-нибудь. Например, платье — говорит Ян и уходит. Платье. Как раз это я и подарил. Ей оно понравилось» — Подойдите сюда, пожалуйста, — раздался голос знахаря, который перебил мысли Бессмертного. Кощей подошел, а знахарь начал приподнимать мою рубаху, Кощей схватил его за руку: — Не смей! — он был заплакан, глаза красные, по щекам текли небольшие капельки, но он старался сделать жесткий голос. — Нет, не переживайте, я хочу вам показать раны — знахарь приподнял рубаху и показывал на раны — Где ее так побили? — спросил он, Кощей упал на колени и взял мою руку, слезы он не мог сдержать. — Прости меня, Мила, прости… Знахарь дал мне отвар и сказал, что хотя бы дня на три-четыре мы должны будем остаться, чтобы он присмотрел за моим здоровьем. На утро я проснулась и сначала не поняла ничего. Встав с кровати, я почувствовала облегчение в ноге. На ней нет цепи. Я увидела, спящего на моей подушке Кощея, а сам он сидел на полу. Я его немного толкнула, он проснулся. И сразу бросился меня обнимать и плакать, а потом вообще просил извинить его. Что с ним случилось? Раньше он так искренне не плакал. Знахарь вошел в комнату с отваром: — О-о-о, вы пробудились. Доброго дня вам! Мила, для вашего же здоровья вам надо будет выпить отвар — сказал он с улыбкой. Я выпила отвар. Кощей рассказал мне, что случилось после того, как я потеряла сознание.