Сосед с моей школы

Два пальца в рот. Рвотный рефлекс. Белая жидкость выплеснулась прямо в раковину. И так раз двадцать. Давид сидел на полу уже два часа и ревел навзрыд. Слезы стекали по красным щекам подростка, размывая бордовые пятна под носом. Уголки губ все так же горели и неприятно щипали. Его изнасиловали орально в семнадцать лет. Голова болела так, что создавалось такое ощущение будто скоро взорвется. Из носа вновь хлынула кровь, но парню все равно. {Никита} Он должен помочь. Трясущимися руками, Роменский достал из заднего кармана телефон и разблокировав, искал нужный контакт. Капли красной жидкости, падали на экран, мешая. Любимый. Нажав на кнопку вызова, шатен поставил звонок на громкую. Все равно его никто не услышит, это туалет четвертого этажа. Гудок. Возьми трубку Гудок. Прошу солнце Гудок. Мне нужна помощь Гудок. Пожалуйста - Да? - из динамика послышался такой родной голос. - Никит, мне срочно нужна помощь, - дрожащим голосом сказал призрак. - Солнце, что случилось? - Не задавай лишних вопросов, просто приди на четвертый этаж в туалет, - коротко, ясно, понятно. - Пятнадцать минут и я у тебя. Походу Берга и правда не было в школе, но это было не важно, ведь он придет. Он не отказался. Он придет. Перед глазами вновь и вновь всплывали одни и те же картины. В его рот долбятся, а на лицо кончают. Мерзость. Отвращение к себе росло с каждой минутой. Правильно Арсений говорит. Я слабак. Я шлюшка. Я позорище. Сев около стены, Давид начал чаше дышать, заливаясь истеричным смехом. Он смеялся так громко, что казалось, его слышит вся школа. Дверь резко распахивается и в помещение пулей забегают несколько человек, в числе которых был учитель по истории, учитель по русскому и Никита. Взрослые пытались подойти к кареглазому, но он не подпускал их ближе чем на метр. Гетерохром смотрел на своего парня. Волосы растрепаны, глаза широко открыты, а дышал он громко и часто. Брюнет решает попытаться подойти к любимому и успокоить. - Давид, - делая мелкие шаги в сторону Роменского говорит Берг. - Не подходи ко мне, - крикнул призрак выбрасывая руки вперед. - Это я, Давид, - перейдя на шепот говорит старший - Я - Никита. - Никита? - переспрашивает шатен. Его зрачки расширились, а взгляд стал лучше фокусироваться - Никита! Давид бросается на того с объятиями, крепко обвивая шею. - Никита, почему ты не пришел, почему ты был не рядом, - шептал на ухо Роменский, сильнее прижимая Берга к себе, словно тот мог раствориться. - Прости малыш, - так же шепотом говорил гетерохром. Ему было абсолютно плевать что на них сейчас смотрят порядка пяти пар глаз, главное что его любимый сейчас тут и с ним все хорошо. Ну или почти все. - Я надеялся на то что ты придешь, я ждал тебя, я хотел что бы ты был рядом. - Тише малыш, сейчас все хорошо, я рядом, мы тебе поможем, - Никита гладил парня по спине - Расскажи что случилось. Шатен сидел на кровати с кружкой чая в руках и наблюдал за ходящим туда-сюда Бергом. - Суки, встречу - уебу нахуй. Старший не находил себе место. Он не мог понять, зачем они так поступили с его Давидом. - Никит, ты чего нервничаешь, все же хорошо, - сказал кареглазый, обеспокоенно смотря на парня. - Нихуя не хорошо! - прокричал гетерохром, чем заставил младшего сжаться - Тебя сука изнасиловали, а я еще спокойным должен быть?! Увидев как сильно Роменский боится крика, Никита отложил сосуд с горячей жидкостью и сел рядом с подростком, обнимая его. - Прости малыш, - прошептал Берг - Я же люблю тебя, поэтому переживаю. Послышались всхлипы. Призрак и сам не знал почему вдруг из глаз потекли слезы. {Хватит ныть} Шатен отстранился протирая глаза. Посмотрев на любимого, у Давида резко возникло желание сесть на его колени свернуться клубочком и громко замурчать, показывая, как кареглазый благодарен брюнету.