Пастель

Осень пахнет сыростью, опавшими листьями и уже прохладным солнцем. Осень пахнет пылью, а утром на желтых листьях легкий мороз оставляет свой белый след. А еще она пахнет тыквой, сыром и пшеном. Изуку накидывает бежевый кардиган, впихивает в чехол кисти и в конце смотрит на экран смартфона. Почти пять часов вечера. У него есть в запасе полчаса, но он выходит пораньше, рассчитывая заскочить в любимую кофейню за стаканчиком кофе. Он бегом опускается в метро, потому что его застал мелкий дождь. Он выходит на остановке, и дождь уже заканчивается. На улице прохладно и свежо. Изуку прыгает по мелким лужам по дороге к кофейне. Люди смотрят на него с недоумением, но он слишком увлечен своим занятием, чтобы обращать внимание на эти взгляды. В кофейне он встречается с Каччаном. Он удивленно моргает, а потом подкрадывается сзади. — Привет! Блондин чертыхается. Оборачивается уже со злым выражением лица и хватает за ворот бежевого кардигана. — Охренел? Изуку невинно улыбается. — Что ты тут делаешь? — он заглядывает за плечо Каччана, наблюдая как бариста хлопочет за стойкой. Жужжит кофемолка, из какого-то угла играет простая фоновая мелодия. Кацуки вздергивает бровь. — Покупаю кофе. — О, тогда я за тобой, — парень оглядывается. — Нет необходимости, — хмыкает Качан, и бариста ставит перед ними два стаканчика на стойку. — О, — Мидория хлопает глазами, а затем широко, счастливо улыбается.

🍂🍂🍂

Кацуки носит белые рубашки, белые блузки с кружевными воротниками, белые майки, белые футболки и белые кроп топы. Он красивый, и Изуку нравится наблюдать за ним. За движением его рук, аккуратных, длинных и тонких. Каччан играет на фортепиано, скрипке и барабанах. Когда его пальцы умело бегают по клавишам, Изуку тает в окольцевавшей его мелодии и раскачивается на ее волнах. Каччан касается его через звуки, трогает сокровенное в душе, оголяет нервы. Он зло отбивает ритм на барабанах, и палочки в его руках — оружие. Самое красивое, и против него у Изуку нет защиты. Изуку прячет свои руки в рукава толстовки, смотрит себе под ноги. Тонкий, изящный Кацуки чуть раскачивается в такт мелодии скрипки. Он кажется таким одиноким, там, на сцене, но сияет так ярко, как никогда не сияло ни солнце, ни звезды. Изуку стирает побежавшую слезу со щеки рукавом толстовки.

🍂🍂🍂

Осень заставляет плакать. У нее есть это особое чувство пустоты, одиночества. Хочется завернутся в плед, закрыться за семью, или даже больше, замками и окунуться в эту меланхолию. Погрызть себя за что-то, утонуть в собственной горечи и слезах, поддаться страхам, сомнениям. Сделать это Изуку не дает Кацуки. Он пишет смс «пошли в парк» и эти слова выдергивают Изуку из моря мыслей. Они гуляют по парку, плечо к плечу и ничего не говорят друг другу. Моросит дождь, листва с деревьев почти уже облетела и мир вокруг стал грязным и серым. Тоска-печаль, а теплая рука Кацуки, вплетающаяся в руку Изуку, делает этот миг чуть ярче. — Спасибо, — тихо шелестит Изуку, его голос сливается с ветром и он вжимает голову в плечи, притесняется к Кацуки ближе. Каччан ничего не говорит в ответ, но и не отстраняется, не убирает руку. Они заходят в туже кофейню и покупают два стаканчика кофе. Сладкий раф и американо без сахара. Им не нужно говорить, чтобы знать о чувствах.

🍂🍂🍂

Банка краски летит в огромный холст. Разбивается, брызги летят во все стороны, попадают на Изуку. Пол под хостом заливается красным и это похоже на кровь. Мидория ступает в лужу краски босыми ступнями, растирает краску голыми ладонями. Запускает в холст еще одну банку краски — черную. Все так же растирает ладонями, немного дорисовывает кисточкой. Золотую поталь он буквально втаптывает в холст ногами. Холст ломается. Изуку задумчиво смотрит на проделанную работы и идет за нитками. Сшить синтетику получается, но у него проколоты указательный и большой пальцы. И это больно, но он не сдается. — И че это? — Бакуго с поднятой бровью смотрит на рисунок (а можно это так назвать?). — Мои чувства, — Изуку пожимает плечами. Весь перепачканный в краске. Его некогда синий джинсовый комбинезон теперь красно-черный, лицо в разводах от краски, а про руки и ноги не стоит заикаться. — Ты выглядишь смешно, — фыркает блондин и подзывает к себе жестом руки. Мидория подкрадывается к нему осторожно. Кацуки в белом блейзере, бежевых клеш брюках, на его плече оранжевый шоппер. Он недолго ковыряется в нем, чтобы достать спиртовые салфетки. — Вдохновение? — хмыкает он, пытаясь стереть засохшие следы краски с лица. — Заказчик, — отзывается парень, прикрывая глаза и подставляясь под прикосновения. — «Что у вас на душе», — кривится Изуку, передразнивая заказчика и Бакуго щипает его за нос. — Понятно. Каччан заканчивает вытирать его лицо и замирает, переводя взгляд с холста на Изуку и обратно. Черный, красный и золотые нити, соединяющие синтетические края. Почему порван? Это то, что у Изуку на душе? Почему порвано? Им по девятнадцать и в их жизни не случалось того, что могло бы так покоробить душу. Это странно. Но, наверное, такие шрамы есть у всех, даже если ваша жизнь — сахар. — Ты закончил? — спрашивает блондин. Зеленые глаза ни на миг не отрываются от его лица. — Наверное нет, — Изуку качает головой. — Или все же «да», — говорит он, обернувшись назад. — Наверное? Все же? — хмыкает Бакуго. — Пойдем домой. За окном блеклое солнце, а на душу ложится ком непонятной тревоги.

🍂🍂🍂

Кацуки ведет дневник. Это тяжелая тетрадь с плотной обложкой и записи в ней аккуратные, каждый символ выведен каллиграфично четко. Изуку знает о нем, но никогда в его душе не закрадывалось желание даже просто полистать. Он видел как-то разворот дневника, Кацуки заполнял при нем страницы, задумчиво выводя текст. Этот дневник — мысли Кацуки, он аккуратен и чист, как хозяин и пахнет черной смородиной. Как пахнет сам Каччан. Изуку зарывается в его шею носом, как щеночек. Белый вязанный свитер Кацуки ощущается даже через слой собственной одежды, кулон в виде метеорита колется в ключицу Изуку, неприятно, но он остается неподвижно. С кухни доносится запах печеного пирога с ягодами и кипит чайник. Они лежат сплетенные конечностями, даже не думая подняться. Изуку думает о том, как приятно пахнет Кацуки, какой он теплый, как маленький огонек. Он думает, что готов остаться здесь навсегда. Интересно, о чем думает Каччан?

🍂🍂🍂

Каччан дарит ему брошь в форме подсолнуха. Мидория ярко улыбается, тут же цепляет ее на свою рубашку. — Она напоминает мне тебя, — говорит он, щеки теплеют. Кацуки хмыкает. — Почему? — только и спрашивает он. — Потому что ты похож на солнце, — смеется Мидория, ему смешно с комичного, недоуменного выражения лица Каччана. Каччан хмурится, а потом бьет его в плечо кулаком. — Это ты — солнце, — бурчит он, его щеки наливаются розовым.

🍂🍂🍂

Когда они идут в театр, Изуку дарит Кацуки букет белых роз. Без шуршащей обертки, просто перевязанные белой лентой. Букет в руках Кацуки смотрится красиво и даже дороже. Изуку не может перестать смотреть. Каччан в кружевной блузке, в черных брюках, с высокой талией. С его букетом в руках. — Ты такой красивый, Каччан, — выдыхает он. Он переполнен чувствами к этому человеку и о них хочется кричать. Кацуки мягко гладит его щеку костяшками, а затем едва ощутимо касается губ своими.

🍂🍂🍂

Они едут на велосипедах по проселочной дороге, к речке. Купаться уже не сезон, но посидеть на берегу и выпить сока под закатными лучами очень хочется. Деку берет с собой плед и две теплых кофты. Каччан сок, чашки и пару сдобных булочек. Они сидят до сумерек, когда прохлада пробирается под ребра, а сырость сковывает конечности. Они жмутся друг к другу, сплетая руки и целуясь. Между ними нет секретов, только сумерки, заходящее солнце в тучу и первые звезды. Кацуки с серьезным видом считает веснушки на лице Изуку. Изуку смеется, сбивает со счета блондина и тот начинает заново. — Твои веснушки похожи на звезды, — говорит Кацуки, упираясь в лоб брюнета. Изуку краснеет и они скрываются с вида. Изуку пахнет озоном, ванилью и апельсиновым соком. Кацуки влюбляется в него опять.

🍂🍂🍂

Победа для Кацуки если не все, то очень многое. Это дорогое чувство торжества и принятие, что ты не допустил ошибки. Кацуки сыграл идеально, но проиграл. Крышка фортепиано с громким, злым звуком захлопывается и он опускается на нее, усталый и разбитый. Его душа разрывается от сомнений в себе, горечь разъедает все внутри и слезы застилают глаза. Он никогда не проигрывал. До этого момента. Наверное, пришло время почувствовать вкус поражения. И он так ядовит. Бакуго смотрит на свои пальцы, крутит запястья. Он один на потухшей сцене. Тишина окутывает его вакуумом. Царапает плечи, кусает ладони. Теплая ладонь опускается на спину, ведет вверх, на плечи. Изуку бесшумно присаживается рядом, разгоняя тишину и окутывает уже собой, утягивает в кокон объятий, прижимает к себе мягко и любовно целует в висок. Ничего не говорит. Не находит нужных слов и думает, что сейчас они Каччану не нужны. Горячие слезы впитываются в зеленую водолазку, оставляют темные капли, соленый запах. — Я стану лучше, — говорит он, стискивая в руках мягкую ткань водолазки. «Ты лучший для меня» — молчит Деку, зарываясь в белые волосы. «И всегда будешь» — молчит он опять. Эти слова Кацуки не нужны. Он знает об этом.

🍂🍂🍂

— Как-будто для этого нужен талант, — хмыкает кто-то позади и Мидория сутулится, опуская взгляд в пол. Это его первая открытая выставка собственных картин. Он рисует то, что может, что видит, что чувствует, что просят. Он находит в этом себя и свою свободу. Для кого-то этого мало, кто-то находит что-то свое. — Красиво, — говорит Кацуки, застывая у холста с пионами. «Деку» — когда звучало «ты ничего не можешь». «Деку» — «ты можешь все» произнесенное Каччаном когда-то. — Ты удивительный, — фыркает Бакуго, заправляя завиток волос за ухо и поднимая острый подбородок. — Я говорил это? — Да. — Слушай меня и никому не верь. «Ты можешь все» придает уверенности, заряд бодрости и сил. Деку верит в себя, в свое творчество и в Кацуки. И никому больше.

🍂🍂🍂

Наступает следующая осень. Они перебираются в съемную квартиру. Кацуки так много ворчит о том, что нельзя раскидывать вещи и что Деку — ходячий беспорядок. — Расчешись уже, — вздыхает он, запуская в парня расческой. Изуку смеется. Он пытается расчесаться, но после его волосы выглядят все так же всклокочено. — Я люблю тебя, — бросает Изуку по пути в ванную. Он подбирает свой мольберт, чтобы положить его на тумбочку и набирает в кружку горячей воды, чтобы размочить кисточки.

🍂🍂🍂

Бакуго просыпается от того что ему холодно и поворачивает голову в сторону окна. Оно открыто настежь и мелкий дождь уже залил подоконник. Он поднимается с кровати, чтобы его закрыть и идет за вторым одеялом, чтобы кинуть его в ноги. — Я люблю тебя, — говорит он, обнимая сопящего Изуку со спины и прячет в его лопатки нос.

🍂🍂🍂

Снова осень и они выбирают, куда поехать на новогодних выходных. — Давай завтра подумает об этом? — Изуку зевает, притираясь щекой о плечо Каччана и сжимает его руку в своей. Еще одна теплая осень и у них впереди еще много таких. Кацуки накрывает их одеялом.