Мост

      Джаст кропотливо, с некой любовью к своему делу, нанёс на кирпич глину, смешанную с песком, и постарался как можно ровнее уложить его на другие валуны.       Он занимался этим уже несколько лет. Около семидесяти. Для него все эти года — ничто. Кроха времени, пролетевшая так быстро, словно он моргнул глазами.       Джаст — воплощение злого начала, не чистая сила и бранное слово. Когда-то он заключил сделку с поселением, договорившись, что построит мост в ущелье, чтобы людишкам было легче добираться до соседнего города. Конечно, выгода для него тоже была. Да и скоротать время в приятной обстановке хотелось. Вокруг девственные леса из буков и вязов, чьи листья перешёптывались между собой круглые сутки, а к зиме удобряли землю. Внизу ущелья бежала бурная река, чьи воды никогда не бывали спокойны. Волны ударялись о камни, стачивали и точилки, но в итоге разбивались плеском. Иногда было приятно остановиться и слушаться в мелодичный звук журчания. Высоко над головой — бескрайнее и необхватное небо, которое по ночам усыпали мерцающие звёзды. Джаст был чёртом, но злое начало не отрицало его любви к созерцанию. Ему ой как свойственна любовь ко всему красивому и интересном, что он с удовольствием находил в окружающей его природе.       Иногда пробегали зверьки, на удивление не боявшиеся чёрта, а бывало и повозка подъедет и кучер, остановив лошадей, спросит можно ли проезжать. На ранних этапах строительства Джаст расстроено разворачиваю людишек, а когда основание и сама дорога были выстроены, с удовольствием пропускал.       Года шли быстро, работа кипела и осталось достроить парапет. По этой причине Джаст перестал спешить, медленно выкладывая кирпич за кирпичём. Ему бы пропустить как можно больше людей, пока не закончит. Благо, как бы не было забавно, дорога пользовалась спросом. Часто проезжали купцы, но с них было нечего и взять. Путники, шедшие своим ходом, были намного интереснее.       Как раз в тот тёплый летний день, со стороны города показался один молодой человек.       Джаст услышал шаг издалека, но дела своего не оставил. Он смазывал кирпичи и выстраивал их долгие минуты, пока человек не подошёл. Возможно, путник пройдёт без вопросов, что только чёрту на руку.       Однако шаги стали совсем громкими, как минимум для особого слуха, а затем остановились. Где-то возле начала моста. Джаст отложил свои инструменты и взглянул на подошедшего человека.       Молодой юноша, в светлой, но местами испачканной рубахе, с огромным мешком, выглядел необычно. Совсем не то, к чему привык Джаст. Кожа — белее первого снега на какой-нибудь спрятанной в глубине леса поляне, как и волосы. Черты лица круглые, мягкие и аккуратные, что выдавал в нём человека в достатке, хорошо питавшегося и не знающего работы под палящим солнцем.       А глаза, точнее радужки, такого необычного тёплого цвета, близкого к розовому. Джаст, смотря в них, показалось, что он видит одного из «своих». Однако чутьё подсказывал, что это не так. Оно же направило Джаста к этому не обычному человеку.       — Прекрасный день! — начал чёрт, вытирая ладони от глины с песком тряпкой. Он на деле не особо беспокоился о чистоте, но ему очень уж захотелось протянуть человеку ладонь для рукопожатия.       Юноша посмотрел на него выразительные взглядом, но на рукопожатие ответил. Джаст было этого достаточно, чтобы убедиться, что перед ним — настоящий аристократ. Мягкие руки, без мозолей, не знающие работая, и аккуратные ногти. Прелесть. Ещё и красиво благодаря тонкости пальцев.       — Хорошая погода, — утвердительно сказал юноша и загляну за спину чёрта. — А мост…?       — С ним всё в порядке, строится, — хмыкнул Джаст и постарался отвести тему от моста. — Отправились в путешествие? Хотите повидать новые места, сир?       Парень тут же строит гримасу. Джаст нащупал.       — Прошу, не нужно этих обращений. Они не к месту.       — Как я могу вас величать тогда? — довольно спрашивает Джаст.       — Алфёдов. Просто Алфёдов. Можно без прочих фамильярностей и даже просто на ты. Так по мосту уже можно ходить?       — Я Джаст, — вставляет чёрт, подавляя желание цокнуть «как грубо, что вы меня не спросили».       — Как замечательно, что мы можем перейти на ты! Так вы путешествуете? Куда отправляетесь? Очень редко доводиться видеть путников на своих двух. Особенно таких нежных.       Алфёдов, — Джаст на мгновение задумался, что это не настоящее имя, — смутился, да и не ясно от чего сильнее. Вся ситуации казалась ему странной. Хотелось одновременно уже просто продолжить свой путь, и говорить с незнакомцем напротив как можно дольше. Было в нём что-то чарующее, манящее, привлекательное.       Дьявол всегда привлекателен.       — Я далеко не нежен, — отстранённо подмечает Алфёдов. — И я отправляюсь… одно далёкое место, вы навряд-ли слышали о таком.       — О, поверьте, я слышал о очень многих вещах, о которых не доводилось знать никому другому, — ехидно улыбается Джаст. — Вы бежите от городской стражи? Палача?!       — Что вы! Нет. С чего вы взяли, что я бегу от кого-то?       Джаст сразу понял, что попал в нужную точку. Не пальцем в небо, нет!       — У меня свои методы, — он отстранённо хмыкнул, решив, что не будет пускаться в рассказы о том, что не только внешний вид юноши перед ним рассказал ему всё, что нужно. — Однако, я вас уверяю, что вы можете довериться обычному строитель моста. Если кто и узнает о вашей тайне, то только кирпичи.       И самое глупое во всей ситуации, это то, что Алфёдов правда хотел рассказать. Он сам не понимал откуда такое сильное желание довериться незнакомца, ведь это совсем не в его характере не в его воспитании. Может накипело за долгие годы отвратной жизни?       — Можно сказать, что я иду в поисках лучшей жизни. Засяду в какой-нибудь далёкой деревни в горах, устроюсь помощником портного или сапожника. Что-то такое в общем.       Джаст понимающе повёл носом.       — Надоела эта столичная жизнь, да? — Алфёдов кивнул. — Да, эта жизнь вельмож и аристократов не для всех. Я вот строю мосты и вполне счастлив.       — Что? По мне так заметно из какого я сословия?       — Немного. А ещё я просто хорошо разбираюсь в людях.       Джаст старается улыбнуться своей самой очаровательной улыбкой из всех, что у него есть в арсенале. И, кажись, это работает, потому что взгляд Алфёдова тут же начинает бегать. Забавно.       — Так почему ты решил уйти? — спрашивает Джаст, тактично взяв паузу.       По Алфёдову видно как он мнётся, не знает говорить или нет. Внутренняя борьба отображается на лице в поднятых к небу глазам, как будто в попытке найти ответ на небе, сведённых бровях и поджатых губах. Джасту уже хочется задать как можно больше каверзных вопросов, чтобы насладиться такой прелестно мимикой. Что-то в этом юноше есть.       — Такая жизнь правда не для всех, — наконец выдаёт Алфёдов. — Не для меня уж точно.       — Почему?       — Просто не для меня. Я никогда не чувствовал, что я на своём месте там. Да и все эти правила, обязательные к выполнению. Мол этого не делай, так не смотри, с тем не разговаривай и тому подобное. Не моё это и всё.       — А что твоё?       Глаза Алфёдова заблестели. Он уже давно знал ответ.       — Я хочу свой маленький сад. Большой я явно не потяну, если буду каким-нибудь помощником портного, но мне сойдёт любой. Пусть и в две грядки — пускай.       — Ухты, — Джаст теряется на мгновение. Он ожидала любой ответ, но не такой простой. Простой в человеческих масштабах, приземлённый и тем не обычный. Джаст ожидал, что Алфёдов заявить, что хочет быть поэтом, хотя для таких не свойственно бежать из столицы, или стать пьяницей, кто знает. Но садоводство — необычно. — Почему цветы?       Алфёдов уже открывает рот, чтобы ответить, но неожиданно прикусывает язык.       — Это глупо всё. По мосту уже можно идти?       Джаст, не ожидавший такой резкой смены, теряется. Хлопнув глазами, он отступает в бок, у указывает руками на путь, позади себя.       — Прошу.       Джаст остаётся только смотреть быстро удалявшемуся юноше в след. Когда Алфёдов проходит последний кирпич моста, чёрт узнаёт, что причина, по которой тот хотел свой сад, в садовнике при королевском дворце. Добрый старичок, любивший растения, единственный, кто не был строг и зол по отношению к юному принцу.       Казнённый на глазах у Алфёдова жестоким королём.       Чёрт хмыкает, провода фигуру взглядом. А затем возвращается к укладке кирпичей. В кармане холодит новая душа.

***

Джаст, что удивительно, мёрзнет. Зато он стоит на пороге нужного дома. Прошло какое-то время с их последней встречи и его интерес успел поиссякнуть, но это не значило, что он отказался от давнего замысла. Алфдов, в конце-то концов, сам решил пройти по недостроенному мосту. Пусть и не знал о давней сделки чёрта с поселением. Душа бежавшего принца теперь его.