По моему велению, по Яги хотению

      — Баюн, сволота ты эдакая, а ну яви свою морду наглую сюда пред мои очи! Не побоялся березовицу вылакать, так и гневу праведного отведать не страшись, — рассержено зарычал Гарри и схватил посох, принявшись быстрым шепотом читать заклинания проявления. — Я эту самогонку два месяца настаивал не для того, чтобы чья-то наглая рожа ее в одно рыло хлестнула! Ты хоть знаешь, юродивый, как тяжело у мавок выменивать корень лотоса, растущего в мертвой водице?       Рассерженный ведьмак, наконец, нашарил глазами кошака, что под заклятием невидимости развалился на его столе и посапывал, испуская зловонный храп. Предвкушающая ухмылка сама прыгнула на уста, и не секунды не медля, твердой рукой, красен молодец хватает ворюгу за лоснящийся хвост, вызывая визг боли на всю избу.       Воистину дьявольский хохот вырывается из юноши, и тот победно машет выдранным пучком шерсти, замысловато дрыгаясь.       — Не, я, конечно, ни на что не претендую, хозяин-барин, но я бы не стал называть сей кошмарик — танцем, — ехидно взглянув на молоденького Ягу пьяно скалится Баюн. Хороший мальчишка. Если бы еще не так сильно заворожил Кощея – цены б его умениям не сложили и десятки придворных торговцев.       И в сию же секунду, по нежеланному хотению, под окнами избушки на курьих ножках гром грохочет, да земля ходуном ходит. Нежить в армию собранная и по велению влюбленного аки мальчишка босоногий Кощея Владимировича неслась на барьер, что рассудительный малый возвел, три дня и три ночи на карачках ползая, да по буковке своим же посохом вышкрябывая защитные руны.       — Кощей, чтоб тебя подняло и прихлопнуло на земли неплодородные да там и помер бы на радость всему честному народу! — раздраконенный еще пропажей березовицы юный Яга со страшным топотом несется к створкам окон и с треском распахивает их, выглядывая под ноги своей избы, чтобы досадливо сплюнуть прямо на блестящий череп, тем самым оскорбив чувствительного скелета. — А виновник сей катавасии где?       — Не извольте гневаться, высокородный господин, Кощей, как вас с пригорку увидал, совсем дурной стал, а наше дело маленькое ему помогать да капризы выполнять. Еще не одну тыщу лет с ним возится, а с хозяином разлады иметь дурная примета, — частит главный усопший, изнутри наполненный мглою первородною, про себя молясь, чтобы строптивый хранитель леса не уделал свою территорию рунами изнутри, как и свою избу. Жития тогда им всем совсем уж не будет. Изведет их барин, как пить дать изведет, а у него еще триста лет служения по ряже записано.       — А я буду гневаться! — запальчиво обещает Гарри, вскинувшись и нехорошо прищурившись. — Этот остолоп с вашей помощью мне живность пугает, лес тьмой отравляет, да у меня даже вот! — засунувшись обратно в дом, юноша бежит к горшку с растением и заново высовывается из раскрытых ставней, потрясая блеклым растением.       — Все уделали! До избы достало! Трипутник мой драгоценный завял! К худу это! — страшно выпучив глаза, продолжает завывать Яга раненным зверем, но внезапно успокаивается и рявкает на незваных гостей. — А ну пшли отсюда, ироды, чтоб я вас более тут не видывал! — и потянув на себя власть лесную, мощным поток отправляет всю армию в полет, вдогонку крича, что если еще раз заявятся без предварительного предупреждения, он все же обнесет свой лес барьером.

***

      — Батюшки родные, ну и противный же характер у нового Яги, прошлая, видимо, внука по своему образу и подобию воспитывала, чтоб никому спуска не дал, — жалуется уцелевший скелет и, поскрипывая, собирает своих собратьев обратно. — Пошлите докладывать Кощею, что его чаяния на прогулку с мальцом не оправдались и тот вышвырнул с наказом нового способа связи, который его устроит.       И так, несолоно хлебавши и не добившись от юнца никакого ответа на сваты, скелеты вернулись во дворец к своему хозяину. Тот же, сидя на черном-пречерном троне и сокрытый черной-пречерной мглой, требовал четкого ответа.       Попадали слуги бедные на колени со страшным грохотом, склонили головы веками без кожи и плоти пустовавшие, и стукнулись костями о мощенный пол помещения в надежде на милость Кощея.       — Не вели казнить, государь великодушный, весть мы принесли не благую, но утешающую. Оскорбился леса защитник из-за вашего отсутствия на сватовствах вот и носом воротит, — торопливо лепечет скелет, молясь, чтобы Кощей с дуру не прихлопнул его, аки ту муху, что навоз с царским обедом перепутала.       — А? — подозрительно щурится тьмы владыка. — Чегой я к нему пойду? Статусы разнятся, не дорос он, чтобы я к нему ездил да под окнами избы о несусветной любви завывал, — оскорбившись, фыркает властитель и решает зайти с другой стороны, так сказать, блеснуть богатством и сокровищницей. — Приведите пленную гамаюн, она с письмом отправится!       И всполошившись, слуги после наказа барского с топотом бежат к комнате, что сусальным золотом сверху донизу покрыта была. До полу гладкого, птице богов, что хозяин неволил, кланяются и говорят, чего пожаловали.       — Ее Преосвященство, вам выпала честь донести до хранителя леса всю серьезность намерений Его Темнейшества, — с большим уважением уведомляет главный из нежити и держит в костяных руках ошейник с рабскими рунами. — Извиняюсь премного, но придется вот это одеть, чтобы мы точно знали, что вы вернетесь, — еще раз поклонившись, объясняется тот.       —Нет, ну каков нахал! Я божественная птица! Я доношу замыслы господа! Я не нанималась быть почтовым голубем! — кричит гамаюн в ярости исступленной, громко хлопая крыльями, но потом замолкает и переспрашивает. —Хранитель леса? Меня отправляют к нему? — она старательно выравнивает дыхание, чтобы нежить не поняла ее волнения. Глупый-глупый Кощей. Разве мастерство рун, что Яги, что передавали из поколения в поколение не научило его быть более осмотрительным, и не недооценивать противников?       Гордо фыркнув, заткнув на время гордость, она подставляет шею, внутри корчась от отвращения баснословного. Ну ничего, за то, что посмели птицу прямиком из Яви пленить, они от хранителя тварей божьих еще получат. Уж что-что, но характер того, кто именуется гордым именем «Яга» издавна был мерзопакостен, а уж в ловушках и проказах на их фоне терялись даже обиженные людской глупостью домовые. И умаслить их было так же трудно.       Со всем почтением ей преподносят письмо, что хватает она лапой, и открывают ведущую на леса створку окна, снимают цепи золоченные действительно отпуская. Радостным хохотом заливаясь, гамаюн взмахивает роскошными крыльями, вылетая на волю, летит ветра быстрее и жадно границы миров разглядывает. За десятки лет, что в заточении была, мир, казалось, только краше стал.       Кувыркнувшись в воздухе, обгоняя залетного сокола, гамаюн видит Чащу Вещую и взлетает повыше, чтобы над кромками деревьев держаться. И несколько миль преодолев, враз взор посланника божьего наконец находит лысый пятачок земли и так же избу, стоящую на курьих ножках, и одобрительно смотрит на широкую цепочку рун, что мальчик нацарапал во избежание прибытия гостей в виде каких-то проходимцев.       Легко приземлившись на ближайшую ветку, девушка, что во имя цветка горделивого — нарцисса была наречена, собирает энергию леса и аккуратно за звоночек, про который лишь личности глубоко верные идеалам Чащи знали.       И сразу же, не задержавшись и на секунду из дома показывается лохматая макушка, и Гарри ярко улыбается, заголосив на всю округу.       —Цисси! Ты жива! Я уж, грешным делом, подумал, что горе на пути твоем случилось, и к сестре в Навь пошла, — босоногий, краснощекий юнец нетерпеливо топчется на порожке, пока изба садится на землю, и вылетает из нее не дожидаясь, когда пола коснется.       Пробежавшись, он выходит за рунный круг навстречу ей и тут же отскакивает от нее, а лице его выражает массу эмоций, среди которых бесспорно священный ужас доминировал.       — Что за? Кто посмел одеть на тебя эту погань? — ласковые глаза полные летней листвы загораются могильными светлячками, мерцают взбешенно, а рука жизнь оберегающего крепким хватом за свидетельство ее позора цепляется и на себя дергает, словно желая одной силушкой богатырской, что в тонких руках крылась, раздавить его. — Этот паршивый ишак сделал это? Он пожалеет, что сделал это, — клянется хранитель, и гамаюн верит. Гарри был тем, кому доверять можно было безоглядно.       Поспешно втащив ее в избу и подняв ее на куриные ножки, Поттер носится по комнате, едва ли не опрокидывая склянки, банки и другую дребедень, что казалось ненужной сиюсекундно, но как только она пропадала из поля зрения, то обязательно становилась чрезвычайно важна.       Ударом руки открыв ставни на лес густой, Яга кричит во всю голосину молодецкую:       — Леший, итить тебя в зад да коромысло тебе на горб повесить, а ну тащи сюда травушку-муравушку да посвежее! Притащишь сено — имей ввиду, сброшу с окна в репейник, — угрожающе покачав кулаком, юноша идет в кладовую и вытаскивает оттуда яблочки молодильные и совершенно свободно взмахивает рукой, приманивая тесак из железа каленного.       Сочные плоды, за которые обычный путник с радостью бы расстался с правой рукой и был бы доволен сделкой, с грохотом посыпались на печь, пока самое ближнее к падению яблоко не получило в налитый соком бок острое лезвие. Гарри улыбается по-мальчишески задорно, а глаза его светятся показывая, что ведьмак начал волшбу.       Набитая опытом рука крошит яблочки, сок выдавливая, пока молодец с умом ясным мурлычет себе под нос песенку детскую, сопровождаемый Баюном, что решил присоединится к концерту.       Внезапно избушка слегка дергается, словно по ней ударило что-то в области окна, и кота отправляют на проверку, пока измельченные до состояния пюре фрукты летят в казанок и любовно перемешиваются лопаточкой из ветви столетнего дуба.       — М-м-м? — задумчиво отозвался Поттер, оглянувшись, и тут же скривился, когда на чистый пол упали веточки, комки грязи и прочая шелуха леса. — Леший, ну твою маму, тополю почему нельзя сначала протрусится, а не нести всю грязь в дом, — обреченно вздохнул Яга.       — Не серчай, милок, я ж с себя много не стряхну, а там уже какая разница, сметать тебе кучку пыли или кучку грязи? — добродушно оскалился лесной дух, вытаскивая из-за пазухи требуемый ингредиент и передавая в требовательно протянутую руку.       Раздраженно покивав головой, юноша промывает добычу в ведерке с водицей родниковой, и торжественно плюхает зелень на разделочную доску, с громким звуком опуская на несчастное растение тесак.       — Бабой Ягой клянусь, как только этот олух почувствует, что ошейник уничтожен, тут же сюда помчится, а я ему таку-у-ю райскую жизнь устро-о-ою, — зловеще затянул юный хранитель, хищно скрючив пальцы. — Создадим ему маленький лабиринтик. Совсем крохотный. Может, миль на сто, — обаятельно улыбнулся юноша и, нежно глядя на руку, вонзил нож в доску, оставляя стоять так, милостиво пропустив, как его гости вздрогнули, а Нарцисса благодарно взглянула на него. Такой смелый, ради нее он был готов выйти на тропу войны с самим властителем тьмы — Кощеем Владимировичем Бессмертным.       — Спасибо тебе, милый, если бы не его чаяния на руку твое и сердце, даже не знаю, выбралась бы я иль сгнила в той клетке златом покрытой, — сердечно благодарит гамаюн защитника леса и, подманиваемая рукой, делает несколько взмахов крыльями, подлетая и усаживаясь на стол, с радостью шею поставляя.       Яга же пипеткой капает на метал драгоценный и с удовлетворением наблюдает, как тот тает, аки снег под жарким, июльским солнцем. Уже не церемонясь, тот хватает края отныне бесполезной железяки и напрягает руки, разгибая их.       — Всегда рад помочь, барышня, — жеманно поклонившись, тот смехом заливается, голову назад откидывая. Струсив с ладошек крошки магических растений и железные опилки, Гарри подхватывает свой посох у порожка стоящий и заново избушку опускает. — На выход, милые дамы и господа тунеядцы. Мы идем готовить грандиозную пакость! — злобно захихикав, тот несется меж осоками, потрясая артефактом магическим, аки той дубинкой у разбойников, словно желая мимо проходящего бедолагу ею отоварить.       Безмятежно взмахнув рукою, к нему летит вода с лужицы, в тонкий блинчик раскатываясь и лес его с высоты птичьего полета показывая ему словно на ладони. Месть его будет ужасна и страшна.

***

      Тем же временем, пока Яга молоденький развлекал себя созданием масштабной пакости, что весь лес его окутала паутиной, в замке тьмы громко хрустнула фигурка на карте, прямо символизируя, что жертва избавилась от пагубного для нее внимания.       Скелетам же, что службу у Кощея несли, этот хруст звучал не иначе, как предсмертным реквиемом их мозгам, что выест барин ложечкой, что для перепелиных яиц создана была. Зловещее предзнаменование нового путешествия на Чащу Вещую озвучено для них было всего несколькими словами.       — Мы собираемся на осаду лесного хранителя и его обители, — сурово стукнув воздух, Кощей летящей походкой выходит из приёмной залы, чтобы облачится в свои лучшие одежды. Первое впечатление стоит дорого, а исправлять его нужно золотом и по двойному весу.

***

      — Как думаешь, дойдет этот охотчик с тобою пежится до конца твоего испытания? — с сомнением вопросила Гамаюн, поддерживаемая взглядом Баюна. В мстительном порыве Яга перелопатил каждый ярд земли, уделав лабиринт по максимуму самыми каверзными рунами, которые он только мог вспомнить и тут же на месте придумать.       — Даже если и дойдет, то в избу мою эта пакость не войдет, — клятвенно обещает Гарри, просматривая с помощью птиц, не видно ли где путей, которым следовать надо, чтобы до его убежища добраться.       Удовлетворившись осмотром, тот на ноги вскакивает и подходит к котелку, что над огнем парил магией воздуха удерживаемый, и тычет ложечкой в травы целебные, проверяя как его узвар варился. Взглянув на яркий винный цвет, тот разливает целебный напиток по металлическим кружкам и, вручив своим гостям, садится на оконную раму.       Потянув на себя власть лесную и сделав взор их — ястребиным, а деревья для них, словно расступились, позволяя наблюдать из первых рядов необычное, а главное потешное зрелище. То, как Кощей опростоволосится и часами будет по лесу круги нахаживать в поисках выхода.        Фыркнув смешливо, Нарцисса крылом прикрывает лицо в попытках сдержать смех. Кто же знал, что Яга будет настолько суровым, сделав лабиринт в траншеях, что тот по лесу нарыл и потом зарастил ни капли не сомневаясь, а потом, заканчивая, решил сделать еще один, довольно жесткий урок. Как только темный лорд прибудет к ним, его ждет масштабнейшее разочарование, которое он когда-либо испытывал.       — Господин, гляди как уверенно пошел! — являющийся синонимом к слову «осторожность», Баюн осуждающе прищелкнул языком, смотря на несусветную глупость — войти в чащу, где обитает Яга без приглашения, да еще и с недобрыми намерениями. — За что и сразу же получил по морде, — довольно кивнул тот, когда Кощей наступил на первую линию рун и получил столп пламени в лицо.       Грязная брань от темного властелина была с такими деревенскими оборотами, что гамаюн стыдливо прикрыла уши, не желая слушать первородную похабщину в таком святом месте, как Вещая Чаща.

***

      Казалось, они уже выпили весь чайник, потешаясь над попытками Кощея пробить стены невидимые, обеспечив себе прямой путь, смотрели, как служка его протянул хозяину клубочек для путей, и со смехом прокомментировали то, как тот сгорел, едва коснувшись травы под их ногами.       Вот уже и солнце за зеницу ложилось, когда подпаленная по всем фронтам компания темного властителя подошла к избушке на курьих ножках и увидела, как дом начал поворачиваться к ним, показывая юного Ягу, сидящего на оконной раме вместе со своими гостями.        Там же увидав гамаюн, горделиво сверкавшую изящной шейкой без следов оков рабских, армия темного владыки зароптала недовольно. Истерия массовая так и накатывала волнами моря, казалось, что погребет леса хранителя этот шквал, но тот лишь беззаботно покачивал ногой смотря на то, как Кощей силится отыскать брешь в последней защите.        — Не найдете вы ее, покуда я вам не дам приглашения в обитель мою, — глубоким голосом заговорил Гарри, поглядывая на них очами колдовскими. — За обиды, принесенные мне и моему лесу, вы праведно отплатили путем долгим и преодолением ловушек, что я сделал. Теперь же вы отплатите за обиды птицы божественной, что пленили вы на годы долгие, — по мановению руки в ней появляется посох магический, и леса хранитель, не церемонясь, стукает им об саму избушку, связываясь с лесом.       И в эту же секунду лес начинает огнем первородным светиться, луна, казалось, с земляных трещин выглядывала, и тьмы армия видит, как тот путь, по которому они пришли, начинает мигать и со страшной скоростью перестраиваться на ходу.       — Ах да, забыл еще одно, — осекается Поттер и на мгновение исчезает с окошка, чтобы снова залезть на него уже с разрушенными оковами и, не церемонясь, швырнуть их в толпу. — Вот теперь можете идти искуплять свои грехи перед Гамаюн. А потом уже можно будет поговорить, — оскалился тот и, исчезнув в комнате, захлопнул резные ставни, не желая более их видеть.