Крылья правосудия

Ночной Петербург дышал туманом и дождем, отражая огни в мокрых мостовых. Саша, закутавшись в толстовку, шла по набережной. Её светлые волосы были спрятаны под капюшоном, скрывая от любопытных глаз секрет, который она хранила с рождения - пару изящных, переливающихся крыльев, похожих на крылья стрекозы. Днем она была обычной студенткой художественного института, полной творческих идей и надежд. Ночью же Саша преображалась, становясь безмолвной тенью, карающей зло. Город, как известно, не спит никогда. Под покровом темноты просыпалась и другая его сторона - жестокая и беспощадная. Саша видела, как в подворотнях прячутся бездомные животные, как люди, считающие себя венцом природы, поднимают на них руку. Она не могла остаться равнодушной. Её крылья, дающие ей свободу и легкость, становились оружием против жестокости. В безлюдных переулках, где царила тьма, Саша преграждала путь живодёрам. Одним своим грозным видом, внезапным появлением из ниоткуда, она вселяла в них ужас. Расправив свои огромные, светящиеся в темноте крылья, Саша показывала им истинную природу вещей - ту, где слабые нуждаются в защите, а жестокость всегда будет наказана. Карала Саша их беспощадно,лишая жизни самым изощренённый образом. Слухи день за днём расли... Петербург, пропитанный сыростью и тайнами, всегда был плодородной почвой для слухов. Сплетни, словно паутина, опутывали старинные дома, шептались в темных подворотнях и перетекали из уст в уста на шумных рынках. История о таинственной защитнице животных, беспощадной к живодёрам, распространялась с невероятной скоростью. Одни шептались, что это ангел спустился с небес, чтобы вершить правосудие. Другие, с ужасом в голосе, рассказывали о демоне, что мстит за каждую загубленную звериную жизнь. Поговаривали о жутких находках в тёмных переулках: то мясник с выколотыми глазами и пустыми глазницами окажется подвешенным за ноги к фонарю, то охотник, заблудившийся в лабиринте городских улиц, будет найден со множеством зияющих дыр в теле. Газеты пестрили сенсационными заголовками, предлагая самые невероятные версии происходящего. Полиция, бессильная перед необъяснимым, лишь усиливала патрули, тщетно пытаясь найти хоть какую-то зацепку. А Саша? Саша продолжала жить своей двойной жизнью. Днём она растворялась в суете студенческих будней, скрывая под маской обыденности свою тайну. Но с наступлением темноты....с наступлением темноты расправляла крылья и улетала в ночь, чтобы вершить свой собственный суд, становясь призрачным кошмаром для тех, кто осмелился поднять руку на беззащитное существо. Страх, который она сеяла, был ей на руку, он был предупреждением, мерцающим в ночи знаком: жестокость не останется безнаказанной..... ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ - Саша, ты слышала, что творится? - Маша, не дождавшись ответа, плюхнулась на ступеньку рядом с подругой, едва не задев локтем холст, прислоненный к стене института. - В городе творится форменное безумие! Саша неторопливо откусила сочное яблоко, поймав краешком губ каплю,упавшую на её любимые бриджи,которые она купила на свою первую стипендию,когда поступила сюда. На улице стоял тёплый летний день,и поэтому такого рода одежда спасла от зноя. - Безумие - это пятый час кряду рисовать натюрморт с кувшином, - спокойно отозвалась она, кивнув на мольберт. - А что там у тебя? Снова привидение в общаге видели? Маша скорчила недовольную гримасу. - Хуже! - прошептала она, оглядываясь по сторонам, словно боясь, что их могут подслушать. - Газеты только и пишут об этом... Нашли вчера Лукьяныча. Саша нахмурилась, вспоминая обрюзгшего мужичка с третьего этажа, который постоянно приводил новых собак, постоянные крики,звуки ударов, собачий визг,стоящий на весь этаж...а через пару недель эти же собаки пропадали бесследно,но ему ничего не мешало заводить новых.. - Лукьяныч? Который с третьего этажа? - уточнила Саша, её голос оставался ровным, хотя что-то в нём изменилось. Маша поёжилась. - Именно. Говорят... нашли его в парке... весь исколотый... как дикобраз... Страшно то как... Саша смахнула невидимую крошку с одежды и спокойно ответила, глядя куда-то поверх голов проходящих мимо студентов: - Так ему и надо. Нечего было с животными так обращаться. Маша осеклась, ошарашенно глядя на подругу. Спокойный тон Саши, ее равнодушные глаза, казалось, противоречили самой сути сказанных слов. Маше вдруг стало не по себе. - Саш... ты... ты это серьезно? - пролепетала она, нервно теребя бахрому на сумке. Саша, словно очнувшись от задумчивости, повернулась к подруге. На ее губах играла легкая, почти незаметная улыбка. - А ты как думаешь? - ответила она вопросом на вопрос, бросив Маше хитрый взгляд. - Разве не бывает на этом свете справедливости? Маша не нашла, что ответить. Она не могла понять, шутит Саша или говорит серьёзно. Впервые за время их дружбы Маша почувствовала, что совсем не знает подругу. Холодный огонек в глазах Саши пугал и притягивал одновременно. - Ладно, забудь, - Саша встала, отряхивая с бридж невидимые пылинки. - Мне пора на пары. Не хочешь потом зайти в столовую? Маша нехотя кивнула, все еще не в силах оторвать взгляда от подруги. Саша уже шла прочь. Но сделав шаг в сторону университетских дверей, резко остановилась. "Чёрт! Машка!" - пронеслось в ее голове. Она не могла позволить, чтобы сомнения закрались в душу подруги. Не сейчас, когда все было так хлипко и неустойчиво. Незаметно для других, она быстро провела ладонью по лбу, словно стирая невидимую пыль. "Глупо, глупо так проколоться!" - ругала себя Саша, мысленно прокручивая их разговор. Она всегда славилась своим хладнокровием, но сейчас что-то пошло не так. Наверное, дело было в Машином испуге, он перекинулся и на нее, заставив на мгновение забыть об осторожности. "Нужно исправить ситуацию," - решила Саша и, развернувшись, вернулась к Маше, которая все еще сидела на ступеньках, погруженная в свои мысли. – Знаешь, Маш, – Саша присела рядом с подругой, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно беззаботнее. – Пожалуй, я погорячилась. Конечно же, это ужасно, что с Лукьянычем такое случилось. Она положила руку на плечо Маши и слегка сжала его, как делала всегда, когда хотела успокоить подругу. На самом деле Саша не испытывала ни малейшего сожаления о своих словах. Но она не могла позволить Маше усомниться в ней, почувствовать хоть тень подозрения. Не сейчас. – Просто, знаешь, иногда так злишься на несправедливость... – продолжала Саша, стараясь говорить убедительно. – Вот и несёт всякую чушь. Ты же знаешь, я не такая. Маша подняла на нее глаза, все еще немного настороженные. Саша поспешила добавить: – Так что там насчет столовой? Умираю с голоду, а натюрморт сам себя не напишет. Она подмигнула Маше, и та, наконец, улыбнулась в ответ. Казалось, лед недоверия растаял, и Саша позволила себе вздохнуть с облегчением. Однако, глубоко внутри, ее не покидало ощущение, что это лишь временная передышка. Ей придется быть предельно осторожной, чтобы ее тайна осталась нераскрытой.

<center><center>***

<right><center>

</center></center></right></center>