Допрос с пристрастием

— О чем думаешь? Хейдзо ставит на стол перед тобой дымящую кружку, но ты всё ещё не отводишь взгляд от дождя за окном. Насыщенный запах кофе бьёт в нос. Вслед за чем цепляет и взгляд. — Погода испортилась. Руки плавно обнимают кружку, пока кожа не начнет щипать от температуры. Серый фон с неба отбрасывал свою тень на все плоскости в тесной комнате. Неуютно. Тихий смешок глухим эхо раздается в ушах, когда Хейдзо обходит стул сзади, наклоняясь прямо к твоему затылку. — Все ещё не вспомнила?.. Тик настенных часов. Кладет небольшой ключ на стол рядом с тобой. Блестит взволнованным взглядом в хищных глазах. Ты молчишь. — Будь по твоему. Поддевает пальцами цепочку между наручниками. Вытягивает руки вверх, прижимая их к столешнице. Блюдце тихо звенит, угрожая разлить кофе в опасной близости с лицом, когда он опирается коленом рядом на стол. Прижимаясь всем телом, осторожно заправляет твои волосы за ухо, любуясь недовольным профилем. — В чем дело? Неудобно? В ответ лишь недовольно фыркаешь, пытаясь высвободить руки. Положение не из самых удобных, но хрупкий на вид детектив, к твоему удивлению, не оставлял ни шанса на побег. Дышит тяжело, немного сбито. Дьявольская улыбка расползается по губам. В сочетании с миловидным личиком и добродушным взглядом вызывает панику, доходящую до абсурда. Мягко гладит по волосам, все ещё прижимая запястья над головой. — Тсс, не нужно так нервничать. — Гладит щеку большим пальцем. Касается губами края уха — Я ведь ещё даже не начал. Давно забытый кофе больше не тянулся к потолку молочным дымом. Не стучала в ушах стрелка настенных часов. Играя звеньями, почти рвешь тонкую цепочку наручников, скуля под мужскими руками. Жадно хватаешь спертый воздух прямо из его губ. Смотришь из-под дрожащих ресниц в горящие глаза. Вдохнуть полностью не выходит. Душит не только тонкими пальцами на шее, но и своим вниманием. Терпким запахом кофе, холодным и расчётливым взглядом. Щекочет скулы ниспадающими прядями волос, мыча куда-то в шею. Раз за разом требует ответа, толкая колено между ног все глубже к бёдрам. Беспомощно пытаешься дотянуться до ключа, который все это время дразнит слабым блеском прямо рядом с глазами, лишь для того чтобы он толкнул его ещё дальше. Возможно, это и могло сработать, но не сейчас. Когда Хейдзо слишком вошёл во вкус. Удушающий запах отчаяния глушится дьявольским смешком детектива. Забирается под кожу трепетными объятиями за поясницу, поддевает край нижнего белья. Сминает мягкую плоть бедер, без стеснения переступая за рамки профессиональных обязанностей. Старайся сколько угодно, от пытливого взгляда не уйти. И он отлично знает, что зацепил твой. Выгравировал горячими пальцами свое имя на гладкой спине, заставляя ёрзать по мужскому, но не слишком широкому бедру под юбкой. Жадно облизнув пересохшие от твоего дыхания губы, рассмеялся прямо в лицо. — Только посмотри на себя... Разве не зрелище? Позабыв про всякие нормы рабочей этики, не спеша провел двумя пальцами по ткани женского белья, прислушиваясь к твоему тихому гулу. Проверив на мокрых подушечках готовность к дальнейшему разговору, пробежал вдоль горла, зарываясь носом в волосы. Играясь как вздумается, дёрнул со стола, с тихим рыком усаживая на свое бедро. Завел сомкнутые запястья за спину, лишь на секунду упиваясь твоим видом сверху. Было в работе детектива довольно весомое преимущество. Вседозволенность. Прочтешь это слово по слогам в его глазах, пока так грязно трёшься о бедро под собой. Скулишь прямо на ухо, выгибаясь волнами в спине под одобрительное мычание. Прячешь горящие щеки на его плече, захлебываясь собственной распутностью. Все здесь так неправильно, но так хорошо. Ему даже не пришлось снимать с тебя одежду, чтобы довести до такого беспорядка. Но так отвратительно приятно отзывается на ласки разгоряченное тело. Так сладок на кончике языка привкус собственного освобождения. Шепчешь сквозь всхлипы на ухо все, что так некстати требует от вас его рапорт. А тот лишь заботливо гладит по волосам, без особого интереса к происходящему, записывая твои слова в блокнот. Заканчивает грубой, немного неряшливой точкой, когда ты сжимаешься на нем так сильно, что скрипят ножки деревянного стула. Любуясь результатом сегодняшней работы, тянет со стола забытый ключ, освобождая натертые запястья. Не спеша подносит их к губам, нежно целуя одно за другим, сохраняя зрительный контакт. Напоследок мило улыбается, помогая встать чтобы поправить одежду. Благодарит мягким поцелуем, и с детской наивностью выбегает из кабинета, оставляя тебя допивать остывший кофе. У детективов достаточно способов заставить вас говорить. Признаваться даже в том, чего вы не совершали. И к сожалению для тебя, влюбить в себя следователя - страшнейшее из преступлений.