The Colifornian Novel

Сегодня будет отличный день. Это была первая мысль перед тем, как Уилл открыл глаза и взглянул на мольберт, стоящую в углу комнаты. Яркие лучи солнца освещали его комнату, его желтые стены, успокаивая Уилла. Это было первое, что сделал Уилл, когда начал обустраиваться в своей новой комнате. Ему не хотелось никаких темных цветов. А желтый цвет был у него в приоритете. Его комната была светлой и уютной, а еще она находилась с той стороны, где солнце освещало ее с первыми лучами. Обитатели дома еще не проснулись, судя по тому, как везде было тихо. А когда Уилл взглянул на часы, то заметил, что не было еще даже семи. Время еще было, но Уиллу не хотелось спать. Внутри бушевало столько энергии, что ему хотелось куда-то ее потратить. Взглянув еще раз на мольберт в углу, он понял, чем заняться до восьми. Заправив постель и приняв душ, Уилл захватил из кухни свой завтрак и вернулся к себе. Этим утром он в настроении послушать что-то из группы a-ha и до отъезда в аэропорт закончить последние штрихи. Его лучший друг, с кем Уилл в последние месяцы буквально потерял связь приезжает к ним на весенние каникулы и может быть это был тот самый шанс наладить отношения. В первый месяц они звонили друг другу максимум два раза в неделю, и все было в порядке. Уилл по крайней мере так думает. Но потом звонки сократились, а писем не было. Каждый раз, когда Эл возвращалась в дом со стопкой писем, она всегда смотрела на него с этим извиняющим взглядом, а Уиллу оставалось ободряюще ей улыбаться мол «все в порядке». Но месяцы шли, а Эл получала столько писем от Майка, что Уилл не мог понять, почему же Майк ему ничего не отправляет. Ему писала остальная Партия, но Майк ни разу. Он не понимал, что сделал не так. Перед Днем Благодарения Уилл отправил ему письмо с лучшими пожеланиями и заверениями, что все в порядке, что он не приедет к ним на праздник. Но надеется, что на Рождество все получится. Ответа он не получил. На Рождество Майк не приехал. Вынырнув из мыслей, Уилл подносит кисточку к картине, затаив дыхание. Словно это было его лучшим шедевром, на который он боялся прикоснуться. Но это ведь так. Эту картину он создавал для Майка, чтобы показать, как значим он для него и как сильно Уилл дорожит им. Даже несмотря на то, что их общение так сильно сократилось. Может картина вернет все то былое, что у них было. Уиллу не терпится разузнать, как дела у Майка, хороша ли старшая школа и как они проводят время с Партией. Лукас писал ему несколько месяцев назад, что он вступил в баскетбольную команду, что не могло не порадовать его. Уилл обязательно спросит Майка ходят ли они на игру. Неожиданно кисточка замирает над красным сердцем на щите и щеки Уилла предательски розовеют. Хорошо, что его никто не видит, иначе Уилл умер бы от стыда. Итак, Байерс как можно скорее делает последние штрихи на красном сердечке и откладывает в сторону художественные принадлежности. Он в последний раз смотрит на свою картину, над которым работал почти месяц и одобрительно кивает. Раздается стук в дверь. — Уилл, ты проснулся? Через двадцать минут выезжаем, — слышит он голос Эл, и Уилл тут же смотрит на часы. Почти полдевятого. Он так ушел в работу, что даже не заметил, как быстро прошло время. — Да, хорошо, — говорит он и, когда Эл уходит, Уилл подходит к своему шкафу и начинает рыться. И, черт возьми, он не станет волноваться из-за выбора одежды. Это же Майк, господи. Но вот он здесь и не может выбрать, какую фланель нацепить на себя. Выбор пал на синей клетчатой и зеленой с маленькими пальмами. Или может вообще надеть футболку. — Уилл, Аргайл уже здесь! — кричит Эл и Байерс плюет на все, надев в итоге синюю рубашку. Майку нравился синий цвет и нет, Уилл не из-за этого сейчас надевал ее. К счастью, краска на картине сохнет быстро, и Уилл сворачивает ее в рулон, чтобы после выбежать из комнаты. Эл уже ждала его на улице взволнованная и слегка нервничающая. Он мог ее понять. Они не видели Майка с октября и жутко соскучились по нему. — Едем, ребята, — Джонатан выходит следом за Уиллом, и все садятся в фургон Аргайла. Поездка спокойная, солнце ярко светит на небе, и Уиллу кажется, что даже он сам светится. Интересно, захочет ли Майк вместе с ними в один день поехать на пляж. Две недели спустя после того, как все они обустроились в новом месте, вся семья Байерсов поехала на пляж. Это было потрясающе, Уилл никогда не видел океана, но, когда его ноги впервые зарылись в песок, он действительно думал, что заплачет от счастья. Было так тепло, над ними кружили чайки, а звуки волн приносили покой и умиротворение. В тот день они с Эл построили песочный замок, закопали Джонатана в песок, и плескались в воде. Эл так звонко смеялась. Во время ужина Эл сообщила, что, встретив Майка они в первую очередь поедут в Ринк-О-Манию, что, честно было неплохой идеей. Но, Уилл забыл упомянуть своей сестре, что Майк Уилер был самым неуклюжим подростком, не способным контролировать собственные конечности. И Уилл не винит своего лучшего друга в этом. Он любил посмеяться над тем, как плохо Майк катался на коньках, когда они были моложе. И что ж, это будет настоящим представлением. Когда они, наконец, приехали в аэропорт, они начали медленно пробираться сквозь толпу, что было непросто. А далее было ожидание. Самолет Майка уже давно сел, и его лучший друг должен был показаться сквозь толпу в любую секунду. Внутри него, словно порхали бабочки, а руки тряслись. Он нежно сжимал края своей картины, а улыбка не сходила с лица. Скоро они встретятся с Майком и спустя столько времени крепко обнимутся. Уилл нуждался в этом сильнее, чем он может это признать. И вот, наконец, Уилл замечает его. Его лучший друг в солнцезащитных очках, в желтой рубашке и шортах. Он машет им рукой, на котором держал букет цветов, и улыбается. Эл сразу же срывается с места, ближе подходя к своему парню, а тот в свою очередь подхватывает ее и целует в губы. Уилл решительно игнорирует покалывающее чувство в груди и встает позади Эл, чтобы после поприветствовать друга. — Осторожно, а то помнёшь цветы. Э-э, я их сам собирал на лугу, для тебя. Там и желтые, еще я знаю, что тебе нравится фиолетовый, так что они тоже там есть, — взволнованно бормочет он и передает ей букет полевых цветов. Это было мило на самом деле. Уилл знал, что Майк очень любит получать подарки, но и также любит дарить их в ответ. Эл нежно улыбается ему, и поблагодарив его, опускает глаза. На секунду ее лицо хмурится, но она сразу же улыбается и отходит в сторону. — О! Хэй, привет, — приветствует его Майк и ближе подходит к нему. Вблизи он может лучше рассмотреть своего лучшего друга и заметить, как сильно он изменился. Его волосы стали длиннее, черты лица заострились, и он стал выше. Даже несмотря на то, что Уилл тоже вырос, ему все равно приходилось смотреть на своего лучшего друга снизу вверх. Уилл, улыбнувшись, обнял Майка, но все, что он получил в ответ – это странное похлопывание по плечу. Внутри него что-то сжалось, когда Уилл осознал, что произошло. Его улыбка медленно сползла с лица, когда он понял, что Майк видимо не был так рад видеть Уилла. Затем Майк поинтересовался насчет картины, а Уилл отнекивался от ответа. «Всего лишь картина, над, которой я работал» «Круто» Да. Круто. Они вместе покидали аэропорт. В воздухе чувствовалось напряжение, но видимо Майк Уилер этого даже не ощущал. Он крепко прижимал к себе свою девушку, пока она без запинки рассказывала, как круто она проводит время со своими друзьями и веселится. Эл лгала Майку, а Уилл лишь наблюдал за этим. Обустроившись в фургоне, Аргайл завел ее и они покинули аэропорт. Они ехали в Ринк-О-Манию, чтобы весело провести время. Но Уилл понял, что не хочет этого. Как только Майк оказался перед ними, одарил его лишь похлопыванием по плечу и даже не удосужился все это время взглянуть на него, он понял, что им сейчас не до него. Так зачем ему идти с ними и быть третьим колесом. К черту все. Как только фургон остановился рядом с роликовым катком, Майк и Эл держась за руку вышли, даже не оборачиваясь к ним. — Эй, дружище, ты выходишь? — Джонатан оборачивается на него, который даже не двинулся с места. Горло сжималось от того, как сильно ему хотелось крикнуть им вслед, что вот он здесь. Обида пожирала его внутренности, не так он думал провести этот день. — Нет, — выдавил он. — Почему? Ты в порядке? — тут же забеспокоился Джонатан. — Я в порядке, просто не хочу. Я устал кататься на роликах, — в итоге смог сказать Уилл и отвернулся к окну. — Хорошо. Все в порядке, если ты не хочешь. Но если причина в другом, ты же знаешь, что можешь все мне рассказать, Уилл, — Уилл не смотрит в сторону брата, но он знает, что тот пытается обратить его внимание. У него хватает сил лишь кивнуть. — Малыш Байерс с нами? О, это круто. С нами весело, чувак, — Аргайл заводит машину. — Едем, брочачос. Едут они в тишине, из-за жары его рубашка липнет к его потному телу, а в голове не перестают крутиться мысли. Что он сделал не так? Майк чем-то обижен на него? Эти месяцы заставили понять Майка, что Уилл отстойный друг? Расстояние меняет все, но Уилл отчаянно убеждал себя, что у них все по-другому. Они вместе прошли буквально через ад. Майк всегда был рядом. И Уилл всегда знал, что он его любимый человек. И эта картина должна была быть доказательством, насколько он ценит и любит его. Он не удивился бы, если бы Эл и Майк не заметили его отсутствия. Он просто хочет, чтобы все эти мысли на некоторые время исчезли. Он хочет покоя, который он ощутил в тот день на пляже. Когда фургон резко тормозит, Уилл вздрагивает и осматривает пейзаж. Это было место, где Аргайл и Джонатан часто тусили. Это была пустошь, ни единой души, никто их бы не побеспокоил. Уилл был благодарен, что Джонатан не отвез его домой. Ему не хотелось объяснять матери, что случилось и почему он не с Эл. — И, чем вы обычно занимаетесь тут? — двери фургона открыты, а сам Уилл растянулся на заднем сиденье. Его брат и Аргайл сидели впереди, а по радио играла музыка. — Тебе лучше не знать, малыш Байерс, — Аргайл засмеялся. Джонатан тыкнул того в бок. — Просто пьем пиво, — поправляет Джонатан. Его брат все еще скрывал, что курит траву, но Уилл не глуп. Он сразу заметил, как изменился Джонатан. Его комната всегда была в дыму, во время ужина он часто был в состоянии кайфа, а глаза всегда были покрасневшими. Уилл может понять его. То дерьмо, через что они прошли не могли не сказаться на нем. На их семье. — Да, пьем пиво, — повторяет за ним Аргайл. — А еще твой брат плачется по своей подружке. Моему чуваку нужно расслабиться, — Джонатан снова бьет того в бок, прикрыв глаза. — Тебе тоже, бро. После аэропорта ты какой-то странно грустный. — Я в порядке, — Уилл смотрит в потолок фургона, думая о том, чтобы задремать. — Это из-за твоего друга? У чувака явно отсутствует чувство стиля. Джонатан и Уилл хихикают. — В смысле, да ладно, его рубашка – это подделка, как и весь его вид. Он явно не в восторге от того, что надел. Уилл хмурится. Что имел ввиду Аргайл? — Не знаю, чувак. Может он не успел прикупить одежды для калифорнийской погоды, — предположил Уилл. — И вообще, почему мы говорим о Майке? — Ты явно расстроен из-за него, — отвечает Аргайл, и, черт, щеки Уилла розовеют. — Неправда, — лучшая тактика – защита. — Все в порядке. Расстраиваться – это нормально. Я тоже иногда расстраиваюсь, но у меня есть этот парень, — Аргайл хлопает Джонатана по плечу. — Не знаю, что бы я делал без него. — Аргайл, я знаю, что ты сейчас в мире грез, — Джонатан не смотрит на него. — Я же еще вчера говорил тебе не… — Все норм, как я уже и сказал, это было немного. Черт, Аргайл был обкурен. Уилл ничего не говорит на этот счет. — Эй, Уилл, не хочешь поесть бургеров? . В фургоне витает запах жаренной картошки и мяса. Закупив по бургеру и картошки фри, они возвращаются обратно и теперь молча едят и слушают музыку. За все это время Уилл почти не думал о Майке и ситуации в аэропорту, но честно говоря, он надеется, что он с Эл хорошо провел время. Он понимает, что Эл его девушка и она всегда будет в приоритете, но Уилл надеялся, что их дружба все еще имеет какое-то значение. Майк однажды сказал ему, что они сойдут с ума вместе. Слова, значащие преодолеть все проблемы вместе. Он снова почувствовал себя подавленным, а мысли были такие громкие. Ему нужно их заглушить. И кажется способ есть. — Эй, Аргайл, — парень смотрит на него, жуя свой бургер. — Да, бро? — У тебя есть с собой травка? — ровным голосом спрашивает Уилл, и Джонатан буквально давится картошкой фри. — Уилл, какого черта? — возразил его брат, на что Уиллу хотелось закатить глаза. — Да ладно тебе, Джонатан, практически все в курсе, что ты куришь. Ну, кроме мамы, но она совсем скоро что-то заподозрит. Джонатан видимо окончательно проснулся и повернулся к нему. — Послушай, дело не в том, курю ли я, мы говорим сейчас о тебе, Уилл. — Что в этом плохого? — А в том, что ты говоришь это в порыве чувств. Ты расстроен, и ты думаешь, что, то дерьмо поможет тебе. Но это не так, дружище, — поучительным голосом объяснил ему его брат. — Я знаю. Но всего один раз. Я не прошу больше ни о чем, — отчаянно попросил он, надеясь сломить Джонатана. — Пусть малыш Байерс попробует, братан, ничего ему не будет, — туманно пробормотал Аргайл, уже шаря в своих карманах. — Тебе пятнадцать, Уилл, и я твой брат, — напоминает старший мальчик. — Ну не десять же, — пожимает плечами Уилл, на что Аргайл громко смеется. — Какой пример я подаю, черт возьми, — бурчит Джонатан и в итоге сдается. — Три затяжки, ни больше, понятно? Уилл энергично кивает с предвкушением ожидая, когда ему протянут косяк. Что бы сейчас сказала его мама, если бы увидела, чем балуется ее младший сын. Когда Уилл делает первую затяжку, он громко кашляет, задыхаясь и кряхтя, словно старый дед. Джонатан бьет его по спине, и после ему становится легче. Когда он делает вторую затяжку, Уилл снова кашляет, но уже не так сильно, как впервые. А затем весь фургон наполняется густым дымом. Джонатан и Аргайл откинулись на передних сидениях, говорили о всяких каламбурах, отчего Уилл громко хихикал. И, вау, потолок так кружился, а его пальцы были такими длинными. Ему кажется, что он достал бы до того коричневого пятна. Джонатан что-то трещал ему, но Уилл не мог сосредоточиться, он просто трясся всем телом от смеха. Его голова была такой ватной, ему казалось, что если он сейчас потрясет ею, то она просто рассыплется. Такое возможно? Может ли Уилл рассыпаться на заднем сиденье фургона для доставки пиццы? — Арагйл? — заплетенным языком зовет Уилл. — Да, малыш Байерс? — Я могу рассыпаться на заднем сиденье фургона? — Уилл закрывает глаза и теперь перед ним вместо привычной темноты кружатся узоры и круги. — Не знаю, чувак. Ты типа не можешь, это невозможно. Ты же не пачка сахара или что-то типа того. Это был такой бредовый диалог, но Уилл правда думал, что если сейчас сделает лишнее движение, произойдет что-то неприятное. — Черт, все так кружится, — стонет он. — И еще я хочу на аттракционы. Джонатан, мы должны все вместе поехать на аттракционы. — В следующий раз, приятель. Мы обязательно поедем, ладно? — Окей. А еще мне грустно, потому что Майк больше не хочет обнимать меня. Но мне должно быть плевать, потому что…потому что мы кажется больше не друзья. Ох, черт, Уилл не собирается плакать перед братом, когда он под кайфом. Но ему так больно. А еще он так потерян из-за всего и эта…травка. — Вы все еще друзья, Уилл. Ты просто должен поговорить с ним, хорошо? В любом случае, если он сделает тебе больно… Уилл сквозь слезы улыбается словам своего брата, чувствуя поддержку и заботу с его стороны. — Спасибо, Джон. И за травку тоже. Я типа чувствую себя пятнадцатилетним взрослым. Когда…когда уеду в колледж, я не буду тем неудачником. Все трое начинают смеяться, а дым все еще витал в воздухе. Вскоре им пришлось ехать за Майком и Эл. Уже было темно, а голова Уилла так раскалывалась. Кое-как, но он немного пришел в себя, но все же не до конца. Когда фургон остановился возле Ринк-О-Мании, они могли заметить машину скорой помощи и полицейские машины. Джонатан выругался и тут же сорвался с машины. Уилл и Аргайл последовали за ним, предчувствуя что-то неладное. Уилл так надеялся, что с их друзьями все в порядке. Когда они вошли внутрь и кое-как обошли толпу, Уилл, наконец, смог заметить Майка благодаря его яркой рубашке и высокому росту. Он протиснулся сквозь подростков и встал рядом с Майком. Майк бросил на Уилла короткий взгляд и, поджав губы, отвернулся, скрестив руки. Уилл не понял всего происходящего и всей этой суеты, но потом он увидел свою сестру, которую допрашивал один из полицейских. Оказывается, Эл замахнулась роликовым коньком в Анджелу и Уилл мог видеть девушку, сидящую в нескольких метрах от них с кровавым лицом. Она жалобно всхлипывала пока женщина пыталась остановить кровь. Эгоистичная и темная сторона Уилла гордилась Эл, и тем, что та наконец дала отпор этой девчонке, которая издевалась над Эл еще с октября. Но, с другой стороны, Уилл чувствовал ненависть к себе за то, что его не было рядом с ней. Когда полицейские отпустили их, в конце концов все сели в фургон и уехали домой. Всю дорогу Уилл старался сосредоточиться на чем-то, чтобы его туманная голова наконец выветрилась. Но все, что он смог сделать, это положить голову на стекло и пялиться на меняющий пейзаж. Эл и Майк даже не смотрели друг на друга и ему было интересно, что произошло пока он отсутствовал. Прошло ли свидание хорошо, до того, как случилась вся эта ситуация с Анджелой. — С этой будущей королевой бала все будет в порядке, — сказал Аргайл, поворачиваясь на своем сиденье, чтобы посмотреть на них троих, сгорбившихся на заднем сиденье, — Я имею в виду, это были просто резиновые колеса. — Пластиковые, — поправил Джонатан. — О-о-о. — Не как твердые, просто... просто мягкие..., — сказал брат Уилла, стараясь изо всех сил. Эл откинула голову на сиденье, явно пытаясь не заплакать снова, а Майк продолжал смотреть вперед хмурым выражением лица. — Конечно, но ты никогда не задумывался, почему колеса не деревянные? Или металлические? Джонатан бросил на Аргайла потерянный взгляд. — Это для того, чтобы люди друг друга не покалечили! — О-о-о. — Потому что это случается чаще, чем ты думаешь, чувак! — Аргайл сделал паузу, оглядываясь на Эл, пытаясь по-своему утешить ее. — Роликовые атаки. Черт, ему хотелось заткнуть обоих, но все, что ему оставалось – это смотреть в окно, смирившись с тем, что он все еще под кайфом.

---

Если бы Уиллу сказали еще утром, чем закончится этот день, честно говоря, он бы просто завернулся в свое одеяло и лежал до следующего утра. Потому что он сидит здесь, его мозг не желает сотрудничать с ним, а мама бросает в его сторону странные взгляды. О, а еще каким-то образом за столом с ними сидит Мюррей и честно, он не знает, как тот оказался здесь. Майк тоже странно на него посматривал, когда Уилл в один момент приблизился к нему и шепнул на ухо, чтобы мальчик передал ему соус. Брови Майка нахмурились и он, поджав губы, передал ему соусницу. Мама продолжала беседовать с Мюрреем, Эл безучастно крутила горох на своей тарелке, а его брат с Аргайлом выглядели так же, как и он. Мама снова поинтересовалась, как все прошло в Ринк-О-Мании, но каждый отнекивался, как мог. Никто не мог просто взять и сказать ей, что Эл ударила Анджелу роликовым коньком. Но в итоге они сказали об этой ситуации, но утаили, что это была Эл. Черт возьми, Уиллу действительно стоит прилечь, иначе он рухнет прямо здесь несмотря на то, что он прикладывает все усилия, чтобы мама их не заподозрила. — Что с тобой? — шепотом спросил его Майк, и его горячее дыхание обдало покрасневшее ухо. Его мозг от этого контакта, словно стало еще медленней работать. Уилл поворачивается в сторону Майка и улыбается ему. — Я в порядке, Майк, разве не видно? — Видно лишь то, что, похоже, ты под кайфом, — сообщает Майк и Уиллу показалось, что это услышали все. От неожиданности его правая нога резко дергается вверх, отчего стаканы на столе грохочут. — Милый, ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает Джойс, прервав беседу. — Все хорошо, просто…э-э, судорога, — Джойс прищуривает глаза и, черт возьми, Уилл так плохо врет. — Вы о чем-то говорили? — Твоя мама улетает в Аляску, — говорит ему Майк, продолжая смотреть на него. — Чт…Аляска? — удивленно пропищал Уилл и, вау, это прозвучало слишком громко. — Но почему? Что-то случилось? — Лишь на пару дней. Вернусь, даже оглянуться не успеете, — уверяет она их. Уилл не знал, как отреагировать на такое. Мама куда-то улетает на пару дней с Мюрреем, вся эта ситуация с Анджелой и еще Майк. — Джонатан будет за главного, — Джойс ободряюще улыбается подросткам и поворачивается в сторону своего старшего сына. — Бро, передай масло. — Это вино, — отвечает Аргайл, и серьезно, как их мама еще ничего не заподозрила. А вот насчет Мюррея Уилл может точно быть уверен, он их расколол. Но видимо решил тактично промолчать. Вскоре Эл уходит к себе, пожелав всем доброй ночи, а Майк все также ковыряется в своей тарелке. Уиллу тоже стоит уйти к себе, но, честно говоря, он не знает, как задвигать собственные конечности, при этом не раскрыть себя. И, к счастью, Майк вмешивается. Он встает с места и тянет на себя Уилла, даже не спросив разрешения. — Думаю, мы уже пойдем спать. Спасибо за ужин, миссис Байерс, — вежливо говорит он, на что та нежно улыбается ему. — Дорой ночи, ребята. Когда за ними закрывается дверь, Уиллу удается отцепить от себя руку Майка и дойти до кровати. Он с громким стоном плюхается на простыни и на несколько секунд прикрывает глаза. Все кружится, от него вероятно пахнет травой, а еще в его комнате находится его лучший друг, в которого он влюблен с двенадцати лет. — Поверить не могу, что ты обкурен, — бормочет Майк, медленно похаживая по комнате. Уилл на это фыркает, все еще с закрытыми глазами. — Твоя мама либо хорошо притворяется, либо действительно не замечает. — Думаю, тут подойдет первый вариант. Но из-за своей работы, она не обращает внимания на многие вещи, — сонным голосом говорит Уилл и наконец поднимает голову в сторону Майка. — Зачем ты это сделал, Уилл? И зачем…зачем ты ушел? Ты даже не предупредил нас, — нотки обиды просачиваются в голосе Майка и…только теперь Уилл понимает, что действительно бросил их, не сказав ничего. — Я подумал, что буду там лишним. Это так, Майк. Вы ясно дали мне это понять еще в аэропорту, — глаза Майка широко распахиваются и на его лице появляется странное выражение лица, которое Уилл не может прочитать. — Ты…ты даже не мог смотреть в мою сторону. И то странное объятие. — Уилл– — Все в порядке. Эл твоя девушка, и конечно спустя столько месяцев разлуки вы захотите провести вместе время. Так почему бы просто не сказать мне об этом. Почему ты так странно отреагировал на меня в аэропорту, Майк? Черт возьми, мой брат получил от тебя лучшее приветствие, чем я. Остатки дыма развязали ему язык, и Уилл не мог контролировать свой рот. Майк смотрел на него затравленным взглядом, нервно теребя руки. — Извини, мне очень жаль. Я просто…я…все очень сложно, Уилл, — он отводит в сторону взгляд, закусив губу. Уилл старается не обращать внимания на то, как губы Майка покраснели. — Думаю сейчас не лучший момент, когда ты под кайфом, — он усмехается и напряжение через некоторое время спадает. — Но я обещаю, что все исправлю и объясню. Тебе сейчас лучше выспаться, потому что мне, кажется, тебе сейчас не очень хорошо. Майк был прав. Уилл был почти в отрубе. — Обещай, что все расскажешь, Майк. Потому что…потому что я не хочу терять тебя. Сегодня мне показалось, что все к этому идет, — уязвимо ответил Уилл, заимев смелость посмотреть на Майка. Его лучший друг нежно улыбнулся ему. — Обещаю, Уилл. — Хорошо. Спасибо. Майк помогает Уиллу переодеться, что будь Уилл в трезвом уме, загорелся бы от стыда. Но сейчас все что он хочет – это откинуться на подушки и заснуть до утра. Майк заботливо укрывает его, его руки задерживаются на его плечах еще на несколько секунд, а затем он отходит от его кровати. Нет. Нет. Он не хочет, чтобы Майк уходил. Неожиданно его руки ловят запястье Майка. — Что такое, Уилл? — Не уходи, — сонно шепчет он. И, к счастью, Майк ничего не говорит. Ложится рядом, держа дистанцию, и смотрит на него. — Спасибо. — Спи, Уилл, — они начинают тупо улыбаться друг другу. — Я буду здесь, ладно? Уилл в последний раз кивает и наконец проваливается в темноту. Но перед тем, как полностью заснуть, Уилл может поклясться, что почувствовал легкое прикосновение к щеке. Может ему все-таки показалось.