🛀🤖
17 июня 2024 г., 00:45
Примечания:
Аккуратно, любительский текст с возможными ошибками.
Снова очередной день.
Снова просыпаться от назойливого будильника.
Снова собирать все вещи для лекций.
Снова выслушивать нелепые аргументы на дебатах.
Снова рядом находится с азартным игроком.
Снова работать с ними тремя вместе.
Рацио не выдерживает, он устал от этого. Все слишком типично, все слишком однообразно и серо. У него костяшки пальцев белеют, лишь бы сейчас не врезать бедной стене.
Доктор устал и до жути хотел поистине расслабиться, набирая себе горячую ванную, где смерительно ждала резиновая уточка. Она всегда составляла компанию доктору, и он к ней привык, сколько всего эта уточка услышала от своего хозяина - не скажет она точно. Как никак, именно она принимала все его секреты.
Аккуратно ложась в горячую воду, эрудит дёрнулся всем телом и просто прикрыл глаза. Он словно хотел уснуть, медленно варясь в этом "адском котле". Рядом все также плавала резиновая уточка, молча вертясь из стороны в сторону.
Рацио соизволил открыть глаза, чтобы немного придвинуть уточку поближе к себе. Резкое желание её осмотреть победило в стремлении уснуть, так что эрудит молча поднял уточку и теперь сверлил взглядом её.
Теперь она даже на уточку не походит, словно сейчас в его ладони сидит воробей, или даже зяблик. Маленький и беззащитный, но всегда выслушивает хозяина и все его проблемы. Доктор не знает, как его мысли с птиц перешли на одного из представителей давно забытого вида скрюллумитов. Один из них - член Общества гениев №76 с одноименным именем - Скрюллум.
Необъяснимое тёплое чувство разлилось в его груди только о воспоминании о нем. Как они вместе работали над проектами, просто могли общаться на совершенно разные и бессвязные темы, даже просто погулять по ботаническому саду механического аристократа или поиграть в бильярд. Время препровождения с ним заставляло сердце эрудита забиться быстрее, чем обычно, в животе появлялось странное тянущее чувство. Это называют «бабочки в животе»? Веритас Рацио часто сталкивался с подобным состоянием, даже если самого Скрюллума не было рядом, даже если только его упоминание. Рацио мгновенно нагло прислушивался в чужой разговор, в надежде узнать о нём что-то ещё. Его даже мучали «иррациональные фантазии», за что доктор себя крайне сильно карал.
Но сейчас профессора постигало какое-то опустошение, словно чего-то не хватает.
Точно.
Рацио не хватало именно его внимания, его присутствия рядом и даже небольшого его упоминания. Он далеко, он ушёл. Какое-то важный эксперимент и ему нужно провести его в полном одиночестве где-то в дали галактики.
Странные чувства вынуждают Рацио приобнять себя, стараясь успокоится, но он все продолжал мыслить о Скрюллуме. Этот робот был ему гораздо дороже других людей в его жизни, он был единственным, кто ценил его по-настоящему, восхищался его изобретениями и открытиями. Скрюллум был единственным, кто понимал ход его мыслей и тем, кто восхищался лишь одним существованием Веритаса.
Скрюллум хоть и джентльмен, подстраивался под собеседников, но рядом с Рацио он был совершенно полной противоположностью собеседника.
Доктор лишь вздыхает и наконец решается немного поспать. Да, прямо в ванной. От мыслей начинает становится больно, от осознавания, что ему не хватает железного плеча рядом и механического голоса, что уже неизвестно сколько раз сыпит комплиментами и похвалой.
Сна, как такогого, даже не было. Лишь тишина и пустота. В своём царстве снов он сам продумывал решения формул, создавал типичную ситуацию в своей голове, чтобы на дебатах выступить именно с ней. С оточенной до блеска мрамора идеей, позицией, которую будет держаться.
Неожиданно для себя, мужчина чувствует на своей голове чужую ладонь. Словно чьё-то фантомное касание, но такое родное и знакомое. Доктор продолжал спать, мысленно представляя, что рядом с ним сейчас стоит он и внимательно слушает, как прошли дебаты.
Он и не подозревает, что на самом деле член Общества гениев и правда стоит рядом, проверяет состояние и медленно вытаскивает из кипятка, чтобы уложить по нормальному спать. Сон казался лучше чем обычно, он даже проснулся свежим, но Рацио все никак не понимал, как оказался на своей кровати в новой, чистой одежде, а рядом была небольшая коробка с запиской, содержимое которой заставило сердце профессора снова трепетать.
«—Веритас, я думаю, тебе понравится мой подарок. Завтрак ожидает тебя на столе, прошу, в следующий раз не принимай так долго ванную.
Скрюллум.»
Коротко, но ясно.
Так значит гений приходил к нему домой ради подарка? Видимо, да. И Рацио хоть и не сразу, но с трепетом хранит механическую птицу.
